Переменная облачность

      — Галечка, ну ты как? Антонова тревожно заглядывала полковнику в лицо; чистые глаза-озера затуманились остывающим испугом.       — Валя, прекрати причитать, я в норме, — строго, снисходительно, с непробиваемой твердостью бросила Галина, отставив на стол стакан с какой-то медицинской гадостью, который ей всучила Валентина. По обыденно-непроницаемому виду Рогозиной вообще трудно было поверить, что она совсем недавно пережила нападение, и только суетившиеся в квартире и в подъезде сотрудники напоминали о произошедшем. Холодов ползал у двери с приборами, пытаясь найти хоть какую-то осязаемую зацепку, Амелина умчалась в лабораторию изучать одежду полковника в надежде найти на ней какие-нибудь следы преступника, Круглов отправился изучать записи с видеокамер, а Майский беседовал с одним из соседей, который, выйдя на прогулку с собакой, и спугнул нападавшего. Отлаженный механизм расследования не дал сбоя даже в такой острой и непростой ситуации.       — Спасибо, капитан, — Сергей на прощание крепко пожал руку своему собеседнику и хлопнул того по плечу. — И за Рогозину отдельное, еще неизвестно, чем бы все это кончилось, если б не ты…       — Да ладно, чего там, — отмахнулся капитан. — Как не помочь, когда такое творится… Однако наглые преступники пошли, на сотрудников прямо в ведомственном доме нападают, — заметил, потрепав по голове сидящую у его ног овчарку.       — Да не говори, — поддакнул Майский и повернулся к поднимавшемуся на этаж Круглову, который выглядел еще более хмурым, чем полчаса назад. — Ну чего там, Петрович? Давай хоть ты порадуй, а то пока ни Оксанка, ни Андрюха ничего путного не нарыли.       — Нечем порадовать, — мрачно уронил Круглов. Друзья вернулись в квартиру, и только на кухне майор поделился с собравшимися нерадостными новостями.       — Кто-то взломал сервер и отключил камеры у подъезда незадолго до нападения. Я отправил Холодова разбираться, надеюсь, он сможет что-то сделать, — но, судя по голосу, майор слабо верил своим словам. Слишком уж хитрый, наглый и предусмотрительный противник попался им в этот раз, а то обстоятельство, что дело коснулось самой Рогозиной, еще больше все усложняло.       — Понятно, — скупо, совершенно без эмоций бросила Галина, сцепив руки на столе. Майский, вглядываясь в ее лицо, безуспешно пытался найти хоть какой-то отблеск пережитых волнений — но, если бы не разливавшаяся по щекам полковника неестественная бледность, вряд ли можно было бы заподозрить, что это она чуть не стала жертвой. Как всегда четко отдавала распоряжения, как всегда внимательно выслушивала доклады, как всегда спокойно и тщательно обдумывала произошедшее… Как будто ее это все никак не касалось… Нет, ну что за женщина! Титановый сплав, не иначе…       — Ладно, — полковник решительно подняла голову — от резкого движения волосы в небрежном пучке растрепались еще сильнее, на мгновение показалось, что от неловкого жеста тяжелые пряди рассыплются по плечам. Майский почему-то не мог оторвать взгляда от выбившегося темного завитка на фоне матово-бледной кожи, от плавного изгиба напрягшейся шеи и неожиданно беззащитных ключиц, выступавших над воротом клетчатой домашней рубашки. — Нужно ехать в ФЭС, разбираться на месте…       — Галь, да ты с ума сошла! — возмущенно всплеснув руками, перебила Антонова. — Тебе отлежаться надо, ну какая ФЭС! После этой дряни…       — Подумаешь, всего лишь хлороформ, — легкомысленно отмахнулась полковник. — Валя, прекрати панику, со мной все в полном порядке.       — Николай Петрович, ну хоть ты ей скажи! — Вне себя Валентина даже повернулась к Круглову, ища союзника в его лице.       — И правда, Галь, тебе бы лучше… — начал было майор, но полковник одарила его таким взглядом, что даже Майский слегка поежился.       — Так, все, прекратите делать из меня смертельно больную! Устроили тут… — раздраженно бросила Галина и поднялась, бросив на ходу: — Сереж, позвони Амелиной, узнай, что там с экспертизой.

***

Круглов показался на пороге кабинета как раз в тот момент, когда Рогозина изучала отчеты экспертов.       — Фигурантов привезли, — сообщил, остановившись напротив полковника. Помедлив, с прежней хмуростью и явной неохотой добавил: — Всех, кроме одного. Он пропал.       — Кто? — вскинулась Галина, отрываясь от документов.       — Главный редактор Чусов.