Дополнительные занятия...

                                                                  *************       Яркие языки пламени взмывали ввысь, раскрашивая ночное небо над особняком багряными и золотыми мазками. Гости, разодетые в вечерние наряды, ахали и охали, восхищенно наблюдая за огненной феерией. Кирилл наблюдал за этим файер-шоу и восторгался тем, насколько зрелищно Марго организовала свой день рождения. Этот день рождения превосходит все остальные. Определенно. Музыка стихла, уступив место треску горящего топлива и возгласам артистов, мастерски управлявших огнем.       Но для Кирилла все это великолепие было лишь размытым фоном. Его взгляд, казалось, прикован к танцующим искрам, но мысли были далеко, в другом мире, где царила лишь она – Ксюша. Ее образ, словно выжженный на сетчатке глаза, не давал покоя. В памяти всплывали ее звонкий смех, искренний взгляд, легкие изящные движения. Все это – невинные, казалось бы, знаки внимания – разжигали в нем пламя, куда более сильное, чем то, что бушевало сейчас перед глазами.       Он знал, что это безумие. Преподаватель и студентка, пусть даже разница в возрасте незначительна - какие-то 5 лет. Общество не поймет, осудит, растопчет. Его карьера, его только выбеленная репутация – все пойдет прахом. А Ксюша? Ее будущее, ее мечты, ее репутация – все окажется под угрозой. Он не имеет права подвергать ее такому риску. Но сердце не слушало доводы разума. Оно рвалось к ней, жаждало ее близости, ее тепла. Он мечтал обнять ее, прижать к себе, почувствовать ее дыхание на своей коже. Но вместо этого он стоял здесь, в толпе нарядных гостей, и молча страдал, раздираемый противоречивыми чувствами.       Он пытался отвлечься, сосредоточиться на выступлении артистов шоу, но безуспешно. Каждое движение, каждый всплеск огня пролетало мимо его взора, не оставляя следа в сознании. В голове продолжала крутиться лишь Ксюша, ее образ затмевал все вокруг. Он видел ее в каждом лице, слышал ее голос в каждом звуке. Ему казалось, что весь мир сузился до одной-единственной точки – до нее.       Кирилл понимал, что нужно бежать. Бежать от нее, от своих чувств, от этой опасной игры, в которую он сам себя втянул. Ему нужно было вернуться к своей прежней жизни, к своим студентам, к своей работе. Но как это сделать, когда сердце вырвалось из-под контроля и живет собственной жизнью, не подчиняясь никаким приказам?       Внезапно он, сам того не понимая и не желая, обернулся в сторону Ксюши, которая восторженно наблюдала за яркой игрой огня, и каждый раз о чем-то перешептывалась со своими подругами. Ксюша будто почувствовала пронзительный взгляд на себе и тоже обернулась. Встретившись взглядом с Емельяновым, Ксюша улыбнулась. Ее глаза смотрели на него с нескрываемым интересом и… неужели?… симпатией? Он замер, не в силах вымолвить ни слова.       Его сердце пропустило удар. Эта улыбка, этот взгляд… он тонул в них, как в омуте. Вся его решимость бежать, все доводы рассудка рассыпались в прах под напором этого мимолетного, но такого многообещающего контакта. Он понимал, что пропал.       Он сделал шаг в ее сторону, потом еще один. Толпа будто расступалась перед ним, словно море перед Моисеем. Кто-то из знакомых, увидев его, пытался завести с ним беседу, но Кирилл лишь отмахивался, жестом говоря, что их разговор состоится, но чуть позже. Он шел к ней, как лунатик, повинуясь лишь зову сердца. В голове не было ни мыслей, ни страхов, только она. Ксюша.       Когда он подошел достаточно близко, он тихо произнес ее имя. Она вздрогнула и слегка покраснела. В наступившей тишине он прошептал:       - Ксюша, нам нужно поговорить.       Подруги Ксюши переглянулись и, понимающе улыбнувшись, будто бы отпустили Ксюшу с Емельяновым, давая им возможность поговорить наедине. Она кивнула, и он взял ее под руку, повел подальше от шумной толпы, к цветущей изгороди ближе у ворот дома, где в тени деревьев можно было спокойно обсудить то, что так долго мучило их обоих. Он знал, что это безумие, но сейчас, когда она была рядом, все остальное не имело значения.       В укромном уголке двора, куда Кирилл привел Ксюшу, повисла напряженная тишина. Лунный свет пробивался сквозь листву, рисуя причудливые тени на их лицах. Кирилл глубоко вздохнул, готовясь произнести слова, которые так долго держал в себе.       - Ксюша, я… - начал он, но внезапно почувствовал на себе чей-то взгляд. Инстинктивно обернувшись, он увидел Марго, сестру, стоявшую неподалеку с мужем. В ее глазах читалось предостережение, немой крик: «Уверен, что подходящее время?!». Кирилл растерялся. Он знал, что Марго всегда была проницательной и мудрой, возможно, она видела то, чего не видел он сам.       - Как учеба? – выпалил Кирилл, чувствуя, как краска заливает его лицо. - Все успеваешь? Тяжело, наверное, сейчас, учитывая болезнь отца… - он сам понимал, что несет какую-то чушь, но не мог остановиться.       Ксюша непонимающе смотрела на него, словно он говорил на другом языке.       - Это… это то, о чем ты хотел сейчас поговорить? - тихо спросила она, и в ее голосе звучало разочарование.       Кирилл почувствовал себя полным идиотом. Он испортил все. Скомкав извинения, он развернулся и, не глядя, пошел в сторону дома, оставив Ксюшу в полном недоумении одну.       - И что это сейчас было? - задала вопрос Ксюша, который в пустоте остался без ответа. Придя в себя, Ксюша вернулась к подругам.       - О чем говорили? - сразу поинтересовалась Настя.       - Сама не поняла. - разочарованно ответила Соломатина.       - В смысле? - девушка лишь пожала плечами, и получила недоуменный взгляд двух подруг.                                     **************************       Вчера вечером, когда между Кириллом и Ксюшей состоялся такой неудачный и непонятный диалог, Емельянов скрылся в доме, чтобы до конца вечера не показываться никому на глаза. Ни Марго, ни Ксюше, ни кому либо еще. Добравшись до своей комнаты, он рухнул на кровать, уставившись в потолок. Образ разочарованного лица Ксюши преследовал его. Он знал, что должен объясниться, но как? Что он сказал бы ей? Что сказал бы Марго? Ее внезапное появление и предостерегающий взгляд посеяли в его душе сомнения. Может быть, сейчас действительно не время для признаний?       Но все же он корил себя за слабость и нерешительность. Что заставило его замолчать? Почему он позволил Марго остановить себя?       Всю ночь Кирилл мучился от противоречивых мыслей. Он то винил себя, то пытался найти оправдание своему поведению. К утру он принял решение: ему нужно поговорить с Марго. Она единственная, кто может прояснить ситуацию и помочь ему понять, что происходит. Погруженный в поток мыслей, Кирилл не заметил, как уснул в смокинге и кедах.       Кирилл проснулся от внезапного визга колесных шин. Еле-еле разлепив глаза, Кирилл посмотрел на часы. 7:30 утра. Воскресенье. Какому мудаку пришло в голову дрифтить в половину восьмого утра в воскресенье. Кое-как собрав себя с мыслями, Емельянов поднял свою тушку и схватив полотенце с верхнего ящика комода и прихватив джинсы и рубашку, которые он оставляет на случай, если вдруг останется в ночь в доме родителей, отправился в душ.       Смыв с себя тучные мысли вчерашнего вечера, Кирилл привел себя в порядок и вышел в гостиную. В доме было тихо. Значит, родители и Фил ее е вернулись с поездки. Персонал дома тоже либо еще отсыпался в свой единственный выходной либо просто не создавали переполох домашними делами. Кирилл прошел с гостиной в кухню, там над сковородками и кастрюлями порхала лишь домработница Светлана, а Нина, сидящая рядом, обрезала повядшие листья роз.       - Доброе утро, Кирилл Романович! - поздоровалась Светлана, завидев сына хозяина.       - Доброе утро.       - Что-то вы рано. Воскресенье ведь. Могли бы поспать. - улыбнулась Нина.       - Да что-то не спится.       - Что подать на завтрак?       - Был бы не против от крепкого кофе со сливками и что-нибудь на ваш выбор. - Нина лишь улыбнулась и кивнула Светлане.       - А Марго встала?       - Маргарита Романовна в летнем саду. - Кирилл кивнул в знак благодарности.       - Завтрак можете принести туда.       Кирилл тихонько проскользнул в сад через кухню. Он увидел сестру сидящей на уютном диванчике под старым дубом, с книгой в руках. Незаметно пробравшись к сестре, он коснулся мягко плеч сестры.       - Доброе утро, сестренка. - он поцеловал сестру в макушку. Марго вздрогнула от неожиданного появления брата, что даже обронила книгу из рук.       - Господи, зачем так пугать то! - ответила Марго, принимая из рук брата книгу. - Доброе утро! - она отложила книгу на столик и взяла чашку кофе. - Как спалось на старом месте?       - После такого зрелища устроенного вчера, всю ночь кошмары мучали.       - Какой ты чувствительный, однако. - усмехнулась Марго. - А я спала, будто в шелках купалась.       - Ну еще бы, - усмехнулся в ответ мужчина.       - А в целом, как тебе праздник?       - От моего ответа что-то изменится? - это скорее был риторический вопрос. Марго заулыбалась, лишь покачав головой. - Все было на высоте. Впрочем, у тебя по-другому быть не может.       В разговор сестры и брата вмешалась Светлана, которая принесла Кириллу кофе и омлет с овощами, рядом поставила на столик тарелку с тостами с беконом и вазочку с фруктами.       - Спасибо, - поблагодарил Кирилл, и женщина покинула сад, не отвлекая Харитоновых от беседы. Кирилл отхлебнул кофе и направил взгляд на сестру, которая вернулась к чтению книги.       - Марго, хотел с тобой поговорить, - сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более уверенно. - та лишь кивнула. - Что это вчера был за взгляд?       - Не понимаю о чем ты, - тихо произнесла Харитонова.       - Марго… - та подняла глаза и отложила книгу.       - Что ты хотела сказать вчера? Почему ты меня остановила? - спросил Кирилл, не в силах больше сдерживать свое любопытство. Марго вздохнула и посмотрела вдаль, на восходящее солнце.       - Есть вещи, которые тебе пока рано знать, Кирилл. - Марго поймала на себе неуемный взор брата. - Ксюша… она... Если ты признаешься ей сейчас, это может иметь непредсказуемые последствия. - Кирилл нахмурился, не понимая ее слов.       - О чем ты говоришь? Что значит «может иметь последствия»? - Марго молчала. Кирилл вздохнул, как-то тяжело, и произнес: - Ты же знаешь, и понимаешь, что… она мне небезразлична. - Марго покачала головой.       - Чувств не всегда достаточно, Кирилл. Иногда они могут быть опасными и невозможными. Поверь мне, я знаю, о чем говорю. - она замолчала, будто обдумывая, стоит ли говорить больше. Кирилл ждал, затаив дыхание. Ему казалось, что от ее слов зависит вся его дальнейшая жизнь. - Все не так просто, Кирилл. Возможно, тебе нужно забыть про свои чувства. Я боюсь, они будут для вас с Ксюшей невозможными.       - Невозможными? Почему? Ты говоришь загадками, Марго! Я устал от этого! Сначала ты не даешь мне признаться Ксюше, теперь говоришь, что наши чувства невозможны. Что происходит? – Кирилл повысил голос, его терпение лопнуло. Марго вздрогнула, но взгляд не отвела.              - Пожалуйста, поверь мне, Кирилл. Я не могу тебе всего рассказать сейчас. Просто поверь, что я делаю это ради тебя и ради Ксюши. Ради вашего блага.       - Ради нашего блага? Как и тогда, семь лет назад, когда ты говорила, что это ради блага Саши? И что в итоге? Саша в могиле! И ты говоришь мне доверять тебе? – в голосе Кирилла зазвучала неприкрытая злость. - Ты опять пытаешься меня защитить, как будто я маленький мальчик, которого нужно оберегать от всего плохого. Но я не прежний, Марго! Я изменился. Я сам в ответе за свою жизнь. И я имею право знать, что происходит!       - Я понимаю твою злость, Кир. Но то, что случилось с Сашей… это другое. И сейчас я пытаюсь предотвратить еще бОльшую трагедию. Просто поверь, что я знаю, о чем говорю. Не делай ничего необдуманного. Дай всему время. Ты получишь объяснения, но не от меня и не сейчас. - Марго встала с диванчика, готовая уйти. - Пожалуйста, Кирилл. Не торопись. И не признавайся Ксюше. Пока не время.       С этими словами она развернулась и быстро ушла, оставив Кирилла одного в смятении и гневе.       Кирилл смотрел вслед удаляющейся Марго, чувствуя, как гнев сменяется беспомощностью. Он не понимал, что происходит, и это сводило его с ума. Семь лет назад Марго также хранила тайны, твердила о "благе" и "защите", а в итоге Саша просто ушла, оставив после себя лишь боль и вопросы без ответов.       Он тяжело вздохнул и опустился обратно на стул. В голове крутились обрывки фраз, воспоминания, догадки. Что связывает Ксюшу, его чувства и прошлое, связанное с Сашей? Почему Марго так настаивает на его молчании? Он чувствовал себя пешкой в чужой игре, марионеткой, которой дергают за ниточки, не объясняя правил.                                            **********************       Ксюша сидела в кафе с Настей и Алиной, вяло помешивая ложечкой кофе.       - Ну, рассказывай, что вчера произошло? О чем говорили с Кириллом Романовичем? - нетерпеливо спросила Алина, отхлебывая смузи. Ксюша вздохнула.       - Да ничего. Не поняла вообще, что он хотел. Сказал какую-то чушь про учебу, а потом просто ушел. Странный какой-то. Ладно, забыли. Я больше не хочу об этом говорить. - Настя с Алиной переглянулись.       - Ну как же, Ксюш? Не может быть, чтобы совсем ничего. Он же тебя в сад позвал, лунный свет, все дела… Я уверена, он хотел признаться тебе в чувствах!» - воскликнула Настя, Алина ткнула подругу в бок, а та ее пихнула и шепотом отозвалась: «отвянь». Ксюша закатила глаза.       - Да что ты несешь, Насть? Какие чувства? Мы друг друга ненавидим! Он вечно надо мной подшучивает, критикует мои знания, придирается…       - Это он от симпатии так делает! - возразила Настя. - Мальчики иногда так проявляют внимание. Вспомни, как он тебя подвозил, на минуточку раз 5, а это не каждый делает. Как он помог врача найти, с Рыковым договаривается. - Ксюша хмыкнула.       - Ну и что? Это ничего не значит. Обычное проявление человечности, хотя я думала он не обладает этим качеством. А, может, вообще просто решил поиздеваться.       Алина тут же вмешалась.       - Ксюш, ну дай ему шанс. Поговори с ним. Может, ты действительно не замечаешь чего-то очевидного? Вдруг он и правда хотел что-то сказать, но испугался?. - Ксюша нахмурилась.       - Не хочу я ни с кем говорить. И вообще, отстаньте от меня!.       - Да ладно тебе, Ксень! Ну что тебе стоит? Вдруг это судьба? Ты хоть раз дала ему понять, что он тебе небезразличен? Может, он робеет, думает, что у него нет шансов! - не унималась Настя. Алина вздохнула и обратилась к Насте:       - Насть, ну хватит уже. Ты видишь, Ксюша не хочет об этом говорить. К тому же, подумай сама, Кирилл Романович – преподаватель, а Ксюша – студентка. Это как-то… неправильно. Если об этом узнают, университет взбунтуется.       - Да что вы как старые бабки! – отмахнулась Настя. – Они взрослые люди и имеют право на отношения. Ксюша, не слушай ее. Если тебе нравится Кирилл, не упусти свой шанс! - Ксюша резко поставила чашку на стол.       - Девочки, давайте закроем эту тему раз и навсегда. Мне сейчас совсем не до этого. У отца со дня на день операция, реабилитация потом, и все мои мысли заняты только этим. А на чувства Кирилла Романовича мне плевать. Да и вообще, я к нему абсолютно равнодушна.       - Ну да, конечно! – скептически усмехнулась Настя. – Прямо-таки равнодушна! А кто краснел, когда он тебе комплименты делал? Кто улыбался, когда он подвозил тебя после пар? Не надо врать самой себе, Ксюш. Ты явно что-то к нему чувствуешь.       Ксюша отвернулась к окну, стараясь скрыть покрасневшие щеки. Слова Насти задели ее за живое. Она действительно чувствовала что-то к Кириллу, но боялась признаться в этом даже самой себе. Разница в возрасте, его статус преподавателя, осуждение окружающих – все это казалось непреодолимой стеной. А сейчас, когда отец болен, любые мысли о личной жизни казались неуместными и эгоистичными. Алина, видя смятение Ксюши, попыталась сгладить острые углы.       - Насть, ну зачем ты так давишь? Ксюше сейчас и правда тяжело. Ей нужно время, чтобы разобраться в себе. И потом, чувства – это такое личное дело. Нельзя навязывать кому-то свое мнение. - Ксюша благодарно взглянула на Алину. Настя немного смутилась, осознав, что перегнула палку.       - Прости, Ксюш, я не хотела тебя обидеть. Просто мне кажется, что ты упускаешь свой шанс. Кирилл Романович – замечательный человек, как оказалось, и он явно к тебе неравнодушен. Я видела, как он на тебя смотрит. - Ксюша вздохнула. Она не могла отрицать, что Кирилл Романович вызывал в ней сильные эмоции. Его ум, чувство юмора и интеллигентность притягивали ее, как магнит. Но страх перед возможными последствиями парализовал ее волю.       - Я знаю, Насть. Но сейчас, действительно, не время. Мне нужно сосредоточиться на отце и его здоровье. Все остальное может подождать», – тихо ответила Ксюша, отворачиваясь к окну.                                     ***************************       После теплой встречи с подругами Ксюша возвращалась домой в хорошем настроении. Их посиделки всегда спасали ее от уныния. И не важно где могли проходить их встречи: дома на уютном диванчике, в их любимом кафе с пирожными и коктейлями или же в коридорчике их этаж в университете. С ними она чувствует себя везде комфортно.       Приближаясь к подъезду, Ксюша уже достала ключи, чтобы открыть домофон, как вдруг ее окликнули. Она обернулась. На парковке у дома, прислонившись к копоту своей ласточки, стоял Емельянов. Выглядел он как всегда с иголочки: костюм тройка, его любимое драповое пальто серого цвета и белые кеды, которым он никогда не изменяет. Ксюша не знала радоваться ли ей его появлению, или же просто напросто развернуться и уйти, не оборачиваясь. Но ясно одно. Прыгать на радостях при виде него она точно не собирается. Ксюша обхватила обе ручки своей сумки и стала ждать приближения Емельянова.       - Привет, - поздоровался Кирилл, убирая руки в карманы пальто. Ксюша слегка улыбнулась в знак приветствия. - Как твои дела?       - Все хорошо, спасибо.       - Как отец?       - Стабильно. Во вторник назначена операция.       - Да, Юра говорил мне. Сказал, что шансы большие.       - Надеюсь. - между ними повисло неловкое молчание. Спустя минуту игры в гляделки Ксюша наконец выпалила:       - Кирилл Романович, вы что-то хотели?! Что-то серьезное? Потому что если нет, то мне уже пора. - равнодушно на одном дыхании проговорила шатенка. Лицо Кирилла сразу помрачнело от такого холодного тона Ксюши.       - А что должно что-то случиться серьезное, чтобы мне приехать?! - в таком же тоне спросил мужчина.       - Ну я не знаю. Для чего вам приезжать? У нас с вами сугубо рабочие отношения. Не кажется, что со стороны это выглядит странно, когда преподаватель приезжает к дому своей студентки? Мало ли что люди подумают. Обо мне. О Вас.              - А тебя так волнует, что люди подумают?       - А вас? - не отставала Ксюша. Кирилл не отрывал взгляда от девушки, но продолжал молчать. - Послушай, Кирилл. - уже в более спокойном тоне начала Соломатина. - Я вообще не понимаю, что происходит. К чему все эти намеки? Эти твои улыбки, взгляды украдкой… Ты возишь меня в больницу чуть ли не каждый день, проявляешь заботу. При моих друзьях ведешь себя так, словно я тебе небезразлична. Милый, нежный, комплименты делаешь, даже шутишь про то, что между нами что-то было. Я у тебя ночевала, в конце концов! - Ксюша сделала паузу, чтобы перевести дух. Голос ее дрожал. - При этом ты заявляешь, что никогда бы не переспал со мной. Зачем? Что это должно значить? А потом, ни с того ни с сего, будто ничего не случилось, начинаешь какой-то непонятный разговор и просто уходишь, не объяснив ничего. Ни слова. Что это вообще такое? Ты играешь со мной? Или я просто не понимаю каких-то правил твоей игры? Я запуталась, Кирилл.        Кирилл все так же молчал, словно окаменевший. Он продолжал смотреть на Ксюшу, в его глазах читалась какая-то сложная, противоречивая смесь чувств. Вина? Смущение? Возможно, даже страх.       - Я… я не знаю, что сказать, Ксюш. Я не хотел тебя обидеть или чтобы все так вот получилось. Мне казалось, что я все делаю правильно, проявляю знаки внимания, но, видимо, переборщил. Я просто… боюсь. - Ксюша нахмурилась.       - Боишься? Чего тебе бояться? Я же не кусаюсь. Или ты думаешь, что я какая-то сумасшедшая, которая сразу затащит тебя под венец, или может очередная глупая студентка, которая жаждет прыгнуть к тебе в постель? - она усмехнулась, но в голосе слышалась обида.       - Я никогда так про тебя не думал.       - А что тогда?! Мне просто нужно понимать, что происходит. Я не прошу ничего сверхъестественного. Или что ты боишься? Что чувства окажутся не взаимными?       - Я боюсь признания этих чувств, Ксюш," - признался Кирилл, глядя в сторону. - У меня был неудачный опыт отношений. И я понимаю, что ты не тоже самое. Мне нравится проводить с тобой время, мне нравятся наши разговоры, твоя улыбка… Но как только я начинаю чувствовать, что все становится слишком серьезно, я отступаю. - Ксюша вздохнула.       -То есть, я для тебя что-то вроде развлечения? Когда скучно, можно со мной пофлиртовать, а когда становится страшно, ты прячешься в кусты? - она чувствовала, как в груди нарастает злость. - Знаешь, Кирилл, я не игрушка, не нужно играть с моими чувствами. Просто скажи это прямо и не морочь голову ни мне ни себе.       - Нет, Ксюш, ты не развлечение! Я… я просто запутался," - запаниковал Кирилл. Он подошел ближе и попытался взять ее за руку, но она отдернула ее.       - Так значит, ты боишься серьезности? Боишься, что придется брать на себя ответственность? – Ксюша повысила голос, не в силах сдержать обиду. - Или подожди, я для тебя просто способ поднять самооценку? Преподаватель и студентка — классика жанра. Тебе льстит, что я, такая молодая и, видимо, по-твоему, глупая, проявляю к тебе интерес? Вспомни, как ты придирался ко мне все три года! Специально заваливал на экзаменах, делал замечания на каждой паре, хотя моя учеба безупречна. А теперь вдруг чувства проснулись? - Кирилл помрачнел.       - Ты серьезно сейчас? Думаешь, я настолько мелочен? Да, я был строг к тебе, как и ко всем остальным и твои оценки здесь совершенно ни при чем. Но если ты считаешь, что я все эти годы строил козни и придирался, чтобы тешить свое самолюбие… Ты меня просто не знаешь.       - А как я могу тебя знать, Кирилл? Ты сам только что признался, что боишься открыться! Ты играешь в какие-то игры, а потом удивляешься, что я злюсь. И вообще, может, тебе просто скучно стало, вот и решил развлечься со студенткой. Это же так оригинально! - лицо Харитонова исказила гримаса боли и гнева.       - Знаешь, Ксюш, ты сейчас переходишь все границы. Я был честен с тобой, открылся, как мог. А ты просто растоптала мои чувства, выставив меня каким-то извращенцем. Я уезжаю. - он резко развернулся и направился к машине, хлопнув дверью так, что задребезжали стекла.       Ксюша осталась стоять посреди улицы, сжимая кулаки и чувствуя, как по щекам катятся слезы обиды и досады.                                *******************