Фрейка

      Сир Доннел Хэй меряет двор нетерпеливыми шагами и, не успеваю я слезть с лошади, бросается ко мне.       — Аликс! Наконец-то! Где ты была?       Обратный путь занял почти весь день. Я устала, проголодалась, отлежала бок на твёрдой земле и меньше всего мне сейчас хочется отвечать на чьи-либо вопросы. Хочу тёплую ванну, чистую одежду и горячий ужин.       — Почему ты не предупредила меня, что уезжаешь? Я возвращаюсь с охоты — а тебя нет! И никто не знает, куда ты уехала!       Ами умеет хранить секреты. Это хорошо.       — Аликс, я жду от тебя ответа.       Доннел явно сердит. В своих мыслях он, наверное, уже воспринимает меня как жену — и отчитывает, как жену. А у меня даже на злость сил не хватает.       — Отвали, Доннел.       Он хватает меня за руку. Я по природе интроверт и не люблю вторжения в своё личное пространство. Учитывая мою усталость и вызванную ей притупленность чувств, и в нормальном-то состоянии не слишком ярко выраженных, Доннел для меня сейчас не столько живой человек, сколько неодушевлённый объект, препятствие на моём пути.       Свободной рукой я даю ему пощёчину.       Вокруг становится очень тихо. Все с любопытством следят за разгорающимся скандалом.       — Аликс, я не понимаю…       — Прочь с дороги.       Глядя прямо перед собой, я пересекаю двор и исчезаю внутри замка. Ошеломлённый Доннел остаётся торчать посреди двора.

***

      Два часа спустя чистая, сытая и расслабленная я сижу за столом в большом чертоге Близнецов. Тарелки уже убраны; под столом собаки доедают кости; на столе пляшет Динь-Дон. Лорд Уолдер восседает во главе стола на деревянном резном троне. Дедушка притворяется спящим, но время от времени морщинистые веки приподнимаются, и подслеповатые глаза старика оглядывают его многочисленное потомство. Меррет лежит на лавке пьяный. Толстая Уолда ест мясной пирог. Чёрный Уолдер о чём-то шепчется с женой своего младшего брата, Милендой Карон. Ей уже за тридцать, но её мужу, Петиру по прозвищу Прыщ, всего семнадцать. Жена открыто его презирает и спит с его старшим братом. Свою дочь Перру она родила не от Петира, а от Чёрного Уолдера. Все, включая обманутого мужа, об этом знают, но предпочитают помалкивать: Чёрный Уолдер — умелый воин, известный своим грубым и жестоким нравом.       Алесандер, мой старший брат, сидит рядом со мной и рассеянно перебирает струны арфы. Мой брат — лучший певец в Близнецах. Он смотрит на Уолдера и Миленду, держащихся за руки, и по его губам пробегает лукавая усмешка. Арфа издаёт тонкий звук.       — Аликс, давай споём, — шепчет он. — «Снял король корону, королева — башмачок». Я буду играть и петь, ты — подпевать. Слова ты знаешь.       Вот влипла! Слов-то я как раз и не знаю. В книгах Мартина упоминается множество разных песен, но текст приводится только у двух: «Медведь и прекрасная дева» и «Рейны из Кастамере». А ведь девушке из благородной семьи полагается знать как минимум дюжину. Ещё один пробел в образовании, который мне предстоит заполнить.       Чтобы потянуть время, я беру со стола чашу с вином и медленно пью. Арборское золотое, сладкое как поцелуй.       И тут, очень кстати, в чертоге появляются гости.       Их двое. Первый, одетый во всё чёрное, грязен и нечёсан, одно плечо выше другого. Макушка второго приходится первому по пояс, поэтому сначала я приняла его за ребёнка — но это никакой не ребёнок. Большая уродливая голова, несоразмерно маленькое туловище, коротенькие ножки, светлые волосы и острый взгляд. Тирион Ланнистер, собственной персоной.       — Лучше «Рейны из Кастамере», — я показываю рукой с чашей в сторону входа. — В честь нашего гостя.       Алесандер понимающе кивает и ударяет по струнам.       С чего бы мне, сказал тот лорд, склоняться пред тобой?       На стяге твоём — такой же кот, лишь только цвет другой.       Тирион морщится. Он не любит отца и не любит песню, сложенную в честь него. Только мне-то что за дело? Сейчас для меня главное не спалиться, а угождать карлику я не нанималась.       Хоть алый лев, хоть лев златой — важней длина когтей.       Не верю я, что коготь твой острее и прочней.       Как Тирион оказался в Близнецах? Ни в сериале, ни в книгах такого не было. Но болотной ведьмы в книгах тоже не было — однако она существует. Даже самая толстая книга не в силах вместить целый мир. Часть деталей неизбежно остаётся за кадром. Тирион возвращается со Стены в столицу, Близнецы находятся по пути — почему бы и не заглянуть на огонёк?       Так он сказал, так он сказал, из Кастамере лорд       Теперь лишь дождь в пустынный зал по лорду слёзы льёт.       Теперь лишь дождь в пустынный зал по лорду слёзы льёт.       Тирион подходит ко мне.       — У вас прелестный голос, миледи. Но прошу вас: больше никогда в моём присутствии не пойте эту песню. Уж лучше я буду слушать про повара-крысу, чем про славные деяния моего отца.       Аааааа!!! Один из главных персонажей всей саги разговаривает со мной! Что сказать ему, что? Мои слова могут повлиять очень на многое, я могу предупредить Тириона о грядущем аресте, или рассказать про драконов, или…       Тирион молча смотрит на меня.       — Как вам угодно, милорд.       Тирион уходит.       Всё. Момент упущен.

***

      Светлая Уолда догоняет меня у выхода из зала.       — Аликс, нам надо поговорить.       При первой нашей встрече я ненамеренно обидела её, так что этот разговор ожидаем.       — Хорошо. Пойдём ко мне?       Уолда кивает. Мы поднимаемся по винтовой лестнице, затем идём по коридору. Я открываю дверь ключом и сажусь на стул у окна. Уолда садится на кровать.       — Я тебя слушаю.       Уолда вздыхает. Мне приходит в голову, что я, наверное, повела себя слишком отстранённо, и только усугубила ситуацию. Если Уолда и Аликс близкие подруги, мне следовало проявить к ней больше теплоты. А если нет? Если моё неуместное дружелюбие удивит и испугает её? Как же это всё-таки неудобно, не иметь доступа к памяти Аликс!       Картина проясняется, когда Уолда начинает говорить.       — У тебя появились от меня секреты, — её тон обвиняющий. — Три дня назад ты сказала мне, что это не моё дело, знать куда ты идёшь. Затем ты уехала на два дня, и опять ничего мне не сказала! Ты порвала с Доннелом, но я узнаю об этом от слуг! Мы что, больше не подруги?       Что тут можно сказать? Знаешь, Уолда, я не Аликс. Я Лена, человек из другого мира. Я заняла тело Аликс три дня назад и только сейчас узнала, что она твоя подруга.       — Прости. Я… у меня было очень важное дело.       — Какое?       Если я не отвечу, наши отношения будут безнадёжно испорчены. Ами не выдала моего секрета, а ведь она, в отличие от Уолды, не считает себя моей подругой.       — Я ездила к ведьме за приворотным зельем.       — Серьёзно? Ух ты. Ничего себе! И как? Нашла ведьму? Зелье у тебя?       — Ага, — я показываю пузырёк.       — И ты, конечно, не скажешь, для кого оно предназначено.       — Не скажу.       Уолда встаёт с кровати и подходит ко мне. Приобнимает за шею. Её длинные волосы щекочут мне лицо. У неё приятный запах.       — Давай сегодня поспим вместе.       В первую секунду мне кажется, что я ослышалась. Но уже во вторую секунду я вспоминаю, что в Вестеросе знатные девушки частенько спят под одним одеялом, и это совсем не обязательно означает секс. Просто в больших каменных замках бывает холодно, вот девушки и согревают друг дружку подобным образом. Болтают о мужчинах, делятся секретами… и иногда действительно занимаются сексом. В этом отношении средневековье на удивление толерантно. Серьёзные кары предусмотрены лишь за измену мужу с другим мужчиной (потому что это ставит под сомнение происхождение детей и права на наследство, то есть речь идёт о больших деньгах и большой власти), но если девушки балуются друг с дружкой, никому до этого дела нет. Такие отношения воспринимаются как нечто заведомо несерьёзное, Серсея с Таэной или Дейнерис с Ирри хороший тому пример.       Не знаю, это ли Уолда имела в виду, или ей просто хотелось вытянуть из меня информацию, но соглашаться в любом случае не стоит.       — Спасибо, но нет. Я устала с дороги и…       — Всё нормально. Я понимаю.       Пропустив напоследок мои волосы между пальцев, Уолда отстраняется. Глаза весёлые. Не обиделась.       — Мир? — я протягиваю ей руку.       — Мир.       Уолда уходит, и я с облегчением выдыхаю. Уф. Не ожидала такого. Ну то есть чисто теоретически я наверное могла бы быть и не против, но я просто к такому не готова. Не с ней и не сейчас.

***

      Два месяца пролетели очень быстро.       Доннел покинул Близнецы на следующий день после разрыва со мной. Неделю спустя Амарею поймали на сеновале с тремя конюхами; лорд Уолдер поспешно выдал её за межевого рыцаря. Меррет, отец невесты, от расстройства напился в стельку, но сама Ами особо расстроенной не выглядела. Уезжая с сиром Пейтом, она казалась радостной и весёлой. Я её понимала. Засиделась девушка в родительском доме, а ведь хочется посмотреть мир, людей повидать и себя показать. Долго её замужество все равно не продлится: Гора убьёт сира Пейта, и весёлая вдовушка Ами вернётся в Близнецы. Если у меня с Роббом всё получится, я постараюсь найти ей нового мужа — должна же я как-то отблагодарить её за помощь.       Я упорно тренировалась в плавании, и ко времени смерти короля Роберта уже спокойно переплывала Зелёный Зубец. Выучила пару десятков песен, попросив Алесандера спеть их для меня, чтобы потом мы могли петь их вместе. Брат немного удивился, но больше обрадовался, видимо Аликс не так уж часто баловала его своим вниманием. Я также попросила его научить меня игре на арфе, но тут меня ждало фиаско. Не всем дано быть музыкантами. Из меня разве что барабанщик выйдет.       В один из последних дней 298 года лорд Уолдер собрал всё своё семейство в большом зале. Рядом с дедом стоит его новая жена, семнадцатилетняя Жойез Эренфорд. Свадьбу сыграли месяц назад, в день девяностолетия жениха. Разговаривая с нами, старый хрыч то и дело поглядывает на молодую жену масляными глазками.       Силён дед, силён. Большинство мужчин могут только мечтать о такой потенции.       — Наш славный сюзерен, благородный лорд Хостер Талли, — голос лорда Уолдера прямо-таки сочится ядом, — посчитавший ниже своего достоинства приехать на мою свадьбу, просит меня о помощи. Ланнистеры вторглись в его земли. Их армии разоряют его деревни, убивают его крестьян и сжигают его поля. Тут-то он и вспомнил о Запоздалом лорде Фрее. Он сам дал мне такую кличку — за то, что я опоздал к битве на Трезубце. — Старик пожевал губами. — Что скажете, мои дети, внуки и правнуки? Должен ли я ответить на зов своего сюзерена?       Все Фреи молчат. Никто не хочет высказываться первым. Наконец Лотар Хромой делает шаг вперёд.       — Ни в коем случае, отец. Форели не тягаться со львом. Не забывайте, что один из ваших сыновей женат на сестре лорда Тайвина. Союз с Утёсом послужит нам лучше, чем союз с Риверраном.       — Так, так. А что скажут другие лорды, ты подумал? Они скажут, что Фреи нарушили свою вассальную клятву и поэтому нам нельзя доверять.       — Значит, мы должны сдержать клятву! — горячо вскрикивает Оливар.       — Молчи, дурак, — одёргивает его сир Джаред. — У Ланнистеров сорок тысяч мечей, а у Талли вдвое меньше. Наши четыре тысячи ничем не помогут Риверрану и только погибнут зря.       — Однако на помощь Талли могут прийти Старки, — замечает сир Хостин. — Робб Старк собирает войско в Винтерфелле и скоро должен выступить на юг.       — Вряд ли зелёный мальчишка сможет что-то противопоставить сиру Джейме и лорду Тайвину, — возражает Лотар.       — Я думаю, мы должны собрать войско, — говорит сир Стеврон, наследник. — Но не будем слишком торопиться. Посмотрим, как повернётся ситуация. Если Ланнистеры быстро победят, мы скажем, что просто не успели прийти Талли на помощь. Мы сохраним свои силы, и никто не сможет обвинить нас в нарушении вассальной присяги. Если же Талли со Старками дадут Ланнистерам достойный отпор — вот тогда мы к ним и присоединимся.       Лорд Уолдер хлопает в ладоши.       — Вот правильный ответ! Учитесь, идиоты, как должен поступать мудрый лорд!

***

      Разумеется, старый хорёк был прав. Не прошло и двух недель со дня совета, как в Близнецы пришло известие о битве под Риверраном. Джейме Ланнистер нанёс речным лордам сокрушительное поражение. Эдмар Талли попал в плен, остатки речного войска во главе с Титосом Блэквудом укрылись за стенами крепости. Началась осада. Старки тем временем всё ещё находились в пути.       Близнецы спешно укрепляются. Всё больше солдат прибывает в замок, башни щетинятся скорпионами и баллистами, котлы со смолой и с кипятком стоят наготове. Амбары ломятся от зерна, солонины, репы с луком и других долгохранящихся продуктов. Сир Бенфри хвастается, что Близнецы выдержат три года осады. А штурм обойдётся и Ланнистерам, и Старкам очень дорого.       Девиз Фреев — «Стоим плечом к плечу!». Чем дольше живу в Близнецах, тем больше проникаюсь его смыслом. Какие бы разногласия ни были между членами семьи, против чужаков мы выступаем единым фронтом. По крайней мере пока жив лорд Уолдер и его старший сын Стеврон. Но Стеврону наследует Риман — злобный, тупой и никудышный. Сыновья Римана не намного лучше. Старший, Эдвин, хоть и поумнее отца, плохой воин, и при этом враждует со средним, Уолдером Чёрным — а вот он как раз воин хороший. И не слишком обременённый моралью. Он вполне способен убить брата ради наследства, кажется, Эдвин даже высказывал подобные опасения в каноне. Если Уолдер Чёрный погибнет, следующий в очереди Петир Прыщ. Затем идёт брат Римана Уолтон (Уолда Светлая — его дочь), потом сыновья Уолтона Стеффон Сладкий и Брайан, далее — брат Стеврона Эммон и его сыновья от Дженны Ланнистер.       Кто за кем стоит в очереди на наследство — одна из самых популярных тем разговоров в Близнецах. Во всяком случае, среди мужчин. Девушек больше волнует удачное замужество. Война волнует всех.       Фреи пока что придерживаются нейтралитета. Наши парни поймали и повесили пару ланнистерских разведчиков из отряда Аддама Марбранда, этим дело и ограничилось. Осторожность лорда Уолдера оказалась не лишней. Я даже начала по-своему уважать его. Мелочный и злопамятный, он тем не менее искренне заботится о своей семье.       Хотя одну ошибку старик всё-таки совершил, точнее, вот-вот совершит. Он поверит слову Робба Старка и отправит своих людей на войну — войну, которую Робб проиграл исключительно по собственной глупости. Верил тем, кому верить нельзя, нарушал данное слово, казнил верных вассалов и позволял родственникам отпускать на свободу врагов. Конец немного предсказуем. Красная Свадьба ужасна, но неожиданной её никак не назовёшь.       Я здесь для того, чтобы этого не случилось.       Утром третьего дня второго месяца 299 года часовые на башнях восточного замка заметили передовые разъезды северян. Запасная одежда и узелок с полотенцем, зеркальцем и приворотным зельем уже давно приготовлены; подходящий камень, в расщелине которого можно всё это спрятать, давно найден. Вечером я прячу вещи в тайник и возвращаюсь в свою комнату. Основные силы северян подойдут к замку уже завтра. Либо я смогу осуществить свой план и изменю ход истории, либо меня постигнет неудача, события пойдут по прежней колее, а я так и останусь посторонним наблюдателем. Всё решится завтра.       Это будет самая долгая ночь в моей жизни.