Приёмная Доктора Мастерса.

Gleamo4ka

– Вы его сломали! – безапелляционно заявляет Бетти на том конце телефона. – То есть? – уточняет Давина. – Я не знаю, что у вас там творится, но никогда Мастерс не курил. И то, что ты рассказываешь... проще поверить в единорогов. – Ну я бы не сказала курит... так...раз в день выходит на балкон и дымит. Правда в пепельнице чаще больше половины сигареты остается. – Позвони Лейнгу. Да, милая, сейчас иду, – кричит куда-то в сторону Димело. – Думаешь, поможет? Курение не похоже на ненормальность… – Он знает Билла лет сто. Сможет прикинуть что творится, поверь мне, тут явно какая-то девиация. Бетти спешно прощается и кладёт трубку. Давина смотрит на телефон, словно тот может подсказать верный порядок действий. Может она вообще зря переживает? Может начальник просто решил «выйти из зоны комфорта», что неудивительно при таких-то пациентах. Но она всё же решается и набирает номер. – Роберт? – Давииина, солнце мое. Что случилось? С Лейнгом они знакомы чуть меньше, чем с Мастерсом. Тот посоветовал ей поговорить о своих сомнениях и переживаниях по поводу смены пола и прочей самоидентификации, и Роберт оказался самым адекватным из встреченных ею психологов. – Со мной все замечательно. Речь о Мастерсе. – И что он там учудил? Заставляет тебя записывать пациентов на прием в алфавитном порядке? Взвешивать количество заварки для чая с точностью до грамма? – Если бы! Он курит. – Что прости? Курит? Неееет. Никогда и ни разу, – слышно, как сам Роберт щелкает зажигалкой и вдыхает сигаретный дым. – Я повешу камеру и пришлю запись. – Он её заметит. – Поверь мне, я сделаю так, что он ничего не узнает. Для надежности мисс МакКормак устанавливает камеру и в кабинете начальника. Она отлично знает, что ничего вредящего Мастерсу предпринять на территории клиники невозможно. Но похоже охранная система небесного и адского производства не считает её действия угрозой. Присылать Лейнгу ничего не пришлось. Как только Давина сообщила ему, что у неё есть материал, он решил сам явиться в клинику. Едва начальник успел покинуть рабочее место, Роберт оказался в приёмной. Словно ждал за углом, когда Билл уедет, хотя, скорее всего, так и было – Записала? – без вступления и приветствия, с ходу спросил Лейнг, в тот момент, когда мисс МакКормак как раз выходила из кабинета начальника, чтобы убрать карты пациентов в картотеку. – Ну и напугал! – Как можно кого-то бояться работая у Мастерса, я сам его порой боюсь. Ну так что? – Ну что... как по расписанию – раз в день на балконе, – отвечает Давина. «У нас же даже раньше балкона не было!» – добавляет она мысленно. Подходит к рабочему компьютеру, что-то щелкает и на мониторе появляется запись. – Сначала кабинет, не спрашивай ничего. Сидит себе, бумажки заполняет...вдруг вот, проверяет мобильный, на время что ли смотрит и выходит на балкон. Дальше уже с балкона. Вот прикуривает. Несколько затяжек, прервался, написал что-то в телефоне, ещё раз затянулся и потушил. Лейнг многозначительно, но совершенно бессмысленно хмыкает. – Интересно. А сколько времени было? – Судя по записи...около трёх. – Ты можешь записать завтра и послезавтра? Может у него новый ритуал? Начинающие шпионы расстаются, договорившись, что необходимо собрать больше материала для анализа. В начале следующей недели Роберт снова появился в офисе, едва Мастерс его покинул. – Ну? – вместо приветствия начал он. – Всё то же. Смотри. Они посмотрели еще четыре записи. – Время...час, без двадцать четыре, полдень, полтретьего...хм...чехарда. Это не ритуал. Если бы это было что-то вроде ОКР, тогда он бы повторял действие в одно и то же время…. Парочка пересматривает записи бессчётное количество раз, Давина заваривает кофе, Лейнг то и дело ерошит волосы. В какой то момент именно МакКормак замечает кое-что. – Он не смотрит на время! На этом видео телефон лежал чуть иначе, Билл положил его поверх стопки каких-то бумаг, хотя обычно тот покоился на положенном месте на столе. Но в этот день было много работы с анкетами добровольцев и весь стол был завален. Теперь стало четко видно как экран смартфона засветился. Билл, который в этот момент пил чай стоя у окна, тут же взял его. Лица в камеру видно не было, но дальше повторился ритуал с сигаретой. – Он не время смотрит. Он читает смску. – Тааак, довольно тянет Роберт, – И наш доктор тут же идет курить. Это уже кое-что. Они просматривают все записи с балкона. – И отвечает на это сообщение! Это личное! – торжественно произносит мужчина. – Да что ты? А я думала террористы! – издевательски ерничает Давина. – Скажу иначе...это переписка с кем-то... кто очень важен. Это чувства, понимаешь? – Роман? – Видимо ещё нет... не похоже, хотя кто знает. – Что ж это было бы хорошо, если бы он так себя не вел. Что не так? – А этого мы не узнаем, пока не узнаем кто эта женщина. Знаешь зачем он курит? Чтобы не отвечать сразу. Мастерс знает за собой грешок несдержанности и излишней резкости. Это с Либби и Вирджинией сработала стратегия «Veni, vidi, vici». Видимо сейчас нужно действовать тоньше. И это его "подушка безопасности". Успевает всё продумать, взвесить и ответить максимально, по его мнению, адекватно. Не знаю почему он выбрал сигарету, но, что уж… – Можно же не отвечать сразу... – Я думаю, что речь идет о том, что у его собеседницы не всегда есть свободное время. Поэтому он и ждет смс, а не пишет сам. Откладывает дела, и отвечает сразу... – Хирург она у него, что ли?! – предполагает МакКормак, и получает в ответ короткое пожатие плечами. На том и разошлись. Но любопытство вперемешку с лёгким беспокойством не оставляло Давину. В один из пятничных вечеров, когда она зашла в кабинет, забрать карты пациентов у Мастерса со стола, она заметила, что в полутьме мигал огонек на системном блоке, предупреждающий, что владелец забыл выключить компьютер и тот отправился в режим сна. Оставлять его так Билл себе ни разу не позволял, поэтому секретарша, удивившись про себя его забывчивости, "разбудила" компьютер, чтобы выключить его окончательно. На мониторе был открыт интернет браузер. *** Что хорошего в постоянном ношении маски, так это то, что никто не узнает тебя без неё. Высокий худощавый мужчина с короткими темными волосами вошел в бар «Макларенс». Заказав пинту тёмного, он, с видимым удовольствием, стал её потягивать, поглядывая то и дело на посетителей и посетительниц заведения. Казалось, что он просто ищет себе компанию на вечер или вообще праздно пялится по сторонам. Однако те, кого искал Дэйв МакКормак, уже были здесь. И эта парочка вызвала в нём искренний интерес. Ожидая увидеть начальника в обществе прекрасной дамы, на худой конец одной из бывших жен, он, с удивлением, обнаружил, что тот самозабвенно грызёт фисташки вместе с детективом Алеком Харди, коего ещё недавно сам Дэйв, а вернее его «прекрасная половина», накрывала пледом, после легкого вмешательства одного вампира. Что ж...кажется свидание оказалось вовсе не свиданием. – Тебе же говорили, что ты невероятно красив и в своем мужском обличии? – рядом с Дэйвом села незнакомая высокая стройная женщина с алыми губами. Он хотел было уточнить что она имеет в виду, но буквально одного взгляда хватило для того, чтобы понять кто на самом деле сейчас перед ним. Хм, не одна Давина сменила имидж. – Что ты здесь делаешь? – Спешу удовлетворить твоё женское, или не совсем женское, любопытство, – Мадам Сатана кивает на сидящую в зале парочку. Хочешь слышать, о чем они говорят? – Это по крайней мере неприлично, – не очень убедительно врет Дэйв. – Милый ты пришел сюда следить... а говорить мне о приличиях... Смех, донесшийся от столика Мастерса и Харди, окончательно склонил МакКормака на «сторону зла». В голове сначала чуть зашумело... *** – Торт...представляешь? Без объяснений и без подписи. – Это интересно. Тайная поклонница? Ошиблись адресом? – предполагал Билл, вспоминая историю с челленджем. – Понятия не имею. Но что странно, мне не удалось выяснить. А, значит, отправитель или очень умен, или со связями. В любом случае, это странно. - Хорошо, торт — это необычно, но... – То есть внезапно сдавшегося преступника, трех выходных, якобы, подчеркиваю, якобы, поврежденных тормозов моего автомобиля мало? Я отрубился на мгновение, все там хорошо было с тормозами, но экспертиза…. А еще и торт! Мне более чем достаточно. – Бывают в жизни разные совпадения. – Хорошо... – не сдавался Харди, пытаясь донести до упрямого Билла простую мысль, что в его жизни творится какая-то чертовщина, правда неизменно с хорошим для него, Алека, итогом. – У меня проблемы с сердцем, черт, это не проблема, это полная задница, прости. На самом деле я уже год ждал очереди на операции, есть кардиохирург Греф… – Я знаю его, – кивнул Мастерс, отставляя пиво, переключая всё внимание на собеседника. – Я хотел попасть к нему, потому что он лучший. Но.... – Деньги? – Нет. Греф согласился оперировать в рамках моей страховки. Что-то вроде любви к служителям закона, но у него очередь на три года расписана. А тут окно! И берёт он меня! – Ты грёбаный везунчик! – В том то и дело, что обычно нет. – Ну должно же ... – Погоди... вишенка на торте! – Харди делает глоток. – Уитли! Ты из США не знаешь, наверное, его еще называют Хирургом. Чертов маньяк-кардиохирург…. – Мартин Утили? – Значит знаком … – Да...приходилось, – ухмыляется Билл. – Оказалось он консультирует Грефа. И мой случай показался этому гениальному психу интересным. Я, признаться, хотел было послать этого ублюдка, но… это было условие Грефа, а жить мне очень хочется. Короче это было бинго сердечника. – Как прошло? – Как по маслу. Через десять дней вышел на работу. Пока в щадящем режиме. – Вот теперь я верю в чудеса, – Мастерс мысленно благодарит всех и каждого причастного ко всем этим чудесам. Они поднимают бокалы за это. И Билл невольно следит как Алек облизывает губы... а Харди, также исподтишка, наблюдает за пальцами Мастера, ловко открывающими фисташку. Самое удивительное Дэйв слышит не только разговор, но и мысли… Он оборачивается к своей собеседнице... – То есть ты хочешь сказать... – Вы сломали дока. Бетти права. – Это свидание? – Не очень похоже, но кто их знает... – Отключи меня от них. – Уже...ты доволен? – Я обескуражен. – Уверяю тебя, они оба тоже. Но раз уж твое любопытство удовлетворено, предлагаю прогулку. Дэйв видит знакомый огонек в глазах этой Дьяволицы. – Надеюсь, ты говоришь не только о том, чтобы погулять. – Раз уж эти двое готовы к чему-то новому, нам… – Сам Бог велел? Сатана закатывает глаза и, кивнув бармену, бросает купюру на стол. – Вообще-то обычно мужчины платят... – Прости, я привык. В следующий раз ты угощаешь. С чувством предвкушения чего-то невероятного, они покидают заведение. А двое мужчин, сидящих за дальним столиком, продолжают увлеченно беседовать. Через некоторое время фисташки и пиво подходят к концу. – Кажется, нам пора закругляться, – подытоживает Алек. Впрочем, не предпринимая никаких попыток встать или позвать официантку. – Да, уже почти одиннадцать, с другой стороны, завтра суббота…– Билл проверят «почву под ногами», осторожно. У него нет никаких конкретных намерений, кроме огромного нежелания заканчивать приятный вечер. – Ты же вроде завтра работаешь? – с какой-то особенной интонацией уточняет Харди. – У меня в основном беседы с добровольцами, начнется всё не раньше полудня. А ты? – Мне не позволяют появляться на работе в выходные, пока идет период реабилитации. Наконец, оба решаются посмотреть в глаза друг другу. – То есть мы могли бы… Прогуляться? – Харди сам не верит в то, что говорит. – Да, это отличная идея, тебе наверняка нужно больше гулять, так? – с улыбкой соглашается Мастерс. – Будто тебе после сидения в кабинете не требуется немного пройтись. – Я иногда выхожу…подышать на балкон, – оправдывается Билл. – Но этого определенно недостаточно, – тут же поправляет он себя. – Моя очередь платить по счету, – тоном, не терпящим возражений, заявляет Алек. Мастерс чувствует некую растерянность, и даже смущение, но соглашается. Эта встреча, именно так он именует её про себя, в такие моменты напоминает свидание. Волнующе и слишком непривычно. Дорога проходит через парк, затем они снова возвращаются на городские улицы. Ноги начинают уставать. – Нужно вызвать такси, - предлагает кто-то из них. Расставаться нет никакого желания, они даже решают взять одну машину, которая завезёт домой сначала Алека, затем Билла. Когда автомобиль останавливается у дома инспектора, мужчины как-то неловко улыбаются, – Что ж, –Алек протягивает руку, – Отлично поболтали… – Да, – Билл пожимает ладонь. – Может завтра… снова пройдемся? Я уверен, ты игнорируешь режим и не соблюдаешь предписание «больше бывать на свежем воздухе». Это точно сказал он? Алек смотрит на него слегка растерянно, и это заставляет Мастерса подумать, что его неуверенное «наступление» было опрометчивым шагом. – Нет, то есть да…я действительно в основном просто сижу дома… Так что… – Мне придется взять на себя ответственность за эту часть твоей реабилитации. «Заткнись Мастерс, просто заткнись» - говорит он сам себе. – Вероятно тогда я быстрее приду в норму, – кивает Алек. – Тогда я позвоню тебе около пяти часов, хорошо? – Билл неосознанно прикусывает губу. – Да, отлично. Договорились. Что ж…доброй ночи, - несмело улыбается Харди только сейчас замечая, что всё это время они держатся за руки. Мужчины, спохватившись, прекращают рукопожатие и инспектор покидает автомобиль. Билл провожает его взглядом до двери. Таксист попался молчаливый, но Мастерс успевает заметить чужую ухмылку в зеркале заднего вида, когда они отъезжают. Билл сжимает ладонь, стараясь сохранить в ней ощущение прикосновения. И вдохнуть поглубже, оставшийся шлейф от одеколона Харди. Если всё, что было до этого момента еще можно назвать дружеским общением, то сейчас это точно был флирт. И он честно признаётся, что сам, ощущая себя каким-то парашютистом перед прыжком, всё спровоцировал, а получив симметричный ответ, сейчас готов просто издать победное «ву-ху». Оставалось одно маленькое «но». Или два. Вообще то сам Билл никогда не увлекался мужчинами. Как и Алек, как он понял из краткой беседы о жёнах и детях. Так что же сейчас, черт возьми, с ними происходит?! Заглянув перед сном в ежедневник, проверить расписание на завтра, Билл в шутку записал: «16.45. Билл Мастерс, консультация. «Дело об исчезающей гетеросексуальности». На утро в его блокноте появилась приписка незнакомой рукой: после его имени – имя инспектора Харди. В качестве «подписи» были нарисованы маленькие демонические рожки и хвост.