Сын Старка

Маленькие ручки легонько похлопывали его по плечу, без сомнения, это был один из его детей. Нэд приоткрыл один серый глаз и заметил, что было еще темно, солнце даже не начало подниматься в небо. Это исключало Робба, ни одна чертова вещь не могла вытащить этого мальчика из его постели в такой ранний час. — Папа… Папа!.. Тогда Джон. Он был единственным из детей, кто называл его папой; Кейтилин настаивала, чтобы их дети называли его отцом, как подобает настоящим молодым лордам и леди. Эддард повернулся на бок и сонно посмотрел на своего ребенка. — Да, Джон? — С днем рождения! — прошептал мальчик, протягивая ему ярко-оранжевый шар. Это был не мяч, Эддард понял это сразу, как только он оказался у него в руке. Вес, текстура и размер… это был апельсин из Дорна. Деликатес так далеко на Севере, тот, который Эддард любил, но никогда не заказывал, слишком уж велики расходы. — Я смог принести только один… — немного шепеляво прошептал Джон, потеряв два передних зуба на днях. Эддард перевел взгляд с плода на стоящего перед ним ребенка, чьи кудрявые волосы были взъерошены и торчали во все стороны, завернутый в белую медвежью шкуру, лежавшую на его кровати, и маленькие босые ноги. — Спасибо тебе, Джон. Откуда ты знаешь, что я люблю апельсины? — прошептал он в ответ, выскользнув из-под одеяла и подняв Джона, посадил его себе на бедро. Они направились к его кабинету в покоях лорда, где большие стеклянные окна позволяли им видеть луну. Эддард усадил мальчика к себе на колени, обнял его одной рукой за талию и уткнулся носом в пушистую мягкую копну кудрей. В этот тихий момент, когда маленькие руки Джона помогали ему очистить шкурку апельсина, обнажив тем самым оранжевую мякоть плода, Эддард понял, насколько руки Джона похожи на его собственные. У обоих были длинные тонкие пальцы, овальные ногти и мозоли от меча. Эддард посмотрел вперед на стеклянное окно и был поражен увиденным отражением. Они действительно были так похожи, и нетрудно было догадаться, что, когда Джон подрастет, его легко примут за двойника Эддарда. — Вот, папа, — сказал Джон, и протянул ему дольку. Нед открыл рот, чтобы взять сочный кусочек фрукта из пальцев сына, и улыбнулся, хотя ему не терпелось увидеть того мужчину, каким будет его сын, он был более чем счастлив еще немного побыть в присутствие это мальчика, который, еще пока был невинен и не ожесточен этим миром.