Сфотографируй момент

Спустя неделю после поездки в Пусан состоялся корпоратив, посвященный дню рождению компании. «Oleander» исполнилось семь лет. Ровно семь лет назад в этот день Юнги перерезал красную ленту первого магазина в Сеуле. Семь лет назад впервые пришел на работу и поздоровался с менеджерами, а через год отдал их на смертный суд Аюны. Этот день был очень важнен для компании. В течение недели каждый усердно работал, готовясь ко всевозможным акциям в магазинах и их последствиям. Заказы новой продукции поступали каждый день, а купоны продавались пачками. Чимину пришлось забыть о работе в ресторане на какое-то время, полностью отдавая себя компании, но вот, наконец, настал долгожданный для всех день. В прошлом году у Чимина не получилось присутствовать на нем, поэтому он не знал, чего ожидать. — Все подготовят продавцы магазинов, — делился полученной информацией Тэхен, — сегодня, после закрытия, они освободят один из них, расставят столы и приготовят закуски. Все, что от нас требуется, это прийти и сдать по тысяче за вход. — Оу, а что так дорого? Тэхен лишь пожал плечами и вернулся к работе. Совершая звонки, Пак заметил, что все находятся в неком волнении. Сотрудники постоянно оглядывались на лифт, как только слышали, что он поднимается, словно там находилась взрывчатка. Через час после начала рабочего дня, из кабинета вышла Аюна и, кивнув, вновь ушла. С этого момента началась настоящая суета. Большинство работников, побросав свои дела, начали бегать по этажу, а затем, собравшись в круг, что-то громко обсуждали, перекрикивая друг друга. Чимину они напомнили стаю голубей в парке, поэтому он сидел в полном недоумении, а Тэхен, наблюдая, лучезарно улыбался. Через пятнадцать минут группа менеджеров выстроилась в линейку, как в начальной школе, начиная от лифта и идя дальше по коридору. Тут прозвучала привычная мелодия и в помещение зашел Юнги. Как только он переступил порог, на него океаном полилась мишура и конфетти, а также каждый по очереди проговаривал поздравления. Мин, казалось, ожидал нечто подобное, так как от большинства хлопушек ему удалось увернуться, но от мишуры — нет. Увидев Юнги, обмотанного, как новогодняя елка, Чимин засмеялся, откинув голову назад, чем привлек внимание директора. Заметив веселье Пака, напряженные черты лица Юнги разгладились, уступив место легкому воодушевлению. — Спасибо за поздравление, — еле заметно улыбнувшись, сказал Юнги, проходя в свой кабинет, — от работы не отлынивать. В ответ ему было хоровое «есть». С этого момента в компании начала твориться поистине праздничная атмосфера. Многочисленные конфетти никто не убрал, поэтому они приятно радовали глаз, когда, направляясь к кофе-машинке, проходишь мимо них. Правда, Чимин вскользь подумал, как на это отреагирует уборщица, которая придет по окончанию рабочего дня. — Тэхен, — собирая свои вещи, позвал приятеля Чимин, тот промычал, показывая, что слушает, — ты, вроде, говорил, что Юнги не принимает подарки и все в таком роде. — Ты заметил, какая напряжённая атмосфера была перед поздравлением? У Юнги все зависит от настроения. Если оно хорошее, то он улыбнется и поблагодарит, а если плохое, то накричит и заставит убираться. Никто не может заранее сказать, как все пройдет, но я рад, что в мой первый праздник в компании все прошло так хорошо. Теперь можно и отдохнуть! После этого Тэхен, не прощаясь, побежал домой переодеваться. Чимин решил не отставать от него. Изначально Пак планировал вновь не идти на корпоратив, так как платить надо, да и лучше провести это время с пользой, но Хуан настояла. Словно упертый баран, она несколько дней тенью ходила за Чимином, заставляя его сходить и отдохнуть. Она говорила, что иногда перерыв не повредит, и этим убедила его. В итоге, одетый в черные джинсы с заправленной белой футболкой, поверх которой была наброшена бледно-фиолетовая рубашка, Пак стоял у места встречи. Так как новенькие не знали, где будет проходить основное веселье, был договор всем персоналом встретиться недалеко от центрального храма и дальше идти вместе. Еще издалека Чимин увидел группу коллег, активно что-то обсуждающих. Все были в пестрых нарядах, от чего Пак выглядел, как случайно попавшая крапинка краски на холст. Но не успел он об этом подумать, как на нем повис уже подвыпивший Тэхен. — А ты знаешь, что Бен влюблен в Аюну?! — громко спросил он. Его лицо было красным, губы опухшими, а глаза, казалось, смотрели в некуда. — Тэхен! Нельзя о таком рассказывать, — грозно топнула ногой Сина, одна из первых сотрудниц, — ну-ка! Идешь рядом со мной! После этого женщина схватила Кима за ворот ярко-рыжей футболки и, перекинув его руку через свою шею, словно бык, тащащий плуг, направилась с ним в сторону предстоящего веселья. В этот момент Чимина приобняла Сьюзи и, тихо посмеиваясь, произнесла: — А Сина влюблена в Тэхена. А затем, громко засмеявшись, что стоящему сзади нее Бену, покрасневшему от слов Тэхена, пришлось придержать девушку, чтобы она не упала на асфальт. — Что произошло? — недоуменно спросил Чимин, идущий рядом с Беном. — Да ничего, — хмуро откликнулся тот, — просто некоторые не знают, когда стоит остановиться. Бен выглядел настолько рассерженным, что по его шее струились вены, словно змеи, выползающие из гнезда. Под вечеринку освободили первый магазин компании «Oleander». Он находился на юге Сеула, в одном из самых дорогих районов. Большие окна, выполняющие функцию витрин, сейчас были закрыты ставнями, но вывеска продолжала гореть. Внутри же ярко горел свет, все стенды были убраны, кроме мягких пуфиков бордового цвета и небольших диванчиков. На один из таких диванов и уложили Тэхена. — Он уже напился? — бархатным голосом спросила девушка в униформе магазина. Посмотрев не нее, Чимин почувствовал, как к его лицу, да и всему телу, прилила кровь. Девушка, стоящая перед ним, была необыкновенно красива. Мелодично посмеявшись над сопящим Кимом, она, словно гимнастическая лента, плавно взяла поднос у подошедшей к ней коллеги и, подойдя к одному из столов, расставила его содержимое в виде различных закусок. Все это время Чимин неотрывно смотрел на нее. — Красивая, правда? — заметив его интерес, спросил Динар, один из лучших менеджеров. На его вопрос Чимин лишь кивнул, — а знаешь, почему ей не заинтересован ни один из рабочих нашей компании? — после этого, Пак недоуменно огляделся и понял, что все действительно равнодушны к ней, — потому что она родная сестра Хван Аюны. После этого Динар с некой иронией пронаблюдал за переменой в глазах Чимина, но затем Пак разозлился: — И что? Семья не главный показатель человека. Динар лишь рассмеялся и подошел к коллегам, которые придумали план мести Тэхену. Пак еще раз посмотрел на девушку, что стояла у столов и, разговаривая со своей подругой, лукаво посматривала на него, но он действительно заметил, как потихоньку испаряется ее очарование. Тут раздался громкий крик. Все собравшиеся в одно время посмотрели на Тэхена, который забрался на диван с ногами. Рядом с ним, прикрывая рот ладонью, стоял Бен. В руках у него была эпиляционная полоска и щипчики. Чимин болезненно скривился, в деталях представив ощущение Тэхена, а все остальные громко рассмеялись. — Предлагаю на этом моменте объявить седьмой корпоратив открытым! — прозвучал чей-то мужской голос, после чего большая часть ламп погасла, оставя за собой легкий полумрак, а на месте, где раньше стояли кассы, теперь была аппаратура с ди-джеем во главе. Громкая музыка заставила здание трястись. Все разом подбежали к столам и, разлив половину напитков на пол, без тоста выпили пару рюмок. Чимин не остался в стороне. Пригубив одну рюмку, он сразу же почувствовал разливающееся по его телу пело. У него возникло ощущение, что с одним этим большим глотком весь груз ответственности мгновенно спал с его плеч. Рядом с ним возник Тэхен: — Эй, давай еще одну! И еще! И за здоровье! А как же не выпить за благополучие компании! После шестой рюмки Пак почувствовал, что земля полностью ушла из-под ног, а нестерпимый жар расходится по телу. Сняв с себя фиолетовую рубашку, бросив ее куда-то под стол, он, тяжело дыша, отправился танцевать. Большинство рабочих, выпив куда больше Чимина, уже отплясывали не первый танец, но парню не составило труда проникнуться их ритмом. Совершенно не понимая, что он делает, Пак выполнял разные движения, пока у него не закружилась голова. Пошатываясь, не видя ничего перед собой, кроме мокрого пола, он упал на диван, откинув голову назад и громко простонал. — Вот черт! — выругался он, почувствовав тошнотворный ком и сильную боль в животе. Громко икнув, он еще сильнее скорчился, когда ко всем ощущением добавилось сильное жжение в легких. Паку показалось, что он съел солнце, и теперь оно выжигает его изнутри. — Эй, ты ведь Чимин? — садясь рядом с ним, спросила сестра Аюны. Отрыв один глаз, парень вскользь посмотрел на нее и, нехотя, кивнул. — Чего ты тут сидишь? Тебе не нравится вечеринка? — Что надо? — скорчившись еще сильнее, спросил Пак. — Фу, как грубо…ты казался мне куда приветливее. Чимин ничего не ответил. Девушка с несколько секунд подождала его ответа, а когда поняла, что его не будет, села к парню на колени. Почувствовав ее тяжесть, Пак мгновенно выпрямился и посмотрел на нее с недоумением. — Я хочу также, как они, — ткнув парня в щеку острым ногтем, она заставила его повернуть голову. Чимин заметил того самого Бена, что, по теории Тэхена, влюблен в Аюну. Сейчас он, практически срывая с девушки-продавца одежду, страстно целовал ее. — Ты можешь устроить мне нечто подобное? — наклоняясь к самому уху Чимина, спросила девушка, после чего выпила рюмку с мартини, что все это время находился в ее руках и, впилась в губы парня, передавая напиток через поцелуй. По подбородку Чимина потекли тонкие струи напитка, а тем временем девушка проникла своими холодными пальцами ему под рубашку. От приличного количества алкоголя, Пак полностью потерял связь с реальностью. Полутьма в комнате, казалось, стала полностью непроглядной. Поддавшись на провокации девушки, он оттянул ее волосы назад, покрывая поцелуями шею. Тело парня буквально пылало, прося большего. Он понял, как ему этого не хватало, как ему хотелось продолжить, как… Неожиданно, совсем рядом, раздался женский вскрик, а тяжесть на коленях пропала. Открыв глаза, Чимин увидел Тэхена, что одним рывком оттолкнул девушку и теперь она сидела на полу. Ее волосы были растрепаны, а макияж испорчен. — Какого черта ты творишь?! — зло крикнула девушка. — Заткнись и вали отсюда, — непривычно грубо сказал Тэхен, а затем посмотрел на Чимина, — пойдем выйдем. Пак не стал спорить. Свежий воздух приятно проникал через одежду и волосы, остужая тело. Чимин прикрыл глаза, чтобы попытаться осознать произошедшее, но мысли никак не хотели складывать нужную картинку. — Садись, — похлопав ладонью по лавочке, что находилась недалеко от магазина, сказал Тэхен. Он выглядел вполне трезвым, несмотря на выпитые рюмки, однако было заметно, что ему трудно сфокусировать взгляд. Сев рядом с ним, Чимин вновь откинул голову назад и прикрыл глаза. Сильное жжение в груди, которое не давало ему покоя, начало потихоньку проходить, уступая место усталости и легкой апатии. — Чимин, на счет Хван Юны… — Кого? — чуть охрипшим голосом спросил Чимин. До него начала доходить суть происходящего. — Хван Юны, сестра Аюны…в общем это не важно, — тут он на секунду запнулся, — знаешь, ты стал моим другом, и как друг, я хочу предупредить тебя, — в это время слова Тэхена лишь эхом доносились до Чимина. Прижав ладонь к губам, он с животным ужасом смотрел перед собой, а Ким скорчился, пытаясь связать слова, — Юна совершенно не такая, как может показаться…я слышал разговор Аюны с ней. Юна хочет занять ее место, а не работать в этом магазине, — тут Ким снова запнулся, сдерживая рвотный порыв. Его голова прояснилась, однако от последствий это не спасало, — Юна знает, что вы были в командировке в Пусане, — от этих слов Чимин ощутимо вздрогнул, — все заметили, что Юнги стал относиться к тебе…не как к пустому месту, и она это тоже знает, поэтому ты… На этом Тэхен не выдержал. Алкоголь взял над ним верх и, пошатываясь, он забежал обратно в здание. Чимин продолжил сидеть на лавочке. Прохладный ветер больше не приносил удовольствие, перед глазами стояла только одна картина, где он, обнимая девушку, с неконтролируемым желанием целовал ее шею. От этих воспоминаний ему стало еще хуже. — Пора домой, — сам себе сказал Пак и уже собирался встать, как вышла Сина. — Ты уже домой? — пошатываясь, спросила она. Чимин лишь кивнул. — Можешь вызвать мне такси? — девушка попыталась достать из сумки телефон, но рука никак не справлялась с молнией. Смотря на нее, Пак мысленно понимал, что нужно помочь, но в сгорбившемся положении на лавочке, все неприятные ощущения проходили, поэтому он продолжал наблюдать за женщиной, пока та не начала плакать, при этом швырнув сумку на землю. Вскочив с лавочки, Чимин поднял ее сумку и сказал: — Я сам вызову. После этого он просунул руку в карман джинс, но телефона там не обнаружил. В недоумении похлопав по всем карманам, он судорожно осмотрел себя в третий раз, а затем схватился за голову, пытаясь вспомнить, куда мог положить его. — Офис! — озарение пришло также неожиданно, как яблоки падают с деревьев и, забыв про все, он побежал в сторону метро. Телефонный звонок глухим эхом отдавался по всей квартире. Сонно потянувшись, Юнги привычным движением отключил вызов, однако он повторился снова, а на третий раз, сонно потирая глаза, Мин посмотрел на экран телефона. Как только он увидел фотографию охранника, мгновенно проснувшись, принял звонок. — Что произошло? — прозвучало слишком торопливо. — Ну, тут один из ваших сотрудников пытался систему сигнализации сломать. Я вызвал полицию, но ваше присутствие тоже требуется. Еще на словах «один из ваших сотрудников» Юнги встал с кровати и, включив свет, направился к шкафу с одеждой. — Кто? — коротко спросил он. — Пак Чимин. От услышанного, Юнги споткнулся о порог квартиры. Всю дорогу в его голове крутилась только одна мысль: «неужели Чимин хотел что-то украсть», а затем он представлял, что, приехав на место происшествия, увидит его с оборудованием, в маске и наручниками. На лице будет пару синяков, а в глазах отчаяние и злость. После нескольких таких видений, он сильнее нажал на газ. Последний раз Юнги водил машину три года назад, поэтому парковка далась ему не с первого раза, но в итоге, когда машина так и не была поставлена прямо, он не выдержал и просто оставил как есть. Подойдя к высокому остеклённому зданию, он прошел внутрь и удивленно замер. Перед ним стоял не разочарованный в своем провале Чимин с оборудованием и маской. На парне была обычная футболка, небрежно заправленная в штаны и сонный вид. Единственное, что соответствовало виду, это наручники. В комнате, помимо Чимина и охранника, было два человека из полиции. — Мин Юнги, — произнес охранник, и директор заметил, как от его слов Чимин вжал голову в плечи, — мы ждали только вас. — Что произошло? — не отводя взгляд от Пака, что в упор продолжал игнорировать его, спросил Юнги. — Он пытался проникнуть в здание через главный ход, сработала сигнализация, а я, сразу получив вызов, отправился на место происшествия. — Почему ты это сделал? — заставив Чимина посмотреть на себя, подняв его голову за подбородок, строго спросил Юнги. Когда Пак посмотрел в его злые глаза, он вспомнил момент с Юной. Воспоминание с их поцелуями вызвало в нем горечь содеянного. Его глаза мгновенно покраснели, но плотно сжав губы, он старался держать себя в руках. Молчание затянулось. Пронаблюдав перемену в глазах Чимина, Юнги отвернулся. Он чувствовал душевное отторжение мысли о том, что Пак пришел сюда с плохими намерениями. — В мой кабинет, — сказал он Чимину, сниая с него наручники, — а вы ждите тут. После этого Юнги схватил Пака под локоть и повел к лифту. Полицейские в недоумении переглянулись, но охранник попросил их не вмешиваться, так как осмотр уже произвели и ничего опасного у него не обнаружили. Единственное, что всех смущало, это присутствие алкоголя в крови. Открыв кабинет и втолкнув в него Чимина, Юнги включил свет и строго посмотрел на менеджера. — Я жду ответа? — Какого? — Чимина сильно клонило в сон, поэтому он постоянно расчесывал глаза, отчего они сильно покраснели. — Зачем ты хотел проникнуть в здание. Чимин снова замолчал. Ему не хотелось выглядеть неорганизованным в глазах Юнги. Об остальном он не подумал. — Чимин! — схватив парня за ворот рубашки, Юнги приподнял его, — ты понимаешь в какой ситуации оказался?! Тебя сейчас могу поса…ты пьян?! Щеки Чимина залились краской. — Да что происходит?! — терпение Юнги подошло к концу. — Я…я хотел телефон забрать, — сказал парень с тяжелым вздохом. После этой фразы повисло молчание. Чимин смотрел в пол, а Юнги пытался осознать эту, казалось бы, простую фразу. Спустя несколько секунд в кабинете стали слышны тихие смешки, нарастающие с каждым разом. Юнги громко смеялся несколько минут. Выходя из кабинета, Чимин подошел к своему столу и забрал телефон, который специально убрал за монитор компьютера, чтобы он не мешался, но забыл про это. Затем они спустились на первый этаж, и Юнги минут десять обсуждал ситуацию с полицейскими, после чего все разошлись. — Давай подвезу тебя, горе-менеджер, — похлопав парня по плечу, сказал Юнги и отправился в сторону стоянки. Чимин не стал спорить. Сидя в машине, Пак долгое время боролся с сонливостью, а затем вновь вспомнил момент с Юной. Не в силах этого выдержать, он замотал головой, пытаясь прогнать ее, но она лишь сильнее вцепилась в сознание. — Чимин, с тобой все хорошо? — посмотрев на парня, спросил Мин. Оглядевшись, Пак заметил, что они стоят на светофоре, недалеко от его дома. Потом он перевел взгляд на Юнги, который, несмотря на случившееся, выглядел спокойным, со слегка приподнятым настроением. — Чимин? Пак впервые смотрел на него в тот момент, когда он произносил его имя. Парень кожей почувствовал вибрацию его голоса. Сейчас он казался ему еще прекраснее, чем раньше, но более достижимым. Поддавшись вперед он еле ощутимо дотронулся до его губ своими, но, приоткрыв глаза, заметил знакомые очертания такого любимого его сердцу человека. Наклонившись сильнее, он попытался углубить поцелуй, но Юнги не отвечал ему, что заставило Чимина отстраниться. Вцепившись пальцами в ремень безопасности, он опустил голову и тихо произнес: — Светофор. Вздрогнув, Юнги понял, что, стоящие сзади него машины уже сигналят, и нажал на газ. Остаток пути прошел в молчании. Был слышен только голос певца из радио. Когда они подъехали к дому, Чимин уже спал. Облокотившись о стекло, он оставлял пар на его поверхности. Юнги заглушил машину и повернулся к парню, чтобы разбудить его. — На утро ты и не вспомнишь об этом, а мне с тобой еще работать, — тихо проговорил Мин, после чего потряс его за плечо. Мгновенно проснувшись, Чимин полузакрытыми глазами посмотрел на Юнги. Казалось, он плохо понимал где находится. Выйдя из машины, Юнги помог Паку выбраться наружу и повел в сторону подъезда. Парковки у дома Чимина не было, поэтому Юнги надеялся, что все жильцы стоящих рядом домов спят. Подойдя к подъезду, тяжело дыша от тяжести повисшего на нем парня, Юнги наклонился к табличке у домофона и узнал нужный этаж. Подойдя к его двери, Мин попытался разбудить вновь задремавшего Чимина. — Что происходит? — потихоньку приходя в себя, прошептал Пак. — Ключи. Нужно открыть квартиру, — повторяя четвертый раз, сказал Юнги. Чимин огляделся, как будто не веря, что находится в своем подъезде, а затем просто постучал по входной двери. Юнги подумал, что Пак все еще бредит и уже хотел повторить попытку достучаться до его сознания, как дверь открылась. На пороге стояла взволнованная Хуан, держащая в руках перочинный нож, но увидев брата, она мгновенно бросила его на стоящую рядом тумбочку для обуви и помогла Юнги дотащить Чимина до кровати. Пока на Мине грузом висел Пак, он не задумывался об окружающей обстановке и, тем более, о девочке. — Спасибо, что помогли брату, — низко поклонившись, прервала молчание Хуан. Слово «брат» избавило Юнги от многочисленных расспросов, поэтому, лишь кивнув, он осмотрел маленькую комнату. — Вы живете тут вдвоем? — не веря, что в таком маленьком пространстве можно жить, спросил Мин. — Да, — доверчиво ответила Хуан, — а вы его друг по работе? — Нет, я начальник, — продолжая задумчиво осматриваться, произнес Юнги, но, почти сразу заметив на себе удивленный взгляд, непонимающе изогнул бровь. — Вы так молодо выглядите. Не поверила бы, что вы уже начальник. — В следующем году мне будет тридцать два, — улыбнувшись уголками губ, сказал Юнги. Внимательно посмотрев на Хуан, Мин заметил такие же мягкие черты лица, как у Чимина, и подумал, что если она их не утратит со временем, то вырастит в настоящую красавицу. — Вы голодны? — после недолгого молчания, спросила Хуан. — Нет, спасибо, я поехал. Мин уже направился на выход, но тут остановился и посмотрел на спящего Чимина. — Я могу тебе кое с чем помочь, — тихо произнес мужчина, а Хуан с непониманием посмотрела на него. Сидя в заведённой машине, он еще несколько минут наблюдал за включенным светом и тенью Хуан, представляя, как она ухаживает за спящим Чимином. Улыбка сама появилась на его лице. Подождав, когда погаснет свет, он уехал. На следующее утро Чимин лишь скорчился, услышав писк будильника. Простонав, он не предпринял попытки встать, но облегченно промычал, когда противная мелодия выключилась. — Брат! Вставай, тебе пора на работу. Пак возмущенно ворочался в кровати. Голос Хуан раздражал его не меньше будильника, однако, он радовался, что обещанного похмелья в виде головной боли у него не было, но спать хотелось. — Брат! Пак Чимин, быстро встал с кровати! — командным тоном произнесла девочка, но ее проигнорировали. Усмехнувшись, Хуан взяла телефон брата и, набрав чей-то номер, сказала: — Да…да, он не хочет вставать…сейчас минуточку…говорите. — Итак, слушай меня, — из телефонной трубки на громкой связи заговорил Юнги. Услышав его голос Чимин мгновенно распахнул глаза, — если ты опоздаешь на работу хоть на секунду, я вычту тебе половину зарплаты. Все. После этого звонок завершился, но Паку большего и не требовалось. Посмотрев на часы, он облегченно вздохнул, поняв, что еще успевает. Пройдя в ванную, Чимин умылся. От прохладной воды ему стало намного легче, а оставшаяся сонливость прошла. — Ну, как вчера погулял? — вообразив из себя командира, спросила Хуан. Тут Чимин вспомнил вчерашний вечер. Несмотря на то, что он много выпил память не изменила ему. Схватившись за голову, он был готов самосожжечься от стыда. Много выпитого алкоголя, танцы, сестра Аюны, разговор с Тэхеном, полиция и поцелуй с Юнги — он помнил в деталях все. — Брат, с тобой все хорошо? — Я не хочу на работу… Поднявшись на восьмой этаж, Чимин понял, что Юнги сам опаздывает, но больше всего его поразил вид рабочих. Все, за исключением Тэхена, либо лежали на столах, пуская на него слюни, либо стояли у автомата с кофе. Только Ким, выглядевший так, будто не выпил ни капли, сидел за столом и работал. В этот момент за спиной Чимина открылась дверь и на пороге возник Юнги. Увидев его, Чимин сразу же вспомнил вчерашний поцелуй. Лицо мгновенно вспыхнуло и он, опустив голову, хотел пройти за рабочее место, но его схватили за руку. — Неужели ты все помнишь? — раздалось удивленное. Краска перешла на кончики его ушей, что не осталось незамеченным. Они и стали ответом. Юнги мгновенно отпустил его и отошел в сторону. Директор осмотрел весь персонал и на его скулах заиграли желваки. — Вы что вчера устроили? Корпоратив проходит каждый год, но вчера вы просто превзошли себя, — тут он остановился и еще раз всех оглядел. От этого взгляда стало плохо исключительно всем, — сегодня с утра мне позвонили и сообщили, что магазин совершенно не готов к открытию. В остальных двух всего пять продавцов способны работать. У вас же не способен никто. — Я готов работать, — воодушевленно подал голос Тэхен, чем вызвал волну недовольства у остальных. — Сегодня все, за исключением Ким Тэхена, освобождаются от работы. Запишите на этот лист свои фамилии и уходите приходить себя в порядок. Разумеется, этот день минус к зарплате. — А те, кто сегодня не пришел? — осмелился задать вопрос кто-то. — А им повезло. У них нерабочий день. На выход. Чимин стоял на том же месте, около лифта. Ему хотелось спать, но он был в состоянии работать. Парень долгое время колебался, но увидев, как Юнги подошел к Тэхену, объясняя ему, что нужно делать, он сам не заметил, как прошел за свое место. — Ты тоже можешь работать? — заметив его, спросил Юнги. Не смотря на него, Чимин кивнул. Закончив с Тэхеном, Мин подошел к рабочему месту парня, которое находилось рядом с Кимом. — Мне нужен листок и ручка, — сказал Мин, а Пак мгновенно выполнил, — сейчас звонишь этим компаниям и делаешь заказ, — размашистым подчерком записывая названия, сказал Юнги, — то, что я пишу рядом, это товар, который нужно заказать и адрес магазина. Когда закончишь, можешь быть свободен. Чимин кивнул. Несмотря на то, что Юнги, как показалось парню, закончил с поручениями, он не уходил. — Чимин, — шёпотом сказал он, — когда закончишь, зайди ко мне в кабинет. Я бы хотел обсудить произошедшее ночью. Пак весь напрягся. Он кивнул чисто машинально, надеясь, что после этого Юнги уйдет. Так и произошло. Чимин, совершая звонки, со страхом зачеркивал названия фирм, смотря на то, как они уменьшаются. Делая заказы, он мысленно пытался придумать оправдание своему поступку, но какое оправдание можно дать поцелую, он не знал. Когда последняя фирма была зачеркнута, часы показывали час дня. Тэхен тридцать минут назад закончил со своими делами и ушел домой. Собирая вещи, Чимин прислушивался к каждому шороху, доносившемуся со стороны кабинета Юнги и Аюны. Быстро забросив все вещи в сумку, он прошел к лифту и убежал домой. Когда Юнги закончил с делами в офисе, то решил отправиться проверить обстановку в магазинах. Выйдя из кабинета, он с удивлением увидел пустое помещение. «Вот трусишка». На следующий день Чимин вернулся к работе в ресторан. За время его отсутствия Мику, девушка с которой он ходил на свидание, ушла в декретный отпуск, и хозяйка искала нового сотрудника. — Чимин, я так рада, что ты смог прийти. Лишние руки нам не помешают, — устало произнесла женщина и вернулась за письменный стол. Расходы в этом месяце были больше, чем она рассчитывала, поэтому не первый день женщина искала способ выплаты аренду без серьёзных потерь. Переодевшись в униформу, Пак всецело посвятил себя работе. Однако при появлении новых клиентов каждый раз с волнением подходил к столикам, боясь увидеть Юнги. Ближе к вечеру хозяйка попросила Чимина помочь на кухне, поэтому почти до самого закрытия он провел в роли посудомойщика. За час до официального закрытия его вновь вернули в зал и, нацепив дежурную улыбку, он подошел к столику. — Здравствуйте, рады видеть ва… — Чимин? Изумленно подняв голову, Пак с ужасом заметил Юнги, что находился в компании того же приятеля. Стоя сейчас перед ним и смотря ему в глаза, Чимин, как будто, оказался в зеркальном отражении момента, где Юнги также сидел перед ним, но не смог узнать. Сейчас же Мину хватило услышать только голос, чтобы понять, кто перед ним. Чимин впервые задумался о том, как далеко продвинулись их взаимоотношения. Насколько сильно Пусан изменил их. — Что ты? — казалось Юнги не мог подобрать слов. Сидящий с ним мужчина с легким интересом смотрел на парня. — Здравствуйте, Мин Юнги, — слегка покраснев, произнес Пак, — рад видеть вас. Что…что будете заказывать? Мин еще какое-то время осматривал Чимина, а затем, не глядя в меню, произнес: — Можно мне филе зубатки в кукурузном соусе с овощами. Пак лишь кивнул. В этот момент приятель Мина удивленно произнес: — Юн, что я пропустил в твоей жизни? Тут мужчина, словно придя в сознание, отвернулся от Чимина. — Ничего, просто сделай уже заказ. Пак почувствовал легкую обиду, но, вспомнив дресс-код, посмотрел на второго клиента, ожидая заказа. — Можно мне утку Конфи. — Конечно, из напитков что-то будете? — записав, спросил Чимин. — Принесите лучшее вино, — вновь отозвался гость Юнги, в то время как он сам отвернулся, разглядывая бледно-голубую занавеску, струящуюся как водопад из гардины. Поклонившись, Чимин бросил последний взгляд на Юнги, а затем ушел. Повернувшись в последний момент, Юнги смог разглядеть только очертания фрака Чимина. — Твой знакомый? — спросил мужчина. — Да, он один из менеджеров, — задумчиво произнес Юнги, — не знал, что он где-то еще работает. — Так предпоследний раз он у нас принимал заказ. Тогда ты на него даже не посмотрел, — нахмурившись и приподняв одну бровь, он пытался вспомнить этот момент. — Намджун, не глупи. У нас девушка принимала заказ. — Это был последний раз, а до этого — он. Тут Чимин принес бокалы, небольшое ведерко, в котором было много льда и бутылка вина, а также плетеную корзинку со столовыми приборами. Юнги заметил, что руки Пака дрожали, но лицо было сосредоточенным. На протяжении всего ужина Мин в пол уха слушал Намджуна, думая, как можно поговорить с Чимином. Спустя тридцать минут объявили о том, что ресторан закрывается через десять минут. Чимина отправили в зал, чтобы протереть со столов. Он не хотел идти, так как Юнги все еще не ушел, но выбора у него не было. Убирая со столов, он то и дело ловил на себе взгляд Юнги, но старался не обращать на это внимание. Спустя пять минут они ушли, а хозяйка, наконец, объявила о закрытии. Переодевшись в гражданское, Чимин вышел на улицу и еле ощутимо вздрогнул, увидев Юнги. — Давай подвезу до дома, — тоном, будто делает одолжение, произнёс Юнги. Вспомнив вчерашний побег, Пак понял, что разговора ему не избежать, но еще больше ему не хотелось, чтобы Юнги узнал про его маму, так как сегодня он собирался в больницу. — Я не домой. — Все равно могу подвести, — настойчиво продолжил Юнги. — Нет. До свидания. После этого Чимин развернулся в сторону метро, но, сделав пару шагов, его вновь остановили. — Чимин. Парень, тяжело вздохнув, посмотрел на него: — Хорошо, если вы хотите, то можете поехать со мной на метро. Юнги удивленно замер. — Я ездил на метро последний раз лет десять назад. Чимин лишь пожал плечами и пошел дальше. Другого способа отвязаться от Юнги у него не было. Однако это не помогло. Стоя у входа в метро, Пак с раздражением сжимал кулаки. Мысли, одна за другой, крутились у него в голове. — Почему вы здесь? — вопрос получился слишком писклявым, но Мин этого не заметил. — Ты же сказал метро, вот я и тут. Озадаченно поднеся ладонь к подбородку, Юнги осматривал прозрачные двери, из которых то и дело кто-то выходил или входил. Он стал жалеть о содеянном решении, однако Чимин направился внутрь. Юнги плохо помнил, как выглядело метро, но ожидаемого потрясения не последовало. Кроме стен, обложенных серой плиткой, эскалатора и множества людей, больше ничего не было. Но когда они в молчании спускались вниз, при этом Юнги прошел по второй карточке Чимина, мужчина буквально кожей ощущал все микробы, обитающие на перилах. — Чувствую себя рыбой, плавающей в океане бактерий. — Вы сам согласились, я не заставлял. Стоя на перроне, ожидая поезда, Юнги, наконец, смог ко всему привыкнуть и у него началось несвойственная ему говорливость. На протяжении всей поездки он что-то рассказывал, а Чимин, слушая его, изредка задавал уточняющие вопросы. В итоге на нужной станции они вышли, полностью увлеченные обыденными обсуждениями. Пак в очередной раз вспомнил встречу в кафе и лишь убедился в том, что перемены есть и они к лучшему. Когда они дошли до больницы, куда и собирался Чимин, он остановился у ее входа и сказал: — Вы можете подождать меня здесь? — Почему? Что-то случилось? — смотря на него, Пак не сказал бы, что Юнги взволнован. Ему, скорее, просто интересно. — Нет, мне нужно кое-что узнать. Пожалуйста, будьте здесь и не заходите. После этого Чимин забежал в больницу и, простояв недлинную очередь, спросил у уже знакомого мужчины: — Можно узнать о самочувствии… — Все по-старому, — равнодушно отозвался мужчина, запомнивший лицо Чимина за это время, — все по-старому плохо. Врачи делают все возможное, а вам, юноша, лучше позаботиться об оплате. Пак лишь кивнул и пошел на выход. Каждый раз приходя в больницу, он надеялся, что ситуация изменится, но становилось только хуже. Выйдя на улицу, Пак растеряно огляделся, не заметив Юнги. У него мелькнула мысль, что тот ушел и, в принципе, парень мог его понять, но все равно расстроился. Направившись в сторону метро, за поворотом, на угле частного дома, он увидел удивительную, по его мнению, картину. Юнги, сидя на корточках, кормил с ладони уличного кота. Во второй руке у него был пустой пакет недорогого корма. Юнги заметил появление Чимина и, посмотрев на него, улыбнулся. — Какая-то женщина, видимо живущая в этом районе, каждый вечер кормит бездомных котов. Она отдала мне один из пакетиков, чтобы я его покормил. Юнги выглядел довольным, пока взрослый кот слизывал филе с его ладони. Когда кот доел, то, замурчав, потерся о его руку и убежал. — Я не знал, что вы любите животных, — сказал Чимин, пока Юнги вытирал ладонь о платок, что был у него в кармане. — Не сказал бы, что я их люблю. Скорее они меня. — Животные чувствуют хороших людей. Думаю, поэтому они вас любят. Юнги замер и удивленно посмотрел на Чимина. Он только сейчас пригляделся к нему. На Чимине были чересчур узкие джинсы, подчёркивающие красоту его ног, и шерстяной балахонистый свитер, в котором парень выглядит даже несколько неуклюже. Легкий ветер спутывал тонкие волосы, а на губах играла невинная улыбка, но тут она резко погасла. — Что-то случилось? — встревоженно спросил Чимин. — Да, я хотел спросить на счет вчера… — Пожалуйста, давайте поговорим о другом, — Пак направился в сторону метро, надеясь, что Юнги будет благосклонней и, на его удачу, так и произошло. Догнав его, Мин несколько секунд шел молча, а затем опять завел разговор о бытовых темах. Несмотря на то, что разговор был обо всем и ни о чем, Чимин получал от него незаменимое душевное удовольствие, которое ощущалось и в Юнги. — Обратно тоже на метро? Я могу одолжить вам карточку, — стоя у дома, предложил Чимин. — Нет, я сейчас вызову водителя, — доставая из кармана телефон, сказал Юнги и, отвернувшись, тихо заговорил. Чимин в это время сел на небольшую скамейку и ждал, когда на него вновь обратят внимание. — А ты чего домой не идешь? — спросил Юнги, отключая вызов. — Составлю вам компанию, пока не приедет машина. Юнги усмехнулся. Все прогулки с Чимином напоминали ему школьные встречи. Они были спокойными и размеренными. — Спасибо за вечер, — себе под нос произнес Юнги. — Что? — вынырнув из своих мыслей, спросил Чимин, но удивленно вскочил, увидев уходящего Юнги, — вы куда? — Подожду машину на остановке, — не оборачиваясь, бросил Юнги. Пак не стал его останавливать. Широко улыбнувшись, он направился в дом, думая о том, что время, проведенное с Юнги, навсегда останется бесценным. Сидя в машине, Юнги перекручивал в голове произошедшие события. Бросив косой взгляд на сиденье водителя, он вспомнил, как всего два дня назад Чимин поцеловал его. От этого воспоминания его сердце учащенно забилось, а перед глазами стоял образ парня во фраке с его невинной улыбкой. Следующую неделю Аюна превратилась в настоящего зверя. Вызывая Чимина по нескольку раз на дню, она давала ему дополнительную работу. Первые разы Чимин успевал все выполнять в срок, но сильно уставал, поэтому на предложения Юнги подвести его, откликался с радостью и засыпал прямо в машине, отчего Мин был вынужден нести его домой на руках, а затем еще с час разговаривал с Хуан, которая прониклась к Юнги детской симпатией. В один из дней Аюна была еще сильнее рассержена, хотя, казалось, сильнее быть не может. Взвалив на Пака большую часть своей работы, она ушла после обеда, а парень, работая в ускоренном темпе, сильно отставал от графика. — Чимин, конец рабочего дня, — начиная собирать свои вещи, сказал Тэхен. — Я немного задержусь, — не отрывая взгляда от монитора, откликнулся он и погрузился обратно в работу, не замечая никого вокруг. — Чимин, почему ты еще работаешь? — Ну я же сказал, что задер… — вынужденный снова отвлечься, резко произнес Пак, но, увидев Юнги, извинился. — Я сегодня задержался, но вижу, ты тоже весь в делах, — садясь на свободный стол Тэхена, сказал Юнги и, как в первый раз, огляделся, а затем тихо произнес, — тебе помочь? Чимин удивленно уставился на него, но отрицательно покачал головой. — Я сам справлюсь. — Я не могу уйти раньше менеджера, — еле заметно улыбнувшись, сказал Юнги, — не упрямься. Что нужно делать? После этого он подошел к Чимину и, облокотившись о стол, наклонился к нему. Заметив покрасневшие щеки, он довольно усмехнулся и взял лист с графиком. — Осталось не так много, вдвоем быстро управимся. Юнги забрал несколько договоров и, включив компьютер Тэхена, принялся их заполнять. Чимин какое-то время удивленно смотрел на него, но, решив, что помощью лучше воспользоваться, вернулся к своим обязанностям. Заполняя последний договор, Юнги невольно вспомнил момент недельной давности, как, вызвав Аюну к себе, попросил ее дать Чимину небольшую часть своей работы, а сегодня специально отпустил женщину после обеда. На все вопросы отвечал только коротким «так надо», хотя он сам не понимал зачем делает подобное. Юнги доставляло удовольствие наблюдать за работой Чимина, а затем отвозить его домой и разговаривать с Хуан о нем. Мин узнал многое из жизни Пака, но он так и не смог понять, где их родители. Хуан часто упоминала их маму, но он ее никогда не видел. В какое-то момент у него возникла мысль, что женщина, возможно, умерла, поэтому он не хотел задавать этот вопрос девочке, чтобы не огорчать ее перед сном, несмотря на то, что любопытство брало свое. По окончанию работы, Юнги проверил все ли выключено, и они вместе вышли из здания. — Подвезти? — Мин удивился насколько буднично это прозвучало. — Нет, сегодня хочу прогуляться, — прикрыв глаза, Чимин глубоко вдохнул теплый летний воздух. Начало августа было одной из самых теплых времен, поэтому Пак просто хотел насладиться этим моментом. Не без удовольствия он пронаблюдал за тем, как Юнги звонит водителю и просит подъехать к его дому. — Вы пойдете со мной? — с наигранным изумлением сказал Пак. — Да. Думаю, ты прав. Нужно проветриться. Через пару шагов вновь завязалась беседа. Улицы были оживленными. Возвращаясь с работы, люди заходили в небольшие магазинчики, располагающиеся через каждые несколько метров. Чимин предложил зайти в один из них и взять по хот-догу. — Я так давно их не ел, — откусывая внушительный кусок, произнес Юнги, — это просто блаженство. Чимин тихо засмеялся, прикрывая перепачканный в кетчупе рот. Они медленно перешли мост, остановились в парке, и Юнги захотел сделать фотографию. Чимин отказался фотографироваться с ним, но с удовольствием заснял его. До этого Паку не доводилось держать в руках такой большой телефон, поэтому от волнения его руки дрожали, что дало неутешительный итог. — Ты совершено не умеешь фотографировать, — просматривая фото, критически сказал Юнги, — предлагаю научить тебя. — Что?! В течении следующего часа Мин объяснял Чимину, как нужно фиксировать и использовать фильтры, взяв в качестве подопытных цветы из клумб. Как оказалось, Юнги был настоящим профи в этом деле и в конце прогулки Пак согласился на совместную фотографию, которую позже Мин установил на его профиль при звонке. Когда они подошли к дому Чимина, солнце давно скрылось за горизонтом. Пак поблагодарил Юнги за хорошую прогулку и, уже собирался уходить, как Мин схватил его за руку и, развернув к себе лицом, прижал к стене дома. Чимин удивленно посмотрел на него, а в это время Юнги наклонился вперед и поцеловал парня. Пак почувствовал электрическую волну, и, практически не осознавая, что он делает, приобнял Юнги, ответив на поцелуй. Получив одобрение, Мин отстранился. — Это за то, что не ответил тебе в машине. После чего улыбнулся и ушел. Чимин еще какое-то время стоял у подъезда, а когда зашел в квартиру, не здороваясь с Хуан, лег спать. «Это неправильно…все-таки, это неправильно». На следующий день Чимин, поздоровавшись с Юнги, прошел за рабочее место и, с удвоенным рвением, приступил к работе. Ему хотелось закончить с делами, как можно раньше, но Мин все равно смог остановить его перед уходом. — Тебя подвести, или хочешь прогуляться? Чимин, опустив глаза в пол, отрицательно покачал головой и проговорил тихое: — Извините, сегодня я хочу пройтись один. После чего забежал в открывшийся лифт и с силой нажал несколько раз на значок первого этажа. Только после того, как лифт тронулся, он облегченно вздохнул. Чимин не был уверен в правильности того, что делает. Ему очень хотелось провести время с Юнги, особенно когда он откликнулся на его чувства, но он также понимал сколько проблем принесет эта любовь. Пак никогда не хотел отношений с Юнги. Симпатия к нему, желание помогать — было максимум его требований, и сейчас он был растерян. Когда лифт спустился, Пак быстрым шагом направился домой. На следующий день у него был выходной в компании и смена в ресторане. Переодевшись в униформу, Чимин взял на себя все обязанности по кухне, надеясь, что его не отправят в зал. К его счастью, хозяйка справлялась и без его помощи. Три новых сотрудника, что пришли по объявлению, оказались очень способными. Однако попрощавшись и выйдя из ресторана, Пак лицом к лицу столкнулся с Юнги. — Чимин… — Извините, — мгновенно прервал он, — мне нужно срочно идти. После чего он позорно сбежал. Такая же ситуация произошла и на следующий день. И через день. Проснувшись на пятый день после их последней прогулки, Чимин с недоумением посмотрел на Хуан. — Брат, быстрее собирайся, — нервно доставая костюм Пака из шкафа, сказала девочка. — Зачем мне костюм? Я же должен в официальной форме идти. — Ты что, забыл? Классный руководитель хотела поговорить с тобой до начала занятий. Пак хлопнул себя по лбу, понимая, что это совершенно вылетело у него из головы. Наспех собравшись, он побежал вместе с Хуан в школу, но на входе ему сообщили, что женщина заболела, но забыла об этом предупредить, поэтому встреча откладывается. Тяжело вздохнув, Чимин бегом вернулся домой, переоделся в форму компании и отправился на работу. Вспотевший, он прибежал ко входу в здание и остановился, чтобы перевести дух. — Чимин? — раздалось удивленное за спиной. Обернувшись, Пак увидел Юнги, и чуть не застонал. — Извините, — все еще срывающимся голосом, сказал он, — я…на собрании… — Расскажешь в моем кабинете, пошли. После этого Юнги схватил парня за локоть и буквально протащил через турникет. Поднимаясь в лифте, Чимин нервно теребил край пиджака. — Я бы хотел еще кое-что с тобой обсудить. Пак почувствовал, как его сердце медленно бьётся о грудную клетку, норовя остановиться прямо сейчас. Когда пропела мелодия и двери открылись, Юнги вышел первым и удивленно застыл на пороге. Чимин, не ожидавший этого, врезался ему в спину. — Что здесь происходит? — строго спросил Мин. Выглянув из-за его плеча, Чимин увидел, что все менеджеры собрались в один круг и что-то активно рассматривали. — Фотографии с корпоратива пришли, — как обычно прямолинейно сказал Тэхен. Юнги бросил косой взгляд на Чимина, показывая, что помнит о случившемся в тот день. — Я бы тоже хотел посмотреть, — сказал Мин, — никто же не против? Все переглянулись между собой и расступились, пропуская Юнги в центр круга. Чимин же встал где-то в конце. До него доносились лишь обрывки фраз. — Это мы будили Тэхена…а это они подрались с Беном. — Тут Леон сделал сальто и разнес стол. — А это наша группа танцоров — Динар, Камиль, Ник и Чимин. — Оо, а это Бен и Арина. — А тут Юна решила поиграть с Чимином. — Поиграть? — Юнги впервые что-то сказал. Его голос слегка осип. Многие не заметили, но Чимин сразу это подметил. — Да, не обращайте внимание. Это Аля и Сьюзи. Просто шикарные снимки. — Да, — отозвался кто-то. — Я так ужасно на них получилась! Когда фотографии закончились, Юнги попросил всех вернуться к работе и, взяв снимки, пообещав, что вернет через пару часов, указал Чимину в сторону своего кабинета. Когда они оказались один на один, Пак попытался начать первым, но его прервали. — Опоздание, — коротко сказал Мин, и Чимин понял, что он зол. Бросив снимки на стол, Юнги прошел к шкафу, достал оттуда стакан, а затем, налив себе воды, выпил одним глотком. Только после этого он вновь заговорил. — Значит вот оно как. — Мин Юнги, вы… — Я все думал, что же не так сделал, а оказалось, что ларчик просто открывался. — Подождите… — Значит так, — с силой поставив стакан на стол, что по кабинету разнесся его звон, он сказал, — минус день из зарплаты за опоздание, — он потряс фотографиями, — в последнее время ты зачастил с ними. Такими темпами, можешь остаться без зарплаты. — Послушайте же… — Ты не хотел меня слушать, когда я хотел поговорить, так почему сейчас я должен? На выход. — Но… — Вон! В голосе Юнги послышалась привычная сталь. Поклонившись, Чимин вышел из кабинета. Пройдя в уборную, он закрылся в одной из кабинок. Прикрыв ладонями лицо, через пальцы по ним потекли слезы. Теперь он окончательно понял, что игнорировать Мина было большой ошибкой. Юнги с несколько минут смотрел на фотографию Чимина, где у него на коленях сидела девушка, а он, оттянув ее волосы, целовал шею. Его тонкие пальцы с силой сжали снимок, отчего он помялся. До этого фотографии приносили ему лишь счастье и ностальгические воспоминания. Даже та, что стояла в расколотой рамке, была по-своему важна для него. Эта же вызывала только сильную волну бешенства. Не выдержав, он разорвал снимок.