Третий нефрит великого ордена Лань

Первые лучи зари только-только пробивались сквозь клубы холодного тумана. Вокруг этой местности стоял леденящий холод и густая туманная завеса. После утомительной дороги Лань Ин и Лань Цижэнь, наконец, прибыли на место назначения, а именно в резиденцию ордена Гусу Лань – Облачные Глубины. В здешнем округе высокие белые стены располагались в ряд, прямо друг за другом, а чёрная черепица крыш домов и переходами между ними – отлично контрастировала с белоснежными стенами. Эти стены тянулись вокруг прудов и живописных беседок, вдоль садов и мостов. Вокруг тишина и спокойствие, только щебетание птиц и журчание воды нарушали безмолвие этой картины. Атмосфера Облачных Глубин создавала впечатление настоящей уединённости и безмятежного покоя. В таком умиротворённом месте даже сердце замирало, подобно стоячей воде, и лишь звуки эха колокольного звона слегка волновали воздух. Это место в горах всегда поражало тонким изяществом своих пейзажей, а его адепты —благовоспитанностью и железной дисциплиной. Когда он вошёл вовнутрь, внимание Лань Ина приковала «Стена Послушания», на которой были высечены более трёх тысяч правил. Увидев столько правил, Лань Ин не на шутку забеспокоился. «Ужас какой... Пугающее место, должно быть» — тревожно терзался Лань Ин, оглядывая новую местность. И переживал он не зря. Это было действительно пугающее место, в котором адепты строго-настрого придерживались правил на Стене Послушания, иначе любой бы отбывал своё заслуженное наказание в зависимости от содеянного, начиная с переписывания всех правил Гусу Лань и заканчивая принятием побоев дисциплинарным кнутом. Не каждый адепт мог выдерживать столь жестокие методы обучения, однако Гусу Лань всегда славился своими воспитанными адептами, на то их отправляли их же подопечные, желая должного воспитания под предводительством учителя Ланя. Взгляд Лань Ина остановился на толпе из нескольких молодых адептов, которые незамедлительно подошли и низко поклонились Лань Циженю. Они были одеты в опрятные белые траурные одежды, носили длинную белую налобную ленту с узорами плывущих облаков, которая развевалась по ветру. Лица их излучали спокойствие, но было видно, что они очень радушно и уважительно относятся к Лань Циженю. Глава Лань слабо кивнул головой своим адептам в знак приветствия, и они сразу же поочередно отозвались: — Здравствуйте, учитель Лань! Один из адептов с доброжелательностью в лице обратился к Лань Циженю, глядя ему прямо в глаза: — Рады вас видеть в добром здравии, как прошло ваше путешествие, глава клана? Молодые люди сразу же обратили своё внимание на юного спутника главы. Увидев их любопытство, Лань Цижень ответил: — Довольно-таки хорошо, сегодня я нашёл то, ради чего отправлялся в путь, — представив обозрению адептов мальчика, стоящего позади него, он продолжил знакомство, – начиная с этой поры, он новый ученик ордена Гусу Лань и мой подопечный. Пожалуйста, поприветствуйте его, как следует, и проявите должное уважение. Заканчивая своё последнее предложение, Лань Цижень кивнул в сторону двух адептов высокого роста, сильно похожих друг на друга. Они, переглянувшись между собой, снова устремили взгляд на оппонентов, встречая долгожданное возвращение дяди. Молодые адепты выслушав учителя, поклонились ему на прощание, всё ещё стоя на местах и поглядывая на Лань Ина. Немного помолчав и поизучав взглядами новичка, они решились на совместный приветственный поклон Лань Ину: — Будем рады обучаться с тобой! Приняв его таким образом в свои ряды, и вновь выпрямившись, они поспешили приступить к своим ежедневным занятиям, отправляясь самосовершенствоваться. Все, кроме тех двух юношей. У одного было бесстрастное выражение лица, а другой светился вежливой улыбкой, приятной глазу. У обоих была прямая осанка и завидная внешность. Было очевидно, что это два юных господина клана Лань. Едва Лань Ин завидел их, в его памяти всплыло воспоминание о том, что говорил ему глава ордена. Он рассказывал про двух своих племянников, являющимися одними из лучших учеников в Гусу. По его словам, Лань Сичэнь родился на три года раньше своего младшего брата Лань Ванцзи, но, даже несмотря на это, они вместе они были очень похожи друг на друга внешне, различие было только в цвете глаз и росте, но, всё же главным отличием было именно в характере обоих – в этом плане они сильно различаются между собой. Ванцзи всегда держался холодно и отстранённо, однако всегда готов прийти на помощь любому человеку, вне зависимости от его положения и состояния. Сичэнь был более открытым и свободным к общению, чем его младший брат. Он относился ко всем с отзывчивостью, теплотой и доверием, даже включая тех, кто ниже его по статусу. Лань Ванцзи и его брата Лань Сичэня – называют «Два Нефрита», что означает двух человек, хороших в чём-то на примерно одинаковом уровне. Два брата понимали друг друга без слов, и были близки друг другу с самого детства. Встретившись взглядами с двумя братьями, Лань Ин сразу отвесил обоим поклон, поприветствов их. Он сразу же обратил внимание на их опрятный вид, преподнося их нефритовую красоту во всём изяществе, а если судить о их манерах, то они точно оставляли хорошее впечатление, это и показывало их надлежащее воспитание. Лань Сичэнь и следом за ним сразу Ванцзи подошли ближе к своему новоявленному брату. Лань Сичэнь искренним и радушным выражением произнёс: — Здравствуй, братец! Позволь нам показать тебе твои спальные покои и познакомить с нашими правилами в Гусу Лань. — Для меня большая честь познакомиться с вами, братья Лань Сичэнь и Лань Ванцзи, – ещё раз поклонившись в знак уважения, ответил Лань Ин, и продолжил, – как упомяналось ранее, меня зовут Лань Ин, прежде Вэй Усянь, буду рад вашей помощи и поддержке и буду также рад содействовать вам.. — Не стоит. Не думаю, что есть необходимость в поклоне друг другу, ведь мы теперь братья. Сочту это за твою вежливость, – улыбнувшись, сказал он Лань Ину, – Ванцзи, – обратился он к человеку рядом, – своди нашего брата на холодный источник. Путь был дальним, да и следует переодеться, это поможет успокоить мятежное сердце и очистить разум. А я схожу за клановой унифомой для нового брата. Я оставлю вас ненадолго, прошу простить меня, вынужден отойти. – он также мягко улыбнулся. Вскоре Лань Сичэнь покинул их, оставляя наедине только Лань Ина и Лань Ванцзи. — Пройдём со мной, я покажу дорогу к холодному источнику, – ни секунды не медля, Лань Ванцзи развернулся, и направился к источнику. — Д-да, хорошо, — не ожидавший такой стремительности, ответил Лань Ин, сразу же идя следом. Холодный источник – поистине невероятно красивое место для омовения заклинателей. Лань Ванцзи и Лань Ин прошли по тропинке, ведущей к источнику. Немногие знали её местонахождение, так как она находилась в скрытом для человеческого глаза месту. С окрестных гор текло множество ручьёв ледяной воды, водопадом спадая в глубокую, ростом со взрослого человека, впадину. Из этой впадины вытекал источник, от которого исходили облака водяной пыли, сверкавшие брызгами, а вокруг его обволакивала мгла. Зрелище незабываемое. — Не правда ли чудесно, как прекрасен сегодняшний день, как думаешь, брат? – после утомительного молчания, Лань Ин снова решил заговорить, но разговор не вяжется, потому что его собеседник достаточно немногословен, поэтому он продолжает свою мысль. – Я думаю, что мы имеем одно мнение на этот счёт, – лениво потянулся Лань Ин, показывая лёгкую непринужденность, но, задумавшись о чем-то, он рассказывает дальше – среди заклинателей ходят слухи, что источник обладает разными чудодейственными свойствами. К примеру, успокаивает душу, очищает мысли и приводит духовные силы в порядок. Верное суждение, братец? — Верно, – спокойно, подтверждая слова собеседника, пояснил Лань Ванцзи, не меняясь в выражении лица. Они остановились в нескольких шагах от самого источника. Лань Ванцзи хотел было отойти в сторону, чтобы дождаться старшего брата чуть поодаль, как тут, как ни в чём ни бывало, без всяких колебаний, Лань Ин начал медленно развязывать пояс своего потрёпанного одеяния, абсолютно ничего не смущаясь. Лань Ин развернулся, чтобы задать вопрос Лань Ванцзи, но тот, к его удивлению, отвернулся в противоположную сторону, ничего не сказав. Передумав задавать неуместные вопросы брату, Лань Ин принялся умываться. Затем, зайдя в холодную воду, Лань Ин почувствовал облегчение на душе, словно гора с плеч упала. Мысли приходили в порядок, восстанавливалась ясность мышления. После срока, которого достаточно для того, чтобы догорела палочка благовоний – закончил своё купание Лань Ин, и к тому моменту на источник пришёл их старший брат. В руках он нёс аккуратно сложенную стопку белых одежд, на самой верхушке которой лежала лобная лента с узором из плывущих облаков. Эта композиция выглядела идеально — ни единого помятого лоскута. Нужны большие усилия, для того, чтобы постараться надлежающим образом носить эту уникальную форму. Завидев брата, Лань Ванцзи принял стопку клановой одежды и передал её в руки Лань Ину. Переодевшисьь, Лань Ин задумался над вопросом, о том, надо ли ему носить лобную ленту? Но, вспомнив, с какой серьёзностью к ней относятся все адепты Гусу, он всё-таки посчитал очевидным, что налобная лента — является неотъемлемая частью всего облика. — Форма Облачных Глубин вам к лицу, брат, – сказал Сичэнь с той же радушной улыбкой, излучающаяся от него также, как и от луча солнце, так же ослепительно — Мгм, – произнёс Ванцзи бесстрастным тоном, соглашаясь с братом и кивая обоим. — И вправду, эта форма — воплощение изящества! Она превосходна, – выпалил Лань Ин, восхищаясь одеждой, – благодарю вас, я польщён. Трое братьев возвращаются в резиденцию Облачных Глубин. Лань Сичень показывает путь в личные покои Лань Ина; — Брат, можно задать вопрос? — со всей серьёзностью обратился к первому брату Лань Ин. — Конечно, спрашивай. Мы выслушаем тебя. — Какое значение в себе несёт лобная лента? Этот вопрос очень удивил обоих братьев, но Лань Сичэнь спокойно пояснил: — Лобная лента напрямую связана с девизом нашего ордена Гусу Лань – «будь праведен», что означает «держи себя в узде», – рассказал старший брат. — Мгм. Многим из клана Гусу это известно, – соглашаясь со словами старшего, отвечает Ванцзи, смотря прямо перед собой, и идя паралельно с братьями. — Я вот не знал этого... Как неловко, примите мои извинения, – почёсывая затылок, смущенно выпалил Лань Ин. — Не стоит извиняться. Из посторонних мало кто знает об этом, но для адептов Гусу Лань – это всегда будет общеизвестным фактом, – сказал Сичэнь, уже доходя до Облачных Глубин и направляясь прямиком к покоям третьего брата. — А что делает её такой особенной? Все так берегут её, переживая за неё так, словно за собственную жизнь, – вопросительно взглянул на Лань Сичэня Лань Ин. — Думаю, можно понять их беспокойство. Лобная лента является особенным объектом для членов нашего клана. Развязать её позволено только тому человеку, с которым желаешь «отпустить себя». Этот человек должен быть очень для тебя дорог. Таким образом, лента — это особый объект, очень личный и деликатный. Никому нельзя разрешать её касаться без надобности, нельзя снимать её, когда им заблагорассудится, и нельзя кого-то ею связывать, – закончив говорить, Лань Сичэнь и Ванцзи прибыли к месту назначения, то есть – в его покои Лань Ина, чтобы тот отдохнул. — Ясно, я очень благодарен вам обоим. Сегодня я узнал много полезного, что способствует моему обучению. До скорой встречи, Лань Ванцзи и Лань-сюн! – радостно повысил голос Лань Ин, уже удаляясь за дверь своих покоев. — Увидимся братец! – ответил Сичэнь, глядя на скрывающийся за дверью силуэт Лань Ина.