Я останусь

      — Счастливого мальчишника!       Привязанный к стулу Зальцман, с глаз которого сорвали повязку, глядел на друзей и улыбался, медленно выдыхая и разделываясь со страхом: притаившаяся ранее толпа ощутила вседозволенность и взорвалась пёстрым гулом, а музыка лилась и дробила пульсацией басов колонки.       Сэм как-то не пожалела, что оказалась на вечеринке Аларика — зная Деймона, тот не обошёлся бы без пафоса, когда дело зашло об окончании холостяцкой жизни друга. Мальчишник и стриптизёрши, подносы с коктейлями легендарного пляжного секса, битком забитое помещение с кучей незнакомых даже старшему Сальваторе людей. Он будто подхватил автобусом весь Мистик-Фоллс и высадил в здании, но каждый в гуще народа прошёл его собственный фейсконтроль и проверку на привлекательность.       Таким образом, по числу приглашённых лидировали девушки, и это не считая танцовщиц на шесте. Одна, в кожаном лифчике и обтянутыми сеточкой бёдрами, вот уже полчаса забалтывала Сэм и томно поглядывала на главу вечеринки из-под разукрашенных век. К её чести, выглядела та впечатляюще — тёмные непослушные кудри она небрежно смахивала на затылок, а опоясывающий талию корсет сливался с телом и выгодно подчёркивал фигуру.       На секунду девушке даже понравился тот факт, что Кая на мальчишник не позвали.       — Кто все эти люди? — не понял Аларик, перекрикивая звуковые волны. — Надеюсь, не мои студенты?       — Понятия не имеем! — Деймон откупорил бутылку шампанского, смочив им горло, и повёл приятеля к авансцене. — Радуйся!       Там фальшивила какая-то блондинка в фатиновой юбке и с двухэтажными каблуками, из-за которых на сцене она рисковала упереться макушкой в потолок. Зальцман закатил глаза, глядя на ухмылку друга и перемигиваясь со Стефаном, а затем бодро вскинул в воздух руку с бокалом. Опустился за столик, и его тут же бросилась протирать пыльной тряпкой нанятая ими барменша в чулках с поясом — словом, Деймон решил рискнуть здоровьем и не экономить на стриптизе. С Еленой они договаривались заранее устроить всё прилично, но девушка была подкупающе далеко для того, чтобы не согрешить.       Минут сорок спустя, когда под горячительными напитками все заметно расслабились, Аларик покрутил головой и смерил мутным взглядом помещение.       — А где Сэм? — Зальцман пригубил ещё коктейля.       — Понятия не имею, — пожал плечами старший Сальваторе и зарылся взглядом в толпу. — О… ну держите меня.       Она с брюнеткой в кожаном лифчике развалилась на диване. Новоиспечённая подружка проглатывала уже пятый подряд шот водки, жмурясь и кусая жгучий лимон, и оттого вела себя особенно развязно. Девушка лежала с ней в обнимку, опустив ногу на ногу и покачивая коленом. Брюнетка закинула своё на спинку дивана и описывала круги ступнёй в лаковой туфле, не заботясь об опасной близости шпилек к телам шныряющей туда-сюда молодёжи.       — Эйдан вообще тебя не ценит, — хмуро произнесла Сальваторе, приближая к губам бокал. — Знаешь, я думаю, стоит выбрать Райана. У тебя к нему сердце тянется, потому что он хороший. Не будет тебя использовать.       — Ой, ты бы видела Эйдана, — вторила та, имени которой она по-прежнему не знала. — Он как с утра проснётся, так сразу можно на фотосессию гнать. А к Райану у меня душа лежит.       — Выбирай, к чему душа лежит, — рассмеялась Сэм. — Это сразу чувствуется. Эйдан тебя два месяца игнорировал, а ты про какие-то фотосессии! Пошлёшь его за продуктами, а он через десять лет вернётся.       — Ну да, это весомо, — брюнетка скосила глаза. — Ты такая клё-ё-ёвая. Вообще, я должна танцевать, мне же деньги заплатили…       — Куда тебе танцевать, — фыркнула Сальваторе, — лучше в карты.       Девушка вдруг позеленела.       — Твою ж мать.       — Твою ж мать…       Стефан проводил удивлённым взглядом сестру, когда та подскочила с дивана, хватая в охапку какую-то девушку на туфлях опасного подъёма, и уползла вместе с ней в сторону туалетов. Последняя что есть силы прижимала ко рту ладонь и продиралась руками через толкучку, то и дело угрожая очередному встречному парню кулаком. Перспектива остаться единственным адекватным членом своей семьи так кстати воодушевила Стефана, что он мысленно подбодрил сестру за геройство и вернулся к друзьям.       Брюнетка влетела в пустую кабинку с твёрдым намерением выплеснуть там душу. Сэм поморщилась, собирая её пышные волосы в ладонь и приветливо помахав ручкой какой-то застрявшей возле них девушке. Что ж, её спутнице повезло с выбором небрезгливой подруги на вечер.       — Когда кто-то блюёт, всегда поблизости оказываюсь я, — она скользнула взглядом по своей подопечной и шарахнулась, локтём ударив дверцу. — Я всё понимаю, но целься! Представь дартс! Представь лицо Эйдана!       — Фи, — скривилась девушка, откашляв последнее и уперевшись в дверь кулачком. — Мне прямо полегчало.       Сальваторе довольно сложила руки на груди.       — Я хороший реаниматор.       — Повезёт с тобой кому-то, — кивнула брюнетка, морща нос и приподнимаясь. — Я жива.       Повезёт.       Это точно.       Сэм на секунду вспомнила скорую свадьбу: она реально ждала встречи, словно должна была убедиться — всё в порядке, Кай действительно подпустил кого-то близко и совсем не собирается отталкивать. И напротив, под влиянием прошлой ночи и влитого в вены алкоголя ей было до непривычности спокойно.       Во время церемонии никто не будет никого убивать, и эту мысль влюблённый в спецэффекты Кай принял неохотно и не сразу — его план слегка сместился в сторону на время первого танца жениха и невесты, когда остальные члены Ковена будут сплочаться по парочкам и подражать молодожёнам. Случится разговор по душам, следуя из которого Кай либо прикончит отца на месте, либо, из шаткой жалости к сестрёнке, подождёт конца помолвки. Сэм молча согласилась с планом, не желая вносить свои коррективы в решение, которое по праву принадлежит ему.       Кай собирался убить Джошуа, а Джошуа однажды обрёк его на тысячу смертей. Девушка ненавидела его каждой клеточкой своего тела, представляя, как сводит с ума бессмертие в обезлюдевшем аду.       Она не оставит его одного. Хрен со всеми остальными, с Беннет, с упёртым Деймоном, которого от этой новости хватил бы удар, с Джо и Оливией, со всем его Ковеном. Не они спасли её от укуса оборотня, не они спасли от охотника один раз, второй, не они восемнадцать лет захлёбывались болью и методично теряли рассудок. Кай весь был соткан из противоречий, из неправильности, весь, до головокружения, непредсказуемый, сложный и упрямый.       Никто не нуждался в ней больше, так чего она сомневалась? Он же всё равно об этом не скажет. Просто того, что девушка знала, хватало.       Обратно они с брюнеткой возвращались под ехидный взгляд Стефана и широкую братскую ухмылку Деймона: кое-кто всё заметил и даже успел наградить её аплодисментами в четыре ладони. Она показала в ответ средний палец, близясь к сцене и позволяя своей новоиспечённой подружке подозвать остальных девушек для партии в покер. Обернулась и столкнулась с причиной вечеринки.       — Рик! — Сэм приосанилась, подходя к нему и накрывая глаза ладонями. — Угадай, кто?       — Дай подумать. Ты подошла спереди.       Она почти обиженно отлепила руки от лица Зальцмана.       — Счастлив? — на её лицо наползла улыбка. — Неужели ты женишься? Вот бы не подумала.       — Спасибо, Сэм, так приятно, — усмехнулся тот. — Не позволяю себе радоваться, пока не надену кольцо ей на палец.       Девушка умильно склонила голову.       — Как это красиво.       — Да, — Аларик посмотрел куда-то сквозь неё, дублируя улыбку, и в уголках глаз разбежались морщинки. Затем оттаял. — Я нервничаю.       Уголки её губ растянулись ещё шире, а ладонь скользнула к плечу и потрепала по пиджаку.       — Никто никогда не бывает уверен, — пообещала она. — Нет страха — нет успеха. Знаешь такое?       Она едва ворочала языком, выговаривая эту фразу. Не слишком трезвая она просто кладезь умных цитат.       — Я вспомнил, почему мы позвали тебя на мальчишник, — Зальцман доверительно кивнул, заглядывая куда-то за её плечо, и прыснул. — Твоя… новая подруга идёт. Спасибо, дорогая.       Она пробормотала что-то невнятное в ответ, и старая знакомая брюнетка втянула её в толпу, смыкая пальцы в браслет на запястье. Сальваторе размяла шею, передвигая конечностями и хрустнув пальцами, с устремлённым вперёд азартным взглядом. Стефан поднял голову как раз в тот момент, когда её с удовольствием приняло в свой круг общество легко одетых девушек, видимо, подкормленных рассказами подружки; Сэм пересеклась с ним взглядом и невинно пожала плечами. Он показал большой палец, хотя хотелось рассмеяться и ляпнуть что-то про то, как изменило её общество Кая, но она заочно перехватила его слова и покачала головой в ответ.       — Флэш бьёт стрит… — голоса вакуумом окутывали голову. Она тяжелела и наливалась металлом — смех вокруг сливался в один сплошной гул, и Сэм даже не знала, смеётся ли сама.       Она начинала отсчитывать секунды до свадьбы с точностью, на которую только была способна.

***

      — Флэш бьёт стрит…       — Ты что, спишь?! — взвизгнула Кэролайн, пальцами прочёсывая кудри. — Надо было тебе идти на девичник, там было спокойнее. Поверить не могу, что ты не шутила про стриптизёрш и карты!       Сэм дёрнула плечом, когда с него соскочила оборка платья — как закончится череда свадеб, праздников и вечеринок, она, видимо, действительно к ним привыкнет. С самого утра, заручившись подмогой Форбс, она разбиралась с декорациями шатра и собственным гардеробом, училась красиво дефилировать на более высоких каблуках и просто слегка нервничала. Вчерашний мальчишник обыгрался парой пакетов крови: они быстро вернули трезвый ум и помогли уснуть покрепче, чтобы вынырнуть из черноты следующим днём и сразу попасть на праздник, минуя лишние часы ожидания. Форбс такой расклад не устраивал, поэтому с раннего утра они торчали с ней и Еленой в Мистик-Фоллс, шастая по магазинам и скупая недостающие столовые приборы и серпантины из лент.       По крайней мере, Сэм теперь было, чем гордиться — она научила орду девушек покеру, дураку и блэкджеку, радуясь тому, что в свободное от работы время они любили перекинуться в карты и таскали с собой колоду. Тем, что собственные ученицы обыграли её пару раз, она гордилась даже больше.       — Почему бокал треснутый? — Кэролайн выхватила его из рук Бонни, когда те уже обосновались в шатре и расставляли антураж. — Елена, там есть ещё бокалы? Мы должны были взять с запасом!       Одно отведённое под церемонию помещение они уже отшлифовали — подправили трибуны, навешали на стены цветочных венков, к потолку прицепили несколько подвесных шаров, а стены обтянули гирляндами. Управляя курьерами из доставок цветов и декораций, Кэролайн повысила тон как минимум на две октавы, шпыняла несчастных людей по всему шатру и заставляла их едва ли не падать с лестниц, пока те закрепляли под потолком концы праздничной ленточки. Прямо пропорционально тому, как на улице темнело, нетерпение становилось всё более осязаемым — подмога разошлась и забрала все инструменты, настройщиков техники спустя десятка проверок отпустили на волю, а Джо уже оделась и нервно подкрашивала ресницы.       К их чести, помещение обрело новое дыхание после такой отделки. Тёмное небо отражалось в стёклах и бликовало зажёгшимися фонарями, цветы у стен мелькали в боковом зрении размытыми розовыми пятнами, а частый стук сердца самой невесты забирался в уши и звенел там. Сэм несколько раз за вечер и день перехватывала её взгляд, разговаривала с ней, попутно что-то делая и прислушиваясь к ответам, но никакого сходства с Каем так и не нашла. Если Лив и Люк были версиями друг друга противоположного пола, то первых близнецов между собой связывал только цвет волос и глаз — Джо была заметно терпеливее, добрее и серьёзнее.       Впрочем, девушку всё устраивало. Отсутствие этих трёх качеств.       — Есть ещё бокалы, — кивнула Елена, опуская на стол бутылку с шампанским. — А где букет невесты?       — У меня, — Джо подняла ладонь в воздух, и Кэролайн, вздохнув, села рядом с ней. — Всё нормально, я просто… ужас как волнуюсь.       Форбс с любовью расправила бархатную ленточку на стуле.       — Аларик то же самое сказал, — подала голос Сэм, расставляя шампанское. — Думаю, одной бутылки на стол хватит, мы же тут не напиться собрались. Вчера даже Рик ну очень старался не принимать на грудь много. А зачем переставать волноваться? Спокойными все будут на своих похоронах.       Кэролайн удручённо покачала головой, а сама невеста рассмеялась.       — Не стоит переживать, Джо, — заметила она. — У тебя был лучший организатор. Всё пройдёт на высшем уровне.       Лафлин улыбнулась.       — Тоже верно.       — Так приятно было к этому вернуться… — вздохнула Кэролайн и махнула Сэм рукой. — Всё, достаточно, мы закончили и уложились на целых десять минут раньше положенного! Теоретически, мы могли бы прогнать вслух всю церемонию заново.       Ответом ей были три вымученных взгляда.       — Ладно-ладно, но если вдруг захотите, — Форбс прикусила мизинчик. — Вы так и не отговорили Кая?       Беннет наморщила нос, будто ей предложили с кожурой съесть лимон, распрямила плечи и прищурилась.       — Надо же, мне только что такое послышалось, — всплеснула руками Бонни. — Как будто ты сказала что-то про Кая.       — Она действительно так сказала, — поддразнила её Сэм.       Ведьма свела колени вместе и вся будто отстранилась — её пульс по частоте мог посоревноваться с сердцем невесты.       — Что он тут забыл? — процедила она. — Я всё понимаю, но Джо…       — Никто не рассказал тебе? — театрально ахнула Сальваторе. — Когда тебя с Деймоном схватил охотник, он помог вытащить вас оттуда. Символическая плата — приглашение на свадьбу. Если она, — девушка ткнула в невесту пальцем, — смирилась, то и ты смиришься.       Беннет стиснула губы, всё же медленно кивнув. Пусть мириться с таким ей и тяжело, перечить логичным словам не было смысла — придётся перетерпеть ради Джо, которая в своё время пережила куда больше и как-то выкарабкалась. Ведьме оставалось лишь молиться о том, чтобы случайно не наткнуться на неожиданную встречу, рискуя заработать нервный срыв и пулей вылететь с помолвки.       «Как классно, — показалось Сэм, — я тут одна его не ненавижу?»       А однажды она была первой в списке. Если бы спросили «кто больше всех ненавидит Кая Паркера?», девушка без зазрений совести подняла бы руку с беззвучным «я», немного поколебавшись насчёт Джо. В ней было столько ненависти, когда она думала о нём. Чистой, концентрированной.       За окном сгущались сумерки, но прохлада сквозь двери не пробивалась: она ворвалась в помещение вместе с первым шагнувшим за порог человеком. Вернее, вампиром — Стефан с восхищением оглядывался вокруг в угоду Кэролайн, а старший брат деловито следовал за ним. До ушей донеслось шипение шин по асфальту, и уже спустя пару минут голосов стало втрое, а то и вчетверо больше — явился Ковен Близнецов.       Джо пришлось отвести в отдельную комнатку до начала церемонии и прибытия Аларика, откуда она наблюдала за ходом дела и молча пересчитывала гостей. Лафлин бормотала себе что-то под нос до такой степени невнятное, что даже сверхъестественный слух различал только скомканные отрывки её фраз.       Лив рассеянно огляделась и тут же набросила маску — ей с Бонни следовало открыть сообщество по интересам, в котором они обе начнут недовольствовать о присутствии Кая. Ведьма поправила кудрявые волосы ладонью и отсалютовала Беннет, не видя за ней сестру и проходя следом за роднёй. Имя «Люк» так часто мелькало на языке последнее время, что Сальваторе поначалу даже выискивала его в толпе взглядом, идущим рука об руку с Оливией или развернувшим с Деймоном светскую беседу. Но его не было. Остался только Кай.       Он сам-то где?       Сэм освободила место, отходя в сторону, к дверям, то и дело выглядывая оттуда и высматривая кого-то. Ещё одна мысль, послушно поддавшись тревоге, материализовалась в голове и подступила к горлу — Джошуа не было тоже.       Нет, это невозможно.       Воодушевление от пышной обстановки так быстро сменилось тысячей опасений в голове, что она мысленно одёрнула себя и стиснула ладони в кулаки. Поток людей постепенно ослабевал по мере того, как члены клана располагались и занимали свои места; его всё так же не было. Как и его отца, и самые худшие мысли уже вливались ей в кровь, мешая думать логически. Сэм обняла себя руками, будто ей было холодно, и поджала губы — пульс учащался, стуча под скулой.       Братья начинали искать её взглядом, и пришлось подойти, побеседовать пару минут и снова вернуться к дверному проёму в следующий зал со столиками. Стефан о чём-то доверительно кивнул ей и отвесил внешнему виду комплимент; Деймон подхватил его, слегка недовольный тем, что не додумался сказать первым, а она тяжело вздохнула, поблагодарила и брякнула на приглашение сесть «я как-то люблю смотреть издалека». Зато Бонни и Елена с удовольствием устроились по обе руки от братьев, пока Кэролайн осталась до самого выхода снабжать Джо вдохновляющими фразами — словом, только Сэм не находила себе места и пыталась слиться со стеной.       Она вдруг поняла, как скучала за день, пока не видела его. Как с замиранием сердца ждала вечера и как начинала нервничать, стоило планам слегка покоситься.       — Привет-привет, — горячее дыхание защекотало ей ухо. — Меня ждёшь?       Сэм неровно вздохнула, поднимая голову.       — Тебя.       В костюме Кай правда выглядел безупречно.       Особенно когда он поднимал и небрежно клонил голову, высматривая кого-то среди гостей, встречался взглядом с очередным членом клана и выжидающе поднимал брови, сканировал и переключался на следующего. Все быстро отводили глаза, а она смотрела почти завороженно, скользя взглядом по его лицу и склонив голову, долго и пристально. Его тут боялись.       Не уважали, а боялись. Его тут ненавидели. Особенная ярость с железистым привкусом боли исходила от Лив, пропитывала её взгляд и выступала болезненным румянцем на щеках, стоило ей заметить Кая. Эта встреча со всеми ними была похожа на возвращение в Портленд, в девяностые, где даже в детстве на семейных собраниях таким же презрительным взглядом провожали его и его способности, отдёргивали руки и не позволяли дотрагиваться до кожи. Боялись. Учитывая, что сейчас Кай выглядел идентично себе из времени до заключения, неудивительно, что все они думали по этому поводу.       — Я не вижу Джошуа, — нахмурился ведьмак, поводя головой. — Где он?       — Понятия не имею, — Саманта пожала плечами. — Нужно спросить Джо, жди здесь и постарайся никого не убить.       — Не обещаю.       Лафлин крутилась перед зеркалом, всё пытаясь подправить прядку волос или помаду, отточить внешний вид до идеала, когда Сальваторе обогнула Кэролайн и как бы между прочим заняла место рядом. Она обвела глазами потолок, прочертив овал, когда снаружи вдруг зазвенела плавная мелодия и сбила её с мыслей.       — О боже, — шепнула Джо. — О боже, нет.       — О боже, да, — подтолкнула её Кэролайн. — Давай, регистратор уже стоит. И Аларик ждёт тебя.       — Где Джошуа? — вдруг спросила Сэм, пользуясь суматохой. Джозетт судорожно впустила ладонь в причёску и наконец оставила в покое локоны. — Просто интересуюсь.       — Он не приедет, — выдохнула Лафлин. — Он… узнал, что здесь будет Кай, и отказался ехать. Удивительно, что Лив пришла. О господи, я вижу Аларика, нет-нет-нет…       Они вышли из комнаты синхронно — девушка поджала губы и встала справа от Кая, слегка задевая его плечом; гости обернулись и проследили за тем, как Джо берёт под руку какой-то мужчина в годах, очередной близкий семье член клана, и неторопливо ведёт под венец. Умилённые вздохи нестройным хором зазвучали со всех сторон, особенно забавные тем, что половина присутствующих помнила Кая и Джозетт совсем детьми — дебильные традиции обязывали терпеть лицемерие и съезжаться на все праздники, как будто им было дело до чужой свадьбы.       Кэролайн вышла следом, пробираясь к вожделённым первым местам, и едва не зацепилась за Сэм.       — Ты идёшь? — она подхватила её под руку, косясь на Кая.       — Нет, я… постою, — девушка ткнула пальцем в Аларика. — Поправлю бокалы. Иди. Уже начинается, а на тебе съёмка.       Форбс пробурчала что-то невнятное в ответ, но последовала совету и поспешила к незанятым стульям, по дороге вкогтившись в плечо фотографа и утаскивая его за собой. Бонни не оборачивалась, и это было очень хорошей новостью — кажется, единственной хорошей.       У Кая на лице не было ни одной эмоции, которой можно было подобрать название. Джо поднялась на небольшую сцену и сплела свои руки с Алариком, почти перестав дышать, и речь регистратора ровной мелодией разлилась по помещению. Кай не слушал — опустил глаза на Сэм, и она поняла, что редко видит его взгляд таким расфокусированным.       Его отец не пришёл из-за личной неприязни.       — Джошуа не приедет, — выпалила Сэм на одном дыхании. — Он отказался идти на свадьбу. Когда узнал, что ты идёшь.       Ведьмак моргнул и приподнял брови, кивая.       Медленно. От этого он выглядел ещё опаснее, когда она вслушалась в пульс и нашла там умиротворённые ритмы.       А затем мелодия прервалась помехами; пара бокалов в соседнем зале треснула и разбилась, а в воздух всклубился еле слышный запах дыма и горелой пластмассы. Он облокотился на стену, натягивая улыбку на губы и взглядом перемещаясь к сестре, речь которой нагло прервали перебоями техники. Кэролайн вскочила, что-то звонко крикнув остальным, обещая разобраться с колонками после обмена клятвами.       — Сукин сын, — процедил Кай. — Не ставил меня ни во что двадцать два года… — лампочка возле них треснула и осколками посыпалась на землю, погружая кусок потолка в полумрак. — Сослал в тюрьму. Не пришёл на свадьбу дочери из-за меня. Это нужно считать честью?       Он стиснул зубы.       — Что за идиот? Боится увидеть моё лицо и вспомнить десятое мая? Как драматично!       Он запрещал касаться Кая другим и сам боялся. Хрена с два его обнимали, когда сверстников вовсю тискали родители — его даже за руку не брали, отводя до школы, только иногда нагло хватали за рукав и подгоняли, тащили за собой, как какое-то ручное животное. Пока Джозетт видела сны о том, как в будущем станет прилежной ведьмой, его ломало от потребности в магии и выворачивало наизнанку это противное чувство пустоты. Он ей давился, проглатывал куски этой тьмы и постепенно селил её в душе: она там копилась, складывалась в единое целое.       Сэм взяла его руку в свою, и тепло от его пальцев поднялось вверх по предплечью, подступаясь к грудной клетке и окутывая её. Девушка переплела пальцы, пока вокруг трескались лампочки и скрежетали торжественные мелодии, просто касалась, переплетала пальцы и зачем-то улыбалась, почти вытягивая своими касаниями боль. А потом по её щеке вдруг скатилась слеза, и Кай на пару секунд вернулся на землю, прекращая расходовать электричество. Кэролайн вдалеке вознесла руки к потолку, благодаря небеса за починку.       — Ты плачешь… — он произнёс это одновременно вопросом и утверждением. Приглушённым, хриплым голосом, заслоняющим ей все остальные звуки. — Из-за меня?       — Я не плачу, — она запрокинула голову, считая клеточки на потолке шатра.       — Нет, — Кай помешкал. — Я всё видел. Тебе так грустно слышать о моём прошлом, что ты начинаешь рыдать, Сэм? Что это за херня вообще?       Как ему вообще удалось справиться с этим одному, пронести с собой через тюремный мир, обращаться к сестре за помощью и готовиться к встрече с отцом, натягивая фальшивую ехидную улыбку? Он стоял перед ней, пропитанный насквозь всем этим, несколько раз заставлявший уйти её и себя, словно чувства станут его личным мышьяком из тюремного мира, который он разделит с любым, кто вторгнется в его жизнь и заразится его болью.       Кай хотел и не мог вытравить что-то, что даже любовью не было — он мог только догадываться о том, какова она на вкус. Не просто желание, не просто привязанность. Что-то, просто до стиснутых зубов необходимое.       — Часто ты так делаешь? Я имею в виду, грустишь по серийным убийцам? — Кай выдохнул почти обречённо. — Не растрачивай на меня свои слёзы. Это идиотизм.       На самом деле, это было так. Её обращение прошло так суматошно, и она как раз восстанавливалась от болезни, борющейся с вампиризмом в её теле. Сэм не могла не быть чувствительной к другим людям, потому что во время обращения она думала, в основном, о братьях, и иногда это заметно мешало ей. Она умела контролировать себя достаточно хорошо, однако в ней не было навыка отключать сочувствие.       Стёкла снова затрещали.       — Ты можешь это контролировать, — он всё же не выпускал её руку, что прибавило ей смелости.       — Нет, Сэм, я не могу, — последние слова прозвучали очень нагло. — Это всё действует мне на нервы. Во мне по-прежнему магия всего Ковена, а учитывая то, сколько членов были чокнутыми… что будет, если убить Джо? На строчке «и только смерть разлучит нас», что думаешь?       Джо как раз вдохнула для нового потока речи и защебетала свои клятвы. Девушка едва вспомнила о её присутствии. Сэм заскользила ладонью по его шее, большим пальцем приподнимая подбородок и вздёргивая свой.       — Да какая разница? — спросила она нетвёрдым голосом. — Какая разница, что думает твой отец? Он редкостный кусок дерьма, да, но это так неважно. Пусть подавится своей ненавистью и докажет лишний раз, что он слабее тебя. Это ведь он проиграл и испугался, а не ты. Он боится тебя!       Он вдруг рассмеялся.       — Ладно, хорошо, — Кай прикрыл глаза, наполняя лёгкие воздухом и выдыхая его, секунда за секундой останавливая треск и звон стекла отовсюду. Пара бокалов лопнули и осколки отлетели в нескольких ведьм, несущественно ранив их, прежде чем он остановился.       — Просто сфокусируйся на чём-то, кроме злости, — она прижала тыльную сторону ладони к его шее. Ей оставалось догадываться, на чём он захотел поставить фокусную точку.       Очередь невесты говорить «да» наступила, и все притихли, уступая дорогу конечной фразе.       — Да, — выдохнула Джо на заднем плане.       Когда Кай слегка успокоился, его взгляд стал яснее.       — Ты в порядке? — осторожно спросила она.       — Не особо, но плевать, — он помолчал. — Тебе интересна свадьба Джо? Не захочешь свалить с неё? — Кай невинно пожал плечами и сунул обе руки в карманы так, словно ничего не произошло, перемежая улыбку с флиртом. — О, чудненько. В любом случае, тебя никто не спрашивал, только дай поговорить с ней.       Фотограф под чутким руководством Кэролайн заснял момент поцелуя, и после обмена кольцами Джо медленно отошла к краю сцены. Она столкнулась с подошедшим Каем и вдруг втянула голову в плечи, поджимая губы и оглядываясь на Аларика, Ковен, гостей — они заметно напряглись, когда Кай опустил руки на её предплечья. Молча пронизывая опасным взглядом — его почти не изменившееся лицо до жжения в горле напомнило ей девяносто четвёртый год.       Джо не шевелилась, стояла и вглядывалась в лицо человека, который рос вместе с ней абсолютно всегда, который появился на свет несколькими секундами ранее, который теперь казался таким чужим. Одна плоть и кровь, одни глаза: её, внимательные, и его — темнеющие и вызывающие.       Он почти нагло и лениво приблизился к ней, чмокнув в макушку. Без каких-либо чувств, просто поставить точку. Наверное, это вызвало в ней вспышку чего-то знакомого, судя по тому, как по её лицу пробежала тень воспоминаний.       — Будь счастлива, сестрёнка, — бросил он, слегка отстранившись от её лица.       Джо молча кивнула.

***

      — Давай я сброшусь отсюда. Ты будешь собирать мои косточки и плакать, а я вместе со своим кланом буду смотреть на тебя из потустороннего мира и запрещать другим призракам за тобой подглядывать.       — Романтика, — фыркнула Сэм, на всякий случай схватив его за локоть.       Спустя полчаса споров о том, где конкретно стоит скоротать оставшийся вечер, она предложила рассмотреть город с высоты часовни. Каю такое времяпровождение казалось «скучным» и «я не пойду туда, потому что мне это не интересно и у меня нет чувства красоты», но возможность пригрозить своей смертью радовала его больше.       — Ещё раз объясню — я предупреждал тебя, — напомнил Кай. — Ты знала риски.       «Ну да, — мелькнуло в голове. — Пригласи я сюда Лиама, он бы вывел доклад о каждой увиденной на небе звезде, болтал бы про знаки зодиака и заучил бы происхождение моего имени наизусть». Просто какого-то хрена ей был нужен Кай, который самым незаинтересованным взглядом на свете рассматривал уличные пейзажи.       — О, — он вдруг оживился так, что девушка невольно стиснула его локоть. — Не хватайся. Не смотри на меня, как собака на консервы.       — Слишком много запретов, — брякнула она саркастично. — Ты чего хотел?       — Я хотел извиниться, — на его щеках вырисовались ямочки, которые редко проглядывались. — Давно. За то, что ранил тебя.       Сэм повела головой и опустила взгляд на его приоткрытый рот.       — Это не признание в любви, — он отстранился и вдруг посерьёзнел. — Всё, что находилось в моём тюремном мире, принадлежало только мне. Знаешь, единственная отдушина после восемнадцати лет мучений. И всё ещё принадлежит только мне — любая вещь оттуда.       — Что, стащил чужой пейджер? — пошутила она, но ведьмак вскинул руку с таким жестом, словно хотел закрыть ей рот.       — Кое-что другое. Я решил, что это моё по праву, и одолжил у нашей общей подруги Бонни, — он легкомысленно пожал плечами, оставляя протянутую сквозь слова иронию. — Она быстро сдалась в своих поисках. Вообще-то, я просто ждал подходящего момента, но он всё не наступал, и я как-то забыл извиниться перед тобой по-настоящему.       Она мотнула головой, не понимая, к чему он клонит.       — Но оно должно принадлежать не мне, Сэм. Оно должно принадлежать тебе.       По её спине пробежался холодок и заполз на плечи, основываясь у ключиц. В тусклом свете луны и ярких отблесках фонарей его глаза становились ещё ярче, чем обычно. Он опустил взгляд и рассмотрел её из-под полуприкрытых ресниц.       — Сегодня подходящий момент, — Кай запустил ладонь во внутренний карман. — Мне плевать, что ты с ним сделаешь, просто оно теперь твоё.       Оно теперь твоё.       Сэм нахмурилась и вдруг выпрямилась, прикрывая рот ладонью и чувствуя, как сердце колотится под кожей.       — Стой, стой, — выдохнула она, — это же не…       Ком в горле не дал слову вырваться наружу, но Кай закончил за неё. Остальные звуки будто заглохли, притупились и осели позади серым шумом.       — Это лекарство, — Кай остановил на девушке внимательный взгляд голубых глаз. — Это лекарство от вампиризма.