За гранью

      

So I'll fuck you like I want, fuck you like I need, fuck you like I mean to

      

Put you on the floor, bruises on your knees, sweat it like a heatstroke

             

i know (faded)

      

Ex Habit

                                         Сорок шестой фьюжн-танкер «Кассандра», детище аэрокосмического завода Nova Yards, флагман 95-го года и гордость американского флота, был спроектирован по индивидуальному заказу миллиардера Энигмы. Старый ублюдок ценил комфорт и роскошь и не пожалел денег на богатое внутреннее обустройство корабля. Механики Nova Yards искренне не понимали, для чего фьюжн-танкеру понадобилось столько ненужных помещений вроде библиотеки или переговорного зала, но Энигма щедро оплатил свои пожелания, и через три месяца напряженной работы новорожденная «Кассандра» была выведена на дальнюю околоземную орбиту.              Спустя пару лет Энигма наигрался и продал танкер за бесценок компании по добыче и продаже лунного гелия. «Кассандра» перешла в руки нового владельца, и через пару месяцев у нее на борту появился Радж, а вместе с ним и Ян. Индиец нашел здесь укрытие от могущественных врагов, которых успел нажить в родном Мумбаи, а Ян… За месяцы их пребывания на «Кассандре» Радж так и не смог узнать, кто или что стало причиной его безоглядного бегства с родной планеты.              Радж успел рассказать все это азиату, пока тащил его в библиотеку. Плененный помощник Батары Кала пытался заехать ему наручниками по морде. Индиец выламывал врагу руки, материл его и одновременно выражал искреннюю детскую радость от того, что их уединение наконец закончилось. Разговор получился насыщенным и коротким — дойдя до двери библиотеки, Радж втолкнул туда азиата, ногой придав ему ускорение.              — Посидишь здесь, — примирительно сказал он, сглатывая кровь из разбитой губы. — Наручники снимать пока не буду. Вечером принесу тебе еды. Туалет здесь есть.              Помощник Батары Кала не успел вскочить и кинуться на своего пленителя, как перед его лицом захлопнулась тяжелая электронная дверь.              

***

      Ян втащил Дема к себе в каюту и грубо швырнул его на пол. Он заковал плененного захватчика в электронные наручники любимой модели. При любых резких движениях жертвы они бы подали чувствительный разряд тока; если бы он не успокоился, повторные разряды заставили бы его скорчиться от боли на полу в ногах Яна. Вместо снотворного ему в вены вводился ядреный раствор афродизиака. Для Демиана это обещало стать милым сюрпризом.              — Я так скучал по тебе, пупс, — тихо произнес Дем, не делая попыток вырваться. Ян выиграл этот раунд честно. Он подставился как идиот, повелся на очевидный вызов и недооценил свою любимую ручную гадюку. Ян восхищал его. Как всегда. Он был уничтожен тяжелым поражением в их ожесточенном соперничестве, но покориться ему без боя не согласился бы и под дулом пистолета.              Пришло время расплаты.              Ян освободил Дема от остатков легкой формы, оставив только трусы и футболку. Он повысил температуру в каюте до двадцати пяти вместо привычных восемнадцати. Волосы Демиана слиплись от пота и теперь волнистыми прядями падали на лицо. Хейз бросил на него взгляд, и дыхание у него перехватило. Дем сидел на полу у его кровати, подтянув колено к груди и выпрямив другую ногу. Он был раздет и беспомощен; Ян мог сделать с ним все, что захотел бы. Захватчик Кассандры подтянул руки с тяжелыми браслетами к груди и смотрел на него снизу вверх с искренней, возбуждающей покорностью. Он был таким красивым… Он почти не изменился со дня их последней встречи. Только немного отросли волосы насыщенного темно-шоколадного цвета и заострились скулы.              И взгляд стал другим.              Сломленным, обреченным. Больным.              В глазах его несносного лучшего друга теперь не светились те веселые обаятельные смешинки. Но смотрел он на него с той же щенячьей преданностью, с какой смотрел пять лет назад в их крохотной комнатке Третьего Улья.              «Актер».              «Гениальный актер».              «Ты же просто играешь роль».              К члену прилила кровь. В ушах шумело, сердце билось как ненормальное с того самого момента, как Батара Кала небрежно сбросил с себя шлем и дерзко, вызывающе ему улыбнулся. Ян уже ничего не осознавал, он плохо понимал, что творит, когда заковывал перевитые венами руки друга в наручники, взятые им на всякий случай для Раджа. Яну понадобилось все его самообладание, чтобы удержаться и не накинуться на него прямо там же, в одной из комнат первого яруса, на глазах у ошеломленных Раджа и помощника Демиана.              Он снова был рядом. Он снова мог его коснуться.              — Я тоже, любовь моя.              Тот горько улыбнулся.              — Ты всегда мог вернуться. Я так ждал тебя.              Ян усмехнулся. Он подошёл к нему вплотную и опустился на одно колено. Демиан неосознанно подался к нему, но наручники остановили его предупредительным разрядом. Хейз жестоко замер в десяти сантиметрах и издевательски медленно провел горячей ладонью по его твердому обнаженному бедру. Дема словно током ударило от одного его прикосновения. Он перевел на друга умоляющий взгляд. Его футболка, надетая под скафандр, была свободной и длинной, но даже сквозь нее Ян видел, насколько сильно Демиан был рад его видеть.              — Это ты следил за мной?              Вспомнились безликие скоростные машины, которые ездили за ним по пятам по всему Лос-Анджелесу. Они мимикрировали под курьеров, журналистов, частную скорую помощь, но Ян вырос в этой клоаке с пеленок и профессиональные попытки Дема замаскировать слежку казались ему детским садом.              Демиан заторможенно кивнул, не сводя с него влюбленного взгляда.              — Да. Боялся, что с тобой что-то случится.              Ян за волосы запрокинул его голову.              — Солнце мое. Как-то поздно ты этого испугался.              После того, что эта сука сделала с ним в Индонезии, она еще за него боялась. Все самое страшное с ним уже произошло. Яна чудом спасли от двадцати таблеток снотворного и, видят звезды, он совсем не обрадовался этому спасению. Врачи вернули его тело, вырвали из желанного ксанаксового забвения, но он не хотел этого, он так сильно хотел забыть сладкие долгие ночи на берегу Яванского моря. Горячие, плотные волны ослепительного наслаждения и собственные пошлые стоны, нежные поцелуи лучшего друга, приятную боль в затекших раскинутых бедрах… Ян улетел от этих снов на дальнюю окололунную орбиту, но и здесь они приходили ему по искусственным ночам, и он просыпался от кошмаров, захлебываясь собственными слезами.              «Ты всегда мог вернуться. Я так ждал тебя».              «Ты очень, очень пожалеешь о том, что прилетел сюда».              Демиан тихо рассмеялся.              — Да ладно, принцесса. Тебе же понравилось.              Серые глаза Яна опасно потемнели.              — Тебе тоже понравится, — негромко пообещал он.              «Ты будешь ползать передо мной с вибратором в заднице и рыдая просить пощады».              Демиан облизнул соблазнительные пухлые губы.              — Я очень этого жду.              «Зря».              — На твоем корабле остался кто-то еще?              Демиан покачал головой. Ян с детства знал, что друг обладал редкой способностью врать с видом самой честной и благонадежной чихуахуа, которая никогда не воровала еду со стола и не уделывала мебель и стены. Пока шлюз был закрыт, им ничего не угрожало, но хотелось бы знать, сколько безмозглых самоубийц они везли рядом с собой.              — Если ты соврешь, пострадает твой помощник.              Влажный, влюбленный взгляд Дема на мгновение стал тяжелым и колючим.              Вот и слетела маска.              — Я не вру. Не трогай его.              — А то что?              Угрозы в его положении вызывали насмешку. У Демиана было много друзей, готовых прийти ему на помощь в любой уголок света, но Ян очень сомневался, что Кассандру реально найти здесь, за Луной, возле самой дальней из орбитальных станций. Дем сделал огромную ошибку, взяв азиата с собой. За себя он никогда не боялся, а вот за друга сделал бы для Яна все и не стал бы выделываться, по его сучьей любимой привычке.              — Ничего, — наигранно улыбнулся Дем. Глаза при этом остались такими же холодными. Злыми. Это было так мило.              «Посмотрим, что ты скажешь после третьего оргазма, с моим членом во рту».              Все его карты были переиграны и сданы. Ян мог пристрелить их и вышвырнуть в космос. Мог продать в рабство на Луну, где сейчас особенно остро нужна была дешевая рабочая сила. Мог держать здесь месяцами и насиловать вдвоем с тем индийским улыбчивым парнем. Партия Демиана была сыграна, но если бы тот отвлекся хоть на секунду…              Верить в это было бы глупо.              — Там правда никого нет, — с тяжелым вздохом добавил Демиан. — Нат выбил разрешение только для двух пилотов.              Снова Натан. Ян ни на секунду не сомневался, что эта тварь, которую ему все-таки стоило тогда добить, помогла Дему найти его.              — Вечером расскажешь подробнее, — мрачно ответил он. Ему надо было объясниться с Раджем и проверить, надежно ли заперт второй из нападавших.              — Я буду очень ждать, — сладко улыбнулась эта сука. Ян искренне рассмеялся, и что-то в этом смехе очень не понравилось Демиану.              «Ты будешь плакать и визжать подо мной, солнце».              — Ненавижу тебя, — честно признался Ян. Он помнил, что когда-то любил его до безумия, бросился ради него под выстрел из игольника и едва не погиб. Помнил, что раньше они были лучшими друзьями и назваными братьями. А сейчас придушить его хотел, и сам не знал, почему до сих пор этого не сделал. Наверное, потому что живого трахать было приятнее.              — Взаимно, пупс. Пять лет тебя ненавижу. С того дня, как ты целоваться ко мне полез.              Ян вздрогнул. Демиан знал, куда бить по больному. Он всегда это знал.              — Готовь задницу, — хрипло приказал он. — Смазка в третьем ящике. Еда на столе.              

***

      Ян встретил Раджа в главном зале.              Неизвестный корабль был пристыкован к Кассандре и вращался вместе с ней по дальней орбите вокруг сто сорок седьмой орбитальной. Механики станции давно поняли, что с их дилером гелия и «космического льда» что-то случилось, и теперь отчаянно пытались выйти на связь. Радж успел остановить начальника станции, который хотел выслать им на помощь отряд своих людей. Он был благодарен людям сто сорок седьмой, но им вовсе не обязательно было знать, что тут у них происходило.              Да если бы он сам это знал.              Радж едва дождался Яна, сгорая от нетерпения выяснить, какого, собственно, хрена тот сотворил. Он уже успел попрощаться с жизнью, когда Батара Кала приставил оружие к его виску. Было очевидно, что желания убить их или искалечить у гостей не было. Интуитивно Радж понимал, что цели их прибытия были напрямую связаны с причинами, вынудившими Яна покинуть родную планету. Он все еще был уверен, что его капитана сломала и вышвырнула в космос роковая неразделенная любовь, но сейчас в игру вступал элитный боец Демиан Фостер. Радж даже представить себе не мог, каким образом Демиан связан с побеждённым заклятым соперником и за каким хером бросил тренировки, чтобы припереться сюда. В сети, конечно, говорили всякое, но он был уверен, что Ян — натурал, и точно знал о его отношениях со спортивным агентом Анной Гарсией.              В любом случае, сейчас угроза была нейтрализована. Помощника Дема он собственноручно запер в библиотеке, а самого Батару Кала Ян отнес к себе в каюту. Радж знал, что своему капитану он может безоговорочно доверять. Демиан был способен с удара вынести хлипкую пластиковую дверь, но если эту проблему не смог бы решить Ян, он тем более отказывался даже думать о ней.              «Что еще я узнаю о тебе, яр? Что еще упадет мне на голову, прежде чем ты расскажешь мне об этом сам?»              В тот вечер, когда они нажрались дорогим вином и легкими наркотиками, Ян два часа безжизненно лежал на спине и потускневшими глазами смотрел в потолок перед собой. Радж, конечно, знал, что от «космического льда» накрывало, но взгляд у Яна был абсолютно осознанным. Странно ясным для наркомана, непривычно тоскливым для человека, в чьих венах разливался безумный коктейль из Гай-Кодзора и дорогой синтетики.              — Доброй ночи, — отстранённо поздоровался Ян, спускаясь в главный зал.              Радж всплеснул руками, ударил себя по бёдрам и с невнятным восхищённым возгласом обнял командира Кассандры.              — Ну наконец-то, яр! Бог ты мой, спасибо тебе! Я уж думал, все! Не утонем, так попадем в плен. Нахрена эти ублюдки сюда прилетели? Не иначе как по твою душу, а, Ян?              Тот с натянутой улыбкой обнял индийца в ответ. Радж успел умыться, но распухший нос и разбитая губа все еще немного кровили. Азиат был первоклассным бойцом. Ян не удивился бы, узнав, что он тренировался в том же клубе, что и Демиан. У того же тренера.              — Это мой бывший друг.              — Фостер — твой бывший друг? — изумился индиец. — Вы же в кровь друг с дружкой махались. Дважды. Чего не поделили-то? В весовой не разминулись?              Ян подавил истеричный смешок. Он мог поклясться — если бы Дем находился здесь, то не задумываясь выдал бы «Не поделили твою жопу, принцесса».              — Не знаю. На ровном месте поругались. Потом слово за слово, и… в общем, теперь мы враги.              «Конечно, на ровном месте», — саркастично подумал про себя Радж. «Конечно, так я и поверил. На ровном месте поругались, а он за тобой аж сюда прилетел». Ему было немного обидно, что Ян даже не утруждал себя правдивой ложью, но этот человек спас ему жизнь, рискуя собственной. Ян согласился взять его к себе в команду на борт Кассандры и тем самым отвел Раджа от возмездия в родном Мумбаи. Ради этого можно было и примириться с нежеланием друга — друга ли? — рассказывать ему все.              — Меня чуть инфаркт не схватил! — продолжил Радж, сделав вид, что поверил. — Нет, ну какие сволочи, а? И ведь шансов у нас не было, как же ты справился с ним, яр? Я пока этого азиата в библиотеку тащил, он мне всю моську раскроил, собака несчастная. Я уж думал, ты — все, что этот Батара Кала тебя убил нахрен. Думал, то ли сдаваться, то ли…              Ян дал потрясенному индийцу выговориться. Радж долго описывал, как петлял от преследователей по коридорам Кассандры, как прятался у себя под кроватью, как выпрыгнул на азиата из угла и как Демиан едва не заметил его. Потом он подробно перечислял ему выявленные технические характеристики Гостя, снова благодарил, снова спрашивал, какого черта Дем сюда приперся. Ян молча слушал, но не слышал и не понимал ничего из того, что говорил ему напарник. Тот хотел вооружиться до зубов, открыть шлюз и проникнуть в корабль Гостя. Демиан говорил, что они прилетели сюда вдвоем, но индийцу совсем не надо было неприятных ночных сюрпризов. Ему просто очень хотелось жить.              — Надо бы взломать шлюз и осмотреть их корабль. Мало ли, кто там еще…              Он осёкся, увидев его глаза.              Яна колотило крупной дрожью. Он лихорадочно сжимал и разжимал пальцы, словно забыв, что Радж его видит. Его взгляд был расфокусирован, но черные от расширенных зрачков, нездоровые глаза напоминали зараженного бешенством животного. Под ними отчетливо выделялись темные круги. Индиец точно помнил, что еще утром их не было.                     «Какой там осмотреть корабль», — с затаенным ужасом понял Радж. «Тебя же ломает как в мефедроновой ломке».              — Да, конечно, — ответил Ян, и его голос прозвучал надтреснуто. Вымученно. — Завтра утром.              Радж молча кивнул. Он знал капитана Кассандры несколько месяцев. Его юный командир не ложился спать, пока лично не убеждался, что самый крошечный технический сбой в журнале учета не обработан и не исправлен. Сейчас к сверкающему хромированному боку Кассандры присосался вооруженный межпланетным оружием неизвестный корабль, способный разместить внутри себя не одну роту хорошо обученных бойцов.              Осмотр откладывался на утро.              «А впрочем, не смею с тобой спорить, яр. Даже не собирался».              

***

      Ян заверил механиков сто сорок седьмой орбитальной, что с ними и Кассандрой все хорошо, и ушел с их орбиты.              Он выбрал самый длинный из предложенных бортовым компьютером путь к Луне. С тяжелым Гостем, прицепленным к увитому проводами борту Кассандры, им тяжело было разогнаться, но Радж намудрил что-то с двигателем, и они смогли набрать восемьдесят тысяч километров в час.              Ян прошёл по главному коридору к своей кабине, надеясь, что Демиан не разнес комнату за время его отсутствия.              Он приложил ладонь к панели возле двери и вошёл внутрь, все еще не веря, что тот, кто снился ему бесконечными октябрьскими ночами, находился здесь.              За стенкой. Рядом с ним. Что он снова мог к нему прикоснуться. Ударить. Погладить. Поцеловать.              Оттрахать во всех позах как бордельную шлюху.              Прыгнувший на него Демиан не стал для Яна неприятным сюрпризом. Он едва увернулся от тяжёлых наручников, жёстко пробил ему под колено, добавил в печень и опрокинул на пол.              — Тупое животное, самому же больно! — рявкнул Ян, пока корчащийся от ударов током Дем приходил в себя.              — Что, трахаться хочется? — насмешливо выдавил тот. Больно было до слез, но когда столь ничтожные причины могли его остановить?..              — Не представляешь, насколько, — хрипло ответил Ян. Он с треском разорвал на нем футболку. Дем резко встал на высокий мостик и сбросил друга с себя. Он с содроганием успел заметить, насколько его гадюка заведена. Наручники уже впрыснули ему в кровь афродизиак, и Дем начинал ощущать его первые сладкие уколы. Ян даже не думал о самообороне; он хотел его по-звериному, исступленно. От резкого движения друга он перелетел через голову, с грохотом приложился об пол, сделал кувырок назад и снова оказался на нем сверху. Ян придавил Дема к полу всем весом и впился пальцами ему в горло.              «Ну все. Мне конец».              Демиан смотрел на него, и в его голодном взгляде уже не светилась личность чемпиона мира в тяжелом весе. Теперь там горело только животное желание трахаться как грязная текущая шлюха в притоне. Он ещё пытался помешать Яну, пинал его ногами, отбивался скованными руками и орал от боли от ударов током, но Ян примотал железной цепью от груши его руки к ножке кровати, и все было закончено.              Собственное болезненное желание смешалось с безжалостным действием афродизиака. Ян грубо сорвал с него трусы, и огромный член Демиана шлепнул ему по животу. Хейз резко, до боли сжал его пальцами. Дем вскрикнул, толкнулся ему в руку, изнывая от невыносимого возбуждения.              — Грязная сука, — прошипел Ян. Инстинкты начисто снесли ему крышу; он плохо понимал, что вообще творит. Ян наклонился и жестоко укусил Демиана за твердый сосок. Тот взвыл в голос, выгнулся от боли и нестерпимого жара между ног. Его несчастный сосок терзали острыми зубами, оттягивали на себя, сосали, целовали и пытались оторвать. Дем весь извелся, подставляясь под эти касания. Ему хотелось большего, ему всегда не хватало Яна, он хотел сожрать несносного капитана «Кассандры». А эта тварь намеренно оттягивала удовольствие. Ян на секунду оторвался от разбухшего соска и взял его разорванные трусы.              «Они тебе больше не нужны».              Он скомкал их и жёстко открыл другу рот, надавив на специальные точки возле ушей. Демиан заорал от злости, когда Ян засунул его мокрые трусы ему же в рот.              — Чтоб не орал, — с насмешкой бросил он и протолкнул их глубже.              По глазам Демиана было видно, что, стоит Яну расслабиться хоть на секунду, и он устроит ему такой праздник любви и радости, по сравнению с которым даже Индонезия покажется пупсу щадящей разминкой.              А ведь он ни разу его не порвал.              Демиан подавился слюной от удивления, когда Ян поднял его с пола и легко перенес на кровать. Он выступал в абсолютке со своих девятнадцати лет и за время полета смог почти не потерять в массе и силе, но Ян поднял его так легко, словно они снова были малолетками, влюбленными друг в друга в их крохотном общажном блоке.              «Сколько же в тебе дури, принцесса…»              Солёная смазка противно горчила на языке. Демиана подташнивало от едкого вкуса и запаха собственных выделений. Он вырывался из последних сил, но гордость быстро сдала натиску заведенного Хейза.              А наручники тот перевел на щадящий режим. Дем успел заметить, как Ян сделал удары током не такими болезненными.              «Будь ты хоть немного младше, и это тебя бы убило, малыш».              Ян раздвинул ему ноги и вскрыл упаковку лубриканта. Конечно, это бешеное животное растягивать себя не захотело. Дему очень повезло, что Ян не любил играть с собой насухую.              — Теперь ты моя девочка, — с усмешкой произнёс тот и приподнял его за бедра. Демиан обреченно заорал, когда Ян вогнал в него сразу указательный и средний. — Не сопротивляйся, солнце, — отвыкшие от анального секса мышцы судорожно сокращались вокруг его пальцев. Дем из принципа сжимался и не давал Яну пройти дальше. — Расслабь жопу. По хорошему.              Тот проорал сквозь трусы что-то, подозрительно напоминающее родное «тебе пиздец, принцесса». Дем задел ногой полку с личными вещами Яна, и та с грохотом рухнула на пол, но ни один из них этого не заметил. Ян достал из тумбочки небольшой флакон своих духов. Медленно облизнул его и демонстративно прошелся языком по всей длине. Демиану от этой картины поплохело.              «Значит, в Джакарте мы такие скромные, рыдаем от одного минета, а тут…»              «Монашка моя любимая. Неужели перестал стесняться?»              Ян перехватил одну его ногу и прижал ее к кровати возле головы Дема. Сел на нее, раскрывая мягкую голую задницу сильнее.              — Ты сам прилетел, — с ласковой улыбкой произнёс он и приставил флакон к сжатому сфинктеру. — Честно говоря, это было легко, Дем. Очень легко.              Демиан дёрнулся в последний раз и обессиленно затих. Он смотрел ему в глаза, пока флакон духов медленно, но неумолимо растягивал его анус.              Все-таки карма его настигла.              Ян, сидящий у него на груди, мог сделать с ним все, что хотел. Зная характер своей обожаемой гадюки, Демиан понимал, что ему конец. Просто конец. Сегодня он самостоятельно из этой комнаты не выползет.              «Один — один. Расслабься и получай удовольствие, любимый…»              

***

      То, что было дальше, Дем уже не помнил и не понимал.              Он выл как животное, надрывно орал, расцарапывал кожу на ладонях и рыдал от слишком сильного удовольствия. Ян сначала подвел его к пику растяжкой, а после вошел сам, и с этого момента мир для него перестал существовать. Дем видел только любимые серые насмешливые глаза и вздрагивал от каждого движения внутри. Он не помнил, что кричал перед самым оргазмом, не знал, умолял его остановиться или продолжить. Афродизиак в венах безжалостно заставлял его содрогаться в сухих оргазменных судорогах снова и снова. Сука Ян не давал ему передышки и в перерывах, когда восстанавливался сам, доводил друга вручную.              Демиан перестал соображать уже после второго раунда; он не мог даже кричать, но из груди все равно рвались хриплые стоны и всхлипы. Ян наконец вытащил трусы у него изо рта. Дем в аффекте прокусил себе губу и едва не сломал запястье, пытаясь вывернуться из наручников. Время для него остановилось; он отсчитывал его каждым собственным экстазом, но те слились в одну нестерпимо сладкую волну.              «Смерть от твоего члена была бы лучшей для меня смертью», — пронеслась в голове мысль, жестоко вытраханная через секунду. Ян несильно ударил его по лицу — просто чтобы привести в чувство и заставить смотреть на себя.              — Не отводи взгляд, — прошипел он. Демиан захлебнулся собственным воплем, когда Ян сдавил ему горло и шлепнул ладонью по яичкам. Он был вымотан, но еще держался. Ни один афродизиак не сделал бы то, что сделал с ним вид беззащитного привязанного друга, смотревшего на него с ужасом и обожанием. Дем был мощнее, сильнее, он столько раз вытирал им пол и брал его силой, и вот теперь наступил долгожданный момент возмездия. Яну становилось смешно при одной мысли о том, что Демиан пролетел сотни тысяч километров, чтобы оказаться с его пенисом в своей жопе и давиться под ним своими соплями. Он любовался им — вспотевшим, сломленным, разгоряченным, вымотанным их марафоном, и не мог остановиться. У него не было секса несколько месяцев, и сейчас изголодавшееся по ласке тело требовало еще… и еще.              — Я люблю тебя, — перед самым оргазмом прошептал Ян, с горькой улыбкой глядя своему любовнику и лучшему другу в глаза. — Я так сильно тебя люблю, Демиан.              Последним, что запомнил измученный, затраханный Дем, было горячее касание мягких губ Яна на его собственных. Он не мог даже обнять его за плечи и притянуть к себе… Демиан с жаром, голодно ответил на поцелуй, все еще не веря, не решаясь поверить, что после стольких месяцев бессонных ночей он снова целует того единственного, кого любил больше жизни.              «И я тебя люблю, Ян», — не успел сказать Дем перед тем, как с отчаянным криком содрогнулся в последних оргазменных судорогах и наконец потерял сознание.