Глава 3
3 июля 2021 г., 20:16
Старый маг смотрел на него как на идиота, собираясь, похоже, молчать вечно. И Гарри пришлось самому прервать затянувшуюся паузу.
— При всем уважении, сэр, но не могли бы вы соображать побыстрее. Скоро мне придется сменить Гермиону, и времени у меня остается не так много, — немного раздраженно поторопил он. — Мне нужно, чтобы вы передали директору Снейпу, что я хочу с ним встретиться, и как можно скорее.
— А с чего вы вообще взяли, дурной мальчишка, что у директора полно времени, чтобы встречаться с каждым малолетним бездельником? — брюзгливо осведомился старик. — Вы забыли, что вы в розыске, как — «нежелательное лицо номер один»? Как вам в голову пришло самому лезть в пасть пособнику Неназываемого, безрассудный вы мальчишка!
— Однако же, сами вы не считаете себя безрассудным, делясь с директором Снейпом информацией о наших передвижениях и самочувствии, сэр, — с издевкой ответил Гарри и нахмурился. — В общем, передайте ему, что мне теперь известен план Дамблдора и роль Снейпа во всем этом, и я бы хотел с ним поговорить, разумеется без посредников. У брата Дамблдора — Аберфорта, есть зачарованное зеркало Сириуса. Если Снейп посчитает полезной полученную информацию, то пусть свяжется со мной. А нет… справимся без него. Но, уверяю, ему будет небезынтересно узнать правду — Дамблдор не особо с ним откровенничал, и Снейпу, полагаю, надоело играть вслепую. А я пока свяжусь с Аберфортом и расскажу кое-что, чтобы тот не спустил Снейпа с лестницы сразу, и не проклял вдогонку.
— Директору Снейпу! Невоспитанный вы юнец, — огрызнулся старик и неодобрительно покачал головой, без долгих разговоров скрываясь за рамой. Но Гарри уже знал, что Блэк сдался — имя Дамблдора и после смерти обладало силой подчинять других и гасить все возможные возражения.
Остаток дня прошел спокойно, за исключением бурного разговора с Аберфортом — тот не выбирал выражений, доказывая Гарри его идиотизм и безрассудность, и попутно проклиная скрытность и махинации своего брата. Но в конце концов он успокоился, пообещав не сворачивать Снейпу шею и отдать ему зеркало, если тот магической клятвой подтвердит слова Гарри. И прислать Гарри Добби, когда тому понадобится помощь.
После быстрого обеда и сытного ужина Гермиона опять углубилась в книгу сказок, то и дело шурша страницами толстого словаря в надежде найти подсказку, оставленную ей Дамблдором.
Гарри не мешал подруге искать то, чего нет — так она была занята, а ее оживление ни шло ни в какое сравнение с той тоской, что она демонстрировала еще недавно. Сейчас, когда между ними не маячила тень Рона, Гарри казалось, что рыжего придурка и вовсе никогда не было в их жизни, а всегда были только они вдвоем с Гермионой.
Впрочем, она была счастлива и горда, когда нашла в книге доказательства слов Гарри — знак даров. Эта девушка предпочитала проверять и перепроверять любую информацию самолично, если только она не исходила от самого Дамблдора.
И Гарри неожиданно для себя самого, разозлился, хоть и не подал виду. И пусть и утешал себя тем, что такова пытливая натура подруги, не имеющая отношения к нему лично, но на самом деле его злило, что она не доверяет его словам и не может всецело на него положиться. Это каким инфантильным придурком он был раньше, что полностью отдал себя под опеку ровеснице, пусть и самой умной на потоке?
Сейчас его мужское самолюбие было уязвлено этим фактом, и он пообещал себе, что непременно изменит покровительственное отношение Гермионы, чтобы она поняла, что он надежный парень и достоин ее доверия.
***
Снейп связался с ним только через три дня. Ночью, когда Гарри был на дежурстве, из мешочка на шее донесся какой-то звякающий звук, а осколок, что он торопливо нашаривал в темноте и тесноте подарка Хагрида, нагрелся. — Что это еще за возмутительная выходка, вы — безмозглый идиот? — набросился на него Снейп, не дав открыт рот. И Гарри чуть не рассмеялся от облегчения и ностальгии, разглядев в осколке то кривой оскал желтоватых неровных зубов, то хищно вырезанные ноздри с порослью редких черных волосков. Словно ему снова одиннадцать и он опять на уроке зелий, а Снейп привычно кружит вокруг него подобно голодному грифу, выбирая куда клюнуть побольнее. Но потом ему стало резко не до смеха — когда Снейп перешел с оскорблений лично Поттера на его отца, сравнил с Сириусом, поставив их всех в ряд непроходимых тупиц, подвергающих других опасности. — Заткнитесь, сэр, — не выдержал Гарри с холодной злобой, угрожающе прищурившись, и довольно наблюдая, как в осколке показался удивленный, и все еще разозленный взгляд. Следовало бы послать склочного мужика по известному адресу, но Гарри сдержал себя — тот был еще ему нужен. — Простите, сэр, но можно вы перенесете ваши претензии к моей родне и мне лично на более позднее время? Скажем, если мы переживем финальную битву, то вы сможете высказать мне все, что захотите. Обещаю, я все терпеливо выслушаю и даже не буду возражать. — Так что там у вас, Поттер? Вы что-то говорили о Дамблдоре… — помедлив выплюнул Снейп, вернув тону привычную холодную бесстрастность. Увы, Гарри уже не верил его притворству. — Я видел ваши воспоминания, сэр, — начал с козырей Гарри. — Говорить очевидные вещи, полагаю, в вашем стиле, Поттер? — съязвил Снейп. — Не можете сдержаться, чтобы не напомнить о том возмутитель… — Не те, другие, — резко перебил Гарри, без всякого смущения. — Те, где вы дружили с мамой в детстве. И потом, на холме, когда просили Дамблдора ее защитить, пообещав взамен что угодно… — Дамблдор… он показывал их тебе? — задушено прошипел Снейп, и осколок отобразил полу мантии, как будто у мужчины опустились руки. — Нет, сэр, — поторопился объясниться Гарри, испугавшись, что Снейп прервет связь. — Вы сами мне их дали за минуты до того, как умерли там, в Воющей хижине от зубов Нагини. Какое-то время наступила давящая тишина. Но осколок зеркала грел ладонь, а значит, Снейп все еще был там. И Гарри терпеливо ждал, когда мужчина справится с эмоциями. Надо сказать, что и сам Гарри был рад передышке, ведь чувствовал себя не лучше Снейпа — картины ужасной смерти умершего почти у него на руках, пусть и ненавистного учителя и убийцы Дамблдора, как живые встали перед глазами и все не хотели уходить. Возможно потому, что это последнее, как и ряды мертвых обезображенных тел в Большом зале, что ему пришлось увидеть перед собственной смертью. — Поттер, — донесся до него усталый голос. — Я хочу знать все. И не смейте мне лгать — я непременно распознаю ложь, и тогда вы пожалеете что родились на свет. — Я уже давно жалею об этом, сэр, — с нервным смешком огрызнулся Гарри, и начал свой невероятный рассказ. — Вы мне верите? — спросил охрипший парень четверть часа спустя — его торопливое и сбивчивое повествование не заняло много времени. — Не знаю, — неожиданно честно признался его собеседник и в осколке, впервые за все время разговора, когда Гарри рассказывал, а Снейп изредка задавал ему вопросы, показался непроницаемо-черный глаз, смотревший на подростка без привычной неприязни, спокойно и внимательно. — Сначала я предположил, что вы под воздействием наведенных видений Неназываемого, как тогда, перед вашей безумной эскападой в Министерство. Но если бы Лорд знал о той моей встрече с Дамблдором, вернее о моей клятве, то меня бы уже показательно казнили за предательство. Внезапно со стороны Снейпа раздались громкие звуки, как если бы кто-то со всей силой колотил в дверь. — Войдите, — донесся до Гарри приглушенный голос, а зеркало стремительно скрылось в недрах ящика стола, демонстрируя Гарри край пергамента с размашистой витиеватой подписью. — Снейп, эти гриффиндорские щенки снова взялись за свое, — так громко возмущался посетитель, что даже Гарри слышал его настолько хорошо, словно он орал ему в ухо. — Что они опять натворили? — ровно осведомился Снейп, судя по скрипу пера чиркая что-то по пергаменту. — Устроили потоп сточных вод из канализации прямо напротив кабинета Алекто и зачаровали на чары удвоения, да так заковыристо… Стоит применить Финиту, как дерьма становится в два раза больше. Сдается мне, что твое наказание в прошлый раз не показалось им слишком суровым. Нужно было отдать мне этих маленьких мразей, — с таким кровожадным придыханием подытожил мужчина, что Гарри содрогнулся и так стиснул осколок, что порезал ладонь и зашипел боли. — Уверен, после моей науки они бы долго еще не помышляли о шалостях. — Полагаю, Амикус, в школе директор я, — повысив голос на полтона ответил Снейп. Зашуршала ткань, скрипнуло отодвигаемое кресло, словно Снейп поднялся. — Вы уже поймали нарушителей? — Разумеется нет, — огрызнулся его собеседник, цыкнув от досады, и со злобой добавил, — эти крысеныши смылись до того, как была обнаружена протечка. — В таком случае, как ты собираешься выявлять виновных? Поднимешь из кроватей учеников и подвергнешь Круцио всю школу? — осведомился Снейп не скрывая издевки и тон его похолодел. — Хочешь показать всем, что не способен ликвидировать колдовство малолеток, и выставить себя и руководство школы на посмешище? Возможно, Темному Лорду стоит знать, кого он определил на стратегически важную должность. Вероятно, мне следует сообщить Повелителю, что компетенция некоторых преподавателей не соответствует заявленному опыту? Лорд доверил управление школой мне — и пока я тут директор, не потерплю невежества среди персонала, — с откровенной угрозой добавил он. — Черт с тобой, Снейп, — зло выплюнул мужчина, но тут же добавил с откровенным ехидством. — Тогда сам разгребай последствия, раз ты тут главный. — Как всегда — со всех сторон одни пустые слова и угрозы, — огрызнулся Снейп, — а на деле — тащи все сам, никакой помощи. Иди. Я допишу ведомость, приду и разберусь со всем. Послышался тяжелый топот ног, хлопнула дверь, а Снейп снова вернулся в кресло. — Поттер, вы все еще там? — Разумеется, сэр, — тут же откликнулся он, поднося осколок поближе и подсвечивая себе Люмусом, но увидел только изогнутый в усмешке рот. — Вы оставили после себя достойную смену, Поттер, — раздраженно выплюнул мужчина. — Ваши друзья без устали усложняют мне жизнь. — Простите, сэр, — ответил Гарри, словно это и впрямь была его вина. Впрочем, он был рад услышать, что его друзья живы, не пойманы и продолжают борьбу. И тут же вспомнил о Луне. — Сэр, скоро Рождество, я вспомнил — Луну Лавгуд снимут с поезда и поместят в подземелье к Малфоям. Честно говоря, у меня не особо приятные воспоминания об этом месте… Возможно ее как-то предупредить, чтобы она не возвращалась в школу после каникул? И Джинни… они могут схватить ее, чтобы надавить на меня. — Я решу этот вопрос, Поттер, а теперь меня ждут другие дела, — после короткого допроса подытожил Снейп. — О времени, когда мы сможем встретиться, договоримся через сэра Блэка. И не вздумайте больше никого просвещать о нашем сотрудничестве или о моей миссии — Аберфорту крупно повезло, что мы обменялись взаимными клятвами. Неужели до вас до сих пор не дошло, что вашей болтовней вы подвергли риску две жизни? Не говоря уже о своей и мисс Грейнджер? Без моих указаний не смейте больше открывать рот, Поттер. Прощайте, — и мужчина без предупреждения отключил связь.***
Следующая неделя пролетела в один миг. Гарри рассказал Гермионе о местонахождении крестражей. Девушка была взволнована новыми перспективами, без устали сыпала идеями, чертила схемы, рисовала планы. Впервые Рон был забыт, хотя Гарри и слышал иногда ночами тяжелые вздохи подруги, но радовало, что случалось это все реже и реже. Они оба были на подъёме от мысли, что цель уже обозначена, что они теперь не одни, а где-то там, существует взрослый маг, на которого, как они надеялись, можно скинуть большую часть груза. Они стали проводить вместе много времени, азартно строя планы, обсуждая возможности. Гарри не мешал полету воображения подруги, тем более, что в основном был с ней согласен. Их мысли действительно были схожи, хотя Гермиона частенько все усложняла и предпочитала действовать с оглядкой — по плану, в то время, как Гарри привык действовать интуитивно, ничего заранее не просчитывая. Они удивительным образом друг друга дополняли, а гнетущая атмосфера в палатке окончательно испарилась. Осколок подарка Сириуса ожил только в конце недели. — Поттер, пришлите координаты аппарации, — приказал голос Снейпа и тут же ехидно добавил. — Надеюсь, вы не спали на уроках, когда проходили расчеты перемещений? Не хотелось бы безнадежно застрять в стволе дерева. — Не волнуйтесь, сэр, — беззлобно огрызнулся Гарри, — я попрошу Гермиону. В ответ раздался скептический хмык, и связь прервалась. Гермиона, услышав о предстоящей встрече, предложила сменить место стоянки на более защищенное, возле леса, а не посреди поля, как сейчас. И Гарри согласился. — О, это же лес Дин! — огляделся Гарри, узнав знакомые места, и тут же нахмурился от неприятных воспоминаний — здесь снова появился Рон, а потом и егеря… дом Малфоев… — Да, я тут бывала с родителями, — оживленно отозвалась Гермиона, накладывая чары защиты, и напряженно замолчала — не у одного Гарри это место вызывало грустные воспоминания. И Гарри не стал лезть к ней с разговорами. — Гермиона, я бы не хотел, чтобы Снейп аппарировал прямо в палатку, — предупредил Гарри, когда Гермиона засела за расчеты. — Ты ему не доверяешь? — проницательно прищурилась Гермиона. — Не то что бы… — промямлил Гарри. — Просто, я бы предпочел, чтобы ты оставалась в безопасности. Глупо рисковать сразу двоими, когда цели еще не выполнены. — Гарри, ценю твою заботу. Но я уже взрослая девочка и сама могу решать за себя, — холодно ответила подруга. — И запомни — я не буду просто сидеть в безопасности, а собираюсь быть полезной. Иначе — зачем я здесь? — Конечно, конечно, ты права, Гермиона, — торопливо уверил Гарри и попытался оправдаться. — Я не это имел в виду. Просто подумал, что ты смогла бы из укрытия меня страховать, на случай, если Снейп приведет за собой хвост. — Тогда ладно, Гарри, — смягчилась Гермиона и тепло улыбнулась. — Но, если профессор действительно двойной шпион, то он никогда не допустит подобной небрежности. — Ты слишком хорошего мнения об этом злыдне, — недовольно буркнул Гарри, направляясь на кухню, чтобы сделать им чай. Сам он был готов довериться Снейпу, но ему, неожиданно, не понравилось, что Гермиона так всецело ему доверяет, хотя совсем недавно считала его предателем. Этот парадокс не долго занимал его мысли и выветрился без следа с последним съеденным бутербродом, оставив послевкусие досады, едкой, как… ревность, когда он видел Чанг улыбающейся Диггори. Не в смысле, что она предпочла его, но что он сам проигрывает сопернику по всем пунктам. Снейп явился, когда ранние зимние сумерки уже упали на и так темный реликтовый лес. Гарри уже нетерпеливо поджидал его под огромной разлапистой елью, нервно выковыривая носком ботинка вмерзшие в рыжий хвойный опад редкие шишки. Что ни говори, но, даже зная, что Снейп на их стороне, реально доверять ему было трудно. Не потому, что тот предаст, просто он, пользуясь привилегией старшего, непременно захочет, чтобы Гарри следовал его плану. Между тем как сам Гарри, после всего пережитого, не нуждался в руководстве и предпочел бы самому решать, как поступать. От Снейпа ему нужны были умения и знания, а не новый поводок. И он понятия не имел, как провернуть дело таким образом, чтобы уговорить такого сложного человека играть по своим правилам. Всегда бесстрастное или, наоборот, брезгливое выражение на лице мужчины, обычное при виде Гарри, на сей раз отсутствовало. Его гротескное, неестественно белое, похожее на маску лицо, в свете Люмоса как никогда казалось посмертной гримасой, тогда, в хижине. И Гарри поторопился отогнать от себя неприятные видения, напомнившие ему о своей собственной смерти. — Что, сэр, я смотрю, вы вытрясли правду из портрета Дамблдора? — несколько нервно хохотнул Гарри, поеживаясь от того, как неуместно прозвучал в тишине его звенящий от напряжения голос. Даже глухой бы распознал в нем ноты страха и растерянности. Показать себя слабаком перед этим взрослым и сильным мужчиной оказалось невыносимым. И Гарри попытался перевести тему, которую сам же и поднял. — Вы принесли диадему и меч? — спросил он, окидывая Снейпа быстрым взглядом.
