Глава 2
16 марта 2022 г., 17:17
Чтобы выбраться из лесу парням потребовалось бы около получаса – не больше, поэтому после завтрака они послушно двинулись в путь. Воздух с каждым шагом становился всё менее привычным и более чистым, исчезал тот едкий болотный привкус во рту. Постепенно, на вязкую грязь, что они называли дорогой, пробивались настойчивые солнечные лучи.
Айден стыдливо ощущал щекотливое желание в груди поскорее выбраться отсюда и оставить мрачность жизни позади. Оставить весь этот вечный туман, разваливающийся даже в доме ведьмы... Нет, он любил всё это – чисто и искренне, но теперь ему необходимо двигаться дальше. Он был готов отпустить это короткое прошлое, но стыдился признаться в этом Мору, который, не выражая ни каких эмоций на своем лице, шёл немного впереди. Его лицо в принципе редко выдавало чувства, которые наверняка терзали дикаря, но за несколько лет практики Айден научился распознавать чужую энергию и мог догадываться об его эмоциях даже без их явного проявления.
Покидал свой единственный родной дом Мор, терял контроль над происходящем - и это резало его душу не хуже острейшего из его ножей. И как в такой ситуации эльф мог поделиться с ним радостью ухода?
Айден горько усмехнулся и отвёл взволнованный взгляд от спины друга. Мор, словно почувствовав явную нехватку внимания к своей персоне, слегка повернул голову в сторону своего спутника, задержавшись так на несколько мгновений, но в итоге дикарь так и не сказал ни слова. Тишину прервал едва различимый топот копыт, что, кажется, постепенно увязал в лесной грязи.
Путники резко остановились, прислушиваясь к необычному для этих мест шуму, это слегка напрягало. Айден обвел внимательным взглядом горизонт, пытаясь разглядеть за мёртвыми деревьями источник звука, но тот чуть погодя сам показался им. Одинокий солдат, чья эмблема на доспехах была как-то смутно знакома эльфу, с трудом преодолел на своем коне пару метров. Животное остановилось, нервно прошлёпало губами, заметив Мора, и отказалось идти дальше, с какой бы силой наездник не лупил его. Айден с Мором быстро переглянулись, словно застигнутые врасплох дети, но дикарь сориентировался немного шустрее. Неспешно подошёл ближе к лошади, заставляя ту испуганно дёрнуться. Он изучал внимательным, слегка игривым, взглядом наездника, чьё лицо скрывалось под шлемом. Айден повторил за ним, но встал с противоположной стороны, они оба начали медленно двигаться вокруг чужака, который, сам того не осознавая, попал в ловушку.
— Нет времени на очередных разбойников, мне нужно двигаться дальше, — недовольно фыркнул наездник, пытаясь заставить лошадь под собой двинуться вперёд, но та запротестовала, утопая копытами в вязкую землю.
— Дальше только смерть, иль ты пришёл в её объятья? — негромко поинтересовался Мор, чуть склоняя голову набок и с неподдельным интересом следя за движениями мужчины, словно кот, наблюдающий за мышью.
Айден видел животный огонёк в полуприкрытых глазах своего друга, замечал ту лёгкую хищную ухмылку, и вместе с этим ясно осознавал: чужак однозначно умрёт в игривых руках Мора. Но эльфа это вовсе не волновало. Должно ли ему быть какое-то дело до очередного наёмника, разбойника или солдата, которого отправили за головой злой ведьмы, пообещав горстку монет? Он не ощущал ни жалости, ни скорби по чужой прерванной жизни. Размышления эльфа прервал звон вынимаемого из ножен наездника меча, направленного в сторону Мора. Эльф тяжело вздохнул, окинул ладонями землю вокруг себя, и та, тут же подчиняясь, стала прогибаться под весом лошади, словно желе. Испуганное животное издало непонятный звук, пытаясь встать на дыбы, но вместо этого ещё быстрее уходило под землю. Наездник поспешно бросил поводья, оттолкнулся от своего коня всем весом и свалился на твёрдую, не тронутую магией, поверхность. Он не сразу осознал, что произошло: так и лежал, чуть привстав на локтях, наблюдая за гибелью лошади. Странная реакция. Он должен был бежать, не оборачиваясь и плутая меж деревьями, в то время как Мор бы догонял его и мучал видениями.
— Я хочу видеть твоё лицо, — тихо произнёс Мор, и Айден исполнил его просьбу, слегка шевельнув своими пальцами.
С неестественной лёгкостью с наездника слетел шлем, падая куда-то в сторону, и Айден мгновенно подметил заострённые эльфийские уши. Коротко изучив их, перевёл взгляд на лицо чужака и приятно удивился: ни намёка на страх! Незнакомец смотрел то на эльфа, то на дикаря. Уверенно, раздражённо и с нескрываемой злобой. Уж очень похож на одного из солдатов Рейнара, но им не зачем было заходить так далеко…
Болото находилось как минимум в неделе верховой езды от владений самого Рейнара. Айден насторожился, почувствовав лёгкий укол сомнения. Воспоминания о прошлом отзывались уважением и грустью. Переведя взгляд на Мора, Айден слегка качнул головой в разные стороны, давая понять, о своём нежелании убивать встретившегося им эльфа.
— Слепая забота о "родном" народе? — саркастично поинтересовался Мор. — Она туманит твой разум! Своим умом ты думать разучился в миг?
Айден раздражённо отмахнулся и двинулся дальше, не желая тратить ни секунды на детские забавы Мора. К удивлению эльфа, друг прислушался к нему. По-своему, конечно... Отпустить чужака глубже в лес... Относительное спасение, надо признать. Шансы на то, что он найдёт выход раньше, чем его заметит ведьма, были чрезвычайно малы.
— От бездумной доброты лишь несчастья, Айден, — Мор поравнялся с эльфом и скользнул взглядом по его недовольному лицу.
Иногда Айдену казалось, что дикарю нравилось видеть эльфа таким: раздражённым, недовольным, обиженным. Специально выводил на эмоции, выдавливал из него всё до последней крупицы чувств. Играл с ним, а Айден глупо вёлся.
«Он похож на солдата Рейнара», — аккуратными, горящими буквами вывел в воздухе эльф.
— Здесь нет королей, я не знаю, о ком ты, — Мор слабо пожал плечами.
«Слишком далеко. Надо было узнать, что он ищет».
Мор несогласно мотнул головой и больше ничего не сказал.
***
Выйдя на лесную дорогу, заботливо проложенную телегами, повозками и лошадьми, эльф вдохнул полной грудью. Воздух другой. Грязноватый, людской... Самодельную дорогу окружали невысокие хвои, за которыми уже слышался деревенский шум, звучавший до неприличия непривычно, неприятно и незнакомо. Айден лишь оттряхнул темную накидку из кожи местной живности, которую когда-то для него смастерил Мор в качестве подарка, и избавил теплую ткань от грязи непроходимых дебрей. Болотный запах, к сожалению, выбить не удалось. — Люди, остроухие, карлики, изумрудные уродцы, — Мор недовольно пробурчал, делая первый шаг к шумной деревне, — словно колокольный скорбящий звон. Айден только улыбнулся.***
В таверне было людно. Крайне людно. Голоса, дребезжание кружек, стекающее каплями на пол пиво, шлепки сальных ручишек по ягодицам юных помощниц трактирщика… Несмолкаемый, бессмысленный гул. Эльф лишь нервно дёрнул губой от неприязни. Разместились гости в одном из самых темный углов, куда практически не доставал свет горящего факела. Мор чёрным зверем скользнул меж толстых тел людей за пивом. Айден прислушался. — Ну, так, я ему говорю, ты шаг ступи на чёртову землю, и потеряешь и ногу, и чёртов свой хрен, бабе не присунешь, болван. А он мне: "награда-награда", и давай свою песню по новой. Ну… и черт с ним, и с наградой этой, сколько моих парней уже полегло из-за неё. Нет, друг, больше мы туда ни шагу, — смуглый мужчина запил свой рассказ парой больших глотков хмельного. — Дак, слыхал, все сбежались? Дворфы вон организовали... как его.. отряд свой и собираются на поиски. Даже остроухие, чтоб их, они... — икнул друг смуглого. — Уже свои лапы сюда тянут. Видел уже эту нечисть. Ещё идут. — Пусть все весте сгинут в этих долбанных лесах. На том и порешали. Чокнулись деревянными кружками, причмокнули от хмеля на губах и встали. Мор уже поставил две пинты на стол и уселся рядом с Айденом, скользнув темным взглядом сначала по двум мужикам за соседним столом, а затем — по эльфу. — Сферу ищут, — подтвердил Мор. — Сферу, что по силе своей, превозмогает жизнь и смерть. Превращает белое в чёрное, а мертвеца — в живого. Абсолютная власть. "Есть такая?" — Отчасти, — ответил он, прочитав немой вопрос. — Глупцы, как им и полагается, слепы к обратной стороне силы. Оба выпили по пиву. Айден чуть поморщился, ощущая горький вкус на языке, и окинул взглядом всех гостей таверны. Мужики, побитые и помятые жизнью, упиваются пивом и женщинами, щёлкают друг на друга пожелтевшими кривыми зубами, доказывая, у кого меч и хер больше. Жалкое зрелище! Однако от чего-то в груди у эльфа взбунтовалась не только неприязнь. Как давно он не видел никого, кроме дикаря, похожего на израненного зверя, и старухи, готовившей на завтрак одно и то же блюдо из трав и отравленного мяса? Как давно ветер не менял своего направления? Как давно не менялась погода? Как давно сквозь болотный, лесной воздух к нему не пробивались солнечные лучи? Эльф провел пальцами по холодной кружке, переведя задумчивый взгляд на хмельную роскошь. Чёрт, да как давно он не выпивал столь отвратного пойла? Улыбнулся... — От чего же? — с лёгким удивлением спросил Мор, задержав взгляд на бледных губах Айдена. Эльф слегка кивнул в сторону пьяных мужиков. Не смущался, не закрывался. Мор не чужой. Наоборот... родной? Грубый, странный, дикий, пожирающий живых лошадей, но родной. Года их сблизили. Года научили, объяснили, изменили. С их встречи Айден ни разу не чувствовал себя глупым и слабым. Каким он был до того: позорно слабовольным, до неприязни глупым, до неприличия.. никаким. Что в нём было? Ничего. Однако этого не замечал ни он, ни даже Рейнар. А Мор ткнул его, измазав собственной никчемностью, и кинул кусок белой ткани, чтобы очиститься. Куска хватило. — Смею ли надеяться, что улыбка на твоих устах принадлежит презренью? Дикарь усмехнулся и разом допил горькое пиво. "Как ты за него заплатил?" - эльф тут же бледным пальцем указал на пинту. —А-а.. — Мор заговорщически растянулся в улыбке, чуть наклонился к эльфу, тот, без раздумья, придвинулся к дикарю, встречаясь с хищным тёмным взглядом. — Простое лукавство. Легкое движение замотанной руки человека заставило серебряные монеты падать из ладони, почти сразу же рассеиваясь в воздухе. — Обернутся пылью, как только мы покинем сей гадюшник. Айден задержался на глазах Мора. Таких же диких, бездонных, неукротимых, как и тогда. Сколько в нём силы? Мощи? Воли и неповиновения? Дикарь позволял, не отводил взгляд и не менялся в лице. Только зрачки темных глаз изучали противоположный ясный свет эльфа. Мор видел, что не осталось ни бессмысленных слёз, ни страха, ни слабости. Свет был ярким, стойким, который мог тягаться с силой самого Мора. Он чувствовал гордость. — Поиграем? — вдруг промурчал дикарь.
