love is not enough

Вот, я больше не хочу прикасаться к небу, Я хочу чувствовать землю под ногами, когда меня отпустит, Прошло слишком много времени, Я даже больше не хочу ловить кайф, Я хочу, чтобы она исчезла из моей жизни, Прочь из моей жизни. Я хочу вырезать тебя из своих снов, Пока из меня не вытечет вся кровь, Детка, я истекаю кровью. Я твержу себе, что она мне больше не нужна. The Weeknd — Until i bleed out

— Это переходит все границы, Чонгук! Как ты посмел продавать наркотики в университете Тэхена! Если все узнают, что вы братья, ты испортишь ему всю жизнь! — Тогда сделай так, чтобы они не узнали, отец. Я хочу уехать. Куда-угодно, только подальше отсюда. — Что ж, если ты так хочешь, то проваливай собирать вещи. Я покупаю тебе билеты в Америку. Через 2 часа за тобой приедет машина. Я все сказал. Свободен.       Чонгук поднимается в свою комнату еле переставляя ноги. Ему не надо собирать вещи, потому что он их даже не раскладывал. Знал, что скоро должен будет уезжать.       У них с Тэхеном никогда не было и не будет никаких шансов. В тот день, когда Тэхен пришел к нему, они прикоснулись к запретному плоду, ведь он был так сладок, что не поймешь уже, вкусить его, или не попробовать, является грехом. То, что между ними было, это не был секс. Это была любовь. Во всем своем величии, во всей своей искренности и неправильности. Любовь.       Чонгуку нужно уехать, выбора у него нет. Они не могут жить в одной стране. Так больнее, тяжелее держаться на расстоянии, когда вы можете встретиться по щелчку пальцев. У Тэхена вся жизнь впереди, у него и друзья тут, и семья его любит. А Чонгуку без разницы. Он вознес своего брата выше себя самого и выше Бога. Главное, чтобы у него все было хорошо, остальное — неважно.       Но кое-что он не может оставить так, как есть, поэтому он берет ручку с черными чернилами и лист бумаги. Полтора часа он потратил, чтобы излить свою душу на бумагу. И каждый пусть решает сам, что это. Грязь ли, или душа его, какой бы страшной она ни была.        Тридцать минут. Тридцать минут на то, чтобы вырвать свое сердце и отдать его человеку, находящемуся в соседней комнате. Больно, но все уже сделано. Он встает, и выходит из своей комнаты, и также быстро заходит во вторую. — Тэхен, я уезжаю… Мне… Мне так жаль, Тэ. — Я слышал. Ждал, когда же ты уже придешь ко мне… Ты думаешь, что так будет лучше?— трясется не только голос, но и все тело. Слишком, это все как-то слишком. Слишком больно, слишком трудно, и слишком правильно. Они оба привыкли к своему тихому большому греху, привыкли поступать неправильно, а тут вот как все вышло. Впервые в жизни, они сделали что-то верное. — Не знаю, но мы должны попробовать. Я уезжаю навсегда, я не планирую возвращаться. — Нет… Пожалуйста, Чонгук, скажи, что мы сможем еще увидеться. Я же… Я не смогу… Я не выживу без тебя… — Не говори так, глупый. Ты сможешь. Мы оба сможем, — нет былой уверенности в глазах, нет даже намека на блеск в глазах. Отчаяние пропитало собой обоих. Насквозь пронзило их сердца. — Это конец? — Да. Конец. Но прошу, знай, что я никогда тебя не забуду. Я буду стараться отпустить тебя, и ты тоже должен. Слышишь, Тэхен? — младший сидит в объятиях своего брата, и не может остановить свои соленые слезы. Видит Тэхена таким, выше сил Чонгука, так что его плечи тоже начинают трястись, а из глаз капают кристаллики, наполненные болью, — Тише, Тэ… Все будет хорошо, малыш. — Я тебя никогда не смогу забыть, я тебя люблю так сильно… — Мы должны постараться научиться жить без мыслей друг о друге. Мы должны, понимаешь? У нас нет выбора. — Хорошо, я буду стараться. Только пообещай мне, что ты проживешь длинную и счастливую жизнь. Пообещай, и я отпущу тебя. Навсегда. Глаза в глаза, душа в душу, одна боль на двоих, и такое тихое, еле слышное, произнесенное лишь одними губами «Обещаю». — Возьми это, а теперь… Прощай, Тэхен. — Прощай, Чонгук, — и Чонгук уходит. Дверь закрывается за его спиной, и в этот момент что-то ломается в них обоих. И это что-то уже будет невозможно починить. Тэхен опускает взгляд на свои руки, в которых лежит конверт с аккуратно выведенной надписью «Моему Тэхену».

***

      «Привет, Тэхен. Сегодня мне пришлось принять самое тяжелое решение в моей жизни. Я уехал от тебя. Я не хотел, и если бы я мог, то прожил бы с тобой всю оставшуюся жизнь, только с тобой. Вдвоем.       Но, наверное, время пришло. Наверное, пора. Пора это сделать. Просто взять и смириться с неизбежным. Отпустить частичку себя. Надо закопать где-то глубоко в себе и найти другой, следующий пазл себя. Мне больно это говорить, но мы должны похоронить нашу любовь.       Я не представлял, что все будет именно так. Вышло совсем не то, чего мы хотели. До этого момента я жил не переставая думать о тебе ни на минуту. Ты — единственное, что имеет для меня значение. Когда я был в Испании, я пил каждый день, лишь бы отвлечься от этой тоски, пронзающей меня насквозь. Но всегда, когда я возвращался домой, там был ты. Мое воображение играло со мной в очень жестокие игры. Я чувствовал тебя всеми фибрами своего существования, но я не мог… не мог прикоснуться к тебе. Марты сменяли апрели, осень сменяла зима, но моя любовь к тебе становилась только сильнее.       Я так хочу помнить тебя, помнить твой взгляд, твой голос, твои прикосновения. Мне страшно, что в один день я могу проснуться, и забыть, как бархат твоего голоса обволакивал мои уши, или как твои вечно покусанные губы, так идеально подходили моим.       Что бы ни говорило общество, что бы ни говорила библия, моя любовь к тебе, была, есть и будет самым чистым, самым правильным, неповторимым опытом. Мы оба когда-нибудь женимся, создадим свои семьи, но знай, что для тебя в моем сердце, есть определенное место. И никто, и никогда, не сможет заменить мне тебя.       Я люблю тебя, Тэхен. Так, как никто не любит. Но сейчас, наши дороги расходятся. Так будет лучше, Тэ. Береги себя.

Навеки твой Чонгук.

— Хорошо, Чонгук. Я пойду своей дорогой.