Доигрались, или Огласите весь список, пожалуйста.

Вечером этого же дня директор Макгонагалл была вынуждена принимать у себя в кабинете (которой она по понятным причинам начала сравнивать с проходным двором) все еще не отошедших от утреннего пророчества волшебников и саму виновницу этого переполоха – профессора Трелони. Сивилла, в отличие от остальных, была в приподнятом настроении. Прорицательница сидела на диване, смотрела на всех сквозь огромные очки и улыбалась. И ее благостное настроение грозило сослужить Трелони плохую службу. Минерва видела, что Северус готов был вспомнить опыт, приобретенный на службе у Волан-де-Морта, и применить к своей коллеге не только пыточное, но и, возможно, смертельное заклинание. Чего уж скрывать: Снейп был взбешен. Вообще-то из того, что напророчила Сивилла утром, было тяжело разобрать, что должно случиться и какая именно роль во всем этом отводится Мастеру зелий. Но так как у Снейпа был нюх на всякого рода неприятности, то он наверняка окажется прав и на его долю снова выпадет пожертвовать собой. А поскольку это амплуа ему порядком осточертело, то Макгонагалл могла понять его отнюдь не радостное настроение. Остальных волшебников так же не радовала выпавшая им участь оказаться замешанными в новом пророчестве. К счастью для нее самой, после уточнения у Сивиллы, Минерва чувствовала себя более уверено, так как уже знала, что ей уготована роль стороннего наблюдателя. А это утешало и было поводом для радости, которую, правда, приходилось скрывать, чтобы не навлечь на себя гнев тех, кому так не повезло.       – Итак, – сложив руки на груди, процедил Снейп, – может, мы наконец узнаем, для чего нас здесь собрали?       – А еще считаешь себя самым умным, – усмехнулся Сириус. – Мы все стали частью нового пророчества, и профессор Трелони объяснит нам его, а также расскажет, что мы должны будем делать, чтобы оно сбылось. Или, наоборот, оно не должно сбыться? – все же запутался преподаватель ЗОТИ.       – Блэк, ты – идиот!       – Попрошу - профессор Блэк, – с нескрываемым удовольствием парировал Сириус, подражая самому Снейпу. Северус сделал глубокий вдох.       – Хорошо, профессор Блэк, – взяв себе в руки, произнес слизеринский декан. – Ты что, настолько тронулся остатками своего ума в Арке, что не понимаешь, что речь может идти о жизни и смерти?       – О жизни, – отозвалась Сивилла. – Речь идет о жизни. Сириус победоносно улыбнулся и уже готов был назвать Снейпа если не трусом, то по крайней мере паникером, но профессор Трелони решила закончить свое предложение:       – Но без нее будет смерть.       – Кентавром тебе через «Ночного Рыцаря», Сивилла! – не удержался и выругался Блэк.       – Сириус! – шикнула на него Минерва.       – Прошу простить его, девушки, – заговорил Люциус, который все это время размышлял о том, как его угораздило влезть в неприятности (а то, что это были неприятности, мужчина понял сразу), когда его жизнь только стала налаживаться. – Сириус не обучен правилам хорошего тона, несмотря на то, что родился в чистокровной семье. Увы, не все чистокровные волшебники знают, как вести себя в приличном обществе. Многие с рождения не удостаивались чести быть в него принятыми. И хотя Малфой-старший хотел унизить именно Сириуса, но и Гермиона и Джинни восприняли заявление аристократа и выпадом в свою сторону. И из-за этого обе гриффиндорки одарили Люциуса таким взглядом, что тот явственно ощутил холод.       – Так, давайте все успокоимся, – вновь предприняла попытку избежать обострения конфликта Минерва. – Давайте все сядем и успокоимся, – зачем-то повторилась она. Но, возможно, именно из-за этого остальные волшебники решили все же последовать ее совету и начали рассаживаться. Вскоре расположение сил было таковым: директриса сидела за своим столом, Сивилла расположилась в кресле неподалеку, Снейп и Малфой заняли один небольшой диван, Гермиона с Джинни – другой. Сириус остался демонстративно стоять, прислонившись к стене. И в этот момент в кабинет зашла Пэнси.       – Простите за опоздание, я надеялась, что мне утром приснился кошмар и поэтому…       – Все в порядке, милая, – поприветствовала ее Сивилла. – Но, увы, от пророчества никуда не скрыться. Паркинсон всхлипнула и оглядела кабинет в поисках свободного стула, кресла или дивана, но все было занято.       – Иди к нам, – неожиданно для многих позвала ее Гермиона. – Джинни, подвинься, пожалуйста. Джинни кивнула и похлопала по освободившемуся месту.       – Садись, боюсь, услышанное тебе не понравится так же, как и нам, – поделилась своими опасениями рыжеволосая гриффиндорка.       – Как знать, – хихикнула Трелони. – Хотя о Гарри Поттере речь на самом деле не пойдет. Слизеринский декан презрительно фыркнул.       – Я на это и не надеялась, – честно призналась Джинни. – Быть может, профессор Трелони, вы все-таки расскажете нам, в чем именно состоит суть пророчества?       – Наконец-то хоть одна здравая мысль от…       – От кого, профессор? – словно рассерженная кошка, зашипела Джинни. – От Уизли? Вы это хотели сказать?!       – Вообще-то я имел в виду «от гриффиндорцев», – ничуть не смутился Снейп. – Но и от Уизли тоже неплохо, как вариант.       – Ах ты, мерзкий ублюдок! – выплюнул Сириус и сделал несколько шагов по направлению к Снейпу. Тот мгновенно вскочил со своего места. В руках обоих волшебников появились их волшебные палочки.       – Не смей называть меня ублюдком! Мои родители состояли в браке.       – Все знают, как этот брак был заключен. Казалось, что катастрофу уже не предотвратить.       – Прекратите! Немедленно прекратите! – закричала Пэнси, едва не плача. – Мне страшно. А вы делаете еще хуже. Северус и Сириус медленно опустили свои палочки. Вид перепуганной молодой девушки подействовал на них отрезвляюще.       – Извините, мисс Паркинсон, – пристыженно произнес гриффиндорский декан. – Я виноват…       – Мы виноваты, – раздался голос Снейпа. – Я тоже прошу меня извинить. Пэнси кивнула и, казалось, немного успокоилась.       – Ты действительно в порядке? – шепотом, чтобы ее услышали только Пэнси и Джинни, прошептала Грейнджер.       – Да все со мной в порядке, – так же тихо ответила Паркинсон. – Просто не хотела, чтобы они поубивали друг друга. Во-первых, Снейп платит мне жалование, а во-вторых, сцепись они – и кто знает, может, и нас бы зацепило. Гермиона покачала головой, а Джинни невольно восхитилась слизеринкой. Некоторые ее приемы стоило взять на вооружение. Это же надо, как ловко и одновременно легко провернула свой трюк с двумя взрослыми волшебниками, да что там с волшебниками, с двумя мужчинами. Джинни даже почувствовала укол ревности. Одно дело – вертеть мальчишками и совершенно иное – Снейпом и Блэком. Это был совсем другой уровень.       «Интересно, почему у нее не получилось с Малфоем-младшим? – подумала Джинни. – А что, если его девушки не интересуют? Может, именно поэтому слизеринский хорек так смотрел на Гарри?». Из раздумий Джинни вывел голос профессора Макгонагалл:       – Сивилла, тебе не кажется, что сейчас самое время развеять наши сомнения и посвятить нас в подробности твоего нового пророчества?       – Да, конечно, – охотно согласилась Трелони. – Тем более, что многое только что стало на свои места и у меня не осталось никаких сомнений. Дело в том, что, как я и говорила, несмотря на то, что Волан-де-Морт мертв, в будущем появится другой темный маг, который попытается захватить власть. Так уже было и, увы, скорее всего будет.       – И я так понимаю, вы решили, что речь в пророчестве идет именно о нас, потому что я назвал имена мисс Грейнджер, мисс Паркинсон и мисс Уизли во время завтрака, как вы выразились, во всеуслышанье? – уточнил Люциус. Трелони кивнула:       – Частично да.       – Предположим. Но отчего вы, Сивилла, решили, что замешаны также я, профессор Снейп и… хм, Сириус Блэк? Вы, конечно, говорили что-то там о львах и змеях. Допустим, имелись в виду представители Гриффиндора и Слизерина. Но мы далеко не единственные из всего Хогвартса, кто принадлежит к этим домам, – продолжал искать лазейку Малфой.       – Я понимаю ваш скептицизм, – Трелони ничуть не обиделась, что ее трактовка ставится под сомнение. – Но пророчества иногда, если повезет, сопровождаются еще и видениями. Так было на этот раз. И видела я в них именно вас. Вас всех. На несколько минут в комнате стало тихо.       – И именно вы должны исполнить долг.       – И он состоит в том, чтобы мы… слились воедино? – ослабляя верхнюю пуговицу ворота камзола, выдохнул Снейп. – Имеется в виду…       – Нам нужен новый избранный. Какой же ты непонятливый, Северус, – словно разговаривая с маленьким ребенком, улыбаясь, пояснила Сивилла.       – А чем вам Поттер не угодил? Может, речь все же о нем? – с тайной надеждой спросил Снейп.       – Гарри выполнил свое предназначение, – смотря на слизеринского декана, сказала Трелони. – Вспомните: «Прощайтесь с прошлым! Оно не влияет и не поможет». Так что нет, речь не о Гарри.       – А если мы не поверим в это пророчество и не станем… сливаться? – подал голос Сириус.       – Значит, когда наступят темные времена, некому будет защитить волшебный мир, – последовал ответ. – И все умрут.       – Но это же не обязательно произойдет? – взволнованно спросила Гермиона. Ей не хотелось, чтобы кому-нибудь еще выпало на долю пережить то, что пережили она и ее друзья.       – Именно. Простите, профессор, но вы можете ошибаться, – произнесла Джинни, позабыв, что совсем недавно сама спорила с Гермионой, доказывая, что предсказания Трелони заслуживают доверия. – Ведь можете?       – В прошлый раз я не ошиблась, – напомнила Сивилла.       – Хорошо, хорошо, – пробормотал Снейп. – Нужен избранный. Но для этого совсем не обязательно нам всем… кто-то один, то есть двое, конечно: мужчина и женщина. Но не обязательно же всем… – наверное впервые в жизни не мог ясно и четко сформулировать свои мысли Северус.       – Возможно, если бы не одно «но»: я не знаю, у кого конкретно родится избранный или избранная. А что, если все трое окажутся избранными? В конце концов, один – хорошо, а трое – лучше. Вы так не считаете? Судя по гробовому молчанию – не считали.       – И кто с кем? – испуганно, и на этот раз по-настоящему, всхлипнула Пэнси, растерянно смотря на мужчин.       – О, насчет этого не беспокойтесь. Вы вольны выбирать сами. Но на всякий случай я покопалась в своих книгах и пришла к выводу, что так как вы, мисс Паркинсон, не являетесь, насколько я знаю, девой, то…       – А при чем тут мой знак зодиака, профессор? – перебила ее Паркинсон.       – Ни при чем, дорогая, – улыбнулась Сивилла. – Так как вы не дева и по гороскопу тоже, то вы должны стать хотя бы матерью первенца. Так что Люциус вам не подходит. Но не расстраивайтесь, у вас все еще есть Северус и Сириус. Пэнси, которая предпочла бы как раз Малфоя, пусть и не Драко, все-таки разрыдалась.       – Что ж, – подытожила Макгонагалл, благодаря Мерлина, что ей не грозит стать матерью из чувства долга и ради спасения мира, – думаю, на сегодня довольно потрясений. Решение, которое вам предстоит принять, будет не из легких.       – Мне надо выпить! – практически взвыл Блэк.       – Мы с тобой, – вскакивая, в унисон воскликнул Снейп и Малфой, позабыв о взаимной неприязни, как показалась остальным. И все трое выскочили из комнаты с прытью, не совсем свойственной их возрасту и положению в обществе. Несколько мгновений спустя Гермиона с Джинни помогли подняться все еще рыдающей Пэнси. И поддерживая теперь уже подругу по несчастью, также покинули кабинет директора. А уже из коридора послышались и их всхлипы, грозящие перейти в плач. Вот теперь, судя по всему, начиналось самое веселье. Хотя, это смотря для кого.