Фрейка

      У стен Рва Кейлин Робб потерял четверть войска. Убит наследник Большого Джона Амбера, маленький Джон; убита леди Мейдж Мормонт; дядя Хостин ранен стрелой в руку. Если бы не предпринятый Роббом обходной маневр, островитяне наверняка бы отбились. Пока одна часть армии отвлекала внимание врага лобовой атакой, вторая скрытно обошла крепость по болотам и, соединившись с войском сира Родрика, ударила по защитникам Рва с тыла. Железнорождённые дрались отчаянно и полегли все до единого, но забрали с собой втрое больше северян. Нам ещё повезло, что гарнизон во Рву был неполный: половина людей уплыла с Виктарионом на вече.       О смерти Бейлона Грейджоя мы узнали ещё в Близнецах. Армия Робба готовилась к походу на Ров, когда из Сигарда прискакал отряд, доставивший важного свидетеля: капитана торгового судна, прибывшего из Лордпорта с новостями. Король Железных островов разбился насмерть, упав с подвесного моста. Его брат Эурон, вернувшийся из долгого изгнания на следующий же день, занял Морской Трон. Виктарион и Аша не смирятся с этим, сказала я Роббу, кракены сцепятся между собой и им станет не до нас. Робба это заметно обрадовало.       Я с сыном ехала в карете в арьегарде, и добралась до Рва Кейлин, когда всё уже закончилось. Вороны слетались на трупы островитян — своих северяне похоронили. Свежих могил так много… но иного выхода не было. Не взяв Ров Кейлин, Робб не мог вернуться на Север, а оставаться в Речных землях означало увязнуть в борьбе с Ланнистерами, отдав Север на разграбление железнорождённым. Сейчас же ситуация коренным образом изменилась. Хотя Роббу ещё предстоит отбить Темнолесье и Торрхенов Удел (Дагмер Щербатый всё-таки взял его), мёртвая хватка островитян на горле королевства исчезла. Главное щупальце кракена отрублено. Король вернулся домой.       О смерти Джоффри мы узнали уже вблизи Винтерфелла, когда остановились переночевать в замке Сервинов. «Ну и ну», — сказал Робб растерянно. — «Я бы поблагодарил Беса, не будь он замешан в покушении на моего брата». Я уже говорила, что муж и свекровь до сих пор верят в ложь Мизинца про кинжал?       Молодой Клей Сервин, ставший лордом после того как его отец умер от ран в Харренхолле, принимает нас со всей учтивостью. На столы в большом зале подают медовуху, эль, баранину; играет музыка, атмосфера весёлая и непринуждённая. Все северяне радуются возвращению домой.       Хотя вернуться удалось не всем. Помимо множества простых бойцов, погибли трое Карстарков, оба Хорнвуда, старший Сервин, маленький Джон и леди Мейдж. Замки Гловеров и Толхартов захвачены железнорождёнными. Владения большинства речных лордов разграблены Ланнистерами.       Фреи по сравнению с другими потеряли меньше, а приобрели больше. Ни один мой родич не погиб, наши земли не подверглись разорению, мы заключили три удачных союза и на данный момент являемся сильнейшим домом Трезубца. В королевстве мы вторые после Старков, в крайнем случае третьи после Старков и Мандерли. Четвёртыми будут Болтоны. Они и Мандерли пострадали меньше других северян, а Мандерли, пожалуй, в итоге даже выиграли — теперь, когда Север стал независимым, значение Белой Гавани как главного порта страны возросло. Вдобавок лорд Виман строит военный флот и обзавёлся монетным двором. Я хмурюсь.       Земли Хорнвудов не должны достаться Виману Мандерли или Русе Болтону. И Рамси. Рамси надо обязательно казнить.

***

      С утра Робб бодр и весел. Боги милостивы, говорит он. Все мы живы и здоровы, а Джоффри получил по заслугам. Поход на юг удался. Я возвращаюсь в Винтерфелл с замечательной женой и замечательным маленьким сыном, мои сёстры со мной, и я вот-вот обниму младших братьев. Отца я похороню в крипте, как и следует. А с железнорождёнными скоро будет покончено.       Мы проезжаем широкие ворота Винтерфелла и спешиваемся во дворе замка. Маленький серый мейстер спешит нам навстречу.       — Ваше величество! Ваше величество!       — Что такое, мейстер Лювин?       — Утром прилетел ворон из Чёрного замка. Одичалые перелезли через Стену, сожгли Кротовый городок и напали на замок с юга. Дозорные не ждали атаки с этой стороны и не успели подготовиться…       — Чёрный замок пал?       — Увы. Мейстер Эймон исполнил свой долг до конца и отправил это письмо, когда одичалые уже ломились в дверь.       — А Джон?       — Его там не было, ваше величество. Восемь месяцев назад он отправился на разведку за Стену и до сих пор не вернулся.       Робб молчит, на его скулах играют желваки. Выдержав приличествующую паузу, Лювин добавляет:       — В письме сказано, что напавший на Чёрный замок отряд — лишь авангард огромной армии одичалых, которую Манс-Разбойник ведёт к Стене. Если замок захвачен и ворота открыты… вашему величеству нужно как можно быстрее спешить туда.       — Как это Старый Медведь так сплоховал?       — Лорд-командующий Мормонт мёртв, ваше величество. Он повёл за Стену триста человек, в том числе и Джона, а вернулась лишь дюжина.       Робб вытаскивает Лёд из ножен.       — Я не позволю одичалым грабить моё королевство! Мать, Аликс, сёстры — вы остаётесь в Винтерфелле, а я немедленно…       Я мягко касаюсь его руки.       — Подожди хотя бы до завтра. До Стены две недели пути, один день ничего не значит. Твои братья так долго тебя ждали… и нам ещё предстоит похоронить твоего отца.       И казнить Рамси, но, наверное, сейчас Робб не захочет о нём слышать.       Робб нехотя кивает и убирает меч в ножны.       — Ты права, Аликс. Права как всегда. Разберись тут пока с делами, а мне нужно помолиться. О своём отце… и о своём брате.       Робб уходит в богорощу. Он ещё надеется, но я знаю точно: Джон мёртв. Я поняла это после первых же слов мейстера Лювина. Отряд одичалых, напавший на Чёрный замок — тот самый, в котором Джон был шпионом. Если нападение оказалось успешным, значит, Джон погиб.       Проклятый эффект бабочки. Не дав Теону захватить Винтерфелл, я помешала путешествию Брана к Стене, поэтому встреча Джона с Лето так и не состоялась. Без помощи лютоволка Джон не сумел сбежать от одичалых, и они его прикончили.       Кто убил его, интересно? Магнар теннов? Игритт? Мне почему-то хочется, чтобы это была Игритт. В смерти от руки любимой женщины есть нечто романтическое.

***

      Робб вернулся только вечером. Я успела принять ванну, переодеться, покормить сына, поговорить с двумя Уолдерами (оба держались очень почтительно и заверили меня, что у них всё хорошо), пообедать с Сансой, убедиться, что слуги правильно разложили все мои вещи, и уложить сына спать. Кости лорда Эддарда заняли подобающее им место. Робб, так и не снявший походного доспеха, пришёл в мою спальню и с полминуты молча смотрел на меня.       — Завтра утром я уезжаю.       Я рассматриваю его лицо. Мы расстаёмся, опять. Когда я увижу его снова?       — Я буду ждать тебя.       Робб вздыхает.       — Боюсь, это надолго. Когда я разгромлю одичалых и верну Чёрный замок Дозору, я поеду освобождать Темнолесье, а потом Торрхенов Удел. С кракенами в моём королевстве пора покончить.       — А что будет, когда ты с ними покончишь?       — Тогда я вернусь домой. Не раньше. Я слишком долго пробыл на юге, а Север тем временем подвергся множеству опасностей. Больше я такого не допущу.       — Ты король. Ты не обязан делать всё сам.       — Некоторые вещи король должен делать сам. Вести людей в бой, исполнять вынесенный приговор…       Он всё ещё переживает из-за Карстарка.       — А править?       — Править от моего имени будешь ты. Ты давала мне хорошие советы и принимала верные решения там, где мой дядя Эдмар ошибался. Лорды тебя уважают.       — Ты успел обсудить это с лордами?       — Только с двумя. Русе Болтон очень высокого о тебе мнения. Джон Амбер сказал, что если ты поладила с Серым Ветром, то и он готов с тобой поладить. Виман Мандерли, когда узнает, тоже не станет возражать. Ты в хороших отношениях с его сыном.       Сир Вендел Мандерли задержался в Близнецах, чтобы провести больше времени с Толстой Уолдой. На прошлой неделе мы получили ворона с известием о готовящейся свадьбе.       — Надеюсь, ты быстро победишь всех врагов и вернёшься домой.       — Береги нашего сына, Аликс.       Робб быстро целует меня в щёку и уходит.       Настоящая жена Робба это его меч, вновь вспоминаю я фразу из канона. Ну да. Так оно и есть.

***

      Управлять королевством оказалось не так сложно, как я боялась. Ненамного сложнее, чем управлять замком. Выслушиваешь жалобы, разрешаешь конфликты, распоряжаешься деньгами — только вместо слуг тебе жалуются лорды, а к суммам надо прибавить пару нулей.       Первым делом я приказала восстановить укрепления Рва Кейлин. Север триста лет был частью Семи Королевств, и за это время неиспользуемая крепость сильно обветшала. Я отправила туда шестьсот строителей под охраной ста солдат. Три уцелевшие башни следует починить, соединить стеной, сделать двойные стальные ворота и расчистить ров. Надеюсь, хотя бы половину работы удастся завершить до снегопадов.       Второе важное дело — наладить отношения с Браавосом. У них огромный флот, что означает постоянную потребность в древесине для строительства кораблей. Леса на Севере хватает, вдобавок мы можем поставлять пеньку для канатов и смолу для обработки корпусов. Заключив торговое соглашение и организовав регулярные поставки, я убью двух зайцев: обеспечу постоянный приток денег в казну и сделаю Морского Владыку заинтересованным в существовании независимого Севера. Что значительно увеличивает вероятность его помощи в случае конфликта с Железным Троном.       Послами в Браавос я назначила своего кузена Рейгара, своего отца Саймонда (пускай повидается с младшим сыном) и Вилиса Мандерли — ведь вся торговля будет идти через Белую Гавань.       Строители и послы отправились в путь, и я занялась турниром.       Мейстер Лювин разослал воронов с приглашениями. Ожидается участие Фреев, Маллистеров, Мандерли и нескольких гостей из Долины. Северяне на первом винтерфелльском турнире будут в меньшинстве, ведь вера в Старых Богов не предусматривает рыцарских обетов. Старый сир Родрик — одно из немногих исключений. Он изъявил желание выехать на ристалище в последний раз («Не знаю, переживу ли я эту зиму», — сказал он за общим столом). Для Бриенны этот турнир будет вторым. Северяне, благодаря примеру Мормонтов, не имеют предубеждений против женщин-воинов, поэтому публика не будет настроена к ней враждебно, как на турнире у Ренли.       До турнира, впрочем, ещё далеко. Хозяева должны всё подготовить, гостям надо собраться в дорогу и проделать немалый (особенно для тех, кто не с Севера) путь. Так что я перешла к следующему пункту: к своей короне.       Тонкий золотой обруч, сделанный для меня в Риверране по приказу Робба, изящен и красив, но недостаточно внушителен. Корона королевы Севера должна быть холодной и величественной, как и её королевство. Серебро, сапфиры и бриллианты. Сочетание цветов будет напоминать герб Фреев, а сама корона будет похожа на большую искрящуюся снежинку. Я приобрела у купцов материалы, объяснила Миккену, что хочу в итоге получить, и кузнец Винтерфелла принялся за дело.       Миккену помогает Джендри. В Королевской Гавани он был учеником у Тобхо Мотта, мастера-оружейника, изготавливающего вычурные и дорогие доспехи для знати с украшениями из золота и драгоценных камней. Так что с ювелирным делом Джендри должен быть хотя бы немного знаком. Я заметила, что Арья частенько крутится рядом с кузницей: то принесёт Джендри поесть, то помогает раздувать в горне огонь, то просто болтает. Кейтилин явно недовольна компанией младшей дочери, но не вмешивается, то ли из-за занятости другими делами, то ли потому, что знает упрямый характер Арьи и понимает, что запреты её только разозлят.       Санса тоже недовольна сестрой.       — Арья просто ужасна! Она позорит всех нас. Принцесса не должна опускаться до уровня кузнеца.       Санса лежит на моей кровати и кушает тортик. С лимонными пирожными она уже покончила. Платье, которое мы вместе сшили в Риверране, плотно облегает её фигуру, подчёркивая все соблазнительные округлости.       Я сижу за письменным столом и разбираю счета, которые мне принёс мейстер Лювин. Сначала он по старой привычке хотел отнести их Кейтилин, но я напомнила ему, что Робб доверил управление королевством мне, а не своей матери. У свекрови и так хватает забот с младшими детьми. Арья заботится о себе сама, а о Сансе забочусь я.       После отъезда Робба мы сблизились ещё сильнее. Я помогаю ей одеваться, расчёсываю её волосы, вожу её за ручку. Далеко Санса не ходит: только в пределах замка, даже во двор не спускается — там же грязь, шум, суета, Арья! Гораздо лучше проводить время в компании королевы. Иногда Санса играет мне на арфе, но чаще просто лежит, ест и болтает. А я слушаю.       — Лучше бы моей сестрой была ты. Ты разбираешься в музыке, в платьях, ты такая внимательная и заботливая! Роббу очень повезло с женой.       — Не уверена, что он это ценит.       — Тогда он просто дурак! Знаешь, Аликс, мне немного стыдно за мою семью. Они все такие… неотёсанные. Мы с тобой единственные настоящие леди в этом замке.       — А твоя мама?       — Мама меня ругает. Она говорит, что я толстею.       Да, и мне это нравится. С её высоким ростом полнота смотрится очень гармонично. Худая Санса выглядела бы ужасно, как тощая швабра. Худеть ей я не позволю!       — Ерунда. Ты очень красивая.       — Я еле влезла в платье!       — Оно просто село после стирки.       — Ну не знаааю, — с сомнением тянет Санса. — А остальные платья тоже сели?       — Вполне возможно. Их же все вместе стирали, когда мы приехали сюда.       — Наверное, ты права, — кивает Санса. Доев последний кусок торта и облизав пальчики, она устраивается на кровати поудобнее. — Аликс, ты не возражаешь, если я тут вздремну?       — Конечно не возражаю, дорогая. Спи.

***

      Миккен закончил работу за неделю. Я любовалась короной перед зеркалом, когда мейстер Лювин принёс мне письмо от мужа.       Робб разбил Манса в сражении у Стены. Чёрный замок освобождён, орда одичалых рассеялась, но проблемы Дозора на этом не закончились. Многое надо отремонтировать, как всегда не хватает людей и припасов, а самое главное — нет лорда-командующего. По традиции командира Дозора выбирают на всеобщем тайном голосовании (удивительный пример демократии в насквозь феодальном Вестеросе). Голосуют раз в день, до тех пор, пока один из кандидатов не наберёт двух третей голосов. Тройка лидеров на данный момент: командующий Сумеречной Башней сир Денис Маллистер, командующий Восточным Дозором-у-Моря Коттер Пайк и бывший командующий золотыми плащами Янос Слинт. Робб останется в Чёрном замке до окончания выборов.       Робб не написал, кому из кандидатов он отдаёт предпочтение, но Яноса Слинта можно исключить сразу. Коттер Пайк тоже так себе вариант. Боец он храбрый, но дипломат никакой. Работа командира требует умения договариваться с самыми разными людьми, вот почему культурный и воспитанный сир Денис подойдёт на эту должность гораздо лучше.       Выяснилась судьба Джона. Пленный из отряда магнара сказал, что «ворону» зарезала его любовница. Отказавшись убить местного жителя, Джон провалил испытание на верность, попытался сбежать и был схвачен. Магнар хотел подвергнуть его пытке, но Игритт подарила любовнику быструю смерть. Сама она выжила — ей удалось удрать за Стену вместе с Тормундом, Варамиром и ещё несколькими вождями одичалых. Магнар теннов пал в бою, Манс попал в плен. Робб, не долго думая, казнил его за дезертирство. Ведь много лет назад этот Король за Стеной был обычным дозорным.       Победу Робба над Мансом в Винтерфелле отмечают очередным пиром.       Я сижу за высоким столом в центре. Санса и Уолдеры слева от меня, Кейтилин и её сыновья справа. Арья пировать отказалась, так её расстроило известие о гибели Джона. Санса если и огорчилась, то не слишком сильно. А Кейтилин едва скрывает радость.       По примеру Робба я передаю приносимые слугами блюда ниже, в знак своего расположения. Бриенна, сир Родрик, трое моих дядей — сир Хостин, сир Первин и сир Джаред — получают каждый по тарелке. Не забываю и о Сансе.       — Попробуй мясной пирог, дорогая.       Санса бросает осторожный взгляд на мать.       — Право, Аликс, я не знаю…       — Это пир, дорогая. Ты обидишь гостей, если не будешь есть, люди подумают, что сестра короля не рада их обществу.       — Ну разве что кусочек…       Я с энтузиазмом киваю, отлично зная, что за одним кусочком последует и второй, и третий, и четвёртый. Затем идут груши в меду («попробуй, дорогая, очень вкусно»), тыквенная каша («ну хотя бы ложечку, дорогая»), печёные яблоки с сыром («угощайся, дорогая»), лимонные пирожные (тут и уговаривать не надо).       Сама я ем мало и больше наблюдаю за окружающими. Всего в зале человек тридцать. Немного, но стоит учесть, что большая часть войска отправилась с Роббом на Стену и сейчас опустошает кладовые Чёрного замка. А в Винтерфелле получился ужин в почти что семейном кругу: Старки, Фреи и несколько приближённых людей. Рикон перелез через Брана и вцепился в мамину юбку. С тех пор, как Кейтилин вернулась в Винтерфелл, младший сын от неё почти не отходит — боится, что мама снова куда-то уедет.       Жаль, что я не могу так же вцепиться в Робба и притащить его сюда. Помимо опасений за мужа, мне тупо не хватает секса. В Риверране я жила без этого несколько месяцев, но тогда я была беременна и мне не больно-то и хотелось. А сейчас хочется.       Заводить любовника слишком опасно. Мужчины обожают хвастаться своими победами; это огромный риск и страшный удар по репутации в случае разоблачения. Да и залететь можно. Лунный чай это конечно выход, но этот выход чреват проблемами с рождением детей в будущем. Мне такого не надо.       Гораздо лучше будет завести любовницу. Женские секреты останутся между нами, никто ничего не узнает, а если узнает, то не осудит. Я не первая знатная дама, развлекающаяся подобным образом. Я могу приблизить к себе служанку, или… или я могу набраться храбрости и наконец-то осуществить свою мечту.       Санса удивительно похорошела в последнее время. Высокая, со вкусом одетая, приятно пахнущая, с такими изящными пальчиками, с такими хорошенькими щёчками, с такими манящими губками… почему она так тяжело дышит?       — Дорогая, ты хорошо себя чувствуешь?       — Оххх, Аликс, я так объелась! Я сейчас лопну!       Ах ты моя пухляшечка!       — Тебе нужно прилечь и отдохнуть, моя милая. Я провожу тебя до спальни.       Извинившись перед гостями, я отвожу Сансу в её комнату. Освобождаю её от платья, помогаю снять туфли. Любуюсь её длинными красивыми ногами и аппетитной попкой. Встаю за её спиной, распускаю её волосы, вдыхаю их душистый аромат. Разминаю её плечи.       — Так приятно?       — Дааааа…       — А так?       Кладу ладошки на её животик. Плотный после обильной трапезы, кругленький, выпуклый. Нежная кожа очень приятна на ощупь. Поглаживаю его, сначала легонько, затем чуть посильнее, массирую. Санса постанывает от удовольствия.       — Ты так заботишься обо мне, — улыбается она. — Платья, угощения, теперь вот это. Ещё никто никогда не был со мной настолько мил! Ты моя самая лучшая подруга, Аликс!       Подруга? Подруга?!       — Я… извини. Мне нужно вернуться к гостям.       Быстро выбегаю из комнаты, чтобы Санса не успела увидеть мои слёзы.

***

      Так обидно. Так ужасно обидно видеть её каждый день, видеть её красоту, касаться её кожи, чувствовать её запах — и не иметь возможности обладать ей. Совместные примерки новых платьев, расчёсывание её волос, кормление её сладостями (ну хотя бы от этого она не отказывается) — всё это лишь жалкая компенсация, почти не приносящая удовлетворения. Слёзы досады бегут по моим щекам, и я мастурбирую ночью под одеялом, мечтая о Сансе.       Чтобы меньше думать о Сансе, я провожу больше времени с сыном. Я кормлю его, смотрю как он играет с погремушками, пою ему когда-то выученные с Алесандером песни. Слов он, конечно, ещё не понимает, но ритм чувствует и дрыгает ручками-ножками в такт. Такой прикольный маленький человечек.       Приходит очередное письмо от Робба. Ночной Дозор выбрал командующего — как я и надеялась, им стал Денис Маллистер — и Робб покидает Чёрный замок. Он едет освобождать Темнолесье, а сир Родрик тем временем освободит Торрхенов Удел. Эурон Грейджой избран королём островитян, следует ждать их атаки на Простор. В столице события тоже развиваются по канону. Оберин убит Горой в судебном поединке (Гора позже умер от яда, но в отсутствие Квиберна воскресить его некому), Тирион бежал из тюрьмы и убил отца. Смерть Тайвина Ланнистера предвещает смуту… хотя, возможно, и меньшую, чем в каноне. Джейме принял пост десницы и остался рядом с Серсеей. Он может удержать сестру от худших ошибок, вроде убийства верховного септона, отмены законов Мейгора или попытки посадить в тюрьму Маргери. Первое привело к власти Его Воробейшество, второе дало ему армию, третье поссорило трон с Тиреллами, а всё вместе привело Серсею за решётку. Но пока что Железный Трон всё делает правильно. Мейс Тирелл начал осаду Штормового Предела, Давен Ланнистер — Риверрана. Чёрная Рыба собрал в округе всю еду и свёз её в замок, так что осаждать Риверран Ланнистерам придётся долго. До Близнецов львиные армии пока не добрались, но зная дедушку, можно быть уверенной, что к осаде он подготовился не хуже Чёрной Рыбы.       Русе Болтон и Виман Мандерли готовятся к судебному спору из-за земель Хорнвудов. Я тяну время и откладываю разбирательство в надежде, что Темнолесье скоро будет освобождено и живущий там Ларенс Сноу, бастард лорда Хорнвуда, сможет предстать перед лордами в качестве претендента на отцовский замок. Усиливать Болтонов или Мандерли в мои планы не входит.       Чтобы ослабить влияние Мандерли с их монетным двором, я завела два новых, в Винтерфелле и в Близнецах. Этого хватит, чтобы полностью покрыть потребности королевства в монете и вывести иностранные деньги из обращения. Пока мы используем драконы и олени, которые чеканят в Королевской Гавани, мы остаёмся зависимы от Железного Трона. Всем северянам приказано сдавать чужеземные деньги в казну, а в обмен им будут выдаваться серебряные монеты короля Робба по курсу один волк (простонародное название новых денег) за двух оленей и сто волков за одного дракона. Я назначила переходный период в пять лет, по истечении которого использование чужих денег будет приравнено к преступлению.       В Винтерфелл возвращаются солдаты. Робб выдвинулся на Темнолесье с двумя тысячами, а остальных отправил по домам. Зимний городок, временное поселение у стен Винтерфелла, наполняется жителями. Я выделила средства на прокладку новых улиц и постройку новых домов. Скоро временный городок вырастет в настоящий город. Раз уж Винтерфелл столица королевства, ему следует обзавестись соответствующим населением.       Приходят первые вести от Рва Кейлин. Работы начались. Обещают уложиться в двадцать тысяч золотых и закончить за полгода, но я делала в квартире ремонт и знаю, как это бывает. Сроки и сумму можно сразу смело умножать на полтора.       Чуть позже возвращаются послы. Им удалось договориться о предварительных условиях, но окончательную сделку представители торговых гильдий Браавоса заключат со мной лично. Они приехали через месяц и мы обсудили все детали. Когда всё было согласовано, я попросила о небольшом подарке: прислать в Винтерфелл «водного плясуна», браавосийского учителя фехтования. Купцы согласились. Вот Арья обрадуется сюрпризу!       С купцами пришли и первые слухи о драконах. Трёхглавый дракон вылупился в Кварте, нет, это были три дракона, они сожгли колдунов и освободили всех рабов, нет, рабов освободили в Астапоре, драконы здоровенные, каждый размером с трёхэтажный дом, нет, они не больше лошади, но донельзя свирепы и убивают маленьких детей, нет, они убивают овец, а детей убили взбунтовавшиеся рабы в Миэрине, нет, это были рабовладельцы, они бросили тысячу детей на арену к диким зверям, за что драконы их всех сожгли, нет, рабовладельцев убил король-мясник, нет, это была королева-мясник, дочь безумного Эйриса, злобная и жестокая, нет, она добрая и милостивая, рабы славят её имя, нет, не рабы, а грабители-дотракийцы, и сама она такой же грабитель и варвар. Словом, никто толком ничего не знает, но врать горазды все.       Приходит письмо из Темнолесья. Робб взял его почти без потерь: остававшиеся в замке слуги Гловеров открыли ему ворота. Аша Грейджой взята в плен со всеми своими людьми, юный Ларенс Сноу жив и невредим.       Приближается турнир. Винтерфелл прихорашивается: чинятся все требующие починки постройки, кухарки драят посуду до блеска, разноцветные знамёна развешиваются по стенам, блестящие металлические щиты с гербами Старков и Фреев украшают главный вход. Зима ещё не наступила, но скоро наступит, и для многих рыцарей это последняя возможность блеснуть своим искусством перед вынужденным долгим перерывом. Никто не ездит по турнирам, когда сугробы по колено. Сиру Родрику желание успеть на турнир придало несвойственную старости прыть: Торрхенов Удел он взял очень быстро. Большинство людей, бравших с Роббом Темнолесье, участвовали в штурме, но самого Робба с ними не было. Он остался в Темнолесье, а сир Родрик с войском возвращается в Винтерфелл. Островитяне больше не удерживают на Севере ни одного замка. Я решила объявить турнир праздником в честь победы над ними — изначально так не задумывалось, но удачным совпадением стоит воспользоваться.       Ещё одно письмо от Робба. Короткое. Пишет, что задержится в Темнолесье. Желает повеселиться на турнире — сам он приехать никак не может. Занят, мол, «важным государственным делом» — а каким делом, не говорит.       Суд по делу о наследстве Хорнвудов я назначила за день до турнира. При любом исходе разбирательства будут недовольные, так пусть они выместят своё недовольство на соперниках по турниру, а не копят злобу и плетут заговоры у себя дома. Когда гости разъедутся по домам, в памяти у них останется славное представление, а не судебные склоки.       Я сижу на троне в главном зале Винтерфелла, ниже толпятся лорды и рыцари. Много моих родственников. Любопытная Арья выглядывает между чьих-то ног. Леди Кейтилин держит маску сурового достоинства. Санса… на Сансу я стараюсь не смотреть.       Первым выступает толстый старый Виман Мандерли. Род Хорнвудов пресёкся в результате трагических превратностей войны. Покойная леди Хорнвуд приходилась ему кузиной. Как ближайший живой родственник, он заявляет права на выморочное имущество. Такова суть его пятиминутной речи. (О том, что земли Хорнвудов расположены по соседству с его собственными, и отлично подойдут в удел недавно женившемуся младшему сыну, лорд Виман, естественно, ни словом не упоминает).       Русе Болтон выступает следующим. Уважаемый лорд Виман ошибся, говорит он. Законным наследником Хорнвудов является он, Русе Болтон. Его сын был последним мужем леди Хорнвуд и всё своё имущество она завещала ему. То, что Рамси родился вне брака, к делу отношения не имеет. Запрет на наследование действует только в одну сторону. Отец может наследовать сыну, будь он бастард или нет. (О том, что земли Хорнвудов также расположены по соседству с его собственными, и будут отличным дополнением к его владениям, лорд Русе, естественно, ни словом не упоминает).       Выступает сир Родрик Кассель. Завещание леди Хорнвуд незаконно, заявляет он, как и её последний брак. Рамси взял её силой — её нашли мёртвой в запертой башне, где он держал её, не давая есть. Убийца не может наследовать жертве.       Слово берёт леди Кейтилин. Никаких новых фактов у неё нет, но она, похоже, приняла судьбу несчастной леди Хорнвуд близко к сердцу. Её эмоциональное выступление срывает у части публики аплодисменты.       Виман Мандерли сияет. Думает, что дело в шляпе.       В центр зала выходит лорд Галбарт Гловер.       Перед судом я поговорила с ним и предложила заявить о правах его воспитанника. Долго уговаривать не пришлось: думаю, лорд Галбарт понял что к чему ещё в Темнолесье, когда получил моё письмо с просьбой привезти Ларенса на турнир.       Между Мандерли и Гловером начинается перепалка. Бастард не может наследовать, говорит первый. Пока король его не узаконит, напоминает второй. Нельзя же узаконивать каждого бастарда, возмущается первый. Это особый случай, возражает второй. Отсутствие других родственников… единственный способ предотвратить вымирание древнего и славного рода…       Пока они препираются, к трону приближается Харрион Карстарк. Единственный выживший сын казнённого Роббом Рикарда Карстарка, ставший после смерти отца лордом Кархолда. Я даю ему слово.       Речь не только о будущем рода Хорнвудов, говорит он. Речь также о моей сестре. Алис была помолвлена с покойным Дарином Хорнвудом, а Ларенс его единокровный брат. На Севере существует обычай, согласно которому невеста умершего брата достаётся выжившему. Присутствующая здесь леди Кейтилин может это подтвердить, ведь она сама вышла замуж именно таким образом.       — Это верно, — отвечает Кейтилин. — Но сначала я бы хотела услышать, что скажет сама Алис.       Алис Карстарк, худая и высокая сероглазая девушка, согласна выйти за Ларенса, как только король его узаконит. Лорд Галбарт пихает своего воспитанника в бок, и тот спешит заявить, что будет счастлив взять в жёны «прекрасную леди Алис».       Вот она, польза от внимательного чтения книг. Малозначительный факт — наличие помолвки между Алис Карстарк и Дарином Хорнвудом — вовремя всплыл в моей памяти, что позволило мне убедить молодого Карстарка выступить в поддержку моего плана. То, что он обязан мне освобождением из плена, послужило дополнительным аргументом.       Виман Мандерли смотрит на Ларенса и Алис. Вздыхает. Вздыхает ещё раз.       — Не в моих правилах вставать на пути двух любящих сердец. Я отказываюсь от претензий на земли моей покойной родственницы. Пусть лорд Ларенс и леди Алис живут вместе долго и счастливо!       Я хлопаю в ладоши.       — Да будет так!

***

      За окном сгущаются сумерки. Погода ясная, завтрашнему турниру ничто не мешает. Винтерфелл переполнен гостями. Фреи, Мандерли, Болтоны, Амберы, Маллистеры, Гловеры, Мормонты, Рисвеллы, Карстарки, Сервины, Толхарты. Старки представлены Сансой, Арьей, Кейтилин, Браном и Риконом. Не хватает только Робба.       Какого чёрта он делает в Темнолесье так долго?