Sometimes we need that

— Чонгук-а, давай кино посмотрим? — садится рядом с младшим Тэхён, уже выбирая на ноутбуке фильм. — Давай, — Чон сразу вскакивает на месте, вешаясь на шею старшего. — Я хочу комедию, — на что Тэхён сразу морщится. — Малыш, ты в прошлый раз выбирал. Я хочу ужасы, как раз новое кино вышло, советуют, — говорит он и уже печатает название в строку поиска. — Ну Тэхён! — ноет Чонгук. — Мы уже говорили, что я не люблю ужасы, по ночам спать нормально не могу. — высказывает он и захлопывает крышку ноутбука, отсаживаясь на другую сторону дивана. — Чонгук, пожалуйста, я же рядом буду, — пытается подлизаться, потому что правда хочется посмотреть новый фильм, однако он прекрасно помнит, что младший терпеть их не может из-за ночных кошмаров. Тэхён ведёт себя ужасно, но ему очень нравится, когда Чонгук жмётся к нему в поисках защиты, просит обнять. До жути приятно осознавать, что для младшего он словно крепость. — А ночью? Ты же уйдешь и я не попрошу спать со мной Рину! Если так хочешь, то посмотри один. — Чонгук, я могу... — Вы смотреть что-то будете? — внезапно прерывает спор тоненький голосок. Рина быстренько топает маленькими ножками и садится между парнями, улыбаясь. — Давайте мультики посмотрим! Вот и поговорили. *** Тэхён с улыбкой на лице открывает дверь в уже родную квартиру. На часах чуть больше восьми вечера и Ким шикает про себя, потому что опоздал... Холодный взгляд любимых глаз встречает его прямо на входе в гостиную, где Рина уже тихо посапывает на коленях у Чонгука. Эта картина милая до ужаса, заставляет тепло в груди греть, но... — Где ты был? — с таким же холодом. — Тебе только скалки в руках не хватает, малыш, — усмехается Тэхён и проходит к Чонгуку, забирая Рину к себе на руки, потому что у Чона они наверняка затекли, ведь несмотря на то что девочка маленькая, она не пёрышко. — Могу взять, — серьёзным тоном. — Гуки, я правда не хотел опаздывать... Нас задержал профессор, устроил допрос по проекту, я опоздал на автобус, пришлось ждать другой, — оправдывается Ким, покачивая на руках малышку. — Прости, правда... — Который раз, Тэхён, — ворчит младший. — Который раз ты пропускаешь наши вечера вместе? Рина каждый раз засыпает, не дождавшись тебя, хотя лелеет надежду, что ты вот-вот появишься, — Чонгук дует губу, забирая девочку на руки, чтобы отнести её комнату. Тэхён нервно закусывает губу. *** Сидя в своей комнате за рабочим столом, Чонгук в который раз тяжело вздыхает, рассматривая свою работу, полностью сосредоточивая внимание на деталях, однако с каких ракурсов не посмотри, ошибку найти не получается. Чон прикрывает глаза, растирая их пальцами до цветных точек в темноте. Он слегка вздрагивает, ощущая на шее легкий ожог от чужого дыхания, затем ещё один и ещё, пуская ток по телу. Горячие губы скользят от уха к шее, оставляя мокрые поцелуи, а родные руки окольцовывают талию, собирая жгучее тепло внизу. — Не сейчас, Тэхён... Мне нужно сдать работу к завтрашнему дню, — мямлит Чонгук, пытаясь избежать повторных поцелуев в шею. — У тебя всё на высшем уровне, как всегда, — всю дорогу до этой квартиры Тэхён помнил, что сестра Чонгука взяла с собой малышку к подруге, а значит дома, кроме его малыша, никого не будет и эта мысль не могла не радовать. — Тэ, прошу, давай потом... — шепчет Чонгук, выскальзывая из рук старшего. — Меня убьют, если не сдам вовремя. Теперь тяжело вздыхает Тэхён. *** Вот уже полгода прошло после так называемой «свадьбы», а семейная жизнь уже стоит комом в горле. Казалось всё будет как в самых счастливых кино, хотя осознание того, что отношения это тоже тяжёлый труд никуда не делось. Нельзя сказать, что теперь жизнь состояла только из небольших перепалок, ведь были и приятные моменты вроде прогулок и свиданий, прямо как в кино, да. Просто иногда кажется, что скоро их любовь превратится в тонкую нить, которую будет очень легко порвать. И сейчас, сидя рядом с Чонгуком, лениво глотая утренний чай, Тэхён думает об этом. Эти месяцы, что он провёл с Чонгуком, Ким смело может назвать лучшими в своей жизни. Этот парень стал маленьким лучиком света в этом мире, что греет своим теплом Тэхёна, и ему это льстит. Он наверное уже начинает сам себе завидовать, когда видит как его малыш улыбается, как обнимает и как сладко целует. И он ни за что не отпустит этот лучик света. — Что? — ухмыляется Чонгук, сажая к себе на колени Рину. — Ничего, — улыбается Ким в ответ. — Может сходим сегодня куда-нибудь? Здесь недалеко открыли новый парк аттракционов. — Да, ясно... Я скоро буду, — слышится ровный женский голос из коридора. Женщина медленно проходит на кухню, залпом выпивая остатки своего кофе. — Опять что-то случилось? — вздыхает Чонгук, откусывая от бутерброда Рины немного, на что та недовольно мычит. — Беременная невеста это просто кошмар. Сначала она выбрала голубые розы и вот их уже привезли, но теперь она истерит о том, что они не подходят к её платью, — ворчит она, кидая в сумку телефон и ключи. — Я скоро поседею... — Как хорошо, что с нашей свадьбой не было таких заморочек, — Тэхён подмигивает малышке, что смущённо прикрывает ладошками лицо и улыбается, обнажая место, где выпал первый зуб. — Ребят, можете взять Рину с собой? Я давно хотела сходить с ней погулять, но вот не получается... Деньги я дам. — Даже не думайте, я за всё заплачу, — отнекивается Тэхён, с улыбкой смотря на прыгающую от радости по кухне девочку. — Кто готов к походу в парк? — смеётся Чонгук, подкидывая племянницу. — Я готова! *** — Тэхён, ты уверен, что сможешь оплатить? Эти аттракционы стоят не мало, а денег у тебя не в избытке... — осторожно спрашивает Чонгук, и не зря осторожно. Лицо старшего заметно становится серьёзнее, когда дело касается денег. Он твёрдо уверен в том, что его семья, может позволить себе такое времяпровождение невзирая на цену. Тэхён все деньги готов отдать, лишь бы им было хорошо. Потому что он очень их любит и хочет угождать во всём. — Хватит, Чонгук-а, можешь не беспокоиться, — выдыхает Ким и направляется к кассе, рассматривая цены на аттракционы и охает. Скорее всего с сегодняшнего дня он садится на диету... — Мы можем на полчаса купить билет в детский городок для Рины, там много всего, — подтверждает Чонгук, водя пальцем по описанию. — Оппа, хочу на карусели! — топает ножкой девочка, показывая ладошкой в сторону огромного аттракциона с лошадками, но тут же вскрикивает: — и сладкую вату хочу! — Рина, нет, тебе нельзя сейчас сладкое, — быстро находит отговорку Чонгук, краем глаза смотря на ценник. Ни одна нормальная вата не может стоить так дорого, гораздо дешевле можно купить в круглосуточном, что он и хочет сделать по пути домой. — Не помню такого... — хмурится Тэхён, забирая несколько билетов: один в детский городок, два на карусели (Чонгук тоже захочет покататься, Ким уверен) один на паровозик, еще два на огромные качели и три на небольшое колесо обозрения. — Как же, Ёнхи говорила об этом перед походом, — Чон подмигивает несколько раз, выразительно смотря на Тэхёна, тот понимает к чему ведёт младший, но не понимает зачем. У девочки нет аллергии и тому подобного, поэтому Ким не отказывает ей и покупает сладость, раздражая своего парня. — Почему так много билетов? Сколько денег ты потратил? — беспокоится. — Столько, сколько нужно. Я хочу, чтобы вы отдохнули, — раздражается. — Я хочу, чтобы ты отдохнул, последние дни совсем не жалеешь себя. — Тэхён, не обязательно тратить на это так много! — Это мои деньги, как хочу так и трачу, а твоё дело наслаждаться, любимый! — рычит Ким, утягивая притихшую младшую на паровозик, отдавая билетик контролёру. На лице девочки как было пасмурно, так и осталось. Сидя в вагоне с другими детишками, которые радостно кричали и улыбались, Рине было не до этого. Единожды помахав ладошкой в небольшое окно, выдавив из себя улыбку для видео, она начала нервно перебирать пальцы и кусать губы, собирая остатки сахара. Девочке очень неприятно, когда старшие ссорятся. Неприятно потому что давление между ними касается в первую очередь её. Рина не слепая и всё видит, чувствует, испытывает своё маленькое сердечко. Девочка мысленно прокручивает день «свадьбы», думая, поступила ли она правильно. Она успокаивает себя тем, что это обыденное дело, что это часть семейной жизни, но от чего-то котята на душе так сильно скребут... Чух-чух, гудок, конечная! — Тебе понравилось? — забирая девочку на руки, сразу спрашивает Чонгук. А должно было? Рина даже не помнит, как каталась и что видела, понравилось ли? Даже не знает, но утвердительно кивает, чтобы не расстраивать старших. — Куда пойдём дальше? — улыбается младший, но не услышав ответа ни через пару секунд ни через больше, спрашивает ещё раз: — Тэхён? — замечая, что тот прямо на ходу перебирает галерею в телефоне, громко цокает и повторяет вопрос. — Я планировал колесо оставить напоследок, когда будет темно. Вид из окна будет куда прекраснее, а сейчас можно отправиться на карусели, — жевано выдавливает из себя Ким, обшаривая все карманы джинс и толстовки. Пусто. — Тэхён, ты опять в телефоне завис? — раздраженно закатывает глаза Чон, отпуская Рину к контролёру карусели. — Нет, я... — Тэхён проглатывает вязкую слюну, ощущая, как душа медленно начинает уходить в пятки. Не нащупав в кармане ничего кроме телефона. Ни билетов, ни кошелька... — Чонгук, билетов нет... — То есть? — младший напряжённый, разглядывает испуганное лицо старшего, который выворачивает абсолютно пустые карманы джинс и ругается про себя. — Сходи посмотри на кассе или у контролера паровоза... — Нет, там ничего нет, с кассы я точно всё забирал, иначе как бы купил сладостей и отдал билет? — Тэхён! — вздыхает Чонгук, еле удерживая в себе дрожь. — Ты правда потерял кошелёк или это шутка? — разглядывая сжатые губы и растерянное лицо Кима Чонгук, пропустив удар в груди, готов рвать на себе волосы. — Ты не можешь быть аккуратнее с такими вещами?! В прошлый раз наушники, затем паспорт, а теперь и кошелёк с картой, где лежат все твои деньги?! — Почему сразу потерял то? Может меня обокрали, а ты вместо того, чтобы должным образом утешить, отчитываешь за то, в чём я возможно не виноват! — срываясь на крик. — Когда скажи мне? — не отступая. — Я всё это время стоял рядом и больше рядом с тобой никого не видел! — Раз ты у нас такой зрячий, почему не видел куда выпал кошелек?.. Карусели давно начали свои круги без них, только одна маленькая девочка стоит, сжавшись, совсем одна, никому ненужная и забытая. Рина, всё это время всё слышащая и видищая, стояла, слившись с ограждением. Её губа чуть дрожала, а по хрупким плечам пробежались колкие мурашки, не из-за подувшего холодного ветра, это другой холод, веющий от некогда самых близких людей, которые всегда дарили тепло. Голос Тэхёна словно гром — яркий и очень грозный, он навеевает страх, а Чонгука словно нож, звонкий резкий, девочка уже слышала его раньше, когда сама что-то делала не так... Только вот что она наделала на этот раз? — Оппа, пойдём домой?.. — осторожно задаёт вопрос дрогнувшим голосом, протягивая руку к своему дяде. — Рина, не лезь! — рявкает тот, дёргая свою руку, продолжая яростный спор. Девочка всхлипывает и убегает в сторону, бежит, не зная куда, смывая слезами яркие цвета парка, веселья и радости... Так нехорошо стало внутри, будто сердечко заболело и затошнило, противно. Рина бежит через толпы людей как можно дальше, а её и вовсе не замечают, такую маленькую, никому ненужную, брошенную. Девочка, в попытке стереть с глаз соль, запинается о какой-то камешек на асфальте, сдирая нежную кожу колен, заставляя красные цветы крови рисовать свои узоры. Слёзы не останавливаются, как и кровь, как и бешеное маленькое сердечко в груди. Оно переживает боль, первую, такую сильную, пытается излечиться, только вот не умеет. Рина бежит до самого края парка, подходя к заброшенному зданию, скрываясь там, забираясь в самый дальний угол. Слёзы — маленькие кристаллики, продолжают капать на песок, а сердечко изнывать и тосковать. Ему очень плохо. *** — ...если ты так считаешь, то можешь идти на все четыре стороны, — сдерживая порыв слёз, грубо выкидывает Чонгук, крепко сжимая губы. — Ты мне больше никто... Нельзя не сказать, что такой необтёсанный вывод не бьёт по рёбрам. Чонгук и сам не понимает, что несёт на эмоциях, оставляет Тэхёна с прожигающей изнутри дырой в груди. — Рина, нам пора домой... — резко бросает Чон, подходя к месту, где последний раз видел ребенка, но здесь пусто. — Рина... — вновь пропуская удар, вперемешку с ужасом. — Малышка, где ты? — Рина? — подбегает Тэхён, рыская взглядом по толпе, которая с каждым разом только больше становится. — Малышка, это не шутки, хватит играть в прятки! — начиная заглядывать под кусты, ограждения, на карусели... Ребёнка нет. — Рина, прошу, хватит играть, это не смешно, — кусая губы, выкрикивает младший, кидаясь в толпу людей. — Извините, вы не видели девочку? Брюнетка с двумя хвостиками, в жёлтом платье? — и на каждый вопрос проходящие мимо мамаши лишь качают головой, пытаясь вспомнить такой образ. — Девочка стояла с вами, мы лично передали её вам в руки. Куда она могла пойти? — настойчиво спрашивает Ким у женщины-контролёра средних лет. — Я не несу ответственности за ваших детей! — грубо выплёвывает она, уходя по своим делам, ни чем не помогая. Прошмыгивая по всей небольшой площади в толпе, ни Чонгук, ни Тэхён не находят девочку и у первого уже начинают сдавать нервы. Он бегает по всему парку, заглядывая под каждый камень, каждую травинку, мысленно молясь, чтобы девочка нашлась, но нигде нет хотя-бы отдалённо похожего образа. И когда даже через полчаса девочка не находится, он встречается у небольшой лавочки с Тэхёном, что растерян и испуган не меньше, чем он. Ни билеты, ни кошелек уже не так важны, как пропавший ребенок. Чонгук всхлипывает, бросаясь любимому в объятия, который сразу же прижимает к себе, стараясь успокоить, гладя по волосам и худой спине. — Мне так страшно за неё... Вдруг её похитили? Что если она упала где-то и сидит, горько плача... — младший сильно жмурит глаза, лишь бы не представлять эти ужасные образы любимой племянницы. — Она же совсем маленькая... — заходясь рёвом. — Тише, Чонгук, успокойся, — хотя Киму самому бы успокоиться. — Давай сейчас ты успокоишься, а потом мы пойдём к охране, они должны помочь, — шепчет Тэхён, целуя в макушку любимого. — Это я виноват... — вспоминая сказанные ребёнку слова, шепчет Чон. — Мы оба виноваты, — с горечью от обиды на самого себя. Спустя пару долгих минут, Чонгук перестаёт захлёбываться всхлипываниями, но слёзы предательски не останавливаются. Подходя к одному из сотрудников охраны парка, младший не может выдавить и слова, вновь зажмурившись пуская реки слёз в плечо Тэхёна. Громкоговоритель несколько раз издаёт текст о потерянном ребёнке, прося неравнодушных посодействовать в поиске маленькой темноволосой девочки. Несколько семей принимают участие в поиске, стараясь создать в памяти образ и искать. Искать до самой темноты. *** Маленькие слёзки-кристаллики застывают на горячих щеках солью. Маленький носик показывается из-за сложенных на коленях ручонок, он такого же как и глаза цвета. Некогда пушистые ресницы слиплись, а кровь на коленях застыла тонкой-тонкой коркой вперемешку с дорожной пылью. Девочка впервые за долгое время поднимает глаза в небо, щурясь, будто ото сна. Над головой тёмный купол, укрытый облаками, которые еле подсвечиваются лучами уходящего за горизонт солнца. — Эй, малышка, — зовёт мелодичный женский голос, — почему ты здесь одна? Из-за полуразрушенной стены появляется женщина в летнем длинном платье, на плечах её плотная джинсовка, которой она сразу укрывает замёрзшую девочку. Её рыжий цвет волос красиво переливался в цвете закатного солнца, создавая вокруг головы золотой ореол. — Я... Не знаю, — честно признаётся девочка, когда женщина садится рядом с ней, сажая на свои колени, чтобы согреть. — Мои оппы слишком часто начали ссорится, а на этот раз они очень сильно поругались... Я-я расстроилась тоже... — Рина зажимает губы, чтобы вновь не заплакать. — Тётя, это ведь я их поженила, из-за меня они теперь ссорятся... Я думала они будут любить друг друга каждый день, а они только ругаются... Женщина сквозь плач и захлёбывания пытается разобрать детскую и так ломаную речь, а разобравшись, растерянно хмурит брови. После недолгих раздумий, тихим размеренным голосом говорит: — Не вини себя, ты ни в чём не виновата, — успокаивает женщина, гладя девочку по выбившимся прядям тёмных волос. — Если люди правда друг друга любят и уважают, они найдут компромисс и будут идти через тернистый путь вместе, крепко держась за руки, — женщина девочку обнимает напоследок и поднимает дитя на руки. — Твоя задача не убегать, а поддерживать их в таких минуты. Рина мягко улыбается женщине, сильнее кутаясь в тёплую джинсу. Они идут не спеша, в приятном молчании. Девочка любовалась красивым цветом волос, что переливался в золото. А затем невзначай: — Вы волшебница? — с большой надеждой, на что женщина с улыбкой подмигивает и проходит за ворота парка, находя на лавочке одиноко сидящих мужей. Она отпускает девочку, указывая ей на её семью, а та и без её подсказок замечает и тут же срывается в их сторону. Рина бежит, чуть не роняя большую джинсовку, радостно крича. — Оппа! — зовёт она и бросается в объятия родного дяди, который тут же крепко прижимает к сердцу. — Рина, никогда больше не убегай так, никогда! — сквозь улыбку облегчения шепчет Чонгук в маленькое ушко, не веря, что весь этот ад наконец-то закончился. — Мы все ужасно перепугались, — поддерживает Тэхён, также обнимая девочку вместе с любимым. Ким, нежно гладя ребенка по спине, смотрит вдаль, там где всё ещё стоит волшебница, освещаемая последними лучами солнца. Старший благодарно кивает женщине и та, с чувством выполненного долга, уходит, оставляя счастливую семью. — Вы помирились, правда? Больше никогда не ругайтесь, прошу. — Обещать не можем, но постараемся, — усмехается Чон, поднимая девочку на руки. — Поехали домой, — Чонгук начинает шарить в карманах в поисках мелочи на автобус, но находит кое-что другое... — Тэхён, — младший вытаскивает из кармана знакомый до боли кошелек, внутри которого и находятся билеты. — Точно! — Ким пробивает себе лоб ладонью, когда вспоминает, что отдал младшему всё содержимое карманов, ведь когда вытаскивал телефон кошелёк постоянно вываливался. От собственной глупости захотелось себя ударить. — Чёрт, как же так? — Мы ещё можем успеть на колесо, — Чон достаёт три билета на аттракцион и направляется к нему, чтобы отдать контролёру билеты. — Пойдем, Тэ. Тэхён с улыбкой заходит в одну из кабин аттракциона вместе с младшими и садится с любимым у окна. Контролёр закрывает дверь кабины и включает колесо обозрения. Пока Рина завороженно испытывает новые ощущения, разглядывая отдаляющихся всё дальше и дальше маленьких людей, Тэхён берёт Чонгука за руку, переплетая пальцы и разворачивая к себе лицом. — Родной, прости за всё, что я тебе сегодня наговорил. Я такой дурак... — шепчет на ухо Ким. — Не ты один, — вздыхает младший, — ты меня тоже прости, — он с улыбкой смотрит в любимые глаза и тянется, чтобы поцеловать, но резко отводит глаза в сторону и, убедившись, что девочка отвлечена видом за большим окном, прижимается к родным мягким губам напротив и млеет. Сколько бы они не ссорились, сколько бы не обижалась друг на друга, они всегда находят успокоение друг в друге, в поцелуях и объятьях, признаются в своей глупости и просят прощение. И такие моменты Чонгук ни на что не променяет. Если бы Рина сегодня не потерялась, Чон никогда бы не простил себе этот и день и то что сказал. Сегодняшний день мог стать последним, поэтому оба мысленно благодарят девочку за всё. За всё, да. Этот ребенок самый лучший на свете, ведь что бы ни происходило она всегда рядом, поймёт и примет. И это настоящее счастье. Тэхён рукой скользит по чужому бедру от колена до талии, прижимая за неё ближе к себе, языком давит на губы, упрашивая глубже, а Чонгук, забывая обо всём на свете, не сопротивляется Киму, который слишком увлекается, переходя с нежного касания губами к страстному требовательному поцелую. Младший тихо стонет в родные губы и слегка бьёт старшего по плечу, когда слышит со стороны знакомый кашель. — Смотрите какая красота! — улыбается девочка, смущаясь от того, что только что увидела. Перед ними растелается ночной город, сияя яркими огнями, словно созвездиями и все они живые и играют, подмигивают. Перед ними жизнь. Миллионы жизней. Чонгук в руках Тэхёна завороженно вздыхает, а Ким шепчет на ухо: — Люблю вас и ни на что не променяю.