Эпитафия Эдэль

      По возвращению в академию девочки отправились к себе. Нужно было срочно сменить одежду и высушить волосы, ни то они рисковали простыть, а лежать все выходные с кашлем и больным горлом, не хотелось. Мелисса же, решив что на этом её долг, как сопровождающего окончен, поспешила в столовую. Ей первым делом хотелось заварить себе горячего чаю.       Толкнув тяжёлые двери и не услыша в помещении шума голосов веселящихся студентов, Мелисса напряглась. Открыв их она и вовсе поняла, что столовая пуста, разве что около преподавательского стола, в самой дальней части, сидело трое человек. Двоих молодая женщина узнала сразу, то были профессор Семпрония и леди Гамма. Судя по тону разговора, который представлял собой почти шёпот можно было предположить, что беседа эта до крайности неприятная, но Мелисса вошла, здраво рассудив, что ежели б этот разговор представлял собой таинство, то для совещания место было бы выбрано более уединённое.       — Профессор. — достаточно громко и чëтко прозвучал знакомый голос.       Милисса замерла, глядя на одну из дам — девушку в белом платье и с прической из тугих кос. Она точно сошла с фрески в храме. Айнжел? Нет. Никки…       — Следуя протоколу №31с, Вам предстоит пройти допрос с полиграфом. — чуть кивнув в сторону свободного стула, продолжила Никки. — Прошу, без резких движений, подойдите сюда. Оружие, если есть, сложите на стол. Сохраняйте спокойствие и отвечайте честно.       В зале, на несколько секунд повисла напряжëнная пауза. Мелисса, всë ещë растерянно стояла на месте. С еë промокшей одежды и прилипших к лицу волос, капала вода. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув она неспешно направилась к столу. Профессор Менгеле подняла левую руку, раскрыв ладонь, правой достала из кармана платья револьвер и осторожно положила его на стол. Никки утвердительно кивнула, и молодая женщина села.       — Я, конечно, очень извиняюсь. — прокашлявшись, начала профессор Семпрония. — Но, зачем Вам револьвер? — тоном, максимально серьëзным, спросила она.       — Следуя указу «о чрезвычайной ситуации» от 26 аурниса 1986 года, до вашей эры. — уточнила Мелисса. — №8/160, сотрудники Института обязаны иметь при себе табельное оружие, и, при необходимости, по своему усмотрению, использовать его по назначению.       После этих слов на бледном лице старушки замерло выражение совершенно искренней растерянности, однако уточняющих вопросов она задавать не стала, лишь добавила:       — Где Вы были?       — Мы с детьми ходили в Северный город. На Новогодний фестиваль. По дороге назад, нас застал дождь. — всë так же спокойно объяснилась Мелисса, в ответ на что профессор Семпрония понимающе кивнула.       — Что Вам известно о проекте «Спесь»? — внимательно смотря на женщину, спросила Шама.       — Ничего. — спешно, ответила Мелисса, почти поражëнная столь конкретным и неожиданным вопросом. — Я знаю только то, что это имя принадлежит муртской богине.       Никки скосила взор на профессора Семпронию, ожидая, что вот-вот, еë лицо исказится в гримасе отвращения, как это бывало с Ханни, но старушка сидела невозмутимо, всë с тем же выражением глубокой задумчивости. Поняв, что на неë смотрят, профессор Семпрония чуть качнула головой, давая понять, что допрашиваемая не врëт.       — Возможно, леди Гамма выразилась не совсем корректно. — неспешно, проговаривая каждое слово, начала Никки. — Нас интересует, для чего Институт использовал академию.       — Понятия не имею! — ещë более растеряно бросила Мелисса, но тут же собравшись, произнесла. — Я не располагаю подобной информацией.       Никки вновь скосила взор на старушку, но профессор Семпрония опять отрицательно качнула головой. Чуть нахмурившись, Никки перевела пристальный взгляд на профессора Менгеле.       — Профессор Беккер сказала, что Вы синтезировали ИЖ. Зачем?       — Она жива? — даже не пытаясь ответить на вопрос, спросила Мелисса.       — Она привела в исполнение протокол №2-с. — спокойно ответила Никки.       — А ещë кто-то из наших жив? — чуть тише, осторожнее поинтересовалась Мелисса, тщетно пытаясь понять, что вообще происходит.       — Скорее всего. — ответила Никки.       Мелисса поджала губы. «Никогда бы не подумала и вот снова… Господи, пожалуйста, если ты существуешь, давай не надо…», — мысленно проныла Мелисса, опасаясь, что и в этом мире ей придëтся стрелять по своим…       — Я не знаю зачем было нужно синтезировать ИЖ… — почти с отчаянием, ответила молодая женщина.       — Что значит «не знаю»? — перебила еë Шама.       «Блять… Ну почему я опять вляпалась в какое-то дерьмо», — щуря глаза подумала женщина.       — Айнжел. — тяжко вздохнув, почти дрожащим голосом начала Мелисса, ей очень не хотелось говорить с леди Гаммой.       Умом молодая женщина понимала, сейчас леди Гамма не злится, в противном случае она бы уже физически почувствовала еë гнев. А может быть и нет… Мелисса не знала наверняка, чего ожидать от этой девочки, но всë же внимательно смотрела на еë руки — леди Гамма положила их на стол и не было похоже, что она собирается щëлкнуть пальцами.       — Айнжел. — чуть спокойнее повторила Мелисса. — Ты никогда не задавалась вопросом, почему о человеке, что занимался разработкой проекта ИЖ, и что имел доступ к документам «особой важности», тебе практически ничего не известно? — с этими словами женщина очень медленно, запустила руку в карман платья. — Хотя, полагаю, я не правильно сформулировала запрос. Ты никогда не задавалась вопросом, почему моя биография имеет гриф «особой важности»? — с этими словами она положила на стол небольшие карманные часы. — Почему этот файл приложен к документам проекта «горизонт событий»?       Никки отрицательно качнула головой, но ничего не сказала, давая понять — она будет слушать всë, по крайней мере пока. Это радовало. Хотя… Мелисса знала, что ИИ можно не опасаться. По крайней мере в физическом плане. Не сколько из-за протокола безопасности, сколько потому, что Никки запрограммирована слушать и смотреть, анализировать — она наблюдатель, она не будет вмешиваться и причинять вред.       — Сейчас объясню. — с осторожной улыбкой добавила Мелисса, и Никки кивнула. — Основной целью проекта было создание машины времени — хронографа. Он перед тобой. — с этими словами женщина пододвинула часы ближе к Никки, ИИ окинула их внимательным взглядом, но трогать не стала. — Может перемещать в прошлое и будущее как сознание, так и тело. Прибор испытывал профессор Вебер. Кончилось всë тем, что он внезапно скончался, а проект закрыли…       — А как же книга? — спокойно уточнила Никки.       Мелисса осторожно улыбнулась, радуясь, что ИИ спросила о столь важном результате проекта.       — Как изначально предполагалось, профессор Вебер вернулся в прошлое, поэтому к книге отнеслись столь небрежно, позволив изучать еë вдоль и поперëк. Вполне возможно, если бы не это опрометчивое решение, мы бы не оказались тут. — имея в виду не сколько академию, сколько это будущее в целом, произнесла Мелисса.       Однако… Понять ход мыслей профессора Менгеле, хотя бы в общих чертах, могла только Никки. Шама и профессор Семпрония могли лишь догадываться о чëм вообще идëт речь.       — Профессор Вебер не вернулся в прошлое, он отправился в будущее, в это время. — продолжала Мелисса, и с каждым еë последующим словом глаза профессора Семпронии, от удивления, раскрывались всë шире. — Он устроился на работу, сюда. Занимался тем, что помогал леди Авроре с разбором библиотеки. Именно так в его руки попал дневник Миледи. Случайно. — подчëркнуто заметила Мелисса. — А мне было четырнадцать. — уже почти небрежно добавила женщина. — Я мыла посуду на кухне. В свободное время читала книги. Пыталась. Леди Аврора меня учила. Просто так, потому что могла… Примерно так мы и познакомились. В начале этого учебного года. В библиотеке… Профессор Вебер говорил, что через три месяца возвращается домой. Тогда мне очень захотелось поехать с ним. В другой мир, подальше от той грязи, в которой я жила. Он был не против. А ещë он хотел взять с собой пару артефактов. Поскольку на дневнике не было печати академии, и выглядел он как откровенный хлам, леди Аврора согласилась, отдать его, ну и пару других книг, из тех, что шли в утиль. Мы договорились, что уедем после Новогоднего фестиваля. Судя по времени, мы уже должны были покинуть этот мир… За меня и за книги профессору Веберу пришлось заплатить. К сожалению, хранитель завесы принимает плату только душами. Спесь не многословна. Если она считает, что ход движения вещей был нарушен, то отнимает у нарушителя жизнь… — произнесла Мелисса, как бы намекая на то, что мужчина поплатился за пронесëнные через пространственно-временные врата книги и проведëнного человека. — Айнжел, ты же знаешь, после Удара не все из наших были готовы помогать ши. — напомнила она, и Никки кивнула. — Мария и Роза были единственными из всех детей леди Марион, которым удалось пережить Удар. Она не хотела терять и их… Резко против была и Луиджиа, предлагая возобновить проект «горизонт событий». И, надо сказать, еë идея пользовалась популярностью. Я не буду называть имëн, но половина была «за», оставшаяся половина, и я в том числе, склонялись к тому, что надо хотя бы попробовать… Нам повезло. Спесь не только объяснила почему этого нельзя делать, но и не взяла платы… Однако медлить больше было нельзя.       — Поэтому вы принесли близняшек в жертву 15 фовоса? — уточнила Никки, в ответ на что, Мелисса кивнула.       — Тянуть дольше было нельзя. Мы и так пришли слишком поздно, когда в землях Эллады властвовала уже истинная, звериная натура ши. С ними не возможно было договорится: голодные, больные и напуганные — они понимали только грубую силу. Они знали — их боги мертвы, помощи свыше не будет, здесь каждый сам за себя. Мы и наше учение были им не нужны… Это была ещë одна из причин, по которой нам пришлось убить близняшек, напоить и накормить их кровью и плотью ши. Нам нужно было покорное стадо. Но, ведь так не могло продолжаться вечно? Нам пришлось ослаблять гайки… Тогда и начали появляться недовольные. Тогда мы впервые всерьëз подумали, что тратим время и силы в пустую. Велиор сдался первым.       — Разве он не умер от лучевой болезни? — несколько растерянно уточнила Никки.       Мелисса в ответ отрицательно покачала головой.       — Ну в самом деле, не могли же мы сказать верующим, что один из двенадцати предал апостолов и вернулся в прошлое, дабы попытаться предотвратить трагедию? — с горькой улыбкой, произнесла Мелисса.       — Разве Спесь не должна была остановить его? — спросила Никки.       — Я думаю, она просто решила над нами поглумиться. — едко усмехнувшись, заметила Мелисса и, уже обыденно спокойно продолжила. — Хронограф профессора Вебера был у меня, поэтому я последовала за Велиором. Не буду вдаваться в подробности того, через что мне пришлось пройти, дабы оказаться в нужное время в нужном месте, ограничусь лишь тем, что Велиор даже не стал меня слушать. И вот, я — решившая, что во второй раз не буду испытывать судьбу, а просто пристрелю его, нахожусь здесь… Мне не пришлось по нему стрелять, ибо его сожрала Спесь… И… Я честно, вообще без понятия, что происходит у вас в этом мире.       После этих слов в зале на несколько секунд повисла тишина, лишь было слышно, как по стëклам витражей барабанит дождь.       — Почему Вы сразу этого не сказали? — тяжко вздохнув, несколько раздражëнно заметила Шама.       — Потому что в прошлый раз Вы заперли меня в темнице. — вскинув бровь, примерно в той же манере, ответила Мелисса.       — И пытала… — спокойно добавила Шама, смотря на свои руки.       — И это тоже. — с явной долей возмущения, подтвердила Мелисса.       — Понятно. — вновь вздохнув, заметила Шама, и немного помолчав добавила. — Может, как-нибудь потом, Вы познакомите меня со мной из другого мира? — чуть склонив голову на бок, почти ласково произнесла Шама.       — Не вижу в этом смысла. — закатив глаза, начала Мелисса. — через пару лет Вы сами ею станете.       — Но всë же. — едва-едва растянув губы в улыбке, добавила Шама. — А пока. — тут Шама резко скосила взгляд на Никки.       — Профессор. — начала Никки, Мелисса немного напряглась. — Я благодарю Вас за честность и сговорчивость, надеюсь наш дальнейший разговор пройдëт столь же плодотворно.       После этих слов, по лицу женщины скользнула кислая улыбка. «А если я откажусь от сотрудничества меня заставят», — покосившись на Шаму, про себя заметила Мелисса. Повторять опыт позапрошлого мира ей не очень хотелось, так что… Коли не получилось сразу пустить пулю в голову, надо быть паинькой!       — Можно ли получить лекарство от ИЖ в наших условиях?       Вопрос этот прозвучал ужасающе четко, но из всех присутствующих, этот страх ощутила лишь Мелисса. Лицо её сделалось бледным как мел. По пояснице стекла капля ни то дождя, ни то от пота… Что же касается остальных… Ни профессор Семпрония, ни Шама не понимали с чем конкретно имеют дело, а Никки не стала утруждать себя просвещая их в детали.       — Я правильно понимаю, оно нам просто необходимо? — с нервной усмешкой уточнила профессор Менгеле, будто надеясь услышать отрицательный ответ.       — Да. — уверенно ответила Никки.       Мелисса издала тихий стон полный ужаса и безысходности. Она облокотилась о стол, протёрла руками ешё влажное от дождя лицо, при этом давя максимально сильно, а после, подперев лоб ладонью, тихо спросила:       — Сколько?       — Почти пятьсот человек. — спокойно ответила Никки.       — Когда? — с тем же странным спокойствием спросила Мелисса.       — Около получаса назад. — тем же тоном отозвалась Никки.       — Сколько! — в ужасе вскочив с места воскликнула молодая женщина.       — Профессор, всё в порядке. — мягко произнесла Никки стараясь успокоить её. — Леди Гамма наложила на больных особое заклятье.       — Время терпит, но недолго. — добавила Шама.       — Хорошо. — всё ещё тяжело дыша, процедила Мелисса. — Сколько могло пройти времени с момента заражения?       — Осмелюсь предположить, что период заражения достигает от двадцати до пяти минут, не больше. — ответила Никки.       — Ты проводила сканирование? — неспешно прохаживаясь взад-вперед и задумчиво потирая подбородок, спросила Мелисса.       — Да. Примерно у пятидесяти человек наблюдается пневмония и отмирание клеток головного мозга.       После этих слов в столовой вновь повисло молчание. Мелисса, всë так же, неторопливо меряя шагами зал, ритмично постукивала каблуками. За окнами шумел дождь.       — Вы же понимаете, что лекарство не восстановит умершие ткани внутренних органов, а клетки мозга и подавно? Вы же понимаете, что лекарство должно просто убить паразита, разумеется не навредив организму носителя? Нужно будет использовать что-то ещë, дабы исцелить больных. И это без учëта осложнений. — остановившись напротив стола, тихо уточнила Мелисса.       — Да. Исцеляющую магию я знаю. Главное, дабы «это» покинуло тела больных. — ответила Шама.       — В таком случае, мне нужна живая айва. В идеале здоровая, или хотя бы не дефектная особь. Только так можно будет получить лекарство. — объяснила Мелисса.       Никки, чуть нахмурившись, опустила взгляд в стол. Ава. В теории она могла подойти. Еë волосы не алые, но ярко-рыжие, что в целом, тоже норма, но что более важно, меняя цвет на белый, она сохраняли крупные кудри. Однако Ава носитель «яда». Еë кровь опасна для окружающих. Да, Никки не знала насколько она опасна, но это был слишком серьëзный риск. К тому же, Ава могла успешно лечить только себя. Да, она ещë не полностью освоила свои силы, но если она в принципе не способна лечить никого кроме себя, это может негативно повлиять на препарат.       — Что Вы подразумеваете под здоровой, не дефектной особью? — поинтересовалась Шама.       — О, Вы понимаете, о чём я говорю? — с радостной улыбкой спросила Мелисса, Шама в ответ кивнула. — Я имею в виду, что ангел, который нам нужен, должен иметь: живую айву — уметь лечить себя и других; белые или тёмно-алые волосы с хорошо различимыми кудрями; голубые глаза.       — Предположим я знаю подходящего ангела, и если я напишу ей, она точно приедет сюда. Но есть одна не большая проблема, еë кровь может быть отравлена антимагическим токсином.       — Айнжел, твоему телу хватит ресурсов для поглощения антимагического токсина?       — Только небольшими порциями. Это может занять много времени. Однако, я не думаю, что мы сможем найти вариант лучше.       «Во всяком случае, пока я не провела анализ еë крови, есть все основания полагать, что она — лучший вариант», — мысленно заметила Никки, поняв кого имеет в виду Шама.       — Хорошо. — улыбнувшись ответила Мелисса.       — Могу ли я знать, кого Вы хотите пригласить? — осведомилась завуч.       — Её зовут Миледи. — с таинственной улыбкой ответила Шама и, щёлкнул пальцами, явила на столе чернильницу, перо, конверт и лист бумаги. Теперь оставалось только сочинить максимально вежливое письмо.