Доигрались, или Огласите весь список, пожалуйста.

В кабинете директора Макгонагалл было многолюдно, чему она, по правде сказать, была совсем не рада. Минерва надеялась провести спокойный вечер за своим любимым занятием, а теперь ей приходилось выслушивать и одновременно успокаивать сразу двоих профессоров. Снейп и Блэк уже начали переходить на личности, и директриса понимала, что еще немного – и уж один их них точно перейдет на непростительные.       – Северус, Сириус, прекратите. Вы же взрослые люди в конце концов. Объясните толком, что произошло, – предприняла волшебница очередную попытку разобраться, в чем дело.       – А ничего необычного, – усмехнулся Блэк. – Просто Снейп…       – Профессор Снейп!       – Да замолкни ты, профессор Снейп! Иначе…       – Что иначе? – процедил слизеринский декан.       – Сам знаешь, – выплюнул Блэк. – Я надеру тебе задницу, как во времена юности.       – Попробуй, гриффиндорская выскочка. Я тебе сам все кости переломаю. И…       – И заткнитесь оба, наконец! – не выдержала Минерва. Но взяв себе в руки, продолжила уже более миролюбиво.       – Северус, я прошу впредь не употреблять называние факультета Гриффиндор вместе с оскорблениями. Тебе же, Сириус, придется научиться говорить о профессоре Снейпе уважительно по крайней мере в присутствии других. Вам понятно?       – Да, – были вынуждены согласиться оба декана.       – Вот и славно, мальчики, – со смешком произнесла директриса. – А теперь рассказывайте. По очереди. Северус, ты первый.       – Студентка Гриффиндора – Джиневра Уизли – решила, что из-за того, что является подружкой самого Гарри Поттера, имеет право дерзить мне во время урока. Макгонагалл удивленно посмотрела на Джинни, которая тихо стояла в сторонке вместе с Гермионой и до этого момента не проронила ни слова. Конечно, Минерве знала о взрывном характере Уизли, но Джинни за все время учебы в Хогвартсе ни разу не позволила себе неуважительного поведения по отношению к учителям. Предыдущий год, когда Джинни вместе с другими ребятами боролась против Волан-де-Морта и его ставленника Снейпа, был не в счет.       – Джинни, детка, это правда?       – Профессор Снейп первым начал, – насупилась Уизли. – Он оскорбил Гермиону.       – Профессор Снейп? – приподняла бровь Минерва.       – Мисс Грейнджер не выучила урок, и я всего лишь предположил…       – Предположили, что максимум, на что я способна, – выскочить замуж, – не выдержала Гермиона.       – А мисс Уизли, – возмущенно воскликнул Северус, – во всеуслышанье заявила, что я делаю мисс Грейнджер предложение.       – Предложение чего? – искренне не поняла Макгонагалл.       – Руки и сердца! – рявкнул Снейп. Минерва не выдержала и улыбнулась, невольно представив Снейпа в качестве жениха. Вот он, волнуясь, стоит возле алтаря, а рядом его друзья. Хотя с друзьями у мастера зелий будет явная напряженка. Ему бы хоть одного найти.       – Понятно, Северус. И что дальше?       – Я попросил… Ну ладно, просто велел мисс Уизли выйти из класса. А когда хотел назначить ей отработку, мисс Грейнджер…       – Вы назвали Джинни рыжей нахалкой, – фыркнула Гермиона. Снейп сжал зубы. У этих двух представительниц Гриффиндора стало входить в привычку нагло перебивать его на полуслове. Это начинало раздражать.       – Понятно. А что можете добавить вы, профессор Блэк? И как вы вообще оказались на зельях?       – Я всего лишь проходил мимо, – ничуть не смутившись того факта, что просто проходить мимо класса зелий было, хм, весьма непросто, произнес Сириус, – и услышал, как Сней… профессор Снейп кричит на Джинни и Гермиону, обещая им…       – Довести до сведенья их родителей, – на сей раз перебил коллегу Северус, – факт возмутительного поведения их дорожайших чад.       – Наябедничать, – с плохо скрываемым презрением фыркнул Сириус. Минерва покачала головой. Ее ждал непростой год.       – Значит так, – подытожила директриса, – профессор Снейп и профессор Блэк, я снова прошу вас постараться держаться подальше друг о друга. Благо, Хогвартс большой и места хватит. Сириус, если я не ошибаюсь, а я не ошибаюсь, ты должен был заниматься дополнительно с Гарри и Роном? Мне стоило огромного труда убедить профессора Снейпа освободить их от занятий по зельям для того, чтобы они подготовились к поступлению в Аврорат. Вот и делай свою работу. Северус, что касается тебя: мисс Грейнджер способна добиться поразительных результатов. И я уверена, что мы еще будем ею гордиться. Так что оставь свои язвительные замечания при себе, если, конечно, ты на самом деле не хочешь на ней жениться, – не смогла удержаться МакГонагалл. – Цвет волос мисс Уизли впредь не может являться поводом для насмешек или оскорблений. Особенно с твоей стороны. Вы, мисс Уизли, в свою очередь больше не позволите себе подрывать авторитет профессора Снейпа и оставите свои предположения касательно личной жизни и желаний оного. Я ясно выражаюсь? Четверо волшебников молча кивнули. Довольная, что на это раз ей удалось решить ситуацию малой кровью, Минерва хотела распустить всех и наконец-то заняться своими делами. Но в это время дверь кабинета распахнулась и в него буквально ворвалась Пэнси. Девушка была в ярости. Увидев Джинни и Гермиону, Паркинсон с огромным трудом взяла себя в руки. Единственное, чего сейчас хотелось бывшей слизеринке, – это запустить в них каким-нибудь ужасно болезненным заклинанием. Но боязнь потерять хоть небольшой, но все же стабильный заработок немного охладила ее пыл.       – Мисс Паркинсон, – произнесла Минерва, – не знаю, на что и надеяться. На то, что ничего страшного не произошло, или на то, что все же случилось что-нибудь ужасное, из-за чего вы позволили себе вот так без стука врываться в мой кабинет.       – Директор, – на всякий случай подходя поближе к своему бывшему декану (в комнате было слишком много гриффиндорцев бывших и нынешних), заговорила Пэнси, – я узнала, что была оскорблена моя честь, и требую, чтобы вы приняли меры.       – И кто же оскорбил вас, мисс Паркинсон? – едва не закатив глаза, спросила Макгонагалл.       – Я точно не знаю, – была вынуждена признаться Пэнси. – Но профессор Снейп может подтвердить, что во время его урока кто-то – уверена, что гриффиндорец – заявил, что я – любовница профессора.       – Какого именно? – устало вздохнула Минерва. Она уже начала сожалеть, что согласилась стать новым директором. Конечно, волшебница понимала, что на этом посту ей придется разбираться с жалобами учителей и, быть может, даже учеников. Но никак не предполагала, что они посыплются буквально сразу и в основной своей массе будут касаться не учебного процесса, а личных разборок. Возможно, Снейп был лучшим вариантом. Вряд ли к нему решились бы врываться с требованием принять меры по защите оскорбленной чести.       – Что какого именно? – на сей раз действительно не поняла Пэнси.       – Какого из профессоров народная молва в лице таинственного гриффиндорца назначила вам в любовники? – без особого энтузиазма поинтересовалась Минерва.       – Профессор Снейпа, конечно же, – ответили Пэнси. Сириус, пристыженный тем, что действительно не уделял занятиям с Гарри и Роном достаточно внимания, и поэтому хранивший все это время молчание, презрительно фыркнул, всем своим видом показывая, что именно он думает о внезапно свалившейся на слизеринского декана славе Дон Жуана.       «Ну за что мне все это? – принялась размышлять Макгонагалл. – Два профессора, не переросшие свои подростковые обиды, – это раз. Гриффиндорка, оскорбленная недостаточным признанием своего интеллекта. Не дай Мерлин, эта обида перерастет в одержимость – и вот вам новый Темный Лорд. Это два. Слизеринка с оскорбленной честью, требующая мщения, – это три. Ах да, еще имеется младшая Уизли. Войди сейчас в эти двери Том Реддл – это будет вполне в стиле разворачивающейся драмы. А новый учебный год ведь только начался». Но Том, к счастью, не вошел. Зато на пороге появился сам Люциус Малфой, как всегда элегантно одетый и прекрасно выглядящий. Окинув всех присутствующих надменным взглядом, Люциус все же не смог пренебречь этикетом (воспитание не позволило) и галантно поклонился дамам. Хотя Волан-де-Морту он наверняка кланялся ниже.       – Прошу простить меня за столь позднее вторжение. Судя по вашему удивленному лицу, Минерва, Министерство не предупредило вас о моем визите?       – Нет, мистер Малфой, – вынужденно улыбнулась женщина. – Чем обязаны такой чести? В последней фразе явственно чувствовался сарказм, но на Люциуса он не произвел никакого впечатления. Постояв еще около минуты и так и не получив приглашения сесть, Малфой снова заговорил.       - Дело в том, что вам наверняка известно о моих помощи и вкладе в восстановление волшебной Британии после… скажем так, после недавних ужасающих событий. Гермиона и Сириус пораженно уставились на Малфоя-старшего. Нет, вы только посмотрите, у него явно хватало наглости делать вид, что он сам не имеет никакого отношения к Темному Лорду и его последователям. Северус, который никогда не сомневался в способности Малфоя выкручиваться и приспосабливаться к новой власти, едва заметно покачал головой. Если Люциус здесь, то он преследует какую-то выгоду. Конечно, Снейпу было на это наплевать, но присутствие Малфоя будет напоминать ему о годах, проведенных в услужении Волан-де-Морту. А именно эти годы Северус хотел стереть из своей памяти.       – Как я уже упомянул, – продолжил Люциус, – я предложил Министерству не только финансовую помощь и свои связи, но и свою кандидатуру в качестве сознательного гражданина, радеющего за страну. Я сообщил, что готов занять любой пост, на котором мои знания и способности смогут принести наибольшую пользу. И Министерство назначило меня временным исполняющим обязанности главы Департамента образования. Волшебники удивленно переглянулись.       – Ничего себе Амбридж, – не сдержалась Джинни.       – Мисс Уизли, кажется, – намеренно сделал вид, что не узнал ее, Люциус. – Что вы имеете в виду?       – Я имею в виду, – ничуть не смутилась Уизли, – какие пытки и наказания вы как глава департамента введете в Хогвартсе? В прошлом году, когда ваш хозяин был еще жив, профессор Снейп и его… ох, простите, и ваши тоже товарищи практиковали на несогласных непростительные заклинания. Вы наверняка намереваетесь превзойти их. Так что за невыученное домашнее задание или опоздание на урок? Авада?       – О нет, что вы, – «мило» улыбаясь, ответил Малфой. – Все строго по инструкции Министерства. И никаких телесных наказаний. Можете не бояться.       – Я не боялась вашего господина и тем более не боюсь вас! – с запалом выкрикнула Джинни. И пусть внешне Люциус оставался спокоен и невозмутим, но внутри... Эта рыжая ведьма всегда необъяснимым образом бесила его. И дело было даже не в предательстве ее семьи. Ему просто хотелось поступить с ней как в давно минувшие времена – сжечь на костре.       – Охотно верю, – усмехнулся Люциус. – Вы, мисс, насколько я припоминаю, были знакомы с НИМ не понаслышке. Фактически вели один дневник на двоих. Джинни не сразу нашлась что ответить. Вот гад, это же он собственноручно подкинул ей дневник Реддла.       – Мистер Малфой, – встала на защиту Уизли Минерва, – конечно, я не могу оспаривать решения Министерства, но я обязательно свяжусь с ними и сообщу о своем решительном несогласии. На случай, если нам все же придется работать вместе, попрошу впредь не нападать, пусть и словесно, на учеников и учителей вверенного мне Хогвартса. Лучше было бы, если бы вы вообще свели к минимуму общение с ними.       – Насчет учителей не обещаю, – усмехнулся Люциус. – Но, как мне кажется, общаться с учениками, особенно если все они столь же невоспитанны, как мисс Уизли, я и сам не захочу. Джинни лишь возмущенно открыла и закрыла рот.       – Буду на это надеяться, – подытожила порядком уставшая Макгонагалл. – Теперь, если позволите, я хотела бы побыть одна. По крайней мере пока не случится еще что-нибудь.       – А как же я? – очнулась Пэнси.       – Не волнуйтесь, мисс Паркинсон. Завтра же утром, во время завтрака я сделаю заявление и официально сообщу всем, что вы девушка порядочная. При этих словах Джинни хихикнула. Пэнси попыталась испепелить ту взглядом. И так как прекрасно поняла, что большего от директрисы ей не дождаться, была вынуждена молча согласиться.