В дивном запахе сирени

      Чимин заходит в выделенные для него просторные покои, закрывает за собой дверь, сразу же прижимаясь к ней спиной. Сердце почему-то лихорадочно стучит в грудной клетке, у Пака такое впервые за долгое время, а если точнее, то он это не ощущал с последней встречи с Чонгуком, когда ему самому было семнадцать лет, а омеге пятнадцать. Чимин с начала полового созревания реагировал на Чона слишком ярко, и тогда он думал, что это в силу его юного возраста. Однако сейчас Паку уже двадцать два, но это ощущение окрылённости и какого-то смущения, перемешанного с желанием, не покинуло его. Пусть, их недавняя встреча прошла не в самом лучшем ключе, но тело Чимина реагировало на Чонгука, как на красивого омегу.       Чимин делает несколько глубоких вдохов и протяжных выдохов в попытке вернуть контроль разума над телом и чувствами. Пак все эти пять лет мыслил трезво, с холодной головой, но Чонгук заставил все эмоции вырваться наружу, порвав все стискивающие их оковы, вот Чимин и не сдержался, наговорил всяких глупостей, пойдя на поводу у внезапно проснувшейся старой ненависти.       Пак ощущает раздирающее чувство вины. Он не должен был оскорблять Чонгука несколько минут назад, он принизил омегу самым ужасным образом, намекнув на потаскушность и готовность раздвинуть ноги перед любым альфой. Пак оскорбил честь Чона, а это самое главное, чем может обладать омега.       Чонгук для Чимина до сих пор остался самым благородным из всех омег, которых Пак только видел в своей жизни. Чон чист, он образец поведения для любого омеги, возможно, даже и для альфы, ведь стоит только вспомнить, как Чонгук держался весь вечер на торжестве. Чон сильный духом, он и вправду достоин титула короля. Он непременно будет лучшим преемником своего отца. И это Чимин полностью осознаёт только сейчас, когда здравый рассудок постепенно возвращается к нему, а чувства, горящие внутри, утихают.       Пусть в Паке и по сей день живут ненависть и неприязнь к семье Чон, но он не имел никакого права унижать Чонгука, тот не виноват в смерти старшего короля Пака. Да и вообще, уважающий себя альфа, тем более король, не должен оскорблять омегу, показывая тем самым свою невоспитанность. Чимину нужно извиниться.       Для Пака стала весьма неожиданной новость о том, что Хосок погиб. Чимин и вправду не знал, он слишком сильно был зациклен на своём собственном горе и на решении назревших проблем в стране, поэтому совершенно не интересовался тем, что происходит в соседних государствах. Оказывается, Чонгук тоже потерял близкого человека.       Пак трёт свою щеку, кожу до сих пор немного болезненно покалывает. Чимин заслужил. У Чонгука удар так и остался крепким, быть может, даже стал сильнее, ведь теперь Чон — король огромного государства, а значит, он должен уметь защитить свои земли самостоятельно, как правитель. Чимин считает, что это странно. Омега, держащий в руках меч, — жалкое зрелище. Однако Чонгук всегда был другим.       Чонгук для Чимина всегда был особенным.

***

Двенадцать лет назад.

      — Слезь с меня! — недовольно кричит Чимин, когда Чонгук уже несколько минут сидит на его бёдрах, гордо ухмыляясь. Только что Пак проиграл омеге в своеобразном рукопашном бое, и это немного задело самолюбие маленького альфы, но Чон и вправду ловче. Чимину нужно ещё упорнее заниматься.       — Ха-ха, терпи, — смеётся Чонгук. — Ты же проиграл. Или тебе тяжело? Настолько слаб?       Чимин ощущает болезненный укол по своему самолюбию. С каких это пор маленький, всего боящийся Чонгук, которым тот был до их знакомства, стал таким задиристым? Куда же делся трусишка Чонгукки, который еще недавно не мог заснуть на незнакомом месте?       Чимин протяжно вздыхает, понимая, что пока сам омега не захочет слезть с него, ничего не поделать. Придется ждать. Лежать побежденным и обездвиженным. А Чонгук ухмыляется, сидит гордо.       — Знаешь, вот ты сейчас сидишь на мне, а потом мы будем обязаны пожениться, — произносит Чимин, делая хитрый ход. Нет, Чонгук не тяжелый, просто чувствовать себя побежденным для Пака унизительно. Он всё-таки является альфой. Быть может, он какой-то неправильный альфа раз его смог победить омега, который вдобавок его младше на пару лет?       — Ну и пусть, поженимся. Я не против, — твёрдо отвечает Чонгук.       И Чимин замирает. Его маленькая детская сущность впервые осознаёт, что этот задиристый омежка, восседающий на его бёдрах, хочет провести с ним всю жизнь. Ведь брак — это совместная жизнь. Брак — это и в горе, и в радости.       Когда Чимину было десять лет ему впервые признались в нечто сокровенном.

***

Настоящее время.

      Чонгук плохо спит всю ночь. Встреча с Чимином сказалась на нём слишком сильно в эмоциональном плане. В голову омеги лезли разные мысли и воспоминания из детства. Урывки прошлого, в которых Чонгук был счастлив, в которых был Чимин.       Чонгук поднимается с кровати, когда солнце только начинает подниматься над линией горизонта. Омега думает, что от простого волочения толку не будет. Начался новый день, а значит, впереди у Чонгука решение многих важных вопросов. Если вчера Чон познал праздничную сторону титула короля, то в последующем он должен будет испытать на себе и занятые будни.       Омеге немного не верится, что теперь он стал правителем. Его детская мечта сбылась. Чонгук вызывает в покои прислугу, та быстро его причёсывает, одевает. Омега в зеркале подмечает, что выглядит он дурно: круги под глазами, да и лицо слишком уставшее. Чон старается не обращать на это внимание, всё-таки теперь он не просто омега, который обязан понравиться альфе. Теперь Чонгук — король, самостоятельная персона. Он больше не должен заботиться о том, чтобы быть в глазах знатных альф прекрасной, не имеющей изъянов куклой.       Чонгук спускается по лестнице в столовую на общий завтрак гостей. Когда Чон садится во главе стола, ему подают горячий мясной стейк, но омега не притрагивается к блюду. Есть совершенно не хотелось. Вообще, ничего не хотелось. Даже спать.       Чонгук смотрит на гостей, которые беседуют между собой, ищет Чимина, и когда находит, то видит, что Пак тоже не трапезничает. Быть может, боится быть отравленным в королевстве названного врага? Глупая мысль, но Чонгук не удивится, если это так. Чимин вообще странно себя ведёт с момента смерти своего отца. Конечно, Чонгук понимал, что альфа скорбит, Чон и сам был в трауре по своему брату, однако, он не замыкался в себе. А Чимин… Чимин полностью исключил семью Чон из своей жизни, объявив отца Чонгука другоубийцей, хотя старый король пытался объяснить то, что он пытался помочь старшему Паку, но не успел. Всего лишь мгновение промедления и Чон потерял на поле боя брата и друга. Чонгук множество раз видел, как его отец испытывал угрызения совести. Ему было жаль старшего альфу, но он ни в коем случае не винил своего родителя в убийствах.       Чонгук не может судить Чимина за его реакцию и замыкание в себе. Все люди разные. Однако Пак не имел никакого права вести себя так по-свински вчерашним вечером. Пусть Чимин, возможно, ненавидит Чонгука, но он не должен был нарушать правила этикета. Если бы Пак сказал это совершенно незнакомому королевскому омеге, мог бы разгореться скандал, в худшем случае война. Однако Чонгук стерпит такое издевательство над собой в этот раз, потому что у него нет никакого желания начинать своё правление с вооруженного столкновения.

***

      — Удачного пути, король Мин, — произносит Чонгук, стоя возле кареты. Сейчас Чон на правах короля должен провести гостей.       — Благодарю, — Юнги наклоняется, оставляет поцелуй на ладони омеги. Чонгук же еле сдерживается, чтобы не сказать, что ему неприятно данное действо. Да, он омега, но теперь он еще и король, и пора бы уже забыть о традиции целовать руку на прощание. И вдобавок Чонгук за вчерашний день порядком устал от общества короля Мина, и он был даже рад, что тот сейчас уезжает. Однако что-то подсказывало Чону, что так легко от Юнги он не отделается. Мин решительно настроен на его счёт, стоит только вспомнить недовольство альфы после того, как Чонгук отказал ему в проведении до покоев. В тот момент Чон и вправду думал, что Юнги прижмет его к стенке и изнасилует, но хорошо, что всё обошлось. Пусть теперь Чонгук и король, но у него до сих пор остался страх к малознакомым альфам.       Чонгук провожает взглядом Мина, который садится в карету, и облегченно выдыхает. Пока что на одну проблему меньше. Чон подходит к следующему гостю, который оказывается Чимином. Чонгук не горит особым желанием приветливо провожать этого альфу после их вчерашней встречи в коридоре, но теперь он король, а, значит, должен наплевать на все свои принципы и последовать строго установленным правилам.       — Удач…       — Вы можете этого не говорить, — перебивает Пак. — Я извиняюсь за вчерашний инцидент. Я должен был держать себя в руках, а не говорить дурные слова в Ваш адрес.       Слова Чимина на этот раз и вправду звучат искренне. И Чонгук невольно вспоминает их знакомство, когда альфа ему нагрубил и извинился только лишь спустя год. На этот раз Чимин прогрессирует в своих манерах, хотя это не удивительно, он король, который намного опытнее самого Чонгука.       — Надеюсь, такое больше не повторится, король Пак, — четко произносит Чонгук, хотя внутри он борется с желанием, чтобы не выплеснуть все эмоции наружу. Ему хочется поговорить с Чимином, не как король с королём, а как с другом. Чонгуку хочется в который раз объясниться, что его отец не виноват в смерти старшего короля Пака. Чонгук всем сердцем желает, чтобы всё было как раньше, потому что и по сей день любит Чимина самой сильной и чистой любовью, которая ожила с новой силой. — Удачной дороги.       — Благодарю, однако, ладонь целовать не буду, — говорит Чимин. — Вы же всё-таки теперь не обычный омега, Вы король.       И в этот момент Чонгук готов поклясться, что видел недовольство во взгляде Чимина, брошенном на карету короля Мина. Хотя, возможно, ему всего лишь показалось.       Однако слова Чимина очень много значат для Чонгука.       Чимин признал его равным.

***

      Чимин садится в карету. Альфа ощущает странное чувство… ревности? Паку было достаточно неприятно смотреть на то, как любезничал король Мин с Чонгуком, как целовал руку омеги. Чимин понимает, что он не должен испытывать ревность, потому что Чонгук не его омега, а еще Чон красивый и имеет право на внимание от других альф.       Если раньше Чимин мечтал жениться на Чонгуке, то теперь этому уже не бывать. Боль и ненависть, которые и по сей день живут внутри альфы, никогда его не оставят.       Пак решает отбросить от себя мысли такого характера. Совсем скоро он будет в своём родном королевстве, а значит, всё будет как и прежде: Чимин забудется в документах, снова уйдет в себя, словно этой встречи и не было.       Чимин не хочет даже думать о том, что у него еще остались чувства к Чонгуку.       Потому что их нет… Ведь так, король Пак? Или может перестать врать самому себе?

***

      — Ты хорошо справился, — произносит король Чон, подходя к стоящему в королевском дворце Чонгуку. Совсем недавно все гости уже уехали.       — Спасибо, отец, — выдыхает Чонгук, поворачиваясь к старшему альфе, пытаясь немного улыбнуться. Сейчас Чон ощущал некое смятение. На протяжении пяти лет за занятиями он лишь изредка думал о Чимине, но встреча с альфой снова заставила вспыхнуть огонёк чувств внутри омеги, заставила вернуться в прошлое, когда всё было хорошо. Когда Чонгук мог касаться и обнимать Чимина, не боясь увидеть во взгляде альфы презрение.       — Что-то случилось? — обеспокоенно спрашивает бывший король. — Это из-за Чимина? Я видел, как ты его провожал.       — Нет, всё в порядке, — уверенно произносит Чонгук. Теперь он король, а, значит, он не должен обращать внимание на свои чувства. На плечах Чонгука судьба целой страны, и он ни за что не подведёт свой народ. — Я приступлю к делам.       — Хорошо, я уверен, что у тебя всё получится, — говорит старший альфа, одобрительно хлопая своего сына по плечу.

***

      Когда Чимин возвращается в свой замок, он, не обращая внимания на приветливые слова прислуги, поднимается в свой кабинет и закрывается на замок. Пак подходит к письменному столу, наклоняется и открывает нижний ящик, который наполнен разными старыми бумагами. Чимин быстро разгребает всё и на дне находит ткань, на которой был вышитый замок. Её когда-то подарил Чонгук.       Чимин крутит в руках вышивку, не понимая, почему он до сих пор не выкинул её. Пак разорвал все связи с королевством Чон, но не смог выбросить подарок омеги, потому что тот слишком дорог для него, служит памятью о самых лучших днях, которые были в жизни.       Замок получился очень аккуратным, Чонгук старался, вышивая его, даже с изнаночной стороны нитки практически не торчат. Чимин на мгновение задумывается о том, что сейчас Чон больше не занимается рукоделием, потому что теперь тот обязан управлять страной.

***

Десять лет назад.

      Чимину исполняется двенадцать. И в этот день у него выдается первый за долгое время выходной. Чем старше становишься, тем больше уходит времени на обучение. Совсем скоро у Пака времени на нормальный сон совершенно не останется.       Сегодня в королевство Пак должна приехать семья Чон, чтобы поздравить Чимина с днём рождения, а, значит будет и Чонгук. Пак, вообще, соскучился по этому вечно задирающему мальчишке. А ещё, возможно, приедет Хосок, хотя это маловероятно, учитывая то, что ему уже в скором времени исполнится пятнадцать.       Когда карета семьи Чон останавливается и из неё начинает выходить королевская чета, Чимин замирает. Хосока нет, но зато есть Чонгук. Омега сильно изменился с последней их встречи. Чон снова вырос, и Чимину из-за этого становится не очень комфортно. Пак в курсе, что у омег половое созревание начинается раньше, но только вот Чонгук в любом случае будет насмехаться над Паком и его ростом. Но несмотря на это, Чон стал еще красивее, хотя омега и так был достаточно симпатичным.       — С днём рождения, маленький Чимин, — произносит омега, когда подходит к Паку. Чимин закатывает глаза, так он и думал. Всё время их разлуки он упорно тренировался, чтобы больше не дать этому омеге победить себя, но тот ещё больше обошёл его в росте. В этом Чимин бессилен. — Не обижайся, я привёз тебе подарок, — говорит Чонгук и только сейчас Чимин замечает в руках омеги белую ткань. — Вот.       Омега протягивает канву Паку, и тот может видеть на ней аккуратно вышитый средних размеров замок. Наверняка, Чонгук потратил на это занятие много времени. Всё недовольство Чимина в момент испаряется.       — Спасибо, — смущённо отвечает Пак, опуская взгляд и видя, что ладони Чонгука исколоты иголками. Чимин знает, что любой порез в их время опасен занесением инфекции. Получается, Чонгук вышивал, получая мелкие увечья, рискуя собой, чтобы порадовать Пака. Альфа даже не знает, что на это сказать. — Ты…       — Всё хорошо, я обрабатывал раны, — говорит Чонгук, начиная ладонями теребить край блузы. И вообще, вся атмосфера между ними какая-то слишком смущающая. — Я хотел бы, чтобы через несколько лет мы жили вместе в таком же замке, если ты не против.       — Я не против, — Чимин улыбается. Он и вправду хочет прожить с Чонгуком всю свою жизнь.       — Вот и хорошо, — выдыхает омега. Щёки Чонгука стремительно алеют, и Чимину совсем непривычно видеть своего друга таким, хотя Пак ощущает, как сам покрывается румянцем.