О трудностях семейной жизни

Приглашения в Симфониград и Техно Риф были отправлены довольно давно, незадолго до рождения принцессы Бусинки, но ответ от короля Троллекса и дирижёра Тролльцарта пришел буквально на днях. В своих письмах они несколько раз извинились за то, что так долго не отвечали на приглашение и за то, что они пока никак не могут приехать в Поп-сити. Но также они написали, что ждут правителей поп-троллей с визитом в их города, теперь Розочка и Цветан стали думать, как им поступить. Решив между собой, что сначала король поедет в Симфониград, а после него королева — на Техно Риф, они спросили Ветерка, с кем из родителей он хотел бы поехать. — А всем вместе никак нельзя? — Бусинка ещё слишком маленькая для такого путешествия! — покачал головой Цветан, — Да и деревню не хотелось бы оставлять без присмотра, поэтому мы с мамой едем по очереди. Если ты едешь со мной, то потом когда мама уедет к техно-троллям мы с тобой и Бусинкой останемся дома, и наоборот. Так что выбирай. Ветерок задумался. Рассудив про себя, что техно-тролли такие же тусовщики как поп-тролли и мало чем от них отличаются, он выбрал Симфониград, ибо про троллей классики совсем ничего не знал. — А как мы поедем? А надолго? Нам нужно будет походное снаряжение? — взволнованно прыгал Ветерок вокруг отца, засыпав его вопросами. — Поедем на жукобусе, утром прибудем туда, вечером обратно домой. — Почему так мало? — Что-то мне подсказывает, что долго мы там не пробудем. По мне, классическая музыка — на очень большого любителя. Ветерок прямо сгорал от нетерпения, так ему хотелось поскорей услышать эту самую классическую музыку и увидеть её ценителей! Как и предположил Цветан, кроме него и сына никто больше не вызвался поехать, поэтому на рассвете они сели в жукобус лишь вдвоём. Настроив маршрут, они быстро-быстро помчались на нём через Волшебный лес и яркие цветастые луга, пересекли границу с королевством троллей классики и поехали уже через предгорья, приближаясь к пункту назначения. Когда они наконец вышли из жукобуса, им открылся очень живописный вид на Симфониград; этот город располагался на большой высоте и казалось, что он парит среди облаков. Дома здесь были очень высокие, со множеством балконов, сияющие золотым блеском; когда лучи солнца касались их, они становились ослепительными. — Добро пожаловать! — радушно встречал их дирижёр Тролльцарт, тряся миниатюрными ручками сначала руку Цветана, затем Ветерка, — А что же королева Розочка? — Мама осталась дома с моей младшей сестричкой, — ответил ему принц. — Поразительно! Двое детей, это же просто чудо! — воскликнул правитель классики, глядя на короля поп-музыки. Ветерок не понял, что в этом такого прям чудесного, но удержался от комментария, решив расспросить об этом отца. Тролльцарт повёл их знакомиться с городом; он сильно сокрушался по поводу того, что Цветан и Розочка видели ранее Симфониград в не самом лучшем его виде, а точнее в руинах, так что сейчас дирижёр намеревался изменить первое впечатление короля поп-троллей. Ветерок, смотревший вокруг во все глаза, вдруг услышал позади себя хихиканье и почувствовал, как кто-то или что-то коснулось его уха. — Глядите! Он такой высокий! — Хи-хи! — Вот это уши! — А какие у него волосы! Принц остановился и обернулся; вокруг него порхали несколько детей, рассматривавших его с большим интересом. Они были маленькими, ровно в половину меньше него, по росту схожие с его младшей сестрой, но зато их волосы с лихвой компенсировали столь малый рост. Их удивительные крылышки непрерывно и очень быстро колыхались за спиной, позволяя им держаться в воздухе. — Кто вы? Откуда вы? — Я — принц Ветерок из Поп-сити. — Ого, вот они какие поп-тролли! А у вас играют на музыкальных инструментах? — Да, да, на каких? — А ваш король тоже дирижёр? Немного растерянный от такого количества вопросов Ветерок открыл было рот чтобы ответить, но внезапно все услышали невдалеке звон колокола. — Просим прощения, сударь, но нам пора на занятия! Всего доброго! Принц проводил взглядом группу улетевших троллят и с досадой вздохнул. Он так рассчитывал расспросить их обо всём! — Здесь не принято пропускать занятия, даже если приехал важный гость! Простите за это! Ветерок обернулся на нежный голосок и увидел одного единственного троллёнка; у него были нежно-розовые волосы и блестящая золотая кожа. Принц пока не мог понять кто перед ним — мальчик или девочка, потому что внешне они были почти полностью похожи друг на друга, отличаясь лишь по цвету волос и кристаллам в пупке. — Эм-м… извини, но как тебя зовут? И можно ли с тобой на «ты»? — Ох, пресвятой Амадей, как невежливо с моей стороны! — смущённо покраснел троллёнок, — Меня зовут Бони, приятно познакомиться! — она сделала изящный реверанс в воздухе, — И да, конечно можно! — Взаимно! Ветерок решил, что судя по всему, у местных девочек волосы розовые, а у мальчиков — голубые и зелёные. Бони парила в воздухе на уровне его лица благодаря своим крылышкам и улыбалась, показывая верхние, сросшиеся, белоснежные резцы. И он смотрел на неё, на её слегка вьющиеся волосы, похожие на сахарную вату, на россыпь ярких веснушек-блестяшек на пухлых щёчках и выразительные глаза… пока вдруг со смущением не понял, что разглядывает её неприлично долго. Принц кашлянул и спросил: — Почему же ты не улетела вместе с остальными на занятия? Его вопрос словно заставил её очнуться и Ветерок понял, что она тоже его изучала, позабыв обо всём. — Думаю, что для меня могут сделать на сегодня исключение, и дядя Тролльцарт не будет сердиться, — заметила Бони, — А теперь пожалуйста, расскажи о своей родине! Мне так интересно! Ветерок рассказал ей о Поп-сити, где всегда царит веселье и даже ночью светло от праздничных огней; о бесконечной череде праздников и зажигательных танцах и песнях. Он описал ей Волшебный лес, каким он может быть прекрасным (в те моменты, когда не опасен для жизни). Бони восторженно кружила вокруг него, прижав ручки к сердцу. — Ты так чудесно описываешь свой дом, что мне хочется увидеть его своими глазами! Ваш народ поёт песни? А можешь пожалуйста спеть что-нибудь? Ветерок с ужасом почувствовал, что его рот сам собой открылся и сейчас из горла вырвется на свободу его кошмарный голос! И прежде чем принц зажал его обеими руками, он успел исторгнуть фальцетом нечто нечленораздельное. Со стыдом подняв на неё взгляд, он обнаружил огромное удивление и восторг в её глазах. — Потрясающе! До-диез в пятой октаве! Ветерок не понял ни слова, но то, что Бони даже в ладоши захлопала от радости, немного его успокоило. — А разве ваш народ не поёт? — За нас поёт наша музыка! Пойдем, я покажу тебе наш класс! Пока они неспеша шли между домами, Бони продолжала сыпать вопросами: — Что это? — она чуть коснулась лямки, удерживающей на Ветерке шорты. — Это одежда, у нас почти все её носят, кроме блестящих троллей. — А зачем? Вы там что-то прячете? — Да нет… наверно просто так принято… Бони плавно закружилась перед ним и Ветерок задумался: может, если бы не крылья, они бы тоже одевались? Хотя, вот дирижёр Тролльцарт почему-то носит фрак… видимо, ему так положено по статусу. Но, глядя на неё, принц невольно улыбнулся и подумал, что одежда лишь испортит природную легкость троллей классики, поэтому они её и не носят. Бони рассказала ему, что в Симфониграде есть взрослый симфонический оркестр и детский, членом которого она являлась в данный момент. Дети учатся и тренируются играть на музыкальных инструментах в детском оркестре, после чего самых талантливых примут во взрослый. Когда троллята подошли к одному из домов, что являлся музыкальной школой, они вдруг поняли, что Ветерку никак не попасть в класс Бони, потому что он располагался на втором этаже, а лестниц дома классических троллей не предусматривали — незачем, они ведь летают с самого рождения. Им оставалось только заглянуть в окно на первом этаже, где занимались первоклассники; услышав душераздирающие звуки, какие обычно извлекают новички из своих инструментов, принц поморщился. — Смотри, — шепнула ему Бони, — Это первый скрипичный класс, здесь учатся первогодки. Я учусь во втором классе, а всего их десять. — И все-все ученики закончат эту школу? — Мало кому из тех, кто учится играть на скрипке, удаётся доучиться до конца. Это очень сложно! Ветерок посмотрел на малышей, усердно и с высунутыми языками пиликающих на маленьких скрипочках, пытающихся правильно зажимать струны и ему действительно верилось, что это так. — Что будет с теми, кому не удалось? — У нас для всех найдётся работа! Но быть музыкантом симфонического оркестра — очень почётно, поэтому большинство пробует себя в этом деле. Кроме скрипичного есть ещё множество классов, так что есть шанс в конце концов попасть в оркестр. — А как это происходит? — О-о-о, выпускников прослушивает лично дирижёр Тролльцарт и выбирает самых лучших кандидатов! Но даже если выпускнику удалось попасть в симфонический оркестр, он должен быть вдвое усердней, чем прежде. Если ты скрипач, то при поступлении в оркестр как правило становишься последним в четвёрке вторых скрипок, а ведь есть ещё и четвёрка первых скрипок, вот туда-то и стремится попасть любой скрипач. — Зачем? — Главный в четвёрке первых скрипок становится концертмейстером симфонического оркестра! Это второе по значимости лицо после дирижёра! — торжественно прошептала Бони, и Ветерок увидел, как загорелись при этом её глаза. — Значит, ты тоже к этому стремишься? — Конечно! Это мечта всех скрипачей Симфониграда! Ветерок был поражен, насколько проста и беззаботна была жизнь поп-троллей по сравнению с троллями классики. Настолько их народы были разными, насколько солнце отличается от луны, или небо от земли. Но даже несмотря на это, почему-то принцу очень хотелось понять Бони и её народ, хотя любой другой тролль на его месте даже не стал бы задумываться и выбросил бы всё это из головы. Его размышления прервал мягкий звон браслета обнимашек, Ветерок хотел было спрятать его, но Бони заметила раньше: — Ой, что это? — Это браслет обнимашек, он напоминает что пора кого-нибудь обнять. — Ого, и как часто? — Раз в час. — Зачем так много обниматься? — удивилась Бони. — Поп-тролли черпают силу из объятий, они дают нам энергию и делают счастливее… как-то так. — Какой милый обычай! Ветерок даже не успел ничего понять, как его заключили в довольно странные объятия — маленькие ручки легли на подбородок и затылок и принц почувствовал, как Бони прижалась щекой к его лбу. Его ухо оказалось возле к её груди, он мог поклясться, что услышал биение её сердечка. Ветерок постоянно обнимался с жителями родной деревни и с друзьями, среди которых конечно же были и девочки, но именно сейчас почему-то почувствовал, что начинает краснеть. Вскоре Бони спросила: — Получилось? — Ч-что? — Мне удалось прибавить тебе сил? Ветерок чуть приподнял голову и посмотрел на неё; зрачки в её глазах были огромными, обрамлённые медового цвета радужкой и чем дольше он смотрел в них, тем сильнее ему казалось, что он тонет, что эти необыкновенные глаза подобны омуту и вот-вот затянут его в себя. Бони всё ещё держала его лицо, она была так близко, что Ветерок чувствовал запах её кожи — лёгкий, сладковатый. Он прошептал, с трудом сглотнув: — Д-да… Бони также внимательно смотрела на него и принц мог видеть, как меняется выражение её глаз: сначала интерес, потом лёгкое удивление и волнение, и наконец, нежная восторженность. — У тебя чудесные глаза! — тихо заметила она. Бони видела куда больше, будучи очень чувствительной и эмпатичной от природы, но в силу возраста пока не могла понять, что именно она увидела и что чувствует по этому поводу. В то время, пока она не спешила его отпускать, Ветерок боролся с желанием потрогать её волосы, чтобы узнать, настолько ли они мягкие, насколько выглядят. Внезапно Бони настороженно дёрнула ухом, быстро отстранилась от принца и в тот же момент к ним подлетел сам дирижёр Тролльцарт. — О, вот вы где, молодёжь! Вижу, принц Ветерок, вы уже познакомились с Бони? Та почтительно присела в реверансе и Тролльцарт ласково взял её за руки. — Душа моя, Бони! Моя звонкая струночка, услада моих ушей! Ступай же на занятия, а я провожу нашего гостя! Она снова сделала реверанс, но уже Ветерку и, чуть подняв на него погрустневший взгляд, тихо сказала: — Хорошего вам дня, принц Ветерок! — и сразу же улетела на верх, а принц только и смог, что растерянно помахать ей вслед. — Ваш отец уже начал беспокоиться, не будем же заставлять его ждать! — обратился дирижёр к Ветерку и повёл его прочь от музыкальной школы.

***

— С тобой всё в порядке? Какой-то ты тихий… — заметил Цветан, когда уже вечером жукобус вёз их обратно домой. Ветерок задумчиво сидел рядом с отцом; он пытался переварить сегодняшние события: и необычный город, и тролли классики, и музыкальный концерт, который устроил для них Тролльцарт — всего было очень много. — Всё хорошо! Я кое о чём думал… пап, почему Тролльцарт так удивился тому, что в нашей семье двое детей? Цветан оценивающе посмотрел на Ветерка, вздохнул и сложил пальцы домиком. — Это и в самом деле довольно необычно. Ты наверно заметил, что в семьях троллей чаще всего бывает лишь один ребёнок или не бывает вовсе? Всё потому, что завести малыша довольно непросто. — Почему? — Дети появляются от очень большой любви родителей, оба они должны испытывать друг к другу сильные, истинные чувства. Если хотя бы один из них сомневается, любит намного меньше или не любит совсем, то ребёнка завести не получится; порой у многих пар уходит вся жизнь на это. Другое дело, когда избранник или избранница предначертаны друг другу судьбой. — Как ты и мама? — Да. Нашей любви хватило на двоих детей, это о многом говорит… — задумчиво улыбнулся король. — Но зачем тролли делают семью, если не любят друг друга? — Много причин… самая главная из них — та, что истинную любовь можно никогда не встретить. Если партнёр хоть немного симпатичен тебе, можно и попробовать, если боишься остаться одиноким. Но наша природа, наша суть зачастую такого не терпит, отсюда такой плачевный результат. Принц перевёл взгляд на свои руки; глядя на своих родителей, он всем сердцем хотел быть похожим на них, хотел встретить свою истинную любовь, быть хорошим сыном, братом, принцем. Он видел, какими разными были его мама и папа и какие сильные чувства они испытывали друг к другу, это вызывало в нём смешанные чувства — от смущения до восхищения. Ветерок чувствовал себя полным любви благодаря им, теперь он знал, что иначе его просто не было бы в этом мире. — Знаешь, я подумал и решил, что хочу учиться петь. Пап… — Цветан вопросительно посмотрел на него и тут же был заключён в объятия, — Спасибо… Отец крепко прижал сына к себе и поцеловал в в висок, прекрасно понимая, за что тот благодарит его.

***

Вернувшись домой, Цветан и Ветерок застали Розочку спящей прямо за столом; отправив сына спать, король несколько мгновений с нежностью любовался ей, после чего бережно, стараясь не разбудить, взял любимую на руки и отнёс на постель. Цветан тихонько заглянул в волосы Розочки, увидел там крепко спящую Бусинку и нежно поцеловал её. — Привет! — услышал он тихий шепот и увидел, как Розочка смотрит на него с улыбкой и обнимает подушку. — Я тебя разбудил? — виновато улыбнулся он ей в ответ, — Как наша принцесса? Не съела тебя? — Вон, дядю Купера съела, одна шляпа осталась! — усмехнулась королева, — Шучу, просто она так его заездила за весь день, что он даже любимую кепку забыл у нас! Ну, а как ваш день? Мне не терпится услышать! Розочка удобно устроилась на плече любимого, слушая его рассказ. Цветан описал ей их с Ветерком пребывание в Симфониграде, даже не опустив тот момент, когда он чуть не уснул на концерте, благо принц постоянно толкал его под руку. — Зато, кажется, Ветерок под большим впечатлением от Симфониграда. — Это главное! Королева уже почти вновь уснула, как вдруг встревоженно спросила: — Ой, а ты не голоден? Есть ужин… Её прервал крепкий поцелуй и шепот, от которого по коже побежали мурашки: — Я голоден, но совсем не так… Розочка еле слышно простонала в поцелуй, когда любимый принялся неспеша целовать и нежить её. А Ветерок никак не мог заснуть; он сидел у окна и долго смотрел на яркие звёзды на тёмном небе. После он выглянул наружу, негромко свистнул и к нему тут же подлетел пушистый светлячок; знаком попросив не шуметь, принц впустил его в комнату. Пользуясь тем, что Бусинка спит с мамой и папой, Ветерок мог осветить с помощью светлячка комнату. Он сел за стол и принялся что-то писать; принц предпочитал писать от руки, чем вырезать каждую букву и приклеивать её на лист. Спустя некоторое время у него получилось вот такое письмо: «Привет, Бони! Как прошли твои музыкальные занятия? Надеюсь, тебя никто не ругал? После того как мы расстались, Тролльцарт устроил для нас с отцом симфонический концерт, это было очень красиво! Мне даже показалось, что я немного понимал, о чём каждая композиция, но точно не уверен… Могу ли я писать тебе письма? Я о стольком не успел тебя спросить, мне было бы очень интересно узнать, как проходит твой день! Чем тролли классики занимаются кроме музыки? Есть ли у вас праздники? А библиотека? Очень жду твоего ответа! Ветерок. П.С.: Если захочешь ответить, то почтового жука нужно покормить, тогда он доставит твоё письмо.»