Глава 2
28 июня 2020 г., 19:31
— Ненавижу магглов, — в непонятно какой по счёту раз сказал Драко, на что Гарри уже практически никак не реагировал, разве что поджал губы. Он перестал считать эти причитания после двадцатого раза, но Малфою, видимо, ещё не скоро надоест это повторять. К сожалению, эти слова всё-таки были немного к месту, во всяком случае, по отношению именно к этим магглам, с которыми они практически породнились в автобусе по дороге во Флагстафф. И вообще, создавалось такое ощущение, что эти люди были только рады соответствовать малфоевскому представлению о магглах.
Возьмём хотя бы эту Громкую Парочку. Именно с большой буквы. Они без умолку тарахтели друг с другом всю дорогу, но делали это настолько громко, что невольными участниками разговора становились все сидящие вокруг. Парочка обсуждала пустоши Аризоны и громко удивлялась тому факту, что тут вообще живут люди, — этим вопросом и сам Драко успел задаться, но ему стало скучно уже через 8 минут их разговора. Но это ему стало скучно, а вот парочке, видимо, нет. Некоторые из пассажиров, которые явно были местными жителями, уже начинали недружелюбно поглядывать на тех двоих, и Драко втайне надеялся, что кто-то в итоге сорвётся и выскажет им всё, что думает. Или даже лучше — кинет в них чем-то тяжёленьким.
Но это ещё не всё. Вторым примечательным персонажем был храпящий мужчина, который заснул в тот же момент, как его тело коснулось сиденья автобуса, и издавал звуки, напоминающие горного тролля. Драко с невероятным упорством будил его уже раз двенадцать, с силой ударяя ногами по спинке его сиденья, но тишина заканчивалась практически моментально. Ах, если бы у Драко только была палочка! С ней этот кретин замолчал бы навеки.
У Малфоя аж руки чесались от желания воспользоваться палочкой. Это было просто несправедливо — отбирать у них палочки ради какого-то там соревнования. Этой мыслью Драко поделился с Поттером уже в четвёртый раз.
— Малфой, если ты ещё хоть раз скажешь, как ты ненавидишь магглов, гонку, маггловскую одежду, её качество или ещё хоть что-то, связанное с магглами, клянусь, я тебя ударю.
— Ненавижу тебя, Поттер, — медленно произнёс Драко, вызывающе глядя Гарри в глаза. Уж он-то знал, что Поттер не рискнёт ударить его в автобусе, полном магглов. Наверное.
Поттер закатил глаза.
— Ну какой же ты мудак!
— Следи за языком, Поттер, тут вообще-то дети. Не говоря уже о зрителях, — фыркнул Малфой, кивая на вездесущий Глазок, который пристроился на потолке как раз над ними и слился с остальными лампами.
На слове «дети» Поттер всё-таки обернулся, кинув быстрый виноватый взгляд через плечо. Двое маленьких ангелочков, сидящих позади, явно всё слышали.
— Он сказал плохое слово! Мама, ты слышала?
— Мама! Маааааааам! Этот дядя сказал плохое слово! Мама?
Несмотря на то, что мама явно не слышала, детки продолжали орать всё громче и громче, пока она не шикнула на них, приказав сидеть молча. Роскошная женщина. Поттер сказал, что она не слышала ангельский зов своих детей из-за каких-то наушников. А ещё Поттер сказал, что и сам бы не отказался от наушников, чтобы не слышать нытье Драко.
— Напомни мне поблагодарить их мамашу, когда мы выберемся из этого адского средства передвижения, Поттер.
Гарри издал тяжкий вздох и потёр пальцами переносицу.
— Ну и почему же?
— Её отпрыски значительно понизили моё желание размножаться. Пусть Малфои вымрут.
Поттер удивлённо посмотрел на него. На самом деле Драко даже больше нравилось удивлять Поттера, чем бесить, хотя этот секрет он предпочёл бы унести с собой в могилу. Но удивлять его было тяжело, и чаще всего это получалось случайно. Ему нравилось, как правая бровь Поттера при этом поднималась, создавая морщинку на знаменитом шраме, а губы изгибались в полуулыбке.
— А ты не думаешь, что это слишком? Они же просто дети.
Драко усмехнулся. Дети. Эти так называемые «просто дети» извели Драко намного больше, чем храпящий мужчина спереди и незатыкающаяся парочка пассажиров. Эти маленькие гадёныши успели постоять на сиденьях, подраться друг с другом, несколько раз пореветь, разлить сок и рассыпать чипсы по всему салону, а ещё слишком часто бегали в туалет в конце автобуса и в принципе вели себя как какие-то обезьянки.
— Когда я был ребёнком, я делал так, как мне велели — тихо сидел в кресле и читал книгу, — сказал Драко, прохладно глядя на мальчика, который сначала показал Драко язык, а потом начал играть в войнушку двумя пластиковыми динозавриками, сопровождая всё это громкими криками и рычанием. Драко закатил глаза и отвернулся.
По какой-то странной причине Поттер посмотрел на него с сочувствием. На самом деле он смотрел так довольно часто, и это так же сильно бесило Драко, как и взгляды, которые Нигель-дрессировщик-драконов сейчас кидал на Поттера.
— По-моему, твой поклонник хочет от тебя чего-то, — тихо произнёс Драко. Он сидел у окна, специально выбрав это место, чтобы иметь возможность наслаждаться бесконечно скучными пустынными пейзажами Аризоны, перемежающимися изредка торчащими кактусами и какой-то сухой травой. Поттер сидел сбоку, а на третьем свободном сиденье лежал рюкзак с их мантиями, картой и всякими другими принадлежностями. Рядом же, через проход, сидели Нигель и Брендон. Нигель постоянно наклонялся со своего сиденья, чтобы в очередной раз сказать Поттеру что-то невероятно важное, что очень бесило Драко. Теперь, когда они стали партнёрами по игре, Малфой частенько задумывался о сексуальных предпочтениях Поттера, особенно после его скандального разрыва с Джинни, когда Огненная Уизли (во всяком случае, так её прозвали в прессе) громко порвала с Поттером в очень людном месте неподалеку от кафе Фортескью в Косой Аллее.
С того самого момента Поттера редко видели в компании женщины, не считая Луны Лавгуд, которую Драко, в принципе, и так не считал женщиной. Она была его бессменной партнёршей на всех многочисленных министерских мероприятиях, и Драко ни разу не замечал хоть намек на какую-то романтику между ними. По слухам, Лавгуд предпочитала мужчин постарше и только использовала Поттера, чтобы подобраться к мистеру Эджмонту. Конечно, именно Драко и пустил этот слух, но звучало всё очень логично.
Нигель где-то нашёл туристическую брошюрку и теперь донимал Поттера бесконечными вопросами, будто тот обладал каким-то специфическим знанием о культуре Анасази и почему они покинули это место. Наверняка они просто поумнели и ушли куда-то, где не так сухо и смертельно опасно. А Нигель-то просто сиял, когда общался с Поттером. Ну правда, такое фанатское благоговение уже вышло из моды! Драко так и подмывало напомнить Поттеру, что Нигель был их соперником и, соответственно, врагом. Брендон же крепко спал, умостив голову на скомканную под головой куртку, и Драко очень жалел, что Нигель не последовал примеру своего партнёра.
— Поттер, — Драко пощёлкал пальцами перед его носом. — Я пить хочу.
Гарри вздохнул и оторвался от разговоров со своим поклонником, выуживая из рюкзака бутылку воды.
— Но она тёплая, — пожаловался Драко, поморщившись.
Поттер заскрипел зубами, и Драко даже пожалел, что с самого начала не начал считать, сколько раз он вызвал такую реакцию.
— Прошу прощения, Ваше Величество, но у нас нет ни охлаждающих чар, ни льда, чтобы охладить вам ротовую полость. Пей так.
Драко закатил глаза и сделал глоток, мысленно поздравляя себя. Если бы не жара, магглы и отсутствие возможности колдовать, он мог бы даже посчитать эту поездку интересной.
***
— Где они сейчас? — спросил Рон, удобно устроившись на диване с бутылкой сливочного пива в руках. — Это Брайт Энжел Поинт, тропа в Великом Каньоне в Аризоне, — ответила Гермиона. — Выглядит жёстко, — сказал Рон. — Им придётся спускаться на мулах до дна каньона, — сказал Невилл. — Сейчас Гарри и Драко ведут, за ними дрессировщики. Пока что это не совсем гонка — вы гляньте, как медленно эти мулы тащатся. — Могу только себе представить, как же сильно Малфой там жалуется на всё на свете. Удивлён, что Гарри его ещё не кинул где-то по дороге, — рассмеялся Рон.***
Эти мулы должны сгореть в Адском Пламени, решил Драко. Все. Они были грязные, вонючие, противные, медленные, а ещё наверняка кишели всеми возможными паразитами. От одной только мысли об этом Драко начинал чесаться. Он расчесал себе уже всю грудную клетку и очень надеялся, что там, правда, нет никаких насекомых. А ещё, маггловские шорты явно не были рассчитаны на поездки на мулах. Внутренняя сторона его колен постоянно тёрлась о чёртово седло, пока Поттер не додумался остановиться и подложить аврорскую мантию Драко под ноги, к огромному облегчению Малфоя. К счастью, Поттер ничего не сказал по этому поводу. Жара была просто чудовищной. Только небольшие полоски тени, в которые они попадали, огибая стены каньона, приносили некоторое облегчение. Ну, это и ещё удивительное благоговение, с которым Поттер осматривал всё вокруг, но во втором Драко ни за что в жизни бы не признался. — Это просто удивительно, — твердил Поттер, озираясь, как ребёнок при первом походе в Сладкое Королевство. — Просто не могу поверить, что эта крошечная река внизу когда-то прорезала весь этот огромный каньон. И ты только посмотри на цвета! Чары каньона не особо распространялись на Драко. Это же просто дыра в земле, Салазар подери. Жаркая, пыльная, каменистая дыра. Спуск вниз казался бесконечным, и мышцы Драко болезненно отзывались на каждом ухабе. Зря езда на мулах не включена в программу подготовки авроров — судя по всему, она явно интенсивнее их обычных тренировок. Глазков нигде не было видно — они перешли в незаметный режим, так как сейчас все ехали вместе с маггловскими туристами. Драко пытался выследить их, но только раз заметил одного, который примостился на краю камня, стараясь слиться с окружающей обстановкой. К моменту, когда они спустились к реке, даже Поттер уже перестал восторгаться всем подряд, чему Драко удивился. Но тут было хотя бы чуть прохладнее из-за лёгкого ветерка, дующего с грязной и мутной воды. Малфой очень надеялся, что Гарри точно так же ощущает все прелести многочасовой езды на муле, как и он сам. Даже Нигель прекратил болтать где-то на девяносто седьмом повороте. Перебравшись через мостик, они наконец-то достигли места назначения. Драко это всё напомнило кучку разваливающихся лачуг, но зато Поттер и Нигель чуть ли не плясали от восторга, охая и ахая от красоты деревьев, пейзажей и домиков. Драко же просто хотел убраться от мулов подальше, съесть что-то сносное и выспаться. Но где-то тут должен был быть подвох. И Драко оказался прав.***
— Гарри, Драко, Брендон и Нигель первыми достигли ранчо Фантом! Они выглядят измотанными, правда? Видимо, маггловский стиль путешествий не очень пришёлся им по душе. О, Брендон заметил коробку со следующей подсказкой! — Малфой выглядит так, будто сейчас проклянет кого-то, — прокомментировал Невилл. — Разве он не всегда так выглядит? — сухо ответил Рон. Гермиона шикнула на них, когда лицо Ли снова заполнило экран. — В подсказке сказано: «ныряй или плыви». Итак, участникам надо выбрать между двумя испытаниями! Если они выберут «нырять», то им нужно будет отправиться к этим водопадам, — вид сменился, и зрителям показали три рокочущих водопада, стекающих по красноватым камням вниз к небольшим озерам. — Участникам придётся добраться до самого верхнего озера, нырнуть на дно и поднять металлический сундук. Так как тут не предполагается использовать магию, то в этом испытании понадобится сила обоих участников, чтобы поднять сундук на поверхность! — Да это же плёвое дело, — возмутился Рон. — Ну, мне не кажется, что до озера легко добраться, — взволнованно ответила Гермиона. — Там совсем небольшой зазор между камнями. Можно неудачно упасть, и тебя унесёт вода.***
Испытание «плыви» подразумевало переплыть реку Колорадо и достать сундук с дерева на другом берегу. Гарри и Драко решили нырять, а вот Брендон и Нигель выбрали заплыв. Гарри был измотан. Несмотря на то, что практически всё своё путешествие они провели сидя или в автобусе, или на муле, всё равно это было очень утомительно. Да и жара не особо помогала. Ему хотелось лишь забраться в мягкую постель и проспать минимум неделю. По озлобленному выражению лица партнёра Гарри понял, что Малфой чувствовал себя не лучше. — Давай просто покончим с этим, — бесцветно сказал Драко, и Гарри немного забеспокоился за него. Они оба купили кепки перед поездкой в каньон, но козырёк никак не защитил их кожу от солнца. Руки и ноги Малфоя порозовели и уже начинали краснеть. Гарри едва ли было лучше, так как тон его кожи был всего лишь немного темнее, чем у Драко. К вечеру ожоги станут невыносимыми. Камни, окружавшие озёра, были скользкими, а всё, за что можно было бы схватиться, обточила вода. Малфой шёл позади и старался держаться ближе к Гарри, поэтому уже два раза успел схватить его, когда Гарри поскальзывался. Может, Малфой от природы ступал более уверенно, а, может, просто учился на ошибках Гарри и становился на другие камни или цеплялся за другие выступы, но он практически не оступался. Тени уже удлинились, когда они добрались до озера, задыхающиеся и насквозь мокрые от брызг воды. — Как ты думаешь, там глубоко? — спросил Гарри, стягивая кепку и снимая рюкзак. — Есть только один способ узнать, — ответил Малфой и столкнул зазевавшегося Поттера в воду. Гарри выплыл на поверхность, отфыркиваясь. — Ты, ублюдок, я даже ботинки не снял! Малфой рассмеялся и улыбнулся зрителям в подлетевший близко Глазок. — Как водичка? — Ледяная, чёрт тебя дери! — Гарри стащил ботинок и кинул его в Малфоя, который легким движением руки отмахнулся от него. Второй ботинок полетел туда же, пока Гарри наблюдал, как Драко стаскивает чёрную футболку через голову и аккуратно складывает на камушек. — Ты сундук видишь? — спросил Малфой. Гарри поглубже вдохнул и нырнул. К счастью, озеро оказалось не слишком глубоким, примерно метра три, а сундук лежал на каменистом дне. Гарри нырнул к нему и попытался поднять, но ему удалось лишь приподнять сундук сбоку, после чего он отпустил его и вернулся на поверхность. — Да, он тут, — ответил Гарри, переведя дух. Он чуть не поперхнулся, когда увидел Малфоя, облачённого в одни маггловские шорты, стоящего на краю озера. — Тут точно понадобятся двое, чтоб его поднять. Малфой кивнул и прыгнул в воду, обдав Гарри волной брызг. Светлая голова появилась рядом с ним через мгновение. — Бодрит, — вынес вердикт Малфой. Без лишних слов они оба нырнули. Оказалось, что достать сундук из воды — это тяжелее, чем представлялось. Им удалось поднять его только до половины, прежде чем у них закончился воздух, отчего им пришлось быстро плыть вверх за драгоценным кислородом. Спустя еще две попытки Малфой предложил найти какой-то выступ, на котором можно будет передохнуть на полпути. И они нашли подходящий выступ, куда как раз можно будет поставить сундук и всплыть за воздухом. — Убил бы за палочку, — сказал Малфой, задыхаясь. Гарри только кивнул. Им потребовалась бы пара мгновений на это задание, будь у них палочка. Уже не в первый раз Гарри был благодарен вселенной за магию. Они нырнули ещё раз и наконец-то смогли вытащить чёртов сундук из воды на камни. У Гарри едва хватило сил выбраться из озера, а Малфой даже принял протянутую ему руку помощи и позволил вытащить себя из воды. Они растянулись на камнях рядом с сундуком, переводя дыхание, а потом Гарри перевернулся и открыл его. Маленький тёмно-фиолетовый конверт лежал на дне сундука. Из него Драко вытащил маггловскую открытку с фотографией полосатых скал, на которой большими жёлтыми буквами было написано: «Посетите Великий Каньон!». Малфой фыркнул и перевернул открытку. Гарри склонился к нему поближе, чтобы прочитать надпись. «Эта открытка — портключ. Он будет активирован через две минуты после первого прикосновения. Держитесь!» Гарри резко вцепился в один угол открытки, а Малфой — в другой. — Чёрт, наши вещи! — вдруг воскликнул Гарри. Он отпустил конверт, подбежал к рюкзаку, схватил его, обувь, одежду, кепки и метнулся обратно к Малфою, который протянул руку и схватил Гарри за запястье, прижимая открытку к груди. Они исчезли.***
Драко тошнило. Сначала долгое путешествие портключом, потом тепловой удар, потом погружение в ледяную воду, потом снова портключ — из-за всего этого он еле стоял на ногах, цепляясь за Гарри, который пытался удержать их обоих в вертикальном положении. — Наши поздравления, Гарри и Драко! — громкий голос Ли Джордана вызвал резкую головную боль, отдающуюся аж в барабанных перепонках. — Вы первые, кто закончил это испытание! — Ещё бы, — Драко собрался и оттолкнул себя от Поттера, понимая, что их всё ещё снимают. Он выпрямился и сделал вид, что это не он тут стоит и обтекает в одних маггловских шортах. — Так как вы победили в этой Гонке, то вам обоим присуждается по новенькому Нимбусу Молнии! Также вы получаете статус неприкосновенности в этом раунде, и вас не смогут исключить. А ещё вы сможете поселиться в этом домике — он самый большой на всём ранчо Фантом, и у вас будет приватный ужин вместо ужина в общей столовой с магглами и другими соперниками. Поздравляю вас, парни, и увидимся утром! На этом Ли ушёл, а Драко оглянулся и упал на ближайший стул, который можно было назвать стулом только потому, что он был похожей формы. Он был грубо высечен из какого-то дерева и выглядел так, будто его собрал шестилетка. — Это и есть самый большой домик? — спросил Поттер, оглядывая их временные владения. Он стоял в центре комнаты, держа в руках вещи. Сбоку от «стула», на котором сидел Драко, стоял маленький убогенький столик, умывальник с раковиной и кувшином воды, полка с четырьмя ветхими книгами и две небольших кровати, одна над другой. Стул-близнец того, на котором отдыхал Малфой, стоял у стены рядом с кроватями. Какая-то металлическая коробка перекрывала половину окна, из неё дул прохладный воздух. Драко всецело и полностью одобрял это устройство, каким бы оно ни было и даже несмотря на то, что ему уже становилось прохладно в мокрых шортах. Нужно было попросить Поттера отдать ему его одежду. — Это — кровати? — удивлённо спросил Драко, вдруг заметив замысловатую конструкцию. — Двухъярусная кровать, — кивнул Поттер. — Чур, моя верхняя! Драко медленно моргнул, проклиная открывающиеся ему виды, в которых он совершенно сейчас не нуждался: Поттер в мокрой облепившей его одежде, демонстрировавшей каждую выпуклость, ходил по комнате, осматриваясь. К счастью, Гарри не обратил внимания на то, что Малфой внезапно умолк — он подошёл к кроватям и закинул вещи на верхнюю полку. Футболку, кепку и обувь Драко он кинул на нижнюю кровать, а свою мокрую обувь поставил на пол. — Надеюсь, они высохнут до завтра, — Гарри укоризненно посмотрел на Драко. Малфой уже собирался парировать, но тут дверь внезапно открылась, и зашли несколько людей с подносами и тарелками. Они расставили еду на столе, пожелали парням приятного аппетита и удалились. Несмотря на презрительное отношение Драко к маггловской еде, он вынужден был признать, что пахло просто божественно. Он был очень голоден. — Что там? — спросил Поттер. — Пара больших кусков мяса, наверное, говядина. Картошка в мундире. Салат. А что это такое жёлтое? Поттер подошёл поближе и заглянул ему через плечо. — Кукуруза. Початок. Ты никогда не видел? — А я должен был? — Ну, не знаю. Это вкусно. Драко решил поверить его словам. Он придвинул стул поближе к столу и взял нож, чтобы разрезать картошку и положить на неё кусочек масла. В дверь постучали как раз, когда Драко вдавливал тающее масло в мягкую ароматную картошку. — Войдите, — крикнул Поттер, пододвигая второй стул к столу. Дверь приоткрыл долговязый подросток. — Мистер Гарри Поттер и мистер Драко Малфой? — неуверенно спросил он. — Да, — ответил Поттер. — Я принёс вам вот это, а ещё я должен напомнить о запрете покидать домик до утра, — парень протянул им длинную тонкую коробку. Поттер забрал её и поблагодарил. Парень нервно улыбнулся и прижал руки к груди в восторженном жесте. — Это так волнительно! Я ваш большой поклонник, сэр. — Еда стынет, Поттер, — громко сказал Драко. Парень поперхнулся под грозным взглядом Драко и попятился к выходу. — Я, пожалуй, пойду. Спокойной вам ночи! Гарри бросил на Малфоя недовольный взгляд, но Драко только спросил: — А что в коробке? — Наши палочки! Драко вскочил так быстро, что чуть не опрокинул стул. — Мерлин, какое счастье! Отдай! — он выхватил палочку, тут же наложил осушающее заклинание на свою одежду, а потом наколдовал расчёску и поспешил к зеркалу над раковиной, чтоб уложить волосы. Поттер сел за стол и занялся своей картошкой. Их глаза встретились в зеркале, и Гарри усмехнулся: — Невероятно. Ты скорее займешься прической, чем поешь вкусную еду? Драко только молча взглянул в ответ, а потом вернулся к накладыванию нескольких осушающих и разглаживающих чар, прежде чем вернуться за стол. Масло уже растаяло и растеклось по его картошке и тарелке, смешавшись с мясным соусом. Рот Драко наполнился слюной. Он присел, воткнул вилку в сливочную массу и поднёс ко рту, прикрывая глаза от наслаждения. Вкус и аромат были волшебными, и он издал писк восхищения. Драко открыл глаза, пережёвывая, и обнаружил, что Поттер пялится на него с открытым ртом. Малфой сглотнул и насупился: — Что такое? Я раньше уже ел маггловскую еду, если что. Поттер отвёл взгляд и помахал головой. — Ничего. Гарри отрезал ножом кусочек стейка, и Драко следил, как тот кладёт его в рот. Тёмные ресницы опустились, и Гарри с наслаждением вздохнул, отчего Драко вдруг застыл. Он представил этот звук в другом контексте и вынужден был глотнуть воды, чтобы скрыть румянец. Поттер почему-то был уже полностью сухой, хотя палочку в руки даже не брал. Этот кретин слишком уж наловчился обходиться невербальными заклинаниями. Драко завидовал тому, насколько просто это ему давалось. К ужину им выдали и бутылку вина. Драко вытащил пробку, налил бокал и вопросительно глянул на Поттера. — Я и так уже очень устал. От этого просто сразу засну, — покачал он головой. Драко вздохнул и всё равно налил второй бокал. — Так нам и незачем долго бодрствовать. — Тоже верно. Хочешь, вылечу твои ожоги? — Поттер указал на Драко вилкой. И только сейчас Драко обратил внимание, что кожа покраснела и покалывала. Прохладный воздух в домике это немного скрывал. Драко замешкался, но затем кивнул. Поттер поднялся, но Драко покачал головой и открыто улыбнулся: — Да поешь сначала, идиот. Это подождёт. Гарри хмыкнул и опять занялся едой. Они ели в тишине, которая на удивление практически не была неловкой. Драко несколько раз хотел что-то спросить, но потом передумывал, так как все вопросы были на одну и ту же тему — о Нигеле, поклонничке Поттера. Малфой был рад, что он и его дружок Брендон выбрали другое задание. Когда они доели, Поттер встал и обошёл вокруг стола, пока Драко отодвигал свой стул, чтобы Гарри было удобнее. Гарри присел на корточки и легко прикоснулся пальцами к покрасневшей коленке Драко. Тот поморщился — даже прикосновение было болезненным. — Прости, — сказал Поттер. — Может немного пощипать. Пощипать? Прежде, чем Драко успел что-то сказать, Поттер наложил заклинание, и покалывающая волна пробежала по его ногам. Когда она прошла, прошли и болезненные ощущения от ожога, оставив после себя только лёгкое пощипывание. — Так лучше? — спросил Поттер, поднимая бровь. Драко кивнул, не доверяя своему голосу. Поттер был ужасающе привлекателен, когда геройствовал, даже если его героизм сводился до избавления Драко от последствий солнечного облучения. Гарри встал и проделал то же самое с его руками и с задней поверхностью шеи. Драко показалось, что после заклинания кончики пальцев Поттера прошлись по его коже, поглаживая напоследок, но он убедил себя, что это всё его дурацкое воображение. В любом случае, воздуха в домике вдруг стало не хватать. Драко встал и прошёл к кроватям. — Нам нужно отдохнуть, наверное. Тут в дверь опять постучали — в этот раз зашли забрать тарелки и посуду. К моменту ухода персонала Драко трансфигурировал свои маггловские шорты в пижамные штаны и залез в кровать, морщась от жёсткой ткани и сразу же накладывая заклинание от паразитов. Поттер забрался по лестнице на верхнюю полку. Драко на мгновение успел восхититься его сильными ногами, но сразу же испугался и вцепился в свою кровать, когда она пошла ходуном. Теперь Драко ещё и опасался, что Поттер свалится на него сверху вместе со своей кроватью. Тот завозился наверху — судя по звукам, Гарри снимал остатки своей одежды и запихивал под подушку. Рот Драко внезапно пересох. Интересно, спал ли Поттер в одних трусах? Драко закрыл глаза и несколько раз приложился головой о подушку, понимая, что эта картина будет преследовать его всю ночь. — Спокойной, Малфой. — Спокойной ночи.
