Don't Stop the Music

Tortured Soul — Chord Overstreet       — Выпьем?       Небо было наполнено звездами. Казалось, что это глаза Майки, так ярко горят и отражаются в темноте Вселенной. Этот свет попадал в мир сквозь зеленые листья деревьев, которые по ночам горели серебром. На это можно было смотреть вечно. Лея смотрела. И не могла отвести взгляд. Baby doll keeps me up at night I fell in love with your soft brown eyes       — Конечно, — Лея ласково улыбается, но даже не притрагивается к бутылке.       Майки смеется и сама хватается за пластиковые стаканчики, чтобы наполнить их шампанским. В ночной тишине этот смех звучит по-настоящему волшебно. Как будто Майки — какая-нибудь фея лунного света. Лея бы даже не удивилась, если бы это было правдой. Слышится, как пузырьки алкоголя выпускаются наружу, и можно запьянеть от одного этого звука. Алкоголь — это красиво. Но для Леи лучшим шампанским является вкус губ Майки.       И она пробует их, когда притягивает девушку к себе и целует. Whiskey taste is on my breath Part of me is scared to death       Майки улыбается даже тогда, когда ее губы заняты. Ее улыбка — любимая вещь Леи в этом мире. А когда она не может ее видеть, то представляет звук ее смеха. Майки рядом с ней даже на расстоянии тысячи миль. И Лея любила это. Очень сильно. Впрочем, саму девушку она любила больше. One more sip for a tortured soul       Звезды горят, но глаза Майки горят ярче. Девушка смотрит на небо, а Лея — на нее. И всегда смотрит только на нее. And a thousand thoughts going through my mind       Звезды слишком прекрасны, чтобы их можно было любить, и не испытывать боль. Лее было слишком больно.       Любовь — это больно. Особенно когда человек, которого ты любишь — загадка. Как ночной лес, наполненный тишиной и звездами. Для Леи любимая тишина — это звук ее голоса. И любимые звезды — это ее глаза. Она видит в ней все прекрасное, на что способна Вселенная. И Лея не может поверить в то, что ей позволено быть рядом с этим ночным солнцем. Damn babydoll’s got so much light But damn babydoll’s got so much fight       Майки плачет также громко, как и смеется. И Лея ненавидит эти дни. Ненавидит успокаивать девушку. Но понимает, что без слез нет и улыбок. Без грусти нет жизни. И Лее грустно. Каждый день, когда она смотрит на Майки, она грустит. Потому что хочет прикоснуться к ней, но не может. Берет за руку, обнимает, но даже этого недостаточно.       Майки оборачивается и смотрит на Лею. В ее глазах столько счастья и любви, что это даже невозможно. Как будто все это — лишь мираж. Эффект опьянения. Лея прикасается губами к мягкому стакану и делает глоток. Маленькая капелька шампанского стекает по ее коже, стремится на подбородок, но Майки поспешно ее слизывает. А Лея замирает, крепко сжимая в руке стакан. Слишком сладко, чтобы быть правдой. Дыхание Майки касается ее щеки. Слишком мягко, чтобы быть чем-то пошлым. Их любовь — ни разу не развратна. Хотя, Лею заводило даже близкое дыхание.       Она тянет свои холодные пальцы и касается ими всегда теплых пальцев Майки. Девушка улыбается и крепко сжимает руку Леи. Касания — это не пошло. Это интимно. When I clear the smoke I only want you more       Майки подносит холодные пальцы к своим губам и ласково их целует, согревая. Она всегда такая нежная. Можно задохнуться от этого света, который она излучает. Лея боится ослепнуть. Боится потерять когда-нибудь это безграничное счастье. Ведь Лея счастлива даже тогда, когда ей больно.       — Пошли танцевать!       Майки вскакивает на ноги и тянет за собой Лею, громко напевая несуществующие мелодии. В этом лесу ее слышит только ветер. Майки закрывает глаза и поднимает лицо к небу. Лея знает — девушка представляет, что сейчас дождь. Она ловит невидимые капли прошлого своей кожей, наполняется водой, наполняется жизнью. Берет от природы все — солнце, дождь, воздух. И сама становится частью природных явлений. Лея всегда поражалась этому.       Девушка танцует, хотя нет никакой музыки, кроме песни ее смеха. Длинная, свободная юбка летает прямо за ней, открывая вид на тонкие, почти хрустальные ножки. Лея засматривается и даже не собирается присоединяться к девушке. Ей хорошо и в роли наблюдателя. Зачем быть светом, когда можно на этот свет смотреть? Когда можно заряжаться, как подсолнух от солнца? Лея никогда не встанет под невидимый дождь, чтобы промокнуть в горестях прошлого. Но за это она и не получит счастье будущего. Только если Майки с ней не поделится.       Чувства, что переполняют нас, намного больше нас самих. Злость, счастье, раздражение, удивление, обида, любовь. Чувства — не часть человечества. Это часть природы. Поэтому когда мы любим, мы можем любить только истинно, как нам велели наши гены. Как будто бы любовь — это инстинкт. Любовь — лишь приказ о свершении прошлого, которому мы хотим следовать. Поэтому мы никогда не влюбляемся во внешность. Только в души. Ведь людям не важна внешность, когда они могут видеть души друг друга.       Лея обнимает Майки со спины и ловит руками ее дыхание. Грудь поднимается и опускается, в такт движениям легких. Это так мягко и правильно, что Лея позволяет себе счастливую улыбку и зарывается носом в светлые волосы. Майки замирает и кладет свои руки на руки Леи. Она улыбается, но она постоянно улыбается. Потому что в Майки живет любовь. И в Лее тоже. А еще обида, когда они сорятся, злость, когда ревнуют, и раздражение, когда спорят. Но больше всего — любовь.       Лея аккуратно разворачивает девушку к себе и заглядывает в глаза-звезды. Она тонет в них, но даже этого не замечает. Она не против навсегда пропасть в глубине. Лея касается пальцами щеки Майки и та смешно хмурится от щекотки. Эта ночь — последняя ночь. Конечно, завтра будет еще, но уже не такая. Каждая ночь — последняя в жизни Леи и Майки. Они не должны забывать об этом. Потому что в один день Майки разлюбит ее, Лея знала об этом. Некоторым людям приходится идти дальше. Лея не против застрять на месте ради нее.       — Я отдам тебе все свое время и всю свою любовь, — шепчет она.       И Майки улыбается, потому что хочет сказать то же самое, но она не обязана. Лея не будет брать с нее любовных обещаний на всю жизнь. Но себя привяжет навсегда.       Эти глаза — лучшие звезды, которые Лея когда-либо видела. И она будет засыпать каждую ночь, мечтая о них.