В его власти.

***

       Идя по коридору, Гермиона краем глаза заметила, что за ней следует два слизеринца. Она бы поверила, что они просто идут с ней в одном направлении, но другие слизеринцы, которые подсаживались к ней на лекциях в течение всей недели, опровергали это. Зайдя в библиотеку, Гермиона увидела Тома, мирно сидящего за столом, который читал книгу. Сверкнув глазами, она подошла к нему и села на соседний стул. Том поднял взгляд и, увидев того, кто подсел к нему, улыбнулся краешком губ.  — Какого чёрта, Риддл? — процедила она. Её порядком достали идущие за ней попятам слизеринцы.  — Ты о чём, Грейнджер? — приподнял бровь он. — Я не понимаю, что ты имеешь в виду. — улыбнулся Том, не отрываясь от чтения книги.  — О том, что меня всю неделю преследует твоя шайка, — нахмурилась Гермиона. Обернувшись, она убедилась в своих словах. Лестрейндж и Нотт сидели недалеко от них.  — Понятия не имею, о чём ты… — спокойно ответил он, перелистнув страницу. Его поведение выводило из себя. Делает вид, что и понятия не имеет, хотя сам и представил их к ней.  — Хорошо. Но если ты найдёшь нескольких из них со сломанным носом, то можешь снимать баллы с Гриффиндора, потому что у меня терпение не резиновое, — фыркнула она. Встав из-за стола, Гермиона подошла к полке с книгами и, взяв нужную ей, села за крайний столик, как можно дальше от Риддла.        Достав пергамент и перо, Гермиона открыла книгу и начала читать её, выписывая и делая пометки на пергаменте. Закусив губу, она откинула голову назад, разминая тем самым шею. Покрутив перо между пальцами, Гермиона перевела свой взгляд на соседние столики и заметила тех же слизеринцев, которые пришли сюда за ней. Закатив глаза от абсурдности ситуации, она продолжила записывать на пергамент домашнее задание.        Через несколько минут, Гермиона заметила, как к ней подсел Лестрейндж. Желание закатить глаза было огромное, но сдержав этот порыв, она вздохнула.  — Что тебе нужно, Рудольфус? — не отрывая взгляда от книги, спросила она.  — Хотел попросить тебя, чтобы ты помогла с домашним заданием, — сказал он, после чего улыбнулся.  — С чем тебе нужно помочь? У нас много дисциплин, — вздохнув, ответила она и продолжила делать пометки.  — С трансфигурацией… — сказал он. — Поможешь?        Каким бы ни было её желание послать его к чёрту, но помощь кому-то в учёбе всегда доставляла ей удовольствие.  — Хорошо, — кивнула Гермиона. — Когда тебе будет удобно начать? -спросила она, приподняв бровь.  — Сегодня вечером, — ответил Рудольфус.  — Отлично, значит, в семь здесь? — сказала Гермиона, перелистывая страницу учебника.  — Да. Увидимся… — кивнул он, а после встал из-за стола и удалился.

***

       Передвигаясь по коридору, Гермиона почувствовала, как её грубо берут за локоть и разворачивают к себе. Подняв глаза, она встретилась с глазами Малфоя.  — Малфой? Чего тебе? — удивлённо спросила Гермиона, попытавшись вырвать локоть, но его хватка была сильна, так что все её попытки окончились поражением.  — Значит, Лестрейндж? — прошипел Абраксас, не отпуская её.  — Что? — переспросила она, не понимая о чём он.  — Ты так быстро меня забыла? — шипел он. — Уже идёшь на свидание с Рудольфусом? — шипел Абраксас ей в лицо, всё сильнее сжимая её руку.  — Мне больно! Отпусти! — сказала Гермиона. Злость кипела в её жилах. Да как он смеет ей что-то предъявлять? Они расстались по его же вине. Пока он ревновал её к каждому стулу, он же трахал Хоуп. Что за бред? — Это не твоё дело… — выплюнула она, нахмурив брови.  — Серьёзно?! — изогнул бровь он. И в ту же секунду припечатал её к стене. — Уже забыла меня? Хорошо, значит, стоит напомнить… — прошептал он. А после накинулся на её губы жадным поцелуем, отбирая весь кислород. Он кусал её губы, раздирая их в кровь. При попытке оттолкнуть его, Малфой схватил её руку и поднял над головой, прижимая кисть к стене. Дёргаясь в его хватке, Гермиона пыталась вырваться, но ничего не выходило. Нащупав в мантии волшебную палочку, она достала её и невербально произнесла заклинание.  — «Эверте Статум!» — через секунду Малфой отлетел к стене. — Идиот! Не подходи ко мне. — зарычала она, крепко сжимая древко палочки.  — А то что? — выплюнул он, поднимаясь на ноги. — Что ты мне можешь сделать? — продолжал Абраксас, надвигаясь на неё.  — Малфой, не подходи ко мне, — повторила Гермиона. — Остолбеней! — закричала она, когда он сделал шаг ближе к ней.        Пока парень отходил от заклинания, Гермиона удалилась из этого коридора как можно быстрее. Забежав в гостиную, она тяжело вздохнула.  — И почему я умудряюсь попадать в такие ситуации? — вздохнула Гермиона, облокотившись о стену.        Зайдя в свою комнату, она рухнула на кровать и задремала.        Открыв глаза, Гермиона взглянула на часы. Стрелка указывала на семь. Вскочив с кровати, она накинула на плечо сумку и выбежала из гостиной под удивлённые взгляды соседок.        Забежав в библиотеку, Гермиона увидела сидящего за столом Рудольфуса. Подойдя к столу, Гермиона села напротив него.  — Прости, что задержалась, — слабо улыбнулась она.  — Ничего страшного, Гермиона, — сказал он, улыбнувшись в ответ.  — Ты говорил, что у тебя проблема с трансфигурацией. В чём у тебя именно проблема? — приподняла бровь Гермиона, доставая из сумки книги.  — Мортимагия, — вздохнул Рудольфус.  — Довольно сложная тема, но она досягаема, — улыбнулась она. — А могу я поинтересоваться, зачем тебе это? Просто это не входит в школьную программу. — склонила на бок голову Гермиона.  — В личных интересах, — сказал он.  — Хорошо, приступим.

***

       Занятие с Рудольфусом пролетело быстро и, сказав ему, что она ещё почитает. Гермиона достала очередную книгу по путешествиям во времени.  — Что читаешь? — раздался голос над ухом. Подпрыгнув на стуле, Гермиона даже не обернулась. Она знала, кто стоял позади.  — Том, что тебе нужно? — спокойным голосом спросила она, перелистывая страницу.  — Как провела день? — спросил он, садясь за соседний стул.  — Спроси у своих дружков, — фыркнула Гермиона.  — Не понимаю, о чём ты, — сказал Том, а после закрыл её книгу. — Когда я обращаюсь к тебе, меня нужно слушать, не занимаясь при этом посторонними делами. — его слова звучали как приказ, которому не стоило бы не повелеваться.  — Риддл. Мне надоело! — вспыхнула она, как спичка. — Мне надоело твоё преследование, а если преследуешь не ты, то твои соратники. — встав со стула, Гермиона жестикулировала руками. — Если ты не прекратишь, я расскажу профессору Дамблдору. — скрестив руки на груди, она нервно закусила губу.  — Неужели? — прошипел он, вставая со стула. — О милая, Гермиона. — шипел Том. Подойдя к ней, он схватил её за шею, перекрывая весь кислород. Её глаза округлились от страха. Сколько бы ни было ему лет, он уже убил двоих, а она вела себя с ним очень не осторожно. — Поверь мне, ты даже рот не сможешь открыть. Где доказательства? Где доказательства в том, что я или мои, как ты выразилась, «соратники» тебя преследуют? — хищно улыбнулся Том, усилив хватку. — Тебе самой не надоело? Ты так много времени уделяешь книгам про путешествия во времени. Но когда же ты наконец-то запомнишь, потому что понять тебе не дано, что ты не вернёшься в прошлое. Ты сама сказала, что твои друзья погибли, к кому возвращаться? А здесь у тебя есть возможность пробиться. Присоединяйся ко мне, и тебя ждёт великое будущее… — говорил он. От этих слов её бросило в дрожь. Она не хотела верить в то, что не сможет вернуться. Гермиона Джин Грейнджер всегда добивалась своих целей и не сдавалась на половине пути. Том осторожно поглаживал холодным пальцем её щеку, отчего сердце отдавало слабый ритм.  — Нет. Я не присоединюсь к тебе, Том. Я всё равно найду способ вернуться в своё настоящее. Меня твои угрозы не пугают, — ответила Гермиона, упрямо смотря ему в глаза.  — Какая же ты упрямая! — зарычал он, припечатав тело девушки к столу. — Почему ты не можешь принять это? Что тебя там держит?! — шипел он, сдавливая её шею холодными пальцами.  — Том, там мой мир, там, не здесь, — сказала Гермиона, пытаясь вдохнуть кислород.  — А теперь он здесь… — ответил Том и легко коснулся её губ. Не так как прошлые в разы. А нежно, словно пробуя их на вкус. Пихнув его в грудь, она отдалилась от него.  — Том. Не надо, пожалуйста… — всхлипнула она. Две стороны боролись в ней. Одна сторона говорила бежать, отталкивать его куда подальше от себя. Не допускать того, чтобы он целовал её. А вторая хотела ответить на этот поцелуй. Зарыться в его волосы рукой и не отпускать его. Вдыхать его запах и чувствовать его поцелуи на своих губах.  — Что не надо, м? — прошептал он, переместив руку с шеи на скулы.  — Не надо прикасаться ко мне. Не нужно подходить ко мне… — шептала Гермиона, из её глаз вытекали солёные капли слёз, которые Том с лёгкостью убрал пальцем.  — Вот так? — прошептал он, поглаживая её скулу пальцем. — Или так? — Том провёл пальцем по ключице. От его движений она вся вздрагивала, прислоняясь всё плотнее к столу.  — Ты вся дрожишь. Тебе холодно или ты настолько боишься меня, Гермиона? — прошептал он, а после начал целовать её щеку, сцеловывая слёзы с её лица.  — Отойди от меня, — выдавила из себя она. Получилось жалко, но ей уже было всё равно.  — Нет, — спокойно произнёс Том, а после вновь коснулся её губ.        Гермиона стала отпихивать его от себя, но Риддл лишь прорычал в поцелуй. Схватив её за талию, он посадил её на стол. Из её глаз текли горячие слёзы, пока он целовал её. Через несколько минут Том отстранился и ушёл. Просто молча ушёл, не сказав ничего.        Спустившись со стола, Гермиона осела на пол и, сведя колени вместе, положила на них голову, тихо хныкая.        Гермиона чувствовала себя предателем. Как она может допустить то, чтобы тот человек, убивший всех людей, которые ей были дороги, нагло целовал её губы. Все попытки отстранится от него заканчивались поражением. Раз за разом он одерживал победу. И самое ужасное, что ей нравились его поцелуи, его глаза, он сам. Если не знать того, что он убийца, то Том очень интересный. Он не глуп, с ним было о чём поговорить. Но он убийца! Жестокий убийца. И вера в то, что она сможет переубедить его в захвате всего мира, гасла с каждой минутой. Том уже был жестоким, как она может исправить его?        Вздрагивая от рыданий, она проклинала себя за эти глупые чувства симпатии к нему, за то, что вообще подумала, что спасёт магический мир. Идиотка… Глупая волшебница, возомнившая о себе слишком много.        Грин-де-Вальд… Ещё одна огромная её проблема, которую она никак не может решить. Как можно быть такой неудачницей, чтобы встретиться с величайшим волшебником этого мира и выполнять его чёртовы приказ. Вылитая Петтигрю. Это тот человек, которого она презирала всем сердцем, а сейчас сама им стала. Что бы сказали Гарри и Рон, что бы сказал Дамблдор и весь Орден Феникса? А что они скажут? Том прав, они мертвы. Все те, кем она дорожила, погибли. Она не знает, что происходит в её настоящем, кто погиб ещё, смог ли Гарри убить Волдеморта или сам погиб от его руки? Что её ждёт в том времени, когда она вернётся? Это невозможно. Неизвестность сводит с ума.  — Гермиона. Гермиона, что случилось? — раздался знакомый голос. Она не могла вспомнить, кому он принадлежал, ей сейчас было не до этого. — Гермиона…        Гермиона не откликалась, её била дрожь. Истерика приближалась к ней всё ближе и ближе. Секунда. Нить последнего благоразумия оборвалась. Грейнджер вскачила на ноги и снесла со стола все книги. Слёзы не переставали скатываться с щёк.  — Гермиона! Эй, тише! — говорил голос позади, но она и слышать не желала.  — Я не м-могу. Не могу так больше… — говорила Гермиона, хватаясь за волосы. Она чувствовала, как до её плеч дотрагиваются, пытаясь успокоить, но это не работало.        Скинув чьи-то руки, Гермиона стала пинать ногой мебель, книги с полок падали на неё и рядом с ней, но было уже всё равно.  — Почему? Почему они, а не я?! — рыдала она, выдирая себе волосы.        Неожиданно Гермиона почувствовала, как её талию крепко сжали, а её ноги поднялись над полом.  — Пусти! Не трогай меня! — закричала Гермиона сквозь слёзы.  — Тише ты… — раздался бархатный голос над ухом.        Гермиона всеми силами пыталась вырваться, бив локтями человека. Через секунду она упала на пол, но не успела она вскочить, как её закинули на плечо.  — Отпусти! — кричала она, даже не пытаясь сдерживать слёзы. Она не могла уже, надоело.        Мимо глаз мелькали коридоры. Все попытки вырваться заканчивались провалом. Прошла секунда, и её опустили на пол. А после щека загорелась от сильной боли.  — Прекрати, просто прекрати! — разрезал её истерику голос, а после её вновь закинули на плечо.        Но удар не отрезвил, Гермиона так же кричала и вырывалась. Вскоре они подошли к больничному крылу. Её положили на кровать, а после вкололи успокоительное, как бы она не пыталась вырваться. Каждая клетка её тела онемела, и Гермиона погрузилась во тьму.

***

       Солнечный свет падал на глаза, раздражая тем самым девушку. Перевернувшись лицом в подушку, Гермиона скрыла лицо от солнечного света. Воспоминание о вчерашнем дне окотили её разом.  — Чёрт… — прошептала она, уткнувшись носом в подушку.        Присев на кровати, Гермиона стала оглядывать помещение.  — Уже проснулись? Мисс Грейнджер, вам нужен полный покой. Сегодня никаких занятий. Домовики подадут вам еду… — произнесла подошедшая к ней медсестра.  — Но… — хотела возразить Гермиона, но её перебили.  — Никаких но. Если бы не мистер Риддл и мисс Макгонагалл, вы бы могли убить не только себя, но и библиотеку. Отдыхайте, — строго произнесла медсестра и удалилась.        Разочарованно вздохнув, Гермиона упала на подушку и устремила взгляд в потолок.  — Гермиона, ты спишь? — раздался женский голос неподалёку от неё. Открыв глаза, Гермиона повернула голову на звук и увидела перед собой Макгонагалл.  — Привет, нет, — сказала Грейнджер, улыбнувшись уголком губ.  — Ты в порядке? — спросила она, дотронувшись до её руки.  — Да… — кивнула Гермиона. — Вчера всё было плохо? Я была неадекватной?  — Немного. Что произошло? С тобой такое часто происходит? — говорила Макгонагалл.  — Я не могу точно сказать. Нет, впервые в жизни, — ответила Гермиона.  — Тебе нужен отдых. Поспи, — заботливо произнесла Минерва.  — Минерва, а сможешь принести какую-нибудь книгу? — улыбнулась Грейнджер.  — Хорошо, после обеда занесу. Мне пора. Отдыхай, — кивнула Макгонагалл, а после удалилась.        Перевернувшись на спину, Гермиона рассматривала потолок, и незаметно для себя уснула.

***

       Открыв глаза, Гермиона огляделась и осознала, что оказалась в Малфой-Мэноре.  — Какого чёрта? — прошептала она, поднимаясь на ноги.        Смех. Пугающий и пронзительный смех раздался в помещение. В голове тут же всплыли воспоминания о том дне.  — Нет. Нет. Только не это, — зашептала Гермиона и побежала куда глаза глядят.        Пробегая тёмные коридоры, она надеялась на то, что её не поймают, не найдут. Пробегая лестницу, она уже хотела спуститься с неё. Как вдруг — резкая боль в спине, и Гермиона падает на пол, покатившись с лестницы вниз. Больно ударившись косточками о мраморные ступени, она зашипела от боли. Очутившись на полу, Гермиона закашляла, из уголка губ текла кровь. Подняв глаза, она встретилась с безумными, чёрными глазами.  — Нет, пожалуйста… — прошептала она.  — Вот мы и встретились, грязнокровка, — зашипела Беллатриса.        Вскочив на ноги, Гермиона предприняла попытку убежать, но красный луч пронзил её спину. Упав на пол, она закричала от боли. Боль была совершенно невыносимой; кости, казалось, вот-вот расплавятся, а голова разлетится на куски.  — Где Поттер? Отвечай! — завопила Беллатриса.  — Я… Я не знаю! — кричала Гермиона.        Заклинание отступило, и Гермиона смогла вдохнуть кислорода в лёгкие.  — Я спрашиваю, где Поттер?! — завопила Беллатриса, а после схватив Гермиону за волосы, ударила её по лицу.  — Я не знаю, где он! — закричала Грейнджер.  — Мерзавка! — завопила Лестрейндж, а после Гермиона вновь ощутила на себя заклятие Круциатус.        Пронзительный крик вырвался из уст Гермионы. Раздирая кожу губ в кровь, она металась из стороны в сторону.        Чей-то голос из пространства раздался над ней. Но разобрать слова было невозможно. Неожиданно её плечи охватили чьи-то тёплые руки, прижимая к горячей груди.  — Отпустите! Отпустите, — начала вырываться она.  — Тш… Тише, — убаюкивал её знакомый голос.        Боль от проклятия постепенно отступала. Прикрыв глаза, Гермиона рвано дышала, всё сильнее прижимаясь к кому-то. Вдохнув, она приоткрыла глаза. В глаза ударил белый свет, от чего Гермиона чуть прищурилась. Сглотнув, она подняла голову и встретилась с серыми омутами глаз. Том прижимал её к себе, одной рукой поглаживая её по волосам.  — Т-том? — вопросительно прошептала она, облизнув губы.  — Спокойно. Расслабься. Что тебе снилось? — говорил он убаюкивающим голосом.  — Кошмар из жизни, — прошептала Гермиона.  — Здесь тебе нечего бояться. Всё хорошо. Я с тобой и не брошу тебя, — сказал Том, только сильнее прижав девушку к себе.        Прикрыв глаза, Гермиона расслабилась в его объятиях и задремала.

***

       Открыв глаза, Гермиона заметила, что уже стемнело. Сев на кровати, она стала искать глазами часы. Увидев то, что стрелка показывала полночь, Гермиона вздохнула.  — Чёрт… Как же долго я спала, — сказала Гермиона.  — С этим не поспоришь, — раздался знакомый голос, от которого она подпрыгнула.  — Том, зачем так пугать? — нахмурилась Гермиона, посмотрев на него с приподнятой бровью.  — Прости. Я не хотел, — ответил он, и пересел к ней на кровать. — Что с тобой вчера произошло? — приподнял бровь Том, обняв её за плечи.  — Всё в порядке, — сказала Гермиона, попытавшись отстраниться от него, но у неё это не вышло.  — Ты серьёзно? У тебя вчера была сильнейшая истерика. Потом ты искусала все свои губы в кровь, пока тебе снился кошмар. Что произошло? — не отступал он.  — Я же сказала. Всё в полном порядке. Уходи, — буркнула Гермиона.  — И не подумаю. Что тебе снилось? Что ты увидела в этом кошмаре? — спросил Том, взяв её за подбородок.  — Это совершенно тебя не касается. Я не просила тебя, чтобы ты меня успокоил, — нахмурила она и убрала его руку со своего лица. — Убирайся. Я не хочу тебя ни видеть, ни слышать. Я не хочу общаться с тобой. Ты мне противен. Ты убийца… — как только она сказала это, Том повалил её на кровать и поставил руки по бокам от её лица.  — А теперь послушай меня. Я заставлю тебя пожалеть об этих словах. Ты будешь страдать, Грейнджер. Сама будешь бегать за мной и просить того, чтобы я поцеловал тебя. Спокойной ночи, сладкая. — прошипел Том, а после вышел из больничного крыла.