Конца и края не видно

В квартире тихо и уютно. Реборн сидит за кухонным столом, перед ним разложены несколько папок. Его шляпа лежит в стороне, на ней дремлет Леон, а пиджак аккуратно повешен на спинку стула. На кухонной стойке стоят ружья и универсальные кобуры, чистые и целые. Реборн лениво просматривает бумаги, размышляя, за какую работу взяться. В большинстве папок есть пометки, сделанные его рукой, потому что часто приходится проводить исследования, когда клиент не предоставляет достаточно информации. Либо потому, что он сам не знает, либо потому, что не хочет, чтобы Реборн знал. Он закидывает ногу на ногу и одной рукой смахивает с брюк невидимую ворсинку. Другой рукой он лениво переворачивает страницу, чтобы найти фотографию своей цели. Женщина смотрит в сторону, явно не подозревая, что ее фотографируют. Реборн медленно моргает. — Хаос, Шахматоголовый. Позади Реборна появляется некто, и Шахматоголовый обходит киллера и садится за стол напротив него. — Тебе ничего не передали? — бормочет Реборн, не отрываясь от информации перед собой. — Передали, — отвечает Шахматоголовый. — Кажется, это было что-то вроде: «Если Шахматоголовый спросит, скажите, чтобы он шел и ебался с этим сам». — И все же мы здесь, — говорит Реборн, переворачивая страницу. — Как странно. Его собеседник долго молчит. — Ты правда этого хочешь? — он указывает на папки. — Разве тебе со временем не надоест, Реборн? — Да, надоест, — насмешливо протягивает киллер. — Ведь я ясно даю понять, что ты здесь незваный гость, но ты продолжаешь болтать. Шахматоголовый наклоняется вперед, раздраженно прищуриваясь. — Ты не хуже меня знаешь, что половина этих заказов пустышка, а от другой половины тебя тошнит, верно? — Ты что-нибудь слышишь, Леон? — непринужденно спрашивает Реборн, не обращая внимания на то, что ящерица все еще спит. — Потому что я точно ничего не слышу. Шахматоголовый хмурится. — Ты намного лучше, чем то, что ты сейчас делаешь. Я пытаюсь помогать людям — миссии, которые я тебе даю, спасают многих. Реборн видит фальшь в глазах Шахматоголового, но не может понять, в чем она заключается: в том, что Реборн лучше, чем есть, или в его стремлении помогать людям. — Информация, которую я просил вас достать, касается банды контрабандистов, — поясняет Шахматоголовый. — Они замешаны в торговле детьми… — Мне все равно, — врет Реборн. — Я сказал «нет». Я не собираюсь присоединяться к вашей маленькой команде, поэтому тебе придется найти кого-то другого, кто будет бегать и выполнять всю грязную работу. Шахматоголовый качает головой и встает. Стул скрипит по полу, разбудив Леона, и ящерица надувает губы, исчезая в кармане рубашки Реборна. Шахматоголовый обходит стол и осторожно берет руку киллера, вкладывает в его ладонь флешку, а затем сжимает пальцы Реборна в кулак. — По крайней мере, знай, от чего ты отказываешься. — И тогда ты оставишь меня в покое? — спрашивает Реборн. — Если ты по-прежнему не захочешь участвовать, я больше не буду тебя беспокоить, — клянется Шахматоголовый, крепче сжимая руку Реборна. — Но тебе нужно прочитать эту информацию. Пожалуйста, пообещай мне, что прочтешь. Реборн кивает, несмотря на ложь, и одергивает руку. Шахматоголовый отступает, но не уходит. — Если ты решишь прийти, следующая миссия будет заключаться в выслеживании всех, кто связан с этим делом, и отправлении предупреждающего… сообщения другим контрабандистам, — он мрачно улыбается. — Тебе это понравится, Реборн. И вот Шахматоголовый исчезает. Реборн выжидает, убеждаясь, что не чувствует присутствия другого. Затем он смотрит на флешку в руке и через плечо бросает ее в мусорное ведро. Через секунду после того, как флешка падает, киллер слегка вздрагивает от острой боли в груди и смотрит на два больших глаза, смотрящих на него из кармана рубашки. — Ты что, укусил меня? — выпаливает Реборн. Леон сверлит его взглядом. — Я не вернусь, — огрызается Реборн на хамелеона. — Он, скорее всего, дает мне ложную информацию. Половина его слов — вранье. Леон сверлит его еще более пристальным взглядом. Реборн сверлит его взглядом в ответ. — Нет нужды влезать в это. Я не командный игрок, Леон, и уж точно не герой. Пусть похищенные дети сами разбираются. Леон долго ничего не предпринимает, а затем вылезает из кармана и спускается по торсу Реборна. — Подожди, подожди, — быстро говорит киллер, отступая. Он поднимает ящерицу и подносит к лицу. — Я не должен был так говорить, прости. Но мне не нужно идти к ним, там уже все в порядке. По крайней мере, я верю, что Лар сделает все, что в ее силах. Леон просто смотрит. — И Луче, — настаивает Реборн. — Она не успокоится, пока все не будут в безопасности. Скалл попытается помочь, а Вайпер сделает все, чтобы получить деньги. Реборн делает паузу. — Верде… может быть, тоже. Про Фонга я ничего не знаю. Хамелеон терпеливо ждёт. — Но Луче беременна, — бормочет Реборн, тревожно хмурясь. — Вайпер действует резко, Скалл не умеет ни драться, ни целиться… а Лар всего один человек… Леон обвивает руки Реборна и легонько лижет его холодную кожу. Реборн вздыхает, расслабляясь. — Из-за тебя люди думают, что я мягкий. Леон закатывает глаза.