Пока долг не разлучит нас (Till Debt Do Us Part)

Глава тринадцатая: что-то сделано во тьме…

Ощущение влажного теплого языка на своей руке заставило Тайна проснуться. — Что? — тихо сказал он, пытаясь открыть воспаленные опухшие глаза. Он точно мог сказать, что лежит на чем-то мягком, но чувствовал себя дезориентированным и крайне сбитым с толку. Тайн сумел открыть глаза и посмотрел на Тедди, свернувшеяся калачиком рядом с ним на диване. Тедди? Где он? Словно в трансе, он начал оглядываться по сторонам. Он был в комнате. Как он сюда попал? Наконец его взгляд остановился на человеке, который смотрел на него из кресла. Некогда ухоженные волосы Саравата теперь были растрепаны, а плечи ссутулились. Тайн заметил, что парень выглядел измученным и мрачным. — Тайн, — медленно произнес Сарават срывающимся голосом. Тайн наблюдал за ним, но ничего не ответил. — Ты помнишь, что случилось? — спросил он. Типакорн закрыл глаза и поморщился, словно от боли. Конечно, он помнил, что произошло. Как, черт возьми, он мог забыть? Он был публично унижен перед всей страной, и в довершение всего человек, в которого он был так отчаянно влюблен, лгал ему и спал со своим коллегой. Что за чертов кошмар. Он попытался сглотнуть, но язык во рту отяжелел и был на вкус как свинец. Он чувствовал себя неважно. Его тело болело, а сердце, казалось, сжималось тисками с каждым вздохом. Он поднес ладонь к груди и положил ее на сердце, надеясь унять боль. Сарават встал с кресла и, осторожно присев на подлокотник дивана, посмотрел на ноги Тайна, которые были ближе всего к нему. — Ты упал в обморок, — сказал он, пока его глаза блуждали по телу мужа. Тайн медленно моргнул, и его лицо сморщилось. Что? Он это сделал? — Все запаниковали, когда мы не смогли тебя найти. Но, — Сарават сделал паузу. — Я нашел тебя в туалете. Мой отец помог мне привезти тебя домой, — домой? Неужели это все еще его дом? Это больше не было похоже на то. Тайн поморщился. — Мой герой, — саркастически заметил он, взглянув на собеседника. Его голос был хриплым и сухим из-за рыданий, но ему было все равно, он был готов к тому, что его услышат. — Или ты лжешь, и на самом деле меня нашел визажист? Он сплюнул и попытался сесть, упираясь спиной в другой подлокотник дивана. Его зрение было затуманено, но он изо всех сил старался смотреть на человека перед собой. Сарават наклонил голову и посмотрел вниз на свои руки, прежде чем нервно почесать щёку. — Тайн, — Сарават поколебался, а затем покачал головой. — Прости, что я не сказал тебе. Мне жаль, что ты узнал об этом таким образом. Сарават глубоко вздохнул и посмотрел на Тайна, который, в свою очередь, все еще смотрел на него. — Я не хочу твоих гребаных извинений, — выдавил он из себя, когда соленая жидкость потекла по его щекам. — Я хочу, чтобы ты сказал мне правду. Сарават прикусил нижнюю губу и кивнул. — Хорошо, — его голос дрогнул. — Я расскажу тебе все, что ты хочешь знать. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь жужжанием электрических приборов. Тайн даже не знал, с чего начать. Он даже не знал, хочет ли он честно узнать ответы на свои вопросы. — Но почему? — успел спросить Тайн. Сарават смущенно нахмурился и повторил: — Почему? — Да, почему ты не сказал мне, когда я тебя спрашивал? — уточнил Тайн. — Я хотел, но боялся, что если сделаю это, ты от меня отдалишься, — Сарават склонил голову набок. — Я не хотел, чтобы ты думал, что мое прошлое с Оаком было угрозой тому, что у нас с тобой есть сейчас. Он вздохнул, и его тело заметно напряглось. — Клянусь, я собирался сказать тебе, но потом дни превратились в недели, и я не смог, — его глаза впились в Тайна. — Было слишком поздно. — Это дерьмовое оправдание, и ты это знаешь, — Тайн в отчаянии прищурился. Сарават такой лжец. Как же он раньше этого не заметил? Он был так глуп. Сарават почесал затылок. — Я действительно собирался… — Как долго вы были вместе? — Тайн прервал его и продолжил расспросы. — Мы не были вместе. — Перестань врать, — голос Тайна был резким и низким. Сарават заметно вздрогнул. — Я не лгу. У нас не было никаких отношений. Мы только спали вместе. Тайн вытер мокрую щеку тыльной стороной ладони. — Тоже самое. — Нет, это не так. Тайн… Я давно не был с ним в… — Хватит болтать. У тебя был шанс поговорить, у тебя были все возможности рассказать мне это дерьмо раньше, и ты сделал выбор не делать этого. Если я задаю тебе вопрос, то ты отвечаешь, все очень просто, — Тайн знал, что он настроен враждебно, но ему было все равно. Сарават уставился на него, его глаза слегка расширились от шока. Он кивнул и отвел взгляд от парня. — Как долго ты с ним спал? — Тайн под сомнение. — Около трех лет, — ответил Сарават. — Как это началось? — Тайн последовал за ним. — Это случилось после совещания. — Сколько раз? — голос Тайна дрожал, но он хотел знать. Сарават взглянул на него и отвернулся. — Я не понимаю, — медленно произнес Сарават, нахмурив брови и скривив губы. — Сколько раз вы спали вместе? Сарават слегка пожал плечами. — Я не считал. — Дай мне примерное число, — настаивал Тайн. После недолгих колебаний, Сарават, наконец, ответил: — Более чем сто раз, — его голос был едва ли выше шепота. — Ты занимался с ним сексом больше сотни раз?! Ты сейчас серьезно? Тайн нахмурился и слабо поднял ноги с дивана, прежде чем поставить их на пол. Его голова была такой тяжелой. — И ты хочешь сказать, что у тебя не было с ним никаких отношений? — он недоверчиво покачал головой. — Как ты можешь спать с кем-то больше сотни раз в течение трех лет и не быть в отношениях? Как он мог это сделать? Как он мог быть настолько близок с кем-то и не быть в отношениях с ними. Блять. Брови Тайна слегка приподнялись. Сарават тоже был с ним близок. Так вот почему Сарават отказался повесить ярлык на то, кем они были? Почему он не может называть Тайна своим мужем? Как мог Тайн быть таким слепым? Все признаки были на лицо. Сарават наклонился к нему всем телом. — У нас не было никаких отношений, это было просто… — он замолчал, прежде чем закончить, но Тайн знал, что он собирается сказать. — Договоренность? Тайн закончил за него и шмыгнул носом. — Ты это хотел сказать? — Он скосил глаза на другого парня. — Скажи это, Сарават, я хочу услышать это от тебя. — Да, это была договоренность. Мы были партнёрами по траху, — неохотно признался Сарават. Подбородок Тайна задрожал, и он не смог сдержать всхлипа, который сорвался с его губ. — Как и я? Я просто тоже гребаный партнёр. Это просто еще одна договоренность. Его руки поднялись, чтобы закрыть лицо, когда он начал плакать сильнее. Как он мог поверить, что Сарават действительно влюблен в него? Как он мог позволить себе быть таким глупым? Ему следовало бы узнать всё по лучше. В подушке рядом с ним было небольшое углубление, и он почувствовал тепло тела Саравата рядом с собой. — Нет, Тайн. Я никогда не думал о тебе так. Когда-либо, — он услышал слова Саравата рядом с собой. Тайн убрал руки от лица и повернул голову, чтобы посмотреть на другого парня. — Ты лжец, Сарават, — он покачал головой. — Как, черт возьми, я должен верить всему, что ты мне говоришь? — Ты прав. Я солгал тебе. Но я не лжец. — Заткнись, — скомандовал Тайн, наблюдая, как Сарават открыл рот, чтобы что-то сказать, но в конце концов сжал губы в твердую линию. — Ты спал с Оаком на своей последней конференции? Не теряя ни секунды, Сарават ответил: — Нет. Ложь. — Почему он был в твоей комнате? — Тайн засомневался. — Мы разговаривали после выпивки. Опять ложь. Тайн нахмурился. — Без рубашки? Сарават нахмурился. — Я пролил пиво на свою рубашку во время выпивки. Я сказал всем, что ухожу, и Оак пошел со мной. Еще одна ложь. — Почему он пошел с тобой? Тедди начала лизать подбородок Саравата, он быстро повернул голову к ней и притянул ее к себе на колени. — Потому что мы разговаривали в баре, прежде чем я пролил свой напиток, и мы продолжили в моей комнате, — ответил он и оторвал взгляд от Тедди, чтобы посмотреть на Тайна. — Я знаю, что это звучит как самая большая ложь, но это то, что произошло. Он опять лжет. — Возможно, Мил был прав, — усмехнулся Тайн. — Все так ослеплены твоим лицом, что, может быть, они действительно не видят тебя настоящего. Тайн пожал плечами и снова вытер глаза. Сарават поморщился от этих слов, встал и оставил мужа сидеть. Тайн обхватил себя руками, изо всех сил стараясь не сорваться. Слезы текли по его лицу, когда он крепко зажмурился. Он услышал шарканье ног перед собой, глухой удар о землю и почувствовал, как что-то мягкое скользнуло по его глазам и щекам. — Что ты делаешь? — прошептал он, а его глаза оставались плотно закрыты. — Ты прав. Никто по-настоящему не видит меня, потому что я им этого не позволяю. Дыхание Саравата скользнуло по липкому мокрому лицу Тайна. Типакорн чувствовал, как салфеткой Сарават вытирает его подбородок, а слезы продолжают стекать по его коже. — Ты единственный человек, который видел настоящего меня, — его голос был почти неслышен. Тайн открыл глаза и посмотрел на другого парня, стоявшего перед ним на коленях. Его рука с салфеткой перестала двигаться вдоль лица Тайна. — Я знаю, что ты мне не веришь, и не виню тебя, — он искал глазами Тайна. — Но мне очень жаль. Его рука продолжала вытирать кожу мужа.  — Я никогда не хотел причинить тебе боль, Тайн. Типакорн не знал, что делать. Он все еще был так зол, но в то же время очень устал. За исключением клементины, которая казалась далеким воспоминанием, он ничего не ел. И все эти слезы не помогали, как и недостаток сна. Сарават убрал руку и откинулся на спинку стула так, что его зад оказался на пятках. — Ты мне действительно нравишься. Я сделаю все, что ты захочешь, — выдохнул Сарават, прежде чем посмотреть на землю. — Я всё тебе компенсирую. Тайн ему не поверил. Он не верил ни единому слову из того, что ему говорили. Сарават мог вешать ему на уши лапшу сколько угодно, но суть была в том, что он солгал. Он намеренно что-то скрывал от него. Он был эгоистом, и его эгоизм смутил Тайна. Несмотря на все это, Типакорн любил его. Вопреки здравому смыслу, он протянул руку и запустил пальцы в волосы Саравата. Они были мягкими, но в тоже время твердыми в тех местах, где был нанесен мусс. — Сарават, — прошептал Тайн еще более хриплым голосом. Сарават нерешительно посмотрел на него, его глаза, казалось, искали что-то в глазах мужа. — Да? Брови Саравата поднялись и сошлись на переносице. Тайн наблюдал, как другой парень облизал губы, на которых все еще оставались пятна помады. Тайн шумно выдохнул и провел рукой по щеке мужа, размазывая макияж, который все еще был на нем. — Я верю тебе, — сказал Тайн. Они смотрели друг на друга, казалось, несколько минут, но ни один из них не произнес ни слова. Кривая усмешка тронула губы Саравата, когда он накрыл ладонью ладонь Тайна и прижался щекой к ней. Это было неправдой. Он не верил ни единому сказанному слову. Он просто хотел, чтобы разговор поскорее закончился. Тайн выгнул бровь, когда ирония дошла до него. Отлично, теперь они оба лгуны.

***

Остаток дня казался долгим, пока двое парней неловко обходили друг друга в квартире. Тайн чувствовал себя так неловко в присутствии другого парня, что взял Тедди с собой на прогулку за город. Он хотел взять ее с собой на прогулку, но знал, что присутствие прессы вокруг их собственности определенно усилилось, и хотел избегать их. Маленькая собачка весело резвилась в высокой траве и гонялась за маленькими существами, которых она там обнаружила. Тайн глубоко вдохнул воздух и улыбнулся, когда звуки природы проникли в его душу и заставили чувствовать себя намного спокойнее. Он оставил свой телефон выключенным в машине, потому что устал от постоянного жужжания звонков и сообщений от своих друзей и семьи. Сейчас он не нуждался в их жалости. Он просто искренне хотел побыть один. Опустившись на траву, он наблюдал, как Тедди гоняется за бабочкой, летящей над высокой зеленью. Когда она была удовлетворена своей деятельностью, она подошла к нему и забралась к нему на колени, ее маленькие отпечатки лап отпечатались на его одежде. Он слегка улыбнулся ей и покачал головой. Она была единственной, в ком он нуждался прямо сейчас. Вечерние сумерки начали преображать его окружение, стирая то, что он когда-то мог видеть, и оставляя их в тени. Должно быть, он был тут уже несколько часов. Тайн посмотрел на собаку, которая лежала без сознания на его ногах, и отнес ее обратно к машине, прежде чем ехать обратно домой. Он вздохнул, прежде чем вставить ключ в замок входной двери. Может быть, он просто вернется в деревню и будет спать в машине. Когда он повернулся, чтобы спуститься в гараж, их входная дверь открылась, и он посмотрел на очень расстроенного Саравата. Его волосы были взъерошены, челюсти сжаты, а кожа вокруг глаз собралась в складки. — Тайн, — тихо сказал он. Взгляд Саравата скользнул вниз по телу парня и поднялся к его лицу. — Где ты был? Он наморщил нос и лоб. Тедди вскочила и уперлась лапами в ноги Саравата. Он наклонился и поднял ее на руки. Проклятье, они не могут сейчас вернуться на поле. Тайн отстегнул поводок и осторожно протиснулся мимо Саравата в квартиру. Он услышал, как за ним захлопнулась дверь. — Я ездил кататься, — он ответил честно и направился в спальню, не оглядываясь на другого парня. — О, — это все, что успел сказать Сарават, когда Тайн начал стаскивать с себя грязную одежду. Он слышал шаги Саравата по деревянному полу в гостиной и звуки выключенного света, прежде чем направиться в спальню. — Я приготовил ужин. Ты голоден? — спросил он. Тайн повернулся к нему и покачал головой. В данный момент он действительно ничего не мог переварить. Он стянул рубашку через голову и бросил ее в корзину для грязного белья, а потом скинул джинсы и выбросил их туда же. Он проследил взглядом за Сараватом, когда тот вошел в смежный шкаф и вышел оттуда с чистой рубашкой и шортами в руках. Он передал их мужу. Тайн с минуту смотрел на предметы, пытаясь понять, хочет ли он быть мелочным или нет. С протяжным вздохом он неохотно взял их из рук парня и надел. — Спасибо, — пробормотал он, натягивая рубашку. — Не проблема, — ответил тот, прежде чем сесть на край кровати. Тайн наблюдал, как тот ерзал с одеялом, опустив глаза. — Насчет завтрашнего дня, — начал Сарават. — Я подумал, что мы могли бы отвезти Тедди на прием к ветеринару, а потом позавтракать. Тайн покачал головой. — Я отвезу ее к ветеринару, прежде чем я пойду на работу. Сарават поднял взгляд и посмотрел на мужа в замешательстве. — Ты сейчас не в форме. И собираешься работать? Тайн прищурился, натягивая шорты на свои длинные ноги. — Да. Люди зависят от меня, чтобы получить то, что они хотят. Я не могу просто взять выходной из-за глупой драмы в моей личной жизни, — он сплюнул и подошел к своей стороне кровати, чтобы сесть и подключить телефон. Тайн включил устройство и стал наблюдать, как экран заполнили многочисленные уведомления и пропущенные звонки. Звонили родители, брат, Ом, Пыак, и последний пропущенный звонок был от Фонга. Он в отчаянии сжал себя за переносицу, прежде чем взглянуть на Саравата. Во всем виноват он сам. Напряжение повисло над ними, пока Тайн пытался забраться под одеяло. — Хорошо. Я вернусь домой и отвезу Тедди к ветеринару. Ты можешь взять машину на работу, — снова предложил Сарават. — Я же сказал — нет! — закричал Тайн в гневе. Когда их взгляды встретились, он и его собеседник вздрогнули. Ого, откуда это взялось? — Это моя собака. Я разберусь с этим, так что, пожалуйста, просто оставь его. Тайн понизил голос, но чувствовал себя ужасно. Это был не он. Он так себя не вел. Он уже очень давно не видел себя с этой стороны. Он опустил глаза и лег в постель, натянув на себя одеяло и повернувшись лицом к окну. — Хорошо, — голос Саравата был очень тихим. Тайн больше ничего не сказал. Парень встал с края кровати, выключил свет в спальне и скользнул к нему. Тайн отодвинулся как можно дальше на свою сторону кровати. Внезапно он почувствовал давление и тепло руки Саравата, успокаивающе скользнувшей по спине мужа. Это было частью их ночного ритуала, и обычно Тайн сразу засыпал. Но его тело напряглось, когда Сарават коснулся его. Его глаза начали гореть, но слез не было. Они закончились сегодня днём. Сарават, должно быть, почувствовал, что Тайн напряжен, потому что убрал руку с его спины. Тайн нахмурился, он чувствовал напряжение, но не хотел, чтобы тот останавливался. Может быть, Сарават не хотел больше прикасаться к нему, когда у него было плохое настроение. Как бы то ни было, Сарават мог делать все, что хотел. Типакорн закрыл глаза, и все, что он мог видеть — фотографии Оака и Саравата, целующихся или обнимающих друг друга. Его глаза распахнулись, и он заскрежетал зубами, вспоминая. — Когда ты в последний раз спал с ним? — слова сорвались с его губ прежде, чем он успел их остановить. Другой парень молчал. Тайн перекатился на спину и повернул голову, чтобы посмотреть на Саравата. При свете луны тот увидел, что Сарават смотрит на него в ответ. — За неделю до того, как я услышал о твоем отце, — он осторожно ответил, ища глазами Тайна. — До моей идеи. Неделя? И это все? Правда, наконец, проникла в сердце Тайна. Если бы не он и его отец, Сарават до сих пор спал бы с Оаком. Насколько он знал, они, вероятно, поняли бы, что созданы друг для друга и что им больше не нужен бессмысленный секс, что они оба готовы связать себя обязательствами. И Тайн предотвратил это. Возможно, Сарават намеревался прорваться через это соглашение и наконец-то быть с человеком, который ему действительно дорог. Типакорн нахмурился. Оак не был тем, кто проник в отношения Саравата и Тайна, все было наоборот. Дерьмо. — Тайн? — Сарават окликнул его, и Типакорн понял, что он просто смотрел на собеседника, пока тот обрабатывал новую информацию. Ему не следовало ничего спрашивать. Это определенно было ошибкой. — Ты в порядке? — спросил его Сарават, когда он слегка приподнялся на кровати и наклонился, чтобы увидеть лицо Тайна. Тот отшатнулся от такой близости и отвернулся от собеседника. Неужели он разрушил все шансы Саравата быть с кем-то, кто был рядом с ним в течение трех лет? Он нервно прикусил нижнюю губу и сбросил одеяло с ног. Ему казалось, что он задыхается от этого материала. — Мне жарко, — объяснил Тайн, чувствуя, как его охватывает знакомая паника. — О, — Сарават протянул руку и приложил тыльную сторону ладони ко лбу парня. Типакорн боролся со смешанным желанием либо оттолкнуть руку, либо использовать ее, чтобы притянуть Саравата ближе. — У тебя небольшой жар, — пробормотал он себе под нос. — Хочешь пакет со льдом? Сарават повернул руку и провел большим пальцем по лбу парня. Тайн посмотрел на другого парня, который смотрел на него сверху вниз. Он выглядел таким совершенным и красивым в лунном свете. Знакомое трепетание в животе пересилило чувство паники, которое было изначально. Он хотел поцеловать Саравата, но в то же время ему хотелось прикусить губу и заставить его истекать кровью. Было сильное желание сделать ему больно, заставить его почувствовать какую-то боль, но Тайн сопротивлялся. Его чувства были в полном беспорядке. Он был уверен, что хочет спать с парнем рядом с ним, но в то же время ему хотелось пнуть его. Это было нездорово. Ему нужно было уйти. — Нет. Я пойду спать в свою комнату, — Тайну, наконец, удалось сказать, но он продолжал смотреть на Саравата в темноте. Он увидел, как тот покосился на него, прежде чем нерешительно убрал руку с его головы. — Я принесу тебе пакет со льдом. А потом я буду спать в другой комнате, — предположил Сарават. Тайн открыл рот, чтобы что-то сказать, но тот уже встал с кровати и скрылся в темноте квартиры. Он слышал, как Ват ходит по кухне, натыкаясь на предметы, прежде чем вернуться в спальню с пакетом льда, завернутым в полотенце. — Вот, — он протянул его Тайну. Почему здесь командует Сарават? Типакорн хотел сам уйти в другую комнату, он никогда не просил Саравата принести ему что-нибудь. "Вот он опять принимает решения за меня, например, решает, что я не заслуживаю знать о нем и Оака". Ну и черт с ним. Из чувства неповиновения Тайн держал руки по швам. Когда тот не протянул руку, чтобы забрать его, Сарават вздохнул и положил пакет со льдом на ночной столик. — Спокойной ночи, — пробормотал Сарават, схватил со стола телефон и вышел из комнаты. Тайн поднял глаза к потолку, чувствуя, как тяжесть в груди продолжает давить на разбитое сердце.

***

На следующее утро рано утром Тайн схватил Тедди, отвез ее к ветеринару, отвез домой и поехал на работу. Это заняло гораздо больше времени, чем он предполагал, но он отказался от помощи Саравата, поэтому знал, что должен сделать все сам. Он должен был доказать другому парню, что тот ему не нужен. Когда он вернулся в квартиру, чтобы высадить Тедди, Сарават сидел на диване и смотрел на свой ноутбук, вероятно, делая работу. Он поднял глаза, когда Тайн открыл дверь и Тедди взволнованно подбежала к нему. Сарават слегка улыбнулся собаке, погладив ее за ушами, когда она заискивала перед ним. Вид этих двоих раздавил Тайна. Обычно, глядя на них так, его сердце трепетало от переполнявшей его любви к другому парню. Теперь он просто чувствовал себя грустным, разочарованным и, самое главное, преданным. Независимо от того, что сделал Сарават, Типакорн знал, что этот человек не был плохим человеком. Ему хотелось думать о Саравате именно так, но он знал, что это неправда, и от этого злиться на него становилось еще труднее. Сарават пытался помочь ему с этим делом, а Тайн все испортил своими чувствами. Ему не следовало целовать другого парня в ночь драки. Это была ошибка, и он отчаянно сожалел об этом. Глядя на этих двоих из передней двери, Тайн увидел, как Сарават смотрит на него, пока его пальцы расчесывали мех Тедди. Типакорн видел, как тот открыл рот, чтобы что-то сказать, но Тайн быстро захлопнул входную дверь и убежал на работу. У него не хватило терпения выслушать то, что хотел сказать ему Сарават. Решение пойти на работу оказалось огромной ошибкой, так как Тайн сразу же попал в засаду репортеров по пути в здание. Черт, обычно они не следовали за ним на работу, но Типакорн забыл, что это был не просто обычный день. Его проблемы с Сараватом выходили далеко за пределы их дома. Устроив пресс-конференцию, они втянули в конфликт всю страну. В нормальных отношениях супружеская пара обычно не заставляла весь мир сплетничать о своем изменяющем супруге и обсуждать, как жалко выглядит жертва, оставшаяся с ними. Ирония заключалась в том, что Сарават формально не обманывал Тайна. Они даже не были официально вместе в то время, черт возьми, они даже не были официально вместе сейчас. Тайн знал, что если Сарават спал с Оаком на последней конференции, то формально он ему тоже не изменял. В тот момент они даже не поцеловались. Он не мог наказать Саравата за то, что тот был с тем, но был чертовски зол, что Сарават солгал ему. Сарават должен был сказать ему, что у него было прошлое с Оаком, и позволить Тайну решить, будет ли он чувствовать себя комфортно с ним, зная это. Сарават не должен был делать этот звонок, и теперь его решение скрывать правду не только смутило Тайна, но и привело его в заблуждение. Типакорн был уверен, что Гунтитанон не испытывает к нему никаких чувств, кроме дружеских, и что Тайн набросился на него, как последний идиот. Сарават был хорошим человеком. Вероятно, в ту ночь после драки он чувствовал себя плохо из-за него, а потом одно привело к другому. Тайн был уверен, что если Саравату придется выбирать между страстными отношениями с мужчиной, с которым он спал много лет, и Тайном, то он наверняка проиграет. Как неловко было ему сознавать, что всякий раз, когда Сарават говорил ему, что он ему нравится, он упускал невысказанную часть заявления. Сарават любил его, но только как друга. Тайн попытался поднять руку, чтобы заслониться от камер и людей, которые пихали ему в лицо микрофоны и диктофоны. — Тайн! Вы действительно знали, что Сарават спал со своим коллегой? — Как вы могли так быстро простить его? — У вас есть советы для других пар, которые остались вместе после того, как их партнер изменил? — Ваш муж все еще спит со своим сотрудником? — Вы двое состоите в открытом браке? — Насколько вы были опустошены после публикации этих фотографий? — Вы видели фотографии Саравата и Оак в интернете? — Тайн, у вас есть какие-нибудь комментарии по поводу случившегося? — Вы собираетесь разводиться? Услышав последний вопрос, Тайн повернулся и посмотрел на человека, который его задал. Его лицо жаждало ответа, и Типакорн действительно не знал, как это воспринять. Развод? Это то, что должно было произойти сейчас? Он даже не подумал об этом, что было абсурдно. Как он мог не подумать о разводе с Сараватом среди всего того, что произошло? Его сердце забилось быстрее, когда он молча ответил на его вопрос. Потому что он все еще был влюблен в другого парня, несмотря на все, что случилось. Сосредоточившись, Тайн протиснулся сквозь толпу репортеров, низко надвинув шляпу на лоб. Он надеялся, что его не уволят из-за нежелательного внимания, и молился, чтобы они все ушли к тому времени, как он вернется домой. Оставалось надеяться, что в то утро они не приставали к его коллегам. Он вошел в оживленный офис и сразу же почувствовал тишину, проходя мимо людей к своему столу. Чувствуя себя крайне неловко, Тайн опустил голову и сосредоточился на своих ногах, направляясь к креслу. Не поднимая глаз, он чувствовал на себе чей-то взгляд и слышал тихий шепот, когда коллеги говорили о нем друг другу. Блядь. Он задумался, вытаскивая из сумки ноутбук. Ему не хотелось признавать этого, но Сарават был прав, ему следовало остаться дома еще на несколько дней. В то время уйти от Саравата и погрузиться в работу казалось ему лучшим решением, но сейчас он больше всего на свете хотел, чтобы его поглотила дыра. Включив компьютер, он заставил себя поднять глаза и обнаружил, что почти весь офис смотрит в его сторону. Заметив, что он их заметил, они тут же отвернулись и сделали вид, что обсуждают что-то другое. Тайн глубоко вздохнул, посмотрел на экран и положил трясущиеся руки на колени. Что же ему теперь делать? Весь день не может быть таким, как сейчас, не так ли? Он подцепил несколько прядей собачьей шерсти, прилипших к его рабочим брюкам. Черт, он забыл воспользоваться валиком от шерсти в то утро. Послышался легкий стук костяшек пальцев по деревянному столу. Он поднял глаза и увидел, что одна из его коллег наблюдает за ним с болезненной гримасой на лице и прижатой к груди ладонью. Он покосился на нее и попытался вспомнить ее имя, но никак не мог вспомнить. — Тайн, — она покачала головой и вздохнула. — Я пришла сказать тебе, как ты храбр, что пришел сегодня на работу. Я знаю, что если бы я была на твоем месте, я бы просто бросила свою работу, — она слегка улыбнулась ему. — Но не ты. Ты просто как маленький двигатель, и я восхищаюсь этим в тебе. Губы Тайна приоткрылись, когда он попытался осмыслить то, что она сказала. Часть его хотела сказать ей, чтобы она убиралась, но вместо этого он сделал то, что делал лучше всего. Он выдавил из себя улыбку и сказал: «Спасибо». Женщина кивнула и покачала головой. — Просто дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. Просто,— она указала на стол сбоку от офиса,— там хорошо. Если ты просто чувствуешь, что тебе нужно с кем-то поговорить. Продолжала она болтать. Тайн знал, что она, вероятно, действительно хотела ему добра, но он был не в настроении для этого. Кроме того, она была бы последним человеком, которому он хотел бы довериться, так как он прекрасно знал, что она была самой большой сплетницей в офисе. Он слегка кивнул ей и снова посмотрел на экран, но она все еще стояла перед ним. — Не верьте всему, что вы видите в этих блогах, кстати, я очень сомневаюсь, что вы толкнули своего мужа в объятия другого мужчины, независимо от того, что они говорят, — она усмехнулась. — Я команда Тайна. Тайн одарил ее натянутой улыбкой. Что это вообще значит? Люди думали, что он был причиной предполагаемого романа Саравата? — Спасибо, — он натянуто ответил и начал печатать на компьютере. На экране ничего не было, он просто притворялся. Его не волновало, что она все еще там стоит. Ему нужно было закончить этот разговор. Дама потянулась и похлопала его по руке, прежде чем, наконец, вернуться к своему столу. Тайн взглянул на нее и заметил, что несколько его коллег подошли к ее столу, поглядывая в его сторону, пока она говорила с ними. — Отлично, — пробормотал он себе под нос и открыл файл на компьютере. Он попытался прочесть его, но понял, что уже пять раз перечитывал одну и ту же строчку. Дерьмо. Он прикрыл рот рукой, прижав большой палец к щеке, и глубоко вздохнул. Он на мгновение закрыл глаза, думая о том, что ему нужно сделать, чтобы закончить свою работу. — Засыпаем на работе, да? Тайн открыл глаза и уставился на Эйр. Она присела на край его стола и стала наблюдать за ним. Он нахмурился. — Здесь, чтобы посмотреть на урода? Билеты стоят десять долларов, и если вы добавите еще пять, я могу даже поплакать за вас, — пошутил он, но в этом была доля правды. Ему действительно хотелось еще раз выплакаться, но он отказался. Эйр склонила голову набок. — А что, если я добавлю еще десять долларов? Будет ли у тебя кружиться голова, как у девушки в «экзорцисте»? — она ухмыльнулась ему. Тайн пожал плечами. — В мое время все возможно, — пробормотал он и опустил глаза на стол. — Как ты держишься? — спросила она, понизив голос. — У меня все отлично, — солгал он и откинулся на спинку стула, заложив руки за голову. Эйр хмуро посмотрела на него. — Неужели? Тайн кивнул. — Да, я имею в виду. Я уже знал, что произошло. Я просто не ожидал, что весь Таиланд тоже узнает об этом, — он снова легко солгал. Может, он провел слишком много времени с Сарават. — Это справедливо. Я бы тоже очень разозлилась, — ответила она. — Если я когда-нибудь увижу того злого парня, который поставил тебя в такое положение, я так сильно пну его в голень. Это, черт возьми, никого не касается, кроме тебя и твоего мужа, — усмехнулась она. — Ты слышал пресс-конференцию Сивакорна сегодня утром? Дерьмо. Тайн совсем забыл об этом. Его глаза расширились, и он покачал головой. Он надеялся, что этот засранец ничего не рассказал о своем отце, как он угрожал. — Мой муж слушал ее, и, честно говоря, это была такая куча дерьма. Он сказал, что счастлив теперь, когда все видят Саравата таким, какой он есть, и понимают, что он просто пытается защитить вас и других от попадания в его ловушку, — повторила она. Тайн закатил глаза и покачал головой. Ему было все равно, пока он не упоминал о своем отце, все остальное не имело значения. — Он сказал что-нибудь еще? — спросил Тайн, наблюдая за ней. Она покачала головой. — Ничего особенного, просто он большой неудачник, никто его не любит, и он сосет свой собственный динь-дон. То есть мне показалось, что я слышала, как он это сказал, но я могла ослышаться, — она улыбнулась ему, и Тайн тихонько рассмеялся. Он был так счастлив, что она теперь тут работает. Он даже познакомился с ее дочерью на днях, когда она привела ее на работу. — Сосет свой собственный динь-дон, говоришь? Довольно впечатляюще, если вы спросите меня. Он улыбнулся ей и наклонился вперед в своем кресле. Его глаза смягчились, когда он посмотрел на нее. — Спасибо, Эйр, — ему не нужно было объяснять, зачем, потому что он знал, что она поймет. Ее маленькая шутка заставила его рассмеяться впервые за последние двадцать четыре часа. Его ошеломило, что всего лишь день назад все рухнуло. — В любое время, — она встала из-за стола и подмигнула ему, прежде чем уйти делать свою работу. Какое-то время он смотрел ей вслед, а потом решил пойти в уборную. Оттолкнувшись от стола, он направился в мужской туалет, и по спине у него пробежал холодок. После предыдущего дня общественные туалеты начали чувствовать себя немного тревожно. Он собирался воспользоваться писсуаром, но решил, что лучше всего было бы воспользоваться кабинкой, чтобы никто не смотрел на него грустными глазами, когда он мочится. Он толкнул одну дверь и, обнаружив, что она заперта, перешел к следующей. Тайн запер за собой дверь стойла и расстегнул ширинку, когда услышал голоса двух мужчин, разговаривавших, когда они вошли. — Не могу поверить, что он действительно пришел на работу, — сказал первый мужчина. — Чертовски смущающий человек, — второй человек согласился. — Я хочу сказать, мы все говорили, что Сарават слишком хорош для него. Так почему мы так удивленны? — неизвестный первый голос рассмеялся. — Да ладно, я не гей, но между этими двумя парнями я бы тоже трахнул коллегу. Второй мужчина присоединился к смеху, и Тайн услышал, как они расстегивают штаны. — Но разве Тайн не излучает скромную энергию? Я имею в виду, что ты смотришь на него и думаешь: «я сомневаюсь, что у этого парня есть секс». Он выглядит слишком опрятно. Первый мужчина снова засмеялся, и Тайн услышал, как он мочится. — Я говорил об этом своей жене вчера вечером. Мне казалось, что у этого чувака нет никакого сексуального потенциала. Он всегда краснеет и опускает голову. — Вот именно, кто бы нашел это сексуальным? Очевидно, его муж не сделал этого, так как он побежал прямо к чуваку, с которым трахался в течение многих лет, — ответил второй голос. Лицо Тайна вспыхнуло, когда он прислушался. Он не собирался плакать, но был чертовски готов выскочить из кабинки и разорвать обоих мужчин в клочья. Первый голос усмехнулся. — Это безумие. Как он оказался с Тайном из-за того другого парня? — Они сказали, что выросли вместе или что-то в этом роде, может быть, это был брак по договоренности. Может быть, они ненавидят друг друга и были вынуждены это сделать. Кто знает? — предложил второй голос. — Я знал, что они выглядят слишком хорошо, чтобы быть правдой. В этом не было никакого смысла. — Я имею в виду, что понимаю, почему Тайн ухватился за него. У этой семьи так много денег. Они вытирают свои задницы ими, — первый голос снова засмеялся, а потом выдохнул. — Может быть, так оно и есть! Может быть, Сарават может трахаться с кем хочет, пока он дает Тайну деньги? Вы придурки! Вот и все! Тайн застегнул молнию и протянул руку, чтобы открыть дверь. Он был сыт по горло словесными оскорблениями, хотя эти идиоты и не знали, что он здесь. Звук смыва воды рядом с кабинкой Тайна испугал его. Он совсем забыл, что в туалетной комнате с ними был кто-то еще. Он слышал, как дверь рядом с ним открылась и с громким стуком распахнулась, ударившись о стойло. — Кто вы такие, черт возьми, чтобы так говорить о моем друге?! — пронзительный высокий голос кричал на других мужчин. Грин? Тайн прислонился к стене стойла и прислушался. — Если вы ни хрена не знаете, то не говорите ничего, идиоты. Ты даже не работаешь на нашем гребаном этаже, так кто ты такой, чтобы что-то говорить? — продолжал Грин. — Мы просто пошутили. Это не имеет к тебе никакого отношения, — раздался первый голос. — Я тут ни при чем? Подумайте еще раз, если вы связываетесь с моими друзьями, то это имеет все отношение ко мне. Тайн - самый лучший человек на свете, и если он решил остаться с этим человеком, то это его чертов правильный выбор, — голос Грина стал выше и громче. — Подожди, я узнаю твое лицо. Разве ты не тот чувак, который напился на рождественской вечеринке в прошлом году и обосрался до чертиков? — Э-э, что, э-э, нет, это был не я, — второй голос запротестовал, но не очень убедительно. — О да, это определенно были ты и твой друг, — Тайн услышал паузу. — Не ты ли был тем чуваком, от которого у всех в офисе появились вши? — Это у моего ребёнка было, хорошо! Как бы то ни было, мы уходим. — Тайн слышал некоторые перетасовки вокруг. — Ты даже не вымыл руки! Так противно! Я собираюсь сказать всем, чтобы они больше никогда не пожимали тебе руки, дерьмовый Макги и вши! — крикнул Грин, когда дверь ванной распахнулась и закрылась. Тайн услышал шум воды в раковине, отпер дверь и робко вышел из кабинки. Грин посмотрел в зеркало и нахмурился, встретившись взглядом с Тайном. — Черт, Тайн. Ты все это слышали? Мне так жаль этих проклятых ослов. Он выключил воду и стряхнул ее с рук. Тайн кивнул и тут же обнял Грина за талию, притянув его к себе. — О, — Грин выдохнул и так же крепко обнял ее в ответ. — Спасибо, — пробормотал Тайн, уткнувшись носом в волосы того, кто был чуть пониже ростом. Он почувствовал, как Грин хихикнул рядом с ним. — Тайн, ты не должен благодарить меня за то, что я поступил правильно. Типакорн отстранился от Грина и опустил руки в стороны. — Кстати, твоя спина сейчас, наверное, мокрая, — сообщил Грин, поднимая мокрые руки. Тайн улыбнулся ему. Он бы надел миллион мокрых рубашек, если бы это означало длительную дружбу с Грином. — Ничего страшного. Грин улыбнулась ему в ответ. — Я уже весь горю, а еще нет и десяти утра. Дай мне знать, если кто-нибудь попытается побеспокоить тебя сегодня, я знаю компромат на всех в этом здании, — он засмеялся. — И, как ты слышал, я тоже не легкомыслен. — Ты какой-то пугающий, Грин,— признался Тайн, хихикая. Грин завизжал от восторга и пошевелил пальцами в сторону Тйана. — Ты разговаривал с Димом? Он говорит точно то же самое, — он ухмыльнулся и бросил на него угрожающий взгляд. — Вот почему он никогда не сможет уйти от меня. Тайн оглянулся на кабинку. Из-за всей этой суматохи он совсем забыл, что ему нужно в туалет. — Вообще-то я не смог воспользоваться туалетом, так что пойду и сделаю это, — он указал большим пальцем на кабину и попятился к нему. Грин посмотрел на него и кивнул. — Ладно, только не забудь вымыть руки, в отличие от тех придурков, — сказал Грин, и выражение его лица сменилось отвращением. Тайн рассмеялся и кивнул, прежде чем вернуться обратно. Он все еще чувствовал себя крайне паршиво, особенно после того, как услышал, что эти люди говорили о нем. Он был почти уверен, что они не единственные, кто так думает. Но, по крайней мере, в его жизни были люди, которые могли постоять за него. Он напомнил себе, что должен перезвонить несколько раз во время перерыва.

***

Тайн постучал в дверь квартиры и огляделся, чтобы убедиться, что никто не узнал его. Это было жестоко — пытаться уйти с работы. Репортеры, похоже, угадали его рабочий график и ждали, когда он уйдет. Или кто-то, с кем он работал, дал им эту информацию. Так или иначе, ему удалось пробиться сквозь растущую толпу людей гораздо эффективнее, чем утром. Остановившись перед дверью, он бросил быстрый взгляд в сторону женщины, выходившей из лифта в конце коридора. Черт, он поморщился, услышав стук ее туфель по ковру коридора. Давай, открывай. Его глаза снова сфокусировались на двери перед ним, когда он протянул руку и поправил солнцезащитные очки на лице. Он услышал, как с другой стороны защелкнулись и щелкнули замки, и приготовился войти в квартиру. Его взгляд снова метнулся к женщине, которая теперь была ближе к нему. Дверь перед ним распахнулась, и улыбающееся лицо Фонга просияло. Тайн наблюдал, как глаза Фонга бегают вверх и вниз по его телу. Он знал, что парень смотрит на черную шляпу, маску для рта и темные очки. Это был его обычный наряд папарацци, но вряд ли его увидели бы друзья. — Ого, посмотрите на этот наряд, мистер знаменитость, — поддразнил его Фонг, когда он отступил назад. Тайн быстро вошел в маленькую квартиру и услышал, как за ним закрылась дверь. Он медленно начал стаскивать с головы вещи и бросать их на диван Фонга. — Можно мне их одолжить? Я уверен, что кто-то крадет мою почту на работе, так что я планирую устроить засаду. Мне кажется, что в них я точно останусь незамеченным, — саркастически заметил Фонг, указывая на предметы, лежащие на диване. Тайн ухмыльнулся и закатил глаза. — Конечно, тебе просто нужно их вернуть, прежде чем я столкнусь с шуткой, которая стала моей жизнью. Тайн сел на один из барных стульев Фонга и облокотился на высокую стойку, отделявшую кухню от гостиной. Фонг проследил за выражением лица Тайна, прежде чем тот подошел к холодильнику и взял два пива. Он откупорил бутылку и передал ее Тайну, прежде чем сесть на табурет рядом с ним. Они стукнулись друг об друга горлышками бутылок. — Спасибо. Тайн вздохнул, прежде чем поднести холодное варево к губам и выпить. Он причмокнул губами и сделал долгий выдох. — Мне действительно нужно было выпить. Фонг кивнул и снова поднес бутылку ко рту. — Что происходит, бро? — спросил он, когда его глаза просмотрели лицо Тайна. — Мне кажется, что каждый раз, когда я включаю новости, я вижу что-то новое о тебе. Я имею в виду, что ты никогда не говорил мне, что вы с Ватом были свингерами, управляющими сексом в своем собственном доме, — он пожал плечами. — Я немного расстроен, что меня не пригласили. Ты же знаешь, что я всегда на вечеринках. Тайн поперхнулся своим напитком и расхохотался. Он вытер слезы с глаз и закашлялся. — Я скучал по тебе, парень, — медленно произнес Тайн. Он почти не видел своих друзей, несмотря на данное им обещание. Они ни о чем не спорили с ним, но он все еще чувствовал себя дерьмово из-за пренебрежения. Глаза Фонга расширились. — Но на самом деле, что происходит? Почему ты не сказал нам, что с тобой и с Ватом творится черт знает что? Фонг поудобнее устроился на табурете и поставил бутылку пива на стойку. Тайн сжал губы и отвел глаза. И вот теперь он снова собирался солгать своему другу. — Я… я хотел справиться с этим сам. Я не хотел говорить вам, ребята, ничего такого, что могло бы запятнать его в ваших глазах. — Я понимаю это и понимаю, что это твое дело, но, — он сделал паузу. — Я чувствую, что ты просто скрываешь что-то от нас, — он коснулся своей груди. — От меня, и я не понимаю этого. Мы рассказываем друг другу все. Ты мой лучший друг, Тайн. Сердце Типакорн сжалось. Тьфу, если раньше ему и не было так плохо, то теперь стало еще хуже. — Мы вместе прошли через какое-то безумное дерьмо, и в последнее время мне кажется, что ты что-то скрываешь. Тайн сглотнул и отвернулся от собеседника. — Я… — начал Тайн, поигрывая этикеткой на пивной бутылке и пытаясь разобраться в своих мыслях. — Знаю, что я действительно поставил крест на нашей дружбе, и мне искренне жаль. — Тайн, — перебил его Фонг. — Я говорю все это не для того, чтобы заставить тебя чувствовать себя еще хуже, чем сейчас. Я говорю тебе это, потому что я беспокоюсь о тебе, и мне нужно, чтобы ты знал, что независимо от того, что происходит, я всегда здесь для тебя, парень. Тайн взглянул на него. — Особенно, когда речь идет о чем-то связанном с неверностью, — они уставились друг на друга. — Я не могу потерять тебя снова. Черт, Тайн знал, что он собирается поднять этот вопрос. Как он мог этого не сделать? — Все совсем не так. Клянусь, это не одно и то же, — вмешался Тайн. Фонг поджал губы. — В чем разница? Во всяком случае, в десять раз хуже. По крайней мере ты не женат на Плерн. Фонг скрестил ноги и скрестил руки на груди. Услышав ее имя, произнесенное вслух, у Тайна внутри все перевернулось. — Ты замужем за Сараватом, и он изменял тебе несколько раз, Тайн, даже после того, как ты, блядь, вышел за него! Ноздри Фонга начали раздуваться, когда он еще больше возбудился. — Он мне не изменял! — возразил Тайн, размышляя, не было ли ошибкой прийти сюда. Он не верил, что это возможно, но теперь чувствовал себя намного хуже, чем раньше. — Тайн, — чуть тише обратился Фонг к другому парню. — Он спал с другим мужчиной, и я знаю, что ты ни за что на свете не остался бы с таким засранцем. Ты даже не любил его раньше, я думал, ты ненавидел его в старших классах, а потом ты женился после того, как он изменил тебе? — Ты не понимаешь, — заскрежетал зубами Тайн. — О, я многое понимаю. Когда люди показывают нам, кто они есть в первый раз, мы должны им верить. Фонг усмехнулся и поднес бутылку к губам. Он сделал паузу. — Сарават не очень хороший человек, и ты заслуживаешь лучшего, точно так же, как ты заслуживал лучшего с Плерн. Тайн зажмурился, стараясь не слышать того, что говорил другой парень. — Ты не верил мне тогда и, возможно, не веришь сейчас, но ты стоишь гораздо больше, чем получаешь от этих мошенников. Плерн не заботилась о тебе, она знала, что ты преследуешь ее, она знала, что ты сделаешь для нее все, и она играла с тобой. Плерн была единственным человеком, которого Тайн любил до Саравата. Он гонялся за ней весь первый год в университете, и она его преследовала. Она позволила ему взять ее с собой, она согласилась быть его девушкой, она держала его подальше от его друзей, и она изменила ему. Много. Плерн была для него всем. Тайн не знал, где он начал, а она закончила. Он был так глуп. Он наивно полагал, что, отдав ей свою девственность, она перестанет спать с другими мужчинами, но она просто бросила ему в лицо его неопытность, чтобы оправдать свою измену. Тайн содрогнулся при воспоминании о том, как он неделями запирался в своей комнате после того, как она в конце концов бросила его. Он почти не спал, почти не ел, никогда не принимал душ, игнорировал все заботы своей любимой и превратился в оболочку самого себя. Его брат, Фонг, Ом и Пыак выломали дверь и вытащили его из постели. Они сменяли друг друга, чтобы присматривать за ним каждый день, пока ему не удавалось медленно встать на ноги. Сколько бы он ни набрасывался на них, сколько бы ни говорил гадостей, сколько бы ни просил их уйти, они оставались и поддерживали его. Тайн понял, почему Фонг испугался за него. Он видел его в самом худшем состоянии. — Ты добрый, умный, заботливый, красивый, ты всех вокруг радуешь своей заразительной индивидуальностью! Ты не заслуживаешь этого дерьма снова, Тайн, — Фонг продолжал. — Все это ложь, — выпалил Тайн. Его голос был едва слышен, когда он медленно открыл глаза, чтобы посмотреть на своего лучшего друга. Фонг секунду пристально смотрел на него. — Подожди, что? — спросил он. Тайн откашлялся и пристально посмотрел на собеседника. Он должен был это сделать. Фонг хотел услышать, что же произошло на самом деле. — Фонг, я лгал тебе, — Тайн сделал глубокий вдох и выдохнул. — Я должен сказать тебе правду. Фонг, слушая Тайна, не сводил с него глаз и слегка кивал, пока тот заканчивал объяснять, как все устроено. Он прижал указательный палец к щеке и подпер подбородок остальными сжатыми пальцами. Когда Тайн закончил говорить, он поднял брови и поджал губы. — Ух ты, — наконец выдохнул он. Тайн нервно пожевал свою губу и склонил голову набок. — Ух ты, — снова повторил Фонг, на этот раз чуть медленнее. — Это безумие. Значит, Сарават не мошенник, а просто лжец? А теперь ты влюблен в него, но думаешь, что он спал с тобой только потому, что не хотел задеть твои чувства, и что на самом деле он влюблен в своего коллегу, — спросил он, и Тайн медленно кивнул. — Я думаю, что из всего этого последняя часть самая глупая. — Что? Почему? Тайн нахмурил брови и наклонился, чтобы услышать, что скажет другой. — Я могу ошибаться, потому что на самом деле ничего не знаю об этом парне, но… — Фонг нахмурился. — Он, кажется, действительно влюбился в тебя на свадебном приеме, — он сделал паузу. — Как будто он действительно был сосредоточен на том, чтобы быть рядом с тобой и получить все, что ты хочешь. Он вполне законно смотрел на тебя, как будто ты был лучшим человеком, которого он когда-либо видел. Что? Тайн определенно ничего этого не заметил. Возможно, Фонг неправильно понял то, что увидел. — Ну, мы же играли, помнишь? — напомнил ему Тайн. — Может, и так, — покачал головой Фонг. — Но я говорил с Сараватом, и он прямо сказал мне, что позаботится о тебе. Обычно я чувствую запах дерьма за милю, но, — он покачал головой и посмотрел на Тайна. — Он определенно имел в виду то, что говорил. Я не думаю, что он переспал с тобой, потому что ему было жаль тебя, но я думаю, что ты ему действительно нравишься, — тогда Фонг закатил глаза. — Кроме того, ты ведь знаешь, что можно спать с другими людьми без каких-либо эмоциональных привязанностей, верно? То, что ты спишь только с теми, кто тебе дорог, не означает, что другие делают то же самое. У меня было много любовных связей на одну ночь, так что поверь мне. Тайн нахмурился. — Действительно? Я ему так понравился, что он переспал со своим коллегой на последней конференции, а потом сразу же прыгнул ко мне в постель. Если это то, что значит любить кого-то, то я боюсь увидеть, что он сделает, если возненавидит меня, — Тайн усмехнулся и поиграл со своей пивной бутылкой. — И это был не секс на одну ночь. Он спал с этим парнем много лет! Годы! — воскликнул Тайн. — Как я уже сказал, Я не знаю этого парня и того, что творится у него в голове, но я просто хочу сказать, что он, похоже, действительно влюбился в тебя на твоей свадьбе. Сказав это, он протянул руку и сжал плечо Тайна. — Я думаю, что ты все еще заслуживаешь кого-то в своей жизни, кто не станет причиной драмы или причинит тебе боль, — он широко улыбнулся Тайну. — Я знаю, что был очень пьян на твоем мальчишнике, но я действительно имел это в виду, когда сказал, что буду встречаться с тобой, если мне нравятся парни. Тайн рассмеялся и закатил глаза. — Ты также сказал, что ты бы точно встречался с Мисс Пигги, если бы был куклой. Лицо Фонга озарилось улыбкой. — Да, и я это имел в виду! Мисс Пигги — это такая девушка, которая живет по принципу «живи и/ли умри», она может надрать задницу, когда ей это нужно, она чертовски привлекательная леди, чертовски соблазнительная, у нее отличное чувство моды, и она любит коротких тощих парней. Фонг защищал свой выбор, и Тайн не мог удержаться, чтобы не разразиться сотрясающим тело смехом. Фонг присоединился к нему, слезы выступили у него на глазах, и они оба продолжали хихикать. После их веселого праздника Тайн решил посмотреть вместе с ним одну из любимых передач Фонга, прежде чем отправиться домой. Сарават написал ему, что собирается встретиться с Мэном и Боссом, так что он будет дома немного позже, и это была именно та возможность, которая была нужна Тайну, чтобы подготовиться. Он отпер дверь квартиры и вошел внутрь. Тедди подбежала к нему и радостно схватила за ногу. Он наклонился и поднял маленькую собачку, прежде чем положить ее на кровать в хозяйской спальне. Она с волнением смотрела, как он вошел в гардероб и схватил два чемодана, стоявших на полке. Поговорив с Фонгом, Тайн понял, что ему нужно вернуться домой к семье. Ему нужно было быть рядом с ними, и неважно, насколько оправданным он себя чувствовал, он не чувствовал себя хорошо, наказывая Саравата. Сейчас им просто необходимо быть подальше друг от друга. Он не был уверен, как долго ему придется отсутствовать, но подозревал, что это будет постоянный переезд. Фонг был прав, он действительно заслуживал лучшего. Его взгляд скользнул по собаке, которая смотрела на него. Он знал, что ей определенно будет грустно уезжать. Вздохнув, он быстро схватил столько одежды, сколько смог достать, и бросил ее в чемоданы. Он не слишком заботился о том, чтобы они выглядели аккуратно, ему просто нужно было, чтобы они подходили. Поспешив туда-сюда, он схватил из ванной еще кое-что из своих вещей и поспешил в гостиную, чтобы забрать все игрушки Тедди. У него все еще были вещи в доме его родителей, так что он не слишком беспокоился о ней. Тайн уже успел выхватить из машины свои случайные вещи, так что дело было сделано. О, комната для гостей. Он пожевал внутреннюю сторону щеки, перетаскивая все новые вещи из одной комнаты в другую и беспорядочно бросая их в багаж. Когда он почувствовал, что получил большую часть того, что ему было нужно, он закатил чемоданы в гостиную, закрыл дверь спальни, чтобы Тедди не могла выйти, и сел на диван в гостиной, чтобы подождать. Его глаза оставались прикованными к двери в течение, казалось, нескольких часов, прежде чем он услышал знакомый звон ключей в замке. Сарават толкнул дверь, и Тайн сразу же увидел, что его сосед по комнате выглядит совершенно измученным, с глубокими темными кругами под глазами. Человек у двери остановился, его взгляд впился в Тайна, прежде чем он закрыл дверь, не отрывая взгляда от другого парня. Тайн глубоко вздохнул и встал, его ноги слегка дрожали. Сарават взглянул на сумки, потом снова на лицо Тайна. Типакорн наблюдал, как брови его собеседника поднялись и сошлись на переносице, глаза застыли, а губы приоткрылись. Он ожидал, что его собеседник рассердится или обидится, но вместо этого Сарават выглядел так, словно увидел привидение. Неожиданная реакция сбила Тайна с толку. Тот прочистил горло и открыл рот, но ничего не сказал. Черт, Тайн сморгнул навернувшиеся на глаза слезы. Он больше не будет плакать, черт возьми, пообещал он себе. Его зрение затуманилось и расфокусировалось, когда он посмотрел на другого человека перед собой. Его сердце, как будто его одновременно кололи и сжимали, когда оно болело в груди. Тайн на секунду прижал руку к ключице и поморщился от боли. Сарават сделал шаг вперед, и Типакорн вытянул свободную руку, чтобы помешать ему подойти ближе. Слезы хлынули из его глаз, когда он наконец выдавил из себя то, что хотел сказать: — Я ухожу.