2. Глава первая
25 мая 2020 г., 01:45
Глава первая: своеобразная идея
Сильный и теплый дождь тарабанил по крыше белого автомобиля Саравата, когда он припарковывался возле дома своей семьи. Он вынул ключ зажигания, отстегнул ремень безопасности и откинул голову на подголовник. Его ресницы подрагивали, пока он слушал стук дождя о металл. Это был одни из тех моментов, которым он часто наслаждался, особенно в конце долгого дня. Для такого интроверта, как он, было неприятно получать постоянное внимание со стороны своих коллег и средств массовой информации. Он никогда не хотел рождаться в богатой семье. Он никогда не просил о роскошной жизни. Он также не просил, чтобы его считали одним из самых востребованных бакалавров Таиланда. Если бы кто-то действительно осмелился спросить его, он бы прямо сказал им, что предпочел бы уединенную жизнь вдали от всей этой суеты, вдали от внимания, от всего. Ну, почти от всего. Он медленно открыл глаза и смотрел, как дождь стекает по стеклу, размывая мир вокруг него. Он не мог оставаться в машине вечно, как бы сильно этого не хотелось. Его тонкие пальцы ритмично стучали по рулю, пока сам тихо напевал песню, которая непрерывно играла в его голове. Музыка его успокаивала. Она была его спасителем. Его телефон завибрировал на сиденье рядом с ним. Сарават оглянулся и увидел, что его младший брат Пхуконг написал ему. Он протянул руку и взял телефон. Парень усмехнулся, конечно же, он опаздывает. Пхуконг всегда опаздывал, когда оставался ночевать в доме своего парня. Он знал, что его родители ожидают его на обед, и не хотел заставлять их ждать. Вздохнув, он сунул ключи в карман пиджака и вышел из машины. Натянул капюшон и быстрым шагом направился к входной двери. Дом был слишком большим по мнению Саравата. В доме было шесть спален, четыре ванные комнаты, две столовых, две гостиные и одна очень большая кухня. Он бы никогда не осмелился привести своих друзей сюда. Было бы унизительно для него показать такое богатство, хотя большинство людей уже об этом знали. Его популярность не давала завести настоящих друзей на протяжении всего этого времени. Он редко впускал людей в свою жизнь. Сарават тихо открыл дверь и снял туфли с мокрыми носками. Его пальцы ног сжались на холодной плитке. Парень осматривал гостевую, различные картины и украшения, купленные его матерью. Он предпочел бы всему этому свою двухкомнатную квартирку. Там было скромно, определенно не идеально чисто, но это было его. Когда парень снял свое мокрое пальто, он услышал голоса своих родителей, раздававшиеся через весь этот ярко освещённый дом. Обычно Сарават кричал о том, что дома, но серьезный тон разговора родителей заставил закрыть его рот. Это не было похоже на спор, но что-то было явно не так. Он молча прошелся босиком по дому и остановился у входа в одну из гостиных, чтобы послушать. — Я не знаю, что делать. Он отказывается что-либо брать у нас. Я никогда в жизни не думал, что мне придется целый час спорить с мужчиной, чтобы он взял у меня деньги. Он так чертовски упрям. — Ну, может быть, ситуация не так плоха, как мы слышали. Возможно, это всего лишь небольшая неудача. Может быть, у них есть деньги? Я просто не могу поверить, что кто-то, вроде Плюмпа Типакорна, был бы абсолютно сломлен. Нитта сказала бы мне! Я общаюсь с ней почти каждый день. Сарават удивленно поднял брови. Типакорны были друзьями семьи столько, сколько он себя помнит. Его отец вырос с мистером Типакорном, и они все еще были очень близки, несмотря на различия в их финансовой жизни и статусе. Отец Саравата создал очень успешную ИТ-компанию, сделав его одним из самых богатых людей в Таиланде, и мистер Типакорн открыл небольшой продуктовый магазин в городе. Сарават услышал, как его отец вздохнул. — Почему Нитта сказала тебе, что ее семья потеряет их магазин и дом? — Это смущает их, и она, вероятно, не хотела беспокоить тебя так же, как Плюм не хотел беспокоить меня. — Дорогой, должно быть что-то, что мы можем сделать для них? Что будет с парнями? Его отец прочистил горло. — Они больше не мальчики. Теперь они мужчины. Тайна только что наняли в юридическую фирму, а Тайп — женатый мужчина. Они должны быть в порядке. При упоминании Тайна, Сарават заглянул в комнату и увидел, как его мать садится на диван и закрывает лицо руками. Его отец остановился, скрестив руки на груди. Разочарование появилось на его лице, пока он размышлял над тем, что делать — Но Тайн все еще живет дома… — тихо сказала его мать, прежде чем сложить руки на коленях и взглянуть на мужа. — Может, им придётся переехать к Тайпу и Мэну, как только дом продадут, — его отец разочарованно застонал. — Глупый! Какой же он глупый! Ничего страшного, если он попросит деньги у своего друга? Он сказал, может, если бы это была семья, он не был бы так смущен, но я… он никогда не мог бы принять такую большую сумму от меня. Почему это должно исходить от семьи? Разве я не его семья в каком-то смысле? Разве мы не росли вместе и не бегали босиком по улицам в погоне за соседскими собаками? Мать Саравата встала и положила ладонь на руку мужа, чтобы успокоить его. — Я зол. Если он не возьмёт у меня деньги, то у кого он их возьмёт?! — его отец провел пальцами по волосам и покачал головой. — Мне нужно прилечь. Он наклонился и поцеловал жену в щеку. — Скажи мальчикам, что я не очень хорошо себя чувствую и не голоден. Сарават быстро отошел от гостиной и нырнул в ванную рядом с кухней, пока не услышал, как шаги отца исчезли наверху. Это было действительно плохо. Что собиралась делать семья Тайна? Сарават знал, что вся семья жила скромно и считалась средним классом. Они ни в коем случае не были бедными, некоторые семьи, безусловно, жили от зарплаты до зарплаты. Он сильно сомневался в том, что они смогут собрать достаточно денег, чтобы сохранить магазин, сохранить своих сотрудников и не потерять дом. Сарават посмотрел на себя в зеркало в ванной, размышляя над тем, что услышал. Может быть, Тайн сможет заработать достаточно денег, чтобы помочь? Сарават покачал головой. Он сомневался, что тот сможет сделать так много за такое короткое время. Что, если Тайн отдаст их деньги отцу? Нет, это не имеет смысла. Его папа будет удивляться, откуда они. Сарават наклонил голову и положил руки на мраморную стойку перед ним. Некоторое время он молчал и думал. Деньги должны прийти из семьи. Семья? Его голова поднялась, когда его осенило. Правая сторона губы парня растянулись в легкой улыбке. Что если он сможет стать семьей Тайна?***
Двенадцатилетний Сарават спокойно сидел на одном из деревьев на своем заднем дворе. Его мать много раз предупреждала его, чтобы он не поднимался туда, но мальчик не слушал. Он всегда был осторожен и очень спортивен, поэтому подняться туда не было трудной задачей. Сарават поправил наушники и прокрутил список песен на своем айпаде. Он только что добавил десять новых песен и очень хотел их послушать. Когда он нашел то, что искал, то откинулся назад, закрыл глаза и стал вслушиваться в слова. Его пальцы сжались, как будто он держал гитару, и они ловко двигались по воображаемым струнам, пытаясь выяснить, какие аккорды ему понадобятся для игры на настоящей гитаре. Жгучая щепотка на ноге заставила его открыть глаза. Это была пчела? Мальчик посмотрел на свою ногу и почувствовал удар по своей руке. Его глаза быстро метнулись вниз к высокому мальчику, державшему в руке камешки. Озорная улыбка растянулась на его губах, пока он говорил что-то, что Сарават не мог услышать через наушники. Сарават сопротивлялся желанию улыбнуться мальчику. Он не хотел, чтобы тот знал, что он был рад видеть его, поэтому Сарават нахмурился и прищурился. Его руки поднялись, чтобы сдвинуть наушники на затылок. — Тьфу, ты снова? Двенадцатилетний Тайн улыбнулся ему. — Да, рад тебя видеть, Ват! — на секунду его улыбка стала шире, Сарават не смог сдержать усмешку. — Ты скучал по мне? Тайн бросил камешки и повалился на землю откинувшись на локтях, чтобы посмотреть на Саравата. Сарават скучал по нему, но он не хотел этого признавать. — Тебе не нужно отвечать, я уверен, что ты скучал. Все скучают по мне. Сарават закатил глаза и перекинул ногу на ветку, на которой сидел. Он ловко спрыгнул на землю, приземлившись перед Тайном. Тайн вытащил из кармана яблоко и откусил кусок, а затем предложил Саравату. Хотя идея кусать то же самое яблоко, на котором Тайн оставил отпечаток своего рта взбудоражила его, но он отказался. — У меня все в порядке. Он покачал головой и прислонился к стволу дерева. Его глаза сканировали мальчика. Одежда Тайна была слегка помята, а на белой рубашке виднелись маленькие голубые пятна. Сарават знал, что это, вероятно, из-за любимого напитка. Он был почти уверен в этом, когда увидел, что губы Тайна также посинели. Сарават смотрел на эти синие губы гораздо дольше, чем следовало. Тайн наблюдал, как Сарават осматривает его, тело покрылось мурашками из-за непреклонного внимания. — Сфотографируй, или мне придётся так ещё долго сидеть. Тайн засмеялся, откусив яблоко. Сарават закатил глаза и отвернулся. Смущенный тем, что был пойман за разглядыванием. Ему придется усердней прятаться, чтобы быть вдали от Тайна. Он усмехнулся и щелкнул жучка, который приземлился на его рубашку в направление Тайна, заставив того вскрикнуть с отвращением. Он обратил все свое внимание на мальчика и усмехнулся. — Нет, я не хочу, чтобы мой планшет сломался. Тайн выглядел удивлённо, а затем надулся. Это не то, чего хотел Сарават, но это было лучше, чем Тайн, понимающий его истинные мысли. Или, что еще хуже, улавливающий его чувства. Тайн вздохнул и задумчиво произнёс. — Знаешь что? Когда-нибудь ты будешь добр ко мне, и тогда я буду смеяться над тобой всю оставшуюся жизнь. Он прикончил свое яблоко, бросил огрызок в траву и медленно встал. Сарават наблюдал, как грациозно Тайн встал. Он сопротивлялся желанию протянуть руку и вытащить травинку из волос мальчишки. Что он делал? Катался по земле или что? Они знали друг друга, вероятно, с того дня, как родились, Тайн всегда был таким беззаботным существом, а Сарават — совсем нет. Он предпочитал держаться в окружении других и был замкнутым с юных лет. — Сомневаюсь. Он пожал плечами и направился к дому. Сарават зажмурился, когда почувствовал рывок сзади. — Давай играть в футбол, Ват! Мне скучно. Давай сделаем что-нибудь. Тайн умолял, держась за рубашку Саравата. Сарават потянулся к нему и одернул руки мальчика. Близость с Тайном сводила его с ума. Он продолжал бороться с желанием схватить мальчишку и не отпускать. Это было невыносимо. Он быстро повернулся лицом к мальчику с синими губами. Тайн уставился на него, сложив руки вместе. Это было очень мило. Сарават нахмурился и покачал головой. Останови это. Он снова закатил глаза и усмехнулся. — Мне не хочется сегодня тебя бить. Иди и играй с Пхуконгом или с одним из этих деревьев. С этими словами он повернулся, чтобы сбежать от Тайна. Он не был уверен, но услышал ругательство со стороны мальчика. Сарават оглянулся, прежде чем Тайн оттолкнул его, и убежал на задний двор. Он был такой забавный. Сарават тихо рассмеялся, а потом снова надел наушники. Он собирался снова слушать свою музыку, когда услышал, как громкий голос отца зовет его. Мальчик вошел на кухню и обнаружил, что его папа и мистер Типакорн смеются, попивая кофе. Мистер Типакорн засиял, когда увидел, как в комнату вошел Сарават. Мальчик уставился на пожилого мужчину и заметил, насколько они похожи с Тайном друг на друга, особенно эта улыбка. Сарават был уверен, что именно так Тайн будет выглядеть когда вырастет. — Ват, как ты? — Он спросил, прежде чем поставить чашку кофе на стол. Сарават приветствовал его низким поклоном, прежде чем ответить: «Хорошо». Ему нравился папа Тайна. Большинство взрослых, которые имели дело с его отцом, никогда не интересовались разговорами с ним или его братом, но мистер Типакорн всегда старался быть добрым. Даже в детском возрасте Сарават мог видеть, что семья Тайна была действительно хорошей. — Хорошо, я рад это слышать, — пожилой мужчина улыбнулся и посмотрел на отца Саравата. — Твой отец сказал, что у тебя все хорошо в школе и ты все еще играешь на гитаре. Он действительно гордится тобой. Сарават посмотрел на своего отца, который кивал в согласии с тем, что сказал отец Тайна. Чувствуя гордость от комплимента, мальчик немного выпрямил спину и робко улыбнулся. — Итак, я принес тебе кое-что, — пожилой мужчина сунул руку в карман пиджака и вытащил пакет с разноцветными гитарными струнами. — Я знаю, что это дешевые, и Тайн говорил мне, что есть и более дорогие, но я надеюсь, что они тоже подойдут. Он передал пакет Саравату, который был слегка ошеломлен добрым жестом. Они наверняка были дешевыми, и, вероятно, все изнашиваются в течение нескольких недель, но он был искренне тронут. — Тайн помог мне выбрать их… Возьми их, — была короткая пауза, прежде чем отец Саравата разразился громким хриплым смехом, и папа Тайна присоединился. Сарават сделал все, что в его силах, чтобы не показывать испуг на лице. Юноше это было непросто, он просто расширил глаза и посмотрел. Он провел пальцем по пластику упаковки в руке и ждал, когда двое мужчин переведут дыхание. — Спасибо, — наконец он смог сказать, наблюдая, как они продолжают хихикать. Папа Тайна кивнул. Сарават улыбнулся в последний раз, обернулся и включил песню, которую он слушал, прежде чем его прервали. Сарават прокручивал эти воспоминания в голове, размышляя над своим планом. Мистер Типакорн был хорошим человеком, и, хотя струны, которые он дал Саравату, изношены, он все еще держал их в ящике наверху в своей старой комнате. Он решил, что собирается помочь семье Тайна. Сарават вышел из ванной и вошел в гостиную, где еще сидела его мать. Она слегка улыбнулась ему, когда он опустился рядом с ней. Он протянул руку и обнял ее. Она крепко сжала его, вздохнула и улыбка не появилась на её губах. Она никогда не признает этого вслух, но Сарават знал, что он был любимым ребенком. Он глубоко вздохнул и вдохнул всем знакомый цветочный аромат, который был у её матери. — Ват, я не слышала, как ты вошел, — сказала она, откинувшись назад, чтобы посмотреть на него. Ее руки мягко убрали длинные волосы с его лица. Парень мог сказать, что она изо всех сил старалась выглядеть счастливой, но он видел беспокойство в ее глазах. — Обед закончился. Твой отец плохо себя чувствует, так что будут только я, ты и Пхуконг. Сарават некоторое время наблюдал за ней, ничего не говоря. Он взял ее за руку и серьезно посмотрел ей в глаза: — Я все слышал. Наступила минута молчания, а затем на ее лице появилось выражение замешательства. Она быстро посмотрела на дверной проем, чтобы убедиться, что его отец не стоит там. Она знала, что он не будет удивлён, что Сарават услышал их разговор. Мать оглянулась на него и собиралась что-то сказать, но Сарават покачал головой, словно говоря ей подождать. — У меня есть идея, — она недоверчиво посмотрела на него, но он продолжил. — Мне нужна твоя помощь.
