Multum

Наступившее утро Белоснежка встретила весьма нерадушным настроем, небольшими мешками под глазами и соловьиным пением за окном. Ночью она никак не могла сомкнуть глаз. Ее тревожили посещавшие голову мысли. Назойливые, словно мухи, и кружащие голову. Она вспоминала отца. Неприятный осадок все еще оставался при размытых воспоминаниях, невольно открывающих рану, которую девушка старалась не тревожить. Все же, родная кровь — как здесь можно было обрести покой? Король Белого Королевства, единственный дорогой для нее человек и горячо любимый родитель. Она пролежала так, не смыкая глаз, до пяти часов утра, глядя в потолок и даже позволяя себя задушено проронить в подушку несколько слезинок. Нельзя было никого будить. Стены в доме казались тонкими, везде найдутся лишние уши. Когда ты остаешься в одиночестве, то невольно начинаешь постепенно сходить с ума. Признаться честно, ее пугало будущее, которое, пусть и нескоро, но наступит. Белоснежка ни в коем случае не жаловалась на свою судьбу. Ей с самого начала предоставлялся выбор, и она его сделала. Она не задумывалась о сожалениях. Немного напрягала также и семерка героев, что еще окончательно не выдвинула свой вердикт. Они посовещались прямо на ее же глазах, даже не скрывая разговора. Обсуждение длилось недолго, да и нечего, если честно, было обсуждать. Белоснежка напряженной статуей стояла до того самого момента, как Мерлин, успокаивающе улыбнувшись, не заверил ее, что они обязательно помогут — герои, как никак. Возможно, растрогала чужая история, возможно — настолько благородны были сердца, но: — У нас дома места хватит, оставайся здесь, если хочешь, — улыбнулся уголком губ Артур, и все дружно, подобно китайским болванчикам, закивали. — На время, — тут же дополнил Ганс, но она невольно уловила в его речи неуверенность и некоторое смущение. Встала она с великим трудом, свешивая ноги с кровати и надевая такие привычные красные туфли, сошедшие, как влитые. Помнится, когда они преобразовались под ее размер впервые, повзрослевшая на год Белоснежка с восхищением смотрела на них, не моргая. Все же, удивительная это вещь — волшебство. А после задумывалась, поворачивая голову к окну. Сколько же чудес таил в себе мир, который находился там, за стенами замка? Куда бы ни за что не отпустил ее отец, строго заботящийся о ее безопасности. Сколько неизведанных загадок можно было увидеть, пересеки она границу? Она пересекла. Странствовала из одного Королевства в другое с одной конечной целью. На пути ей попадались различные волшебники, но они были сами себе на уме. Однажды она даже встретила фею, когда прогуливалась по лесу недалеко от городка, в котором остановилась. Правда, тут же спряталась за деревом в попытке не остаться замеченной. Феи выглядели… не такими, какими она себе представляла. Из-за этого и недоверчивость одерживала вверх над наивностью. Неизвестно, что в себе таили столь сказочные существа; какие намерения в себе скрывали. Белоснежка ничего не знала. Она читала книги из семейного архива, когда было скучно, но не все источники оказывались правдивыми. Белоснежка относилась с опаской даже к самым обычным волшебникам, не забывая об осторожности. — Доброе утро, соня, — обратил внимание на спускающуюся девушку Лукас, что расслабленно сидел на деревянном выступе окна. В руках он держал на вид неспелое яблоко, которое охотно ел, даже не морщась. Видать, сорвал где-то поблизости. Белоснежка неловко улыбнулась, кивая. — А где… — она невольно огляделась. — Ганс ушел в лес, чтобы собрать ягод, — поняв ее растерянность, начал объяснять мальчик. — Мерлин с Артуром тренируются на мечах, Джек же… — Собирался сказать вам кое-что, — неожиданно раздался голос поблизости, и по акценту Белоснежка поняла, что это вышеупомянутый Джек. Невидимость перед ними развеялась, и легким движением отброшенной ткани мантии на виду показался беловолосый юноша. — Х-хватит уже так незаметно подкрадываться! — возмутился подорвавшийся Лукас, что чуть ли не поперхнулся очередным куском яблока. — Извиняюсь, — ничуть не сожалея, пожал плечами он. — Белоснежка, — уже мягче обратился к ней, и девушка с готовностью повернулась. — Как только поешь, выйди во двор. Мы хотели бы посмотреть на твою силу. В горле мгновенно пересохло, а пальцы ощутимо впились в кожу. Разумеется, они хотели увидеть ее магию. Это бы рано или поздно произошло. Просто Белоснежка была немного не готова, но, быстро переменившись в лице, легкомысленно улыбнулась: — Да, конечно. Джек, невольно улыбнувшись в ответ, также исчез, скрываясь под своей мантией-невидимкой. — Я никогда к этому не привыкну, — пробубнил себе под нос Лукас, с легкой настороженностью осматривая пространство вокруг себя. И тут же облегченно вздохнул, когда дверь неизвестным образом открылась и захлопнулась. — Он такой странный. — Зато не скучно, — сглаживая обстановку, пошутила она. — Как тут заскучать, — согласился мальчик. — Кстати, я ведь попрощаться хотел, — тише добавил он, тут же словив непонимающий взгляд девушки. Точно, ему наверняка нужно было идти домой. Переволновавшиеся родители определенно устроят ему взбучку, — почти с жалостью подумалось ей. Будь она его сестрой, девушка бы ему таких тумаков наваляла, что мама не горюй. — Я буду тебя навещать иногда, — тут же пообещал Лукас, когда девушка обняла его, похлопывая по спине. — Если, конечно, ты еще останешься здесь. — Только не смей больше влипать в неприятности, — фыркнула Белоснежка беззлобно, в ответ получая несдержанный хохот. Белоснежка не хотела так быстро расставаться с Лукасом. За один день они очень сблизились, и прощаться так скоро оставляло неприятный осадок на душе. Хотя, неизвестно ведь, что сотворит судьба. Возможно, они еще увидятся. Хотелось бы в это верить. Когда мальчик прощался со своими кумирами, она видела, с каким восхищением он смотрел тогда на Артура. Ох, ей тут же стало понятно, кто являлся его главным авторитетом среди всех. Мерлин по непонятной причине фыркал, а Джек только растрепал чужие волосы вместо слов, тут же начиная заниматься своими делами. Трое близнецов вышли из своей мастерской, коротко помахав, и на том их пути разошлись. Как только она скупо поклевала фруктов в вазе и выпила стакан воды, Белоснежка отправилась, как и попросил Джек, на улицу. Едва переступив порог крыльца, она сразу уловила сражающихся на мечах Мерлина и Артура. Первый находился без своего синего камзола, в темных лосинах и длинной белоснежной рубашке, подпоясанной кожаным ремнем. Артур же, в отличие от своего противника, ходил с открытым торсом. Вероятно, из-за жары. Белоснежка не знала, стоило ли тех отвлекать от своего занятия. Но едва она успела открыть рот, как всю работу за нее сделал Мерлин: — О, а вот и туфелька, — тут же отбросив меч в сторону, он исказил губы в обворожительной улыбке. — Как спалось? — повернулся к ней Артур, и Белоснежка вдруг замялась, отведя взгляд. — Тут же дама, испорченный, — зашипел на него недовольно волшебник молний, подхватив с земли чужую жилетку и безжалостно кидая тому в лицо. — Прикрой свой срам. Белоснежка мысленно сказала парню спасибо, заодно извиняясь перед здоровяком. Она облегченно вздохнула, лишенная остальных вопросов, когда юноши молча последовали в мастерскую, чтобы позвать близнецов. Через некоторое время прибыл Ганс с полной корзиной лесных диких ягод. Джек появился спустя время, с зеркалом в руках. Нетрудно догадаться, чем он занимался ранее.

⚜️⚜️⚜️

Она нервничала, да, но, подгоняемая чужими взглядами, старалась не выдавать своего волнения. Белоснежка буквально чувствовала энергию, текущую в ее жилах. В воображаемом мире резал звук открывшегося замка. Кроваво-красный — цвет яблока — застывал перед глазами пеленой. Она напряженно осмотрела свои ладони, прожигая испепеляющим взглядом и смаргивая легкое наваждение. Она так боялась пересечь черту. Свою магию, являющейся то ли даром, то ли проклятьем, использовать она так и не научилась. Там, в замке, будучи запертой в четырех стенах, возможности практиковать ее девушка не имела. Да и не хотела, если честно. Когда тебя окружают люди, а в твоем теле находится опасная сила, вот-вот готовая высвободиться из чужих тисков, нельзя было терять бдительности. Что уже говорить о страхе, который появлялся лишь при одной мысли навредить невинным людям. — Она сейчас просто концентрируется, да? — тихо прошептал Артур на ухо Гансу. Рыжеволосый юноша промолчал. — Что-то долговато. — Дай ей немного времени, — не отрывая пристального взгляда от девушки, тихо прервал того Мерлин, сидящий на пне. Возможно, его просьба продемонстрировать им свою силу на полной мощности являлась очень бредовой идеей, учитывая, что девушка не в состоянии ее контролировать. Что она неоднократно упомянула в своем рассказе. А лишь услышав чужую просьбу, то сильно занервничала. Что уж поделать с этим любопытством, страшная она штука, — не чувствуя мук совести, оповестил ее Мерлин, и коротко пожимая плечами. Правда, он неудачно пошутил, стараясь таким образом разрядить обстановку. Дело было далеко не в банальном интересе. Ему, как единственному волшебнику среди компании, все-таки нужно было знать, с чем им придется сталкиваться в ближайшем будущем. Мерлин терпеливо насчитывал секунду эдак десятую. И именно тогда аккуратные пальцы испустили искру, а через миг — перерождающееся яркие языки колыхающегося пламени. Белоснежка закусила губу, пытаясь не переусердствовать, и неуверенно оглянулась на собравшихся юношей, немо спрашивая, что делать дальше. Те молча стояли на небольшом расстоянии от нее, внимательно наблюдая. — Слабовато, — прищурено оглядывая крохотное пламя, наконец, выдал свой вердикт Мерлин. — Значит, ты маг огня, — с важным видом кивает он. — Это очень редкая специализация. — Редкая, но справится с ней — нелегкая задача, — вставил свою копейку Джек. — У меня в запасе остался год, — она расслабленно моргнула, и согревающее пламя немедленно развеялось. — Всего год, чтобы я научилась управлять ей. — Это твой предел? — вопросительно изогнув бровь, поинтересовался у нее осторожно Артур. Он выглядел явно разочарованным — ожидал куда большего эффекта. Если бы она устроила взрыв — было бы намного веселее, — фыркнул недовольно он в мыслях. — До этого она не использовала свою магию, это неудивительно, — задумчиво протянул Мерлин таким тоном, словно ничего более иного не стоило ожидать. Этот тон Белоснежке очень не понравился. — Я способна на большее, если начну тренироваться, — гордо оповестила она его, и тот поднял руки вверх, якобы сдаваясь. — Хорошо, допустим, — примирительно проговорил Мерлин, улыбаясь. — Но, все-таки, можно спросить? Ты слышала, сколько времени маги тратят на то, чтобы просто научиться идти на контакт со своей силой? Белоснежка потеряла свой запал, опуская голову. Для того, чтобы просто чувствовать свою магию, избранные тратили несколько лет, а то и больше. Минимальный вариант — два года, если магия относилась к легкому виду. Ни для кого секретом не являлось, что огонь — тяжело сдерживать, им легко обжечься, он нес в себе разрушение. Наладить с ним контакт — задачка не из легких, почти невозможная. — Я так и думал, — беззлобно хмыкнул волшебник молний, нарушая образовавшуюся тишину. — Понимаешь, как ты сказала, если в запасе у тебя остался всего год, и твоя сила пробудиться окончательно, заверяешь ли ты, что сможешь ее контролировать? — Я смогу ее контролировать, — чересчур резко отозвалась девушка. — Быть или не быть, вот в чем вопрос, — с поучительным видом процитировал Джек, и все устремили на него непонимающие взгляды. Тот, стушевавшись, пояснил: — Простите, мне просто показалось, что будет круто упомянуть Шекспира. Тут такая атмосфера загадочности. Парни закатили глаза, а Мерлин покачал головой, смыкая руки в замок перед собой и поудобнее устраиваясь на пне. — Медитация, — коротко подсказал он. — Ты должна медитировать до того самого момента, как не наладишь контакт со своей магией. — Тогда я начну прямо с сегодняшнего дня, — с вызовом в горящих глазах ответила ему Белоснежка. Она не для того проделала такой долгий путь, чтобы опустить руки, как только появятся сомнения. — Но гарантии ведь нет, — хитро на нее взглянул волшебник молний. — Но я могу хотя бы попытаться, — упрямо скрестила она руки на груди, воинственно встретив чужой взгляд. Белоснежка делала все возможное, чтобы казаться уверенной в их глазах, но глубоко в душе таились смутные сомнения. — Что станет, если все-таки не получится? — наконец, сдавшись, тихо задала она мучавший голову вопрос. Мерлин открыл было рот, чтобы ответить, но, встретив ее наполненный переживаниями взгляд, почему-то замолчал. Появилась какая-то пугающая аура напряжения. — Если же не сможешь… — юноши, стараясь не смотреть на порядком растерявшуюся девушку, отвели виноватый взгляд. Они что-то скрывали. — Мы глубоко наплюем на пророчество, — наконец, мрачно закончил за них Мерлин, вставая и отряхивая колени. — И победим ведьму, что захватила Королевство Альба, сами, — решительно посмотрел на нее он, наблюдая за реакцией. — Пожалуйста, только не осуждай нас. Мы — герои, это наша работа. — Что? — порядком ошарашенная услышанному, Белоснежка словно в надежде взглянула на остальных рыцарей. Но те упорно не смотрели на нее. — С самого начала мы не были уверены, стоило ли соглашаться на твой зов помощи, если в итоге спасать свою родину ты будешь в одиночку. Наша гордость тогда, как величайших рыцарей Сказочного Острова, скажем так, была немного задета, — Мерлин неловко улыбнулся. — Но если нет гарантии, что ты справишься самостоятельно, это может стоить жизни. Твоей жизни, — серьезно оповестил он ее. — Поэтому будет лучше, если ты продолжишь носить свои красные туфельки, сдерживающие магию огня в тебе, и никогда их не снимать. А мы — выполним свой долг. — Вы не сможете одолеть ее! — в попытке достучаться, чуть ли не крикнула девушка. Она до последнего надеялась, что это была просто шутка, но стоило волшебнику молний договорить, как до нее начал доходить весь смысл. Согласно предназначению, только огонь феникса в ее жилах способен спасти Белого Короля и его поданных. Она — наследница престола, но даже не это повлияло на пророчество. Все дело в магии, что пока мирно жила у нее в теле, с каждым днем копившее в себе манну. Остальных же, что найдут смелость противостоять ее мачехе, ждала неминуемая смерть. Она не желала столь ужасной участи бесстрашным героям. — Плохого же ты мнения о нас, сильнейших рыцарей Сказочного Острова, — фыркнул в обиде Ганс, остальные хмыкнули, явно недовольные. — Ее нельзя одолеть грубой силой, поймите же! — сжала Белоснежка кулаки, едва ли не рыча от чужой упертости. Какие же они гордые, черт возьми. Да даже не в гордости было дело, они могут погибнуть, если будут рваться напролом, даже не зная истинное лицо своего противника. — Вы не знаете, на что способна Регина! Вы не знаете, что видела я; какие злодеяния она творила… — она зажмурила глаза, стиснув зубы, но быстро взяла себя в руки. — Регина, ведьма, что подчинила себе все Королевство, обладает пугающим колдовством! Ей подчиняется тьма, она сама — воплощение тьмы, которое скрывается за маской красоты невинной женщины. Она может подчинить себе все: чудовищ, жестоких тварей неизведанной силы, а вы, даже не зная, какие опасности таят в себе ее края, говорите мне, что одолеете ее своими силами. Почему вы ничуть не цените свою жизнь, идя напролом?! Вы можете когда-нибудь послушать других, прежде чем эгоистично принимать за них решения?! Все замерли, отчитанные гневной тирадой, казалось бы, маленькой хрупкой девушки, стоявшей перед ними. Близнецы едва ли не вжали голову в плечи, скрываясь за своими шляпками, казавшимися единственным спасением. Мерлин в восхищении замер, когда уловил в чужих карих глазах бушующий от злости огонь, даже не в состоянии выдавить и слова, а Ганс мгновенно стушевался, с виной понимая, что все они довели ее до такого состояния. Белоснежка, поняв, что накричала на них, глубоко вздохнула в попытке успокоиться. — Простите, я наговорила это сгоряча, — приложила она руку ко лбу, виновато смотря на парней исподлобья. — Да все… в порядке, — тут же спас положение Артур, четко видя огромную вину на чужом красивом лице. — Послушай, туфелька… — подал голос Мерлин, но дернувшаяся шатенка, переведя внимание на него, слегка нахмурила свои тонкие густые брови. — Я Белоснежка, — сдерживая в себе фырк недовольства, поправила его она. — Нет, — обворожительно улыбнулся волшебник молний. — Мне больше по душе называть тебе туфелькой. А лучше — красной, когда злишься, — ехидно добавил он, и все, оценив шутку, улыбнулись. Белоснежка махнула рукой, усмехнувшись сложившейся ситуации. — Я все спросить хотел, — продолжил юноша, резко принимая серьезный вид. — Скажи… — он слегка прищурился, намекая, что легко распознает ложь от правды, если она попытается его одурачить. — Ты ведь принцесса, не так ли? Девушка застыла. — С чего ты взял? — стараясь скрыть свое волнения, твердо поинтересовалась она. Девушка невольно сглотнула, пробегаясь растерянным взглядом по всему, что попадется. Они не должны были догадаться так скоро. Белоснежка упорно скрывала свою родословную по определенным причинам. Об этом никто не должен был узнать. Даже прогуливаясь по улицам маленьких городов, она носила плащ и скрывала свое лицо от людей. Если бы они узнали ее, ту самую пропавшую принцессу, что славилась своей красотой во всех краях, то немедленно бы доставили в королевство Альба. Иначе говоря, вернули бы ее в объятья своей «горячо-любимой мачехи», что вот уже на протяжении года ищет ее по всем землям. Жалко, что истинную причину ее поисков знала лишь одна Белоснежка. Мерлин, продолжая также прищурено прожигать в ней дыру, внезапно ободряюще улыбнулся. — Ты действительно принцесса, — подтвердил он свои догадки, поняв по чужой нервозности, что оказался прав. Артур закатил глаза. — Разумеется, она принцесса, — затем чуть тише пробубнил: — Такая красавица не может не быть ей. — Ну, на подобных основаниях и я догадался, — ухмыльнулся самодовольно он и, не дав Белоснежке что-либо ответить, обратился: — Тогда слушай, принцесса, — улыбнулся от обращения, что невольно сорвалось с губ. — Так как у нас остался всего один год в запасе, — Мерлин поднял указательный палец и невольно перевел взгляд на друзей, те кивнули в подтверждении. — Сдается мне, у тебя есть причины скрываться, но рассказать ты нам их пока что не можешь. Нет, пожалуйста, только не вини себя, мы люди понимающие. Это не наше дело, — тут же успокоил ее волшебник. — Тебе нужна защита — мы с радостью тебе ее предоставим и будем оберегать от любой опасности. Я тебе обещаю. — Но как же быть с моей магией? — Белоснежка грустно опустила взгляд на свои руки. — Я не закончил, — улыбнулся он. — Я буду тренировать тебя. — Что? — Что?! — крикнули шокировано остальные. — Я только что это решил, — Мерлин фыркнул, довольный произведенным эффектом. — Среди вас всех, я — единственный волшебник. Кому, как не мне, учить ее весь этот год? Ей нужен наставник. — Да из тебя наставник, как из меня… — возмущенно начал Артур. — Умный человек, — подсказал Ганс. — Умный человек! — закончил здоровяк, но моментально осекся. — Сам дурак! — Почему вы так внезапно поменяли свое решение? — не обращая внимания на шум, задала давно интересующий ее вопрос Белоснежка. — Потому что я — принцесса? — Потому что ты была права, — коротко пояснил Мерлин и усмехнулся, вспоминая ее пламенную речь, когда девушка их отчитала, как детей маленьких. — Хотя то, что ты — наследница престола, тоже сыграла немаловажную роль. Кому спасать собственный народ и отца — лишь тебе решать, а против слова принцессы мы ни за что не пойдем. Мы были эгоистичны в своих желаниях, — он галантно взял хрупкую девичью ладонь, опускаясь на колено и в упор глядя своими зачарованными глазами. — Наверное, нас свела сама судьба? — прошептал юноша с трепетом в голосе. — Скорее, старый воришка големов и удача, — совершенно не видя подвоха, пошутила Белоснежка. Она мягко отдернула руку, как ни в чем не бывало поворачиваясь ко всем собравшимся. — Спасибо вам, — девушка широко улыбнулась и ласково обвела каждого юношу взглядом. — Я очень признательна вам. Даже не знаю, как вас отблагодарить. — А мы-то как тебе признательны, — пробубнил на грани слышимости Артур, весь с красными пятнами по лицу и с ладонью, которая зажимала рот в очередном приступе смеха. Белоснежка невольно улыбнулась, стараясь скрыть свое непонимание. — Вот придурок, — тихо прохрюкал Пино, поддерживаемый несдержанным хохотом своих братьев, что беспрерывно наблюдали за волшебником молний. Мерлин продолжал сидеть на одном колене, явно оскорбленный, с опущенной головой и потерянный в прострации. В каком это месте его чары обворожительного красавца дали трещину — неизвестно. — Неплохое начало, — задумчиво и тихо выдал свой вердикт Ганс. Джек, закатив глаза, фыркнул.