Во имя всего, что нам дорого

Где-то внутри Бластер был зол на Прайма. У него и так было работы по горло с прослушкой всех каналов, а теперь ещё и частоты автоботов настраивать! Конечно, он без труда справится, 'но проблемо', но просто... За кассетной декой недовольно пускал легкие разряды Эджект. Он злился на своего хранителя за то, что тот давно не выпускал его размяться. Это легкое электричество заставляло Бластера отвлекаться от работы и прижимать манипулятор к широкой желтой пластине. Оно не причиняло какой-либо особенной боли, но неприятно щипало достаточно чувствительные внутренние системы. "Прекрати" — попросил Бластер по особенной, бывающей только у хранителей с их кассетами, ментальной связи. Он моментально ощутил волну раздражения от своей кассетника. "Квинта с два!" — выругался в ответ Эджект, посылая новый разряд. "Чем дольше я работаю, тем меньше времени ты будешь гулять!" — пригрозил хранитель, возвращаясь к шифровке частот. Синяя кассета послала последний заряд и обиженно заворчала. "Не злись" — мягко извинился Бластер. Он любил своих кассет, больше, чем кого-либо во всем своем активе. Они всегда были для него всем, чтобы там не думали... Были ведь болтливые глоссы, которые говорили, что у него был коннект с Саундвейвом, тем десептиконским хранителем... Ну был пару раз до войны, ну и что? Ну были бондмейтами, что с того?! Что уж поделать, рассорились, разбежались. Хотя шаловливые мыслишки все равно иногда посещали процессор Бластера, особенно после того, как синий связист как-то раз застал его врасплох на одной разведывательной миссии. Автобот ясно видел его синий корпус, мелькнувший в кустах, но, судя по множественным признакам, о шпионе своему начальству Саундвейв не доложил. Собственно, попадать на окуляры Бластеру он тоже, скорее всего, не собирался. У хранителя, который точно повторял почти все контуры самого Бластера были просто потрясающие манипуляторы. Они превосходно знали, чего именно сейчас жаждет разгоряченный корпус любимого мехлинга, безошибочно нащупывали самые чувствительные магистрали и пластины, доводя бондмейта до блаженных стонов. После Саундвейва у красного автобота никого не было, ни в плане интерфейса, ни в простых романтических отношениях, если, конечно не считать кассет, которых любил еще до синего связиста. "Хозяин, с вами все в порядке?" — взволнованно спросил Стилджо. Ах, квинт, Бластер совсем забыл, что каждая его мысль считывается сразу четырьмя скучающими без дела кассетами! "Не волнуйся, мы — могила!" — заверил хранителя Эджект. Реверс и Бодун поддакнули. "Тебе правда требуется... разрядка?" — на полном серьезе уточнил Стальной. "Нет, спасибо" — немного раздраженно отозвался Бластер. Все-таки невозможно привыкнуть, что побыть наедине со своими мыслями никогда не получится, даже если эта особенность у тебя с самой твоей счастливой активации. "Простите, хозяин" — попросил прощения золотой лев и замолчал. Красный хранитель, провентилировав, вернулся к работе. Все это — пустые мысли о том недосягаемом счастье... Чего уж разрывать Искру себе и кассетам. Чувство, что за ним шпионят, не прекращалось. Вот Джаз стоит под одним деревом, и он абсолютно точно уверен, что является объектом слежения, причем, очень внимательного. Дерзость и храбрость, коих было в достатке, подсказывали диверсанту крикнуть что-то в духе "Выходите! Я вас не боюсь!", но исправный процессор тотчас же крепко обматерил их и приказал белому мехлингу сохранять скрытность, спокойствие, а что самое главное — адекватность. Автобот еще раз огляделся. Все было как обычно, даже как-то не так... одинокая птичка в кустах неправильно заливалась своей незатейливой песенкой, серые камни рядом неправильно лежали, а тени от деревьев падали совсем ужас как неправильно. Нутром Джаз совершенно точно представлял, что же происходит: проваленная операция. Но если свою он стопроцентно завалил, то, похоже, поможет провернуться чей-то чужой, чего делать не хотелось. Особенно, если это были десептиконы. Пропавшие автоботы, робко ищущие себе пристанище, уже давно стали байкой, что, впрочем, не мешало ей нравиться всем юнглингам. Из уже взрослых мехов эту мысль не поддерживал почти никто, разве что Оптимус, который свято верил во все милое и безобидное. В некоторые моменты Джазу хотелось просто подойти к своему лидеру и отвесить звонкую пощечину, за все хорошее. А иногда — напротив, с восхищением глянуть прямо в необъятные окуляры, находящиеся на исполинской высоте, и сбоившим вокалайзером выразить свое уважение, почтение и еще много всего. Не сказать, что диверсант как-то особо знал Прайма до войны, ведь тогда эта главенствующая шишка была ничем иным, как безызвестным архивистом Орионом Паксом, просто у них были довольно тесные дружеские отношения. Джаз был активирован в Каоне, где ему было предначертано стать шахтером и окончить свои скудные и наверняка недолгие сол-циклы во все той же самой шахте, чтобы позже послужить материалом для колонн, поддерживающих своды шахты, или попросту остаться забытым навечно и ржаветь с миром под слоем горных пород. Своеобразными коллегами тогдашнего шахтера были тупые беспроцессорные вехиконы, сделанные на заводских конвейерах. И, возможно, Джаз бы и исполнил то, что должен, если бы не его длинная и развязная глосса. Своими подколами, язвительствами и излишней дерзостью он регулярно выводил начальника из себя, пока, наконец, не добился своего и не был уволен. Податься особо было некуда, поэтому белый мех распрощался с альфами и зайцем уехал в тот город, где, как ему казалось, он мог хоть на что-то надеяться: Иакон. Но он ошибся. Иакон Поезд прибыл вовремя, точно по расписанию. Все пассажиры огромной сметающей все на своем пути волной выплеснулись из вагонов. Ничем не примечательный сероватый невысокий мех отделился от основной массы и побежал буквально через все ограды на свободу. Когда он огляделся, у него даже засбоила вентиляция: здесь было столько всего! Было еще рано, поэтому город еще только просыпался. Но Праймусе, как здесь красиво! Дома были и высокие, и не очень, и цветные, и тускло-серые, но что было самым прекрасным — мех превосходно знал, что здесь его не убьет первый же встречный. И осознавать это было так хорошо и приятно, знать, что тебе здесь в каком-то роде даже рады! Мимо прошла какая-то старушка с тростью, а рядом с ней — примерно такой же мех. Они шли медленно, держась за манипуляторы, и эта картина вселила в серого меха просто безудержный восторг! Здесь можно активировать! Активировать, а не бояться и бороться за актив! Как бы грустно ни звучало, города очень резко отличались экономикой, дружелюбием жителей, да и просто внешним видом. Счастье меха было безграничным.. до тех пор, пока он не вспомнил о том, зачем именно приехал сюда: работа. Каких-то особенных талантов у новосёла не было, но он надеялся поступить хоть на какую-то должность, немножко подзаработать, а потом уже замахиваться на что-то покрупнее. Дани надоумила, что да как. И если в мыслях все было просто, то на деле совсем по-другому... — Простите, результаты вашего теста крайне плачевны, — гнусаво проговорил принимающий, собирая датапады в аккуратную стопку. — Но как иначе-то? — изумился серый мех, который сидел на стуле напротив него. — Вы говорите, что мне нужен опыт работы, но где мне его взять, если я должен работать, чтобы его получить, это же дико! — буквально на одной вентиляции выпалил он. — Спокойствие, — безэмоционально отозвался принимающий. — Если бы вы подавали хоть какие-то надежды, то я бы еще подумал. А так — ничем не выделяющаяся личность, к тому же — вспыльчивая. — Ну вас всех... — буркнул серый мех, поднимаясь. Подойдя к двери, он обернулся и крепко в открытую выругался, отправляя все это в адрес принимающего. После этого он ухмыльнулся и вышел, вдоволь насладившись шокированным фейсом второго меха. Это было уже третье тестирование, и серого мехлинга не брали ни на какую работу. А кредиты, данные альфами "на первое время" стремительно таяли. И возможно ничем хорошим эта история бы не кончилась, если бы меху не повезло встретить одного всемирно известного гладиатора. Эта встреча была абсолютно случайной: серый мех прогуливался по городу за неимением каких-либо дел, и вдруг в толпе заметил того самого Мегатронуса, окруженного фанатами. Они что-то наперебой говорили, спрашивали, изумлялись, уточняли и, конечно же, просили автографы. Сам мехлинг не был рьяным поклонником гладиаторских боев, но Мегатронуса как личность немного знал. Заинтересовавшись, он подошел поближе. И вдруг великий воин, заметив серого меха, объявил: — Земляк, стало быть? Что, идти надо? Да, конечно. Простите, но мне пора идти! Мехлингу же он шепнул: — Валим, пока меня не раздавили. Пробежка оказалась недолгой, но непростой, а серого раздирали вопросы. Откуда этот гладиатор знает, что он из Каона, а не, например, из Юсса или Полигекса? Или это просто совпадение? Почему он не любит толпу ревущих фанатов, разве её не должны любить все знаменитости? Или он особенная знаменитость?.. Когда Мегатронус наконец остановился, они были в переулке, в котором одна-единственная фемм ходила с коляской. Проводив её взглядом, гладиатор обратился к серому меху, у которого окончательно сбилась вентиляция. — Спасибо, что вовремя появился, — поблагодарил он. — Да за что меня благодарить, право дело.. — без тени смущения отозвался мех. — Я же ничего не сделал. Вот если бы я шарктикону башку снес — это да-а-а... — Шарктикону? — усмехнулся гладиатор. — А не боишься? — В моем положении уже смешно чего-то бояться, — Со стороны серого меха тоже послышалась усмешка. — Работы нет, дома тоже почти нет, ничего нет. — А что так? — внезапно заинтересовался Мегатронус. — Посуди сам: кто возьмет на работу какого-то каоновского шахтера? — Мех фыркнул. — Так ты действительно из Каона? А чего не подался в бойцовскую Академию? — Куда уж мне! Какой из меня боец.. Только спарков пугать. Я же тощий, пластины да магистрали. И ростиком с того же шарктикона. У них хоть зубищи есть, а у меня — и того нет. — Так, хватит себя жалеть, — отрезал гладиатор. — Манипуляторы-серво есть? Процессор есть? Все, больше ничего и не нужно. Хочешь, докажу? — Давай, если без убийств и увечий обойдешься, — Калечиться в планы серого меха не входило, тем более, если это будет делать мастер своего дела. Мегатронус усмехнулся. — Нападать будешь ты, — добавил он, ухмыльнувшись. Далее он планировал лицезреть целую оперу из "Да как так", "Я не могу", "Может не надо", но ничего подобного не произошло. Мех пожал плечами, встал в боевую стойку и с боевым кличем накинулся на стального великана, боксируя его грудные пластины. Гладиатор снова усмехнулся. — А теперь — защита. — Мегатронус почти без предупреждения сделал длинный выпад, буквально повесив на него стоящего всего в шаге меха. Ловкие сервоприводы подцепили одну широкую пластину на животе противника, заставив его зашипеть. — Пусти! — потребовал он, заехав кулаков гладиатору в фейс. — Быстро учишься, — произнес великан, вынужденно отпустив серого меха и вытерев энергон, выступивший из задетого носа. Бой несильно затянулся. Уже через джоор серый мех оказался придавленным мощным серво Мегатронуса. — Из тебя еще можно сделать воина, — одобрил битву гладиатор, помогая меху подняться. — Эх, будь бы у меня время, я бы отправил тебя в Каон и самостоятельно бы обучил, но времени как назло нет!.. Хм, а что если тебя научит кто-нибудь другой? — Что вы имеете ввиду? — уточнил мех, закрыв сообщения о повреждениях. Мегатронус загадочно ухмыльнулся и сказал: — Великая Тарнская Боевая Академия. ВТБА, путь туда я тебе закажу. — Так, стойте, вы сейчас не шутите? — изумился серый мех, напрочь забыв обо всем. — В Академию Тарна?! — Именно так. Твои аудиодатчики исправны, не волнуйся. Да, до сих пор не спросил: как тебя зовут? — Джаз, — завороженно ответил мех. — Меня зовут Джаз.