Цыганка

- Тсунаёши Савада!       Мой крик раздается совсем возле уха бедного человека, заставляя того вздрогнуть от неожиданности. Каждое утро я бужу своего брата, чтобы пойти на тренировку, несмотря на все отговорки, которые за десять лет так ни разу и не повторились. Когда Нана-сан записала меня на танцы, начались привычные нагрузки, ведь в балетную школу приходилось идти в шесть утра, со временем необходимо было приходить уже с разогретыми мышцами. Как же я скучала по такому ритму жизни! - Опять? Я же уснул только, - парень посмотрел на часы, - четыре часа назад!? Ты монстр, ты знала?       Тсунаёши не хватает свободного времени, которое он обычно тратит на игры – утром тренировка со мной и школа, затем занятия в волейбольном клубе, а позже он садится делать домашнее задание. Как вспомню, как пришлось его приучать к дисциплине, так вздрогну, однако все обошлось. В общем, времени у него катастрофично мало. - Никто в этом не виноват, кроме тебя самого. Ноги в руки и вперед.       Говорю это со строгим тоном, но смех уже почти просочился наружу. Шепфа, как же он похож на воробушка! Особенно когда сонный: волосы торчат, глаза все еще слипаются, а нахмуренные брови выдают все его отношение к жизни. Пока брат идет в душ (очень нехотя) я иду к себе собираться. Школа у нас начинается в девять утра, так что времени довольно много. Надев спортивный костюм, пытаюсь незаметно пройти мимо кухни, но всевидящая Нана ловит за воротник. - И куда это мы, девушка, собрались в шесть утра? Ещё и без брата.       Когда тебя никуда не пускают без сопровождения из-за половой принадлежности, становится неприятно. Понимаю, что человек волнуется, что со мной что-то случится, но это ведь уже слишком. Говорю, что на тренировку с Тсу-куном и взгляд мачехи сразу теплеет. Замечаю, что брат уже идёт к входной двери и бегу к нему, слыша возглас Наны насчет воспитания девочек. -Ну что, разминка и шесть кругов? - Шесть? Вчера же десять делали, давай просто к лесу и обратно?       Звучит логично, нечего добавить, поэтому после выполнения небольшого комплекса упражнений мы сразу бежим в лесопарк, который находится в паре километрах от дома. Потратив на все полтора часа, разочарованно хмыкаю. - Хочешь сказать мало? Имей совесть, вчера с пробежки еле живые вернулись. - И что тебе не нравится? – говорю немного с вызовом, все же жизненные позиции у нас разные: Тсу-кун не делает ничего сверх меры, ему достаточно того, что имеет на данный момент, - Если есть силы, то надо использовать их.       Домой мы добрались уже бодрые и готовые к новому дню. Хоть Намимори довольно людный город на его улицах по утрам редко можно встретить людей, если и встретишь кого-то, то скорей всего это спортсмен или член Дисциплинарного Комитета – они патрулируют город сутками, иногда можно встретить и самого главу, но это весьма редкое явление. Хоть многие его боятся, мы не видим в этом смысла – что я, что брат неконфликтные личности, так что, и волноваться не о чем на самом деле. Учится этот «Демон» кстати, в нашей школе, а поэтому не стоит опаздывать, если не хочешь получить выговор или по голове тупым оружием. - Ей, а кто это?       Перед нами Нана разговаривала с каким-то малышом, весьма опасным, не на вид конечно, но что-то в нем заставляло дрожать. Одетый в черный костюм малыш со стороны мог вызывать умиление, однако мы с братом переглянулись. Тоже не нравится, значит. - Тсуна-кун, мне не особо нравятся твои оценки в школе, и я наняла тебе репетитора. Улыбка этого самого репетитора была крайне подозрительной, можно даже сказать хитрой. - Ему хотя бы пять лет есть?       Такой смеси недоверия, опаски и сарказма я еще не слышала, особенно от Тсунаёши-куна. Его характер довольно сильно поменялся, может, вырос, может еще что, но он больше не был мямлей и не истерил по поводу и без. Вот и сейчас, чувствуя опасность, не бросается прочь, а загораживает меня. После ежедневных зарядок и занятий в клубе волейбола Тсу-кун стал более сильным, чем я. -Глупый ребенок, - сказал малыш, ага. - Привет, - говорю с милой улыбкой, боясь выдать опасения, лучше притворюсь наивной школьницей,- как тебя зовут? Мам, он такой милый, откуда он? -Реборн. Раздражен, сразу видно. Мне не по себе. Не то чтобы я много в этой жизни (да и в той тоже) боялась, но малыш вызывал опасения. Можно ли ему доверять? ***       Как оказалось года, чтобы решить этот вопрос, не хватило. К зарядке по утрам и волейболу прибавились занятия с Реборном. После приезда сеньора Кавалини, который оказался бывшим учеником малыша, брат понял, что намеки и шутки на тему мафии, отпускаемые Реборном, были и не шутками вовсе. Ему придется стать боссом Вонголы, не сейчас, конечно, но насторожиться надо уже сейчас. За этот год многому можно было научить. Малыш так не думал. Развитие физической формы – вещь необходимая, но в этой ситуации явно не первоочередная задача, поэтому через уговоры, но мы с братом уговорили репетитора на занятия итальянскому. Мда, строить из себя дуру не вышло. - Еще раз, тупые дети, - опять бесится, - Gli amici degli amici sono amici nostri. - Gli ami.. - Перевод!       Брат начал побаиваться. После такого рявка, хоть и от ребенка (на вид по крайней мере), бывает стремно, особенно когда знаешь, что эта кроха может и ногу пристрелить. Был опыт, да. Слава Шепфа не у нас, а у Дино, но сути не меняет. - Друзья наших друзей — наши друзья, - говорим мы оба, получается даже хором. - Больше искренности в голос и улыбку, быстро! - Реборн, уже три ночи, может, хватит!? – Тсуна, придурок, сдохнуть хочешь, да, - Дай хоть Мизуки-тян поспать, не ей же боссом становиться!       Chiuco, идиот, балбес. В такой ситуации нужно о себе думать, сам же ближе к нему сидишь. Ожидаю удара молотком от Реборна, но в его глазах видится…одобрение? - Пусть идет, ты остаёшься.       Иду к себе в комнату, хорошо, что она на первом этаже, а не как у остальных на втором – лестницу могла и не пережить от усталости. Уже в пижаме понимаю, насколько волнуюсь за Тсунаёши.