Доигрались, или Огласите весь список, пожалуйста.

Прошло уже несколько дней, а никто так и не решался заговорить о пророчестве. Глупо было бы предполагать, что кто-нибудь из шестерых волшебников забыл, что ему или ей придется сливаться для рождения нового героя, но одно дело – паниковать и жаловаться на судьбу-злодейку наедине с собой и совсем другое – поделиться своими страхами. И если стадия »сливания« пугала меньше всего (по крайней мере мужскую часть) и даже сулила получение удовольствия, то ее последствие – ребенок – ввергало в шок. Страхи у каждого были свои. Люциус Малфой уже один раз проходил через все »прелести» жизни, сопровождающие молодого папашу: плач по ночам, газики, несварение и тысяча других проблем с животиком, режущиеся зубки, больные ушки и масса прочих хлопот. И что бы ни говорили злые языки, но мужчина прекрасно помнил, когда и чем болел Драко. Он сам укачивал на руках маленького сына, когда у того была температура или когда наследника рода Малфоев настигал другой недуг. Но это было давно, и вот теперь, когда Драко вырос, над Люциусом нависла перспектива снова испытать все это. Северус и Сириус, не обремененные детьми до этого момента, не могли досконально знать о том, через что именно им предстоит пройти, однако безошибочно понимали, что вряд ли придут в восторг. Но отказываться от собственных детей и Блэк, и Снейп не собирались, пусть наследники и будут зачаты таким… хм… образом. Никто не мог гарантировать, что у них появится еще одна возможность продолжить свой род, упусти они эту. Вот вам и дилемма. Возраст потенциальных матерей также вызывал некоторое беспокойство, особенно у Мастера зелий. Одна – бывшая ученица, только что окончившая Хогвартс, две другие до сих пор у него учатся. Да и иллюзий насчет своей внешности Северус не питал. Он прекрасно понимал, что проигрывает на фоне Малфоя и Блэка. Так что юношеские комплексы Снейпа вновь потихоньку начали овладевать им. Не испытывавший никаких комплексов по поводу своей внешности Сириус все же был взволнован не меньше. Согласитесь, заключение в Азкабане, а затем пребывание в Арке никак нельзя считать курсами подготовки к отцовству. Вот если бы ему дали уже подростка, то он нашел бы с ним общий язык. Рассказал бы о приключениях Мародеров, дал бы дельный совет, как «разобраться со слизеринцами». Но с младенцем… Они такие маленькие, хрупкие. И ни черта не понимают. Люциус и Сириус неожиданно для самих себя столкнулись возле личных покоев Снейпа. Почему они решили наведаться к Мастеру зелий? Ну, Сириус предположил, что у Снейпа наверняка есть что выпить. И он имел в виду не чай, которым его с удовольствием (можно даже сказать – с садистским) пичкала Минерва. Да и идти было намного ближе, чем в Хогсмит. К тому же выпивка обещала быть бесплатной. Малфой решил навестить Снейпа потому, что больше идти было не к кому, а вконец расшатанные нервы требовали того же, что и Блэк – огневиски. И опять же, пить в одиночку Люциус не любил. По его мнению, это было как-то жалко. Молча кивнув друг другу, Блэк и Малфой одновременно постучали. Северус открыл дверь и, тяжело вздохнув, кивком пригласил их войти.       – Пить будете? Снейп указал на початую бутылку огневиски на столе и достал из шкафа два чистых стакана.       – Глупый вопрос, – отозвался Люциус.       – Не думал, что когда-нибудь скажу такое, но… Спасибо, Снейп, – щедро плеснул себе горячительной жидкости и залпом выпил ее Сириус. – Мне это было необходимо.       – Не одному тебе, – пробормотал Малфой. – Но давайте признаем, что кроме как напиться нам всем необходимо выговориться.       – Выговориться? – криво усмехнулся Северус. – Ну давай, выговаривайся, потому что лично я не любитель задушевных бесед. Несмотря на обстоятельства, Снейп решил, что будет до самого конца верен выработанному за годы имиджу. То бишь будет изображать этакого »злючку-колючку», которому никто не нужен, он со всем справится сам, один. Конечно, слизеринский декан привык жить именно так, но это вовсе не значило, что ему это нравилось. Однако признаться… Нет, никому и никогда.       – Хочешь сказать, что у тебя все в порядке? – пристально смотря на Снейпа, хмыкнул Люциус. – Тебя не смущает ничего из услышанного в кабинете Макгонагалл. И ты уже готов бежать и выполнять задание, то есть пророчество, с первобытным рвением, так тебе свойственным? Блэк тихо засмеялся.       – А может, мы чего не знаем, – продолжил Малфой, – и у тебя уже есть фаворитка? Скажи, Северус, друг мой, кому из этих троих ты хочешь сделать… избранного? Не знаю, как Блэк, а я уступлю.       – Мне не нужны ваши… подачки, – огрызнулся задетый за живое Мастер зелий. – О себе лучше побеспокойся, Люциус. Малфой приподнял бровь и вопросительно посмотрел на зельевара.       – Тебя, видимо, не беспокоит тот факт, что чистокровная мисс Паркинсон не для тебя и, следовательно, у тебя выбор из предательницы крови и… мисс Грейнджер. А она… договаривать, кто, друг мой? Люциус ничего не ответил, зато Сириус по понятным причинам не смог промолчать и не вступиться за честь гриффиндорок.       – В морду хотите, профессор Снейп? – отставляя стакан, оскалился преподаватель ЗОТИ.       – И это вместо благодарности, – скривился Снейп, в душе довольный тем, что смог сбить спесь с Малфоя. По крайней мере, Снейпу хотелось в это верить. Люциус вздохнул. Он уже думал о том, что его следующий (пока еще чисто гипотетический) ребенок может оказаться и не чистокровным. Но тот факт, что мисс Паркинсон не могла рассматриваться им как кандидатура, не особо его расстроил. Конечно, она чистокровная, но судя по тому, как она одержима Драко, связываться с ней ему не хотелось. Одержимости Люциус уже насмотрелся от бывшего… хозяина. Хватило до конца жизни.       – Тогда я, пожалуй, выберу мисс Уизли, – принялся размышлять Малфой. – Помнится, в молодости мне едва не сосватали Молли. Думаю, на этот раз рискну и выберу рыжую ведьму. Как думаете?       – Джинни моя родственница. Для меня она – не вариант, – отозвался Сириус. А что ты, Малфой, что ты, Снейп, как пара для нее – так фестрал соплохвоста не краше. Бедная девочка.       – В этом ты, Блэк, и не прав, – делая глоток, усмехнулся Люциус. – Разница есть. Я сделаю ее богатой, а Снейп – просто беременной и все еще бедной. Северус не удостоил Малфоя ответом. Да и что тут ответишь, если Люциус сказал чистую правду. Снейп не был беден, но до состояния Блэков или Малфоев ему было далеко. А иначе и быть не могло. Состояния этих чистокровных семейств накапливались веками, а Северусу пришлось зарабатывать все самому.       «Интересно, – подумал Мастер зелий, – кто-нибудь из трех молоденьких волшебниц оценит это? Вряд ли мисс Паркинсон сочтет это достоинством. Для нее деньги и их количество будут играть важную роль в выборе жениха. Ну или даже в выборе отца для своего ребенка. К тому же я – полукровка. Мисс Уизли? Она из небогатой семьи и пусть столь же чистокровна, как и Пэнси, но не помешана на чистоте крови. С другой стороны, она влюблена в Поттера, как и… неважно. Ей нужен герой или по крайней мере красавчик, как ее кавалеры допоттеровского периода. Мисс Грейнджер? Уверен, она собирается когда-нибудь стать министром магии, а ребенок от такого, как я, может ей помешать в продвижении по карьерной лестнице. Она умная девушка и наверняка понимает это».       – А кого выбрать мне? – рассматривая огневиски в стакане, то ли разговаривая сам с собой, то ли и правда спрашивая совета, произнес Сириус и тем самым отвлек Северуса от своих размышлений. – Гермиона мне как-то ближе. Думаете, ее? Малфой пожал плечами.       – Тогда тебе, Снейп, достается мисс Паркинсон. Как говорится, Гриффиндору гриффиндорово, а Слизерину – слизериново, – сострил Сириус. Судя по молчанию, Северус его шутку не оценил.       – Значит, мы пришли к согласию? – уточнил Малфой, с грустью смотря на пустую бутылку. – Мне мисс Уизли, Блэку – Грейнджер, а тебе, Северус, – Паркинсон.       – Не уверен, что мисс Паркинсон обрадует наше, вернее – ваше решение, – отозвался слизеринский декан, не спеша поделиться своими опасениями. Сириус и Люциус переглянулись. Они понимали, что нелюдимый Снейп холодно и с безразличием воспримет любую кандидатку. Но раз на самом высшем уровне (то есть Министерством) было решено, что несмотря на некоторую абсурдность предсказания Трелони, лучше перестраховаться и родить избранного, то Снейп выполнит отведенную ему роль. Ответственно, как и все, что поручалось ему ранее. В какой-то мере для Блэка и Малфоя Северус был сродни рядовому аврору: он беспрекословно повиновался приказу, нравилось ему или нет. Но на этот раз в голосе Мастера зелий слышалось что-то, что оба мужчины не могли до конца понять. Неужели Снейп решил взбунтоваться? Как не вовремя.       – Снейп, ты же понимаешь, что выбор у нас невелик, – произнес Сириус. – И…       – Три молодые и, чего уж душой кривить, привлекательные ведьмы – это, может, и не самый большой и шикарный выбор, – вмешался Люциус, – но и не самый худший вариант. Эта сумасшедшая Трелони могла подсунуть нам кого-нибудь и похуже… не знаю… себя и Макгонагалл, например. Понимаю, утешение так себе, но я склонен искать позитивные стороны и…       – Все сказал? – бесцеремонно перебил Малфоя Сириус. Люциус скривился, словно от зубной боли, но отвечать не стал. Опускаться до уровня Блэка – ниже его достоинства. Нужно помнить, что он – потомок древнего аристократического рода, а не какой-то там… бродяга.       – На всякий случай поясню для тех, кто из Слизерина, – тем временем продолжил преподаватель ЗОТИ. – Я не имел в виду количество дам или их внешние данные. Некоторые из нас не согласятся, – с этими словами Блэк, ничуть не стесняясь, кивнул в сторону Люциуса, – но мы не самые востребованные и желанные кандидаты в отцы в волшебном мире.       – Я бы попросил, – оскорбился Люциус.       – Кто бы сомневался, – усмехнулся Сириус. – Если тебя утешает тот факт, что, возможно, какая-нибудь дурочка и забеременела бы от тебя из-за твоего счета в Гринготтсе, то…       – Я не стану извиняться за то, что я богат! – с вызовом смотря на Блэка, отчеканил Люциус. – К твоему сведению, кроме денег у меня есть что еще предложить женщине.       – Да? – осмотрев Малфоя с головы до пят, хохотнул гриффиндорский декан. – Уж не свою ли смазливую мордашку ты имеешь в виду? Спешу тебя огорчить – твои времена прошли лет двадцать назад.       – А ты свои прос… провел в Азкабане, – не остался в долгу Люциус. – Как, нашел себе подружку среди доблестных авроров? Или это тебя сделали подружкой?       – Как оригинально, – процедил Сириус. – Если ты не заткнешься, то это тебя я…       – Послушайте, для осуществления своих извращенных фантазий вам придется выбрать другое место, – на всякий случай предупредил Снейп, – и, по возможности, когда меня не будет поблизости. Сириус и Люциус переглянулись.       – Мерлин, ты что подумал, что… Серьезно? – простонал Сириус. Северус молча развел руками.       – Мне надо еще выпить, – признался Люциус. Снейп так же молча достал из шкафа новую бутылку. Прошло несколько минут, было выпито несколько стаканов огневиски, прежде чем беседа возобновилась.       – Итак, на чем я остановился? Ах да. В Министерстве нам ясно дали понять, что если мы вздумаем отказаться, то нам троим припомнят наши грехи большие и малые, на которые закрывали глаза. И мы окажемся все в том же Азкабане быстрее, чем скажем «боггарт».       – Я там был, – печально протянул Люциус. – И пусть не так долго, как Блэк, но возвращаться туда я не намерен.       – И я не горю желанием снова там побывать, – был вынужден согласиться с Малфоем Сириус. – Уверен, Снейп, ты тоже туда не хочешь. А посему у нас нет выхода. Нам придется стать отцами.       – Спасибо, что объяснил, – хмыкнул Мастер зелий. – Я и сам знаю, что выбора у нас нет.       – Тогда в чем дело?       – В том, что я намерен продолжать общаться со своим ребенком, помогать ему. А что, если его мать не захочет, чтобы мы виделись или чтобы ребенок вообще знал, кто его отец?       – Ну, не думаю, что это произойдет, – не совсем уверенно произнес Сириус.       – В твоем случае может быть и не произойдет, – тяжело вздохнул Снейп. – Когда мисс Грейнджер выйдет замуж за это недоразумение – своего бойфренда, возможно, Уизли позволят тебе хотя бы видеться с ребенком. Вы же родственники какие-никакие. А что со мной?       – И со мной? – подал голос Малфой. – Я тоже не собираюсь отказываться от своего ребенка. И не смотрите на меня так! Блэк молчал, и Северус продолжил.       – Что мне делать, когда мисс Паркинсон найдет себе подходящую партию и выйдет замуж? Даже если они останутся жить в Британии, то наверняка захотят, чтобы все думали, что это их общий ребенок. Или представь: мисс Уизли выходит замуж за Поттера. Думаешь, он позволит Люциусу видеть своего сына или дочь? Да что там видеть... Поттер обязательно даст малышу свою фамилию и не захочет, чтобы кто-то узнал, что ребенок не его.       – Мой ребенок не будет Поттером! – вскакивая со своего места, заорал Малфой. И пусть Сириусу очень не хотелось, но он был вынужден признать, что Снейп скорее всего прав. Конечно, у него были хорошие отношения со всем семейством Уизли. Все они – гриффиндорцы, вместе состояли в Ордене Феникса, сражались против Волан-де-Морта. Но кто знает, не изменятся ли отношения, если Гермиона выйдет замуж за Рона? Как поведет себя Молли? Не вызывало сомнений, что она хочет, чтобы дети у ее невестки были только от ее сына. Но раз один из внуков не от ее сыночка, то Молли захочет, по крайней мере, воспитывать малыша как своего внука, как Уизли. И тогда он – Сириус Блэк – окажется лишним неприятным напоминанием о том, что не во всех Уизли течет кровь Уизли.       – Что ты предлагаешь? – пристально смотря на слизеринского декана, спросил Блэк.       – Думаю, должны выбирать девушки. Если они будут решать, кого хотят видеть отцом своего будущего ребенка, то у нас появится шанс на то, что в будущем нам хотя бы будет позволено видеться с детьми. Если же мы навяжем им свой выбор, то, скорее всего, они захотят побыстрее забыть, от кого им пришлось рожать.       – Значит, нам предстоит просто смириться с их выбором?       – Повторю твои же слова: а у тебя уже есть фаворитка?       – Я никогда не думал о Гермионе, Джинни и уж тем более о мисс Паркинсон в этом смысле, поэтому мне тяжело разобраться, что именно я чувствую и к кому.       – Что ж, – наполнил стаканы Снейп. – Тогда решено: пускай выбирают они.       – А если девушки не захотят выбирать? – предположил Малфой. – Что тогда?       – Тогда будет так, как предлагали вы с Блэком, – отозвался Северус. – Тебе –мисс Уизли, Блэку – мисс Грейнджер. Ну а мисс Паркинсон повезет меньше всего: ей придется довольствоваться мной.       – А если… – осторожно начал Люциус, который до сих пор не мог решить, что хуже: Малфой-полукровка или чистокровный, но (Мерлинова борода!) рыжий Малфой.       – А если кто-нибудь из нас непостижимым образом влюбится, – не догадываясь о сомнениях блондина-аристократа, подвел итог Мастер зелий, – а его избранницей окажется не та, кто выбрала его, то… то ему же хуже. Она ведь хочет другого. Люциус и Сириус с сочувствием посмотрели на Снейпа. Уж он-то знал, о чем говорил.