Сын Старка

Арья никогда не могла усидеть на месте. В детстве они с Сансой не могли спать в одной кроватке, потому что Арья слишком много двигалась во сне и будила сестру. Эддарду пришлось взять со склада железную кроватку, которую он сделал для Джона. Это была впечатляющая кроватка. Миккен превзошел самого себя. Прутья кроватки на самом деле были изображениями. Завихрения черного чугуна, которые должны были быть снегом, фигурки мчащихся лютоволков и высоких раскидистых деревьев. Четыре столба по углам колыбели представляли собой высокие шпили с чардревом наверху-четыре луны для волков. Это была великолепная кроватка. Кейтилин очень рассердилась, когда увидела, что колыбель, заказанная для Джона, была столь же изысканна, как и фамильная колыбелька из чардрева, некогда принадлежавшая Роббу. Теперь она была счастлива, что она была сделана так, словно принадлежала законнорожденному ребенку — никто не мог сказать, что она предпочитала одну дочь над другой. Но те дни, когда Арья спала в детской кроватке, давно прошли. Арье было пять лет, она была очень вспыльчивой и могла поспевать даже за своими старшими братьями и сестрами. Там, где Санса любила танцевать, Арья-фехтовать, Санса-острие иглы, а Арья-плавание, Санса была маленькой леди, а Арья-маленькой одичалой. Сердце Неда наполнилось радостью, когда он увидел, что его дочь такая сильная и независимая, но так же в нем жила тревога. Такие девушки, как Арья, с трудом вписывались в мир, в котором они жили. Таких девушек, как Арья, после свадьбы увозили далеко от дома, и их мужья пытались заставить их подчиниться. С такими девушками, как Арья, жестоко обращались дамы, лорды и мелкий люд; их сторонились, потому что они не были теми, кем от них ожидали, что они будут. Такие девушки, как Арья, не будут приняты в веру; септы должны быть достойными леди, чтобы обучать молодых девушек путям женственности или путям Молчаливых сестер… Арья никогда не будет молчать. Эддард постоянно переживал за свою младшую дочь и часто ходил проверять ее успехи в занятиях с септой Мордейн. Однако в этот день в женском крыле, где обычно проходили занятия, сидели только септа и Санса, склонившись над молитвенником. — Добрый день, септа, Санса. Санса вскинула голову и посмотрела на отца широко раскрытыми голубыми глазами. — Отец! Он наклонился и поцеловал ее в щеку, улыбаясь, когда она хихикнула, почувствовав прикосновение его бороды. — Может быть, ты знаешь, где твоя сестра, моя милая Санса? Санса невинно улыбнулась и кивнула. — Она сейчас в Богороще. Септа Мордейн сказала, что мы будем учиться молитвам из Семиконечной звезды, а Арья сказала, что она никогда не будет верить в Семерых и убежала в Богорощу. Эддард кивнул и выскользнул из комнаты. Он сам пришел из Богорощи и не видел своей дочери там. Неду не потребовалось много времени, чтобы найти Арью на старом тренировочном поле, совершенно не похожую на маленькую леди Кейтилин, в которую та ее одевала каждое утро. Ее мятно-зеленое платье и белая шаль были заменены старыми слишком большими бриджами, слишком большой серой туникой и тяжелой кожаной курткой. Она сидела на земле перед Джоном, который терпеливо и осторожно вытаскивал из ее волос заколки, булавки и гребни. По мере того как он распускал каждый новый локон и косу, Арья становилась все более вялой, наклоняясь к Джону, пока не пала на него так, словно она была без костей. — Тебе повезло, что ты мальчик, Джон. Я ненавижу быть девочкой! — жаловалась она. — Верхом невозможно ездить в платье. Септа Мордейн глупа, все другие девушки хотят шить, танцевать и говорить о песнях любви— все эти заколки и банты заставляют мою голову болеть, и я ненавижу, когда мои волосы причесаны! И никто никогда не хочет играть со мной, если только это не игра в рыцарей и принцесс, и даже тогда они никогда не позволят мне быть рыцарем! И девочки такие злые, Санса и ее друзья зовут меня лошадиной мордой! Джон понимающе кивнул, и Эддарду показалось, что он ее даже не слушает, пока расчесывал свои пальцами длинным волосам Арьи, а затем заплел их в тугую и удивительно аккуратную косу. — Я закончил. Арья встала, отряхнулась и схватилась за один из деревянных мечей, лежавших на земле. — Я тренировалась, Джон, как ты мне и показывал. Я теперь могу держать стойку, не хуже мальчишек! И действительно, она могла, ее хватка была твердой и все же свободной, пальцы были согнуты в правильном положении, и ее поза —прямая спина, колени согнуты, ноги на ширине плеч— тоже была идеальной. — Хорошо, молодец, — сказал Джон и схватил свой меч и медленно начал проходить через стартовые разминочные движения, медленно становясь все быстрее и быстрее, пока он и Арья не начали обмениваться ударами и выставлять блокировки. Эддард остался в тени замка, наблюдая, как его дети тренируются. Все это напомнило ему его собственную сестру Лианну. Может быть, все обернулось бы иначе, если бы он научил ее владеть мечом? Смог бы Рейегар так легко похитить ее, если бы она знала, куда нужно ударить, чтобы он не смог удержать ее? Может быть, Джон имел бы… Он встряхнулся, чтобы освободиться от своих размышлений; теперь уже ничего не изменить. Он наблюдал, как Арья и Джон перешли от основных движений, движений новичка, к шутливому бою. Джон сдерживался и позволял Арье задавать темп, как бы изнурительно это ни было, они поддерживали его под летним солнцем. Покончив с этим, истощенные и покрытые потом, они сидели на земле, тяжело дыша и ухмыляясь, как дураки. — Молодец, сестренка, — похвалил Джон Арью и взъерошил ее волосы, прежде чем побежать за ведром воды на другую сторону поля. Они оба выпили несколько пригоршней воды, прежде чем разделись до нижнего белья и смыли пыль и пот, насколько это было возможно. Джон вымылся и оделся всего за нескольких минут. Но Арья все измучилась пытаясь обратно одеть столь ненавистное ей платье. — Джон! — расстроенно воскликнула она. С помощью Джона в конце концов Арья снова стала презентабельно выглядеть, одевшись в платье и вновь походя на леди, которой являлась. — Я не могу поправить твои волосы, ты же знаешь. — Я знаю, да я и не хочу, чтобы ты этого делал. — О, и не ешь сегодня лимонные пирожные, ладно? — Почему? — Потому что я не собираюсь позволять Сансе и ее крикливым друзьям безнаказанно так себя вести с тобой. Арья улыбнулась и бросилась в объятия Джона. — Ты самый лучший старший брат на свете. Лучше, чем Робб! И не волнуйся, я ничего не скажу Сансе, — сказала она, целуя его в щеку и убегая на свои уроки.