***
В тот момент, когда стражники пришли за Атанасией, она поняла, что ей придется умереть сегодня ночью (если не ради спокойствия отца, то хотя бы ради своего собственного). Стоять перед ним на коленях и слышать, как он называет её девкой, посмевшей околдовать его, причиняло ей огромную боль… саму страшную боль на всём свете. Ужас, который она чувствовала в данный момент, был сильнее всех тех эмоций, которые она испытала, когда Клод чуть не позволил ей утонуть в озере. Услышав, как он приговорил её к смерти, девушка испытала дежавю. Она вспомнила первоначальный финал «Атанасии», которая умерла от рук своего отца в возрасте 18 лет. Принцесса горько усмехнулась… Похоже, ей всё-таки не удалось избежать печальной участи героини новеллы. Однако, даже если смерть неизбежна, девушка твёрдо решила, что жизнь её будет оборвана её же собственными руками. Чтобы избавить отца от лишней боли или, возможно, даже от удовольствия, этой ночью она положит этим мучениям конец! Бешеный стук сердца заглушил поднявшийся после её речи шум. Выбежав из банкетного зала, Атанасия не заметила сожаления, промелькнувшее на лице её отца.***
Забравшись на широкую постель, Атанасия заплакала. Она плакала настолько сильно, что её глаза вмиг опухли. Она не хотела умирать… Она не хотела умирать, зная, что отец её ненавидит. Неужели все эти усилия, все эти годы, доказавшие любовь Клода к Атанасии, с такой лёгкостью были обращены в пепел? Полный ненависти взгляд таких родных глаз причинял девушке дикую боль, буквально разрывая её душу и сердце на маленькие кусочки. В этот момент она могла думать только о тех временах, которые провела с отцом, попивая чай, значивший так много для каждого из них. Атанасия схватилась за грудь в районе сердца, как будто это могло её спасти. Хотелось верить, что сила любви чудесным образом восстановит воспоминания её отца об их драгоценных моментах, но чуда не произошло. Всю ночь Атанасия провела в полном одиночестве, вспоминая своё детство… И в тот самый момент, когда она достала кинжал, подаренный ей Лукасом, и перерезала себе горло, девушка была совсем одна… она умерла покинутой и презираемой собственным отцом.