Доигрались, или Огласите весь список, пожалуйста.

Неделя пролетела очень быстро, и настало воскресенье, а значит – и обед в Норе у Уизли. Молли с самого утра готовила не покладая рук, а Артур разбирал игрушки волшебные и маггловские, ожидая появления Лоры, Ксандра и Дерика. Ведь именно Артур с озорством, не совсем свойственным магам его возраста, играл с детьми, пока те окончательно не выматывали мистера Уизли и тот без сил падал в свое любимое кресло. Но до этого момента проходило пару часов, в течение которых молодые родители могли отдохнуть, не беспокоясь, что с их любимыми чадами что-нибудь случится. Вот часы пробили полдень, и в Норе потихоньку начали собираться гости. Чтобы они не испортили себе аппетит, Молли подала крошечные бутерброды и чай. И пока взрослые волшебники наслаждались закусками, трое малышей облепили Артура со всех сторон и, открыв рты, наблюдали, как тот превращает большую игрушечную машину в невиданное существо – робота (как с видом знатока называл это создание сам мистер Уизли).       – Артур, хватит, ты же уже не ребенок, – всплеснула руками Молли. – Иди к нам и оставь все эти свои штуковины.       – Дорогая, – улыбнулся ее муж, – детям они нравятся. И я чувствую, как пробуждаю в малышах любознательность и желание познавать мир.       – Хорошо, дорогой, – улыбнулась женщина, – но пожалуйста, не как в прошлый раз, когда ты показывал детям прямо в доме новое изобретение Джорджа – петарды-верещалки. Наш дом уже сожгли однажды, и я не хочу повторения. Артур поспешно кивнул. Подушки в Норе все еще немного пахли гарью.       – Мам, Джорджу все еще нужен продавец в магазине, и я думаю согласиться, – произнесла Джиневра. – А через какое-то время я смогу накопить денег и снять небольшую квартирку нам с сыном.       – Доченька, зачем тебе съезжать? – заволновалась миссис Уизли. – И потом, ты же хотела играть в квиддич, – напомнила она. – Люциус, ты же говорил, что у Джинни есть контракт с любой командой в Британии на ее выбор. Разве нет? Малфой, который впервые пришел на обед в Нору, и то только ради Гермионы, неопределенно пожал плечами.       – Это было почти два года назад, так что я должен узнать в Министерстве. Но даже если предложение еще в силе, то боюсь, что самой Джиневре это уже не подойдет. У нее ребенок.       – Мы с Артуром можем приглядывать за внуком. И потом Дерик…       – С собой она его брать не сможет, это точно, – усмехнулся Люциус. – Даже в качестве командного талисмана. Разве что, если найти команду под названием «Дьяволята» или что-то в этом роде.       – Мистер Малфой, – вспыхнула Джиневра, – я понимаю, что вы так шутите, но мой сын не дьяволенок. Он…       – Ты еще скажи, что он – ангелок, – хохотнул Люциус. – Я, возможно, могу согласиться из солидарности с его… неважно. А вот слегка обглоданный Блэк определенно будет возражать. Так что, думаю, все согласятся, что в этой троице по-настоящему только один ангел – моя дочь. Джинни фыркнула, но спорить не стала, а Молли тяжело вздохнула. Ей было тяжело видеть, как мечта ее девочки играть в «Гарпиях» тает буквально на глазах.       – Мама, я ни о чем не жалею, – обнимая мать, сказала Джиневра. – Честное слово, все хорошо.       – Надеюсь, – еле слышно прошептала женщина. – Простите, мне надо нарвать зелень для салата, – намного громче добавила Молли, вставая и смахивая слезу. – Джинни, проследи, чтобы жаркое не подгорело.       – Хорошо, мам, – пообещала девушка, подумав, что ее мать почему-то забыла взять корзинку для зелени. Оказавшись в саду, миссис Уизли несколько раз глубоко вздохнула и, лишь успокоившись, поспешила совсем не туда, где на грядках росли петрушка и шпинат.       – Ты все-таки пришел, – сухо осведомилась она, пристально глядя на застывшего перед ней визитера. – Хотя я просила о встрече с тобой не здесь, но пусть будет так.       – Я не мог ждать, – ответил мужчина. – В письме было сказано, что это срочно… С Дериком все в порядке?       – С ним все в порядке, – ответила Молли. – Или ты полагаешь, что я допущу, чтобы с моим внуком хоть что-нибудь случилось? Северус, а это был он, покачал головой.       – И очень хорошо, – фыркнула немолодая волшебница. – А теперь позволь объяснить, зачем я тебе пригласила: в последний раз, когда Джинни тебя видела, она вернулась вся в слезах.       – Я не хотел…       – Мне плевать, что ты хотел, Снейп! Из-за тебя моя девочка плакала и из-за тебя она рассталась с Гарри. Поэтому я требую, чтобы ты убрался из ее жизни.       – Не могу. Молли со всей силы вцепилась в передник.       – Я понимаю, что ты не можешь не думать о сыне, – взяв себя в руки, продолжила она, – но не будь эгоистом – подумай и о Джинни.       – Я все время думаю о ней, – отозвался слизеринский декан.       – Все время ты думаешь о Лили, – выплюнула миссис Уизли. – Вот и оставайся в прошлом, которому ты принадлежишь.       – Молли, это слишком жестоко.       «Заслужил. Ты все это заслужил», – звучало тем временем в его голове.       – Ты думаешь, меня волнуют твои чувства, Снейп?       – Нет, не думаю. Более того, я уверен, что мои чувства вообще никого не волнуют.       – Уходи, – не обращая никакого внимания на гримасу боли, исказившую лицо Мастера зелий, с нажимом произнесла миссис Уизли. – Уходи, пока я не сказала всего, что на самом деле о тебе думаю. Северус молча кивнул и сделал несколько шагов, но остановился и, вынув из кармана небольшой конверт, протянул его Молли.       – Прошу, передай Джинни это письмо.       – Ничего я ей передавать не буду! – воскликнула женщина, выхватывая свою волшебную палочку. А всего через мгновение конверт вспыхнул – и в руке у Снейпа осталась лишь горстка пепла. И в этот самый момент:       – Мам, жаркое, оно… Молли обернулась и увидела шокированную Джиневру, которая потрясенно наблюдала за своей матерью и профессором.       – Джинни, доченька, – растерянно пробормотала миссис Уизли.       – Мама, жаркое, по-моему, готово, – единственное, что смогла выдавить Джиневра. Хотя и понимала: какое, к Моргане, жаркое?! Молли охнула и практически побежала в Нору. А девушка стояла и не знала, что ей сказать Снейпу. Она вообще избегала смотреть на него, потому что понимала: если посмотрит – заплачет. А в это время мужчина, осторожно подойдя к рыжеволосой ведьме, вложил ей в ладошку небольшой белый цветок с чудесным ароматом. И Джинни тут же вспомнила, где именно видела такие цветы. А вслед за этим она вспомнила слова Снейпа, сказанные им там, на озере: «Никто не умирает от разбитого сердца. Умирают от яда или Авады».       – Я ошибся, – словно прочитав ее мысли, прошептал Снейп, собираясь трансгрессировать как можно дальше. Но прежде он должен был завершить свое схождение в бездну. – Я люблю тебя! – наконец-то произнес вслух Северус и замер, так же, как замерло и его сердце.       – Я – не Лили, – не поднимая взгляда, ответила Джинни. – Вы обознались, профессор.       – Ради Мерлина, оставьте Лили в покое, – практически закричал Северус. – Она умерла! Я говорю, что люблю тебя… Тебя! А ты… Лили здесь ни причем. Это ты любишь другого. Так прекрати рвать мое сердце и скажи это. Скажи: я люблю Гарри, а не тебя! – со всей силы вцепившись Джинни в плечи, потребовал Снейп. – Скажи это! Рыжеволосая ведьма несколько раз открыла и закрыла рот, но так и не смогла произнести ни слова.       – Зачем тебе Дерик? – устало спросил Северус, сумев взять себя в руки. – Ни одной женщине не нужен ребенок от нелюбимого мужчины. Отдай мне сына и сможешь видеть его, если захочешь. Услышав последнее замечание Снейпа, Джинни словно очнулась от забытья и уже проступившие слезы моментально высохли, а в глазах вспыхнул гнев. Девичья рука взметнулась, чтобы влепить мужчине пощечину, но непривычно властный голос Артура заставил ладонь замереть в воздухе.       – Хватит! Вы, оба, немедленно в дом! Снейп и Джиневра молча проследовали за мистером Уизли. Когда они втроем вошли в гостиную, остальные волшебники удивленно переглянулись, а Молли поджала губы.       – Северус, присаживайся, – предложил Артур.       – Не думаю, что это хорошая идея. Мне здесь не рады.       – Я не спрашивал тебя, что ты думаешь, – перебил Мастера зелий глава семейства Уизли. – Садись, разговор нам предстоит серьезный. Северус нехотя сел в одно из кресел.       – Пап, – воскликнул Дерик, увидев отца и вмиг потеряв интерес к огромному роботу.       – Дерик, малыш, дедушке надо поговорить с твоим папой, – ласково произнес Артур, не обращая внимания на вздрогнувшую дочь и недовольную жену. – Поиграй со своими друзьями в саду, а дядя Джордж за свами присмотрит. Вы же хотите посмотреть на новые штуковины из магазина Джорджа? Дети радостно закивали.       – Перси, помоги брату. И дождавшись, когда двое парней Уизли подхватят детей, коробку с новыми изобретениями Джорджа и покинут гостиную, Артур продолжил:       – Я долго и терпеливо ждал, когда ты, Северус, и ты, Джинни, начнете вести себя, как полагается взрослым людям, у которых есть общий ребенок. Но, судя по всему, ждал зря.       – Артур, – не смогла сдержаться Молли, – Джинни имеет право…       – Помолчи, дорогая, – мягко, но в тоже время тоном, не терпящим возражений, перебил жену мистер Уизли. – Наша дочь, конечно же, имеет право, но и Северус как отец имеет его тоже. И уж точно, решения должны принимать именно они, – смотря на Молли, добавил Артур. – Но так как они, как я уже говорил, ведут себя не намного более зрело, чем наш годовалый внук, то я решил все-таки вмешаться.       – Может, мы поговорим об этом наедине? – почувствовав себя школьником, которого выговаривает директор, предложил Мастер зелий. Артур посмотрел на чету Блэков и Гермиону с Люциусом, которые сидели очень тихо, пораженные неожиданной переменой в его поведении. Еще пять минут назад четверо волшебник считали Артура покладистым мужем, не любящим возражать жене, а Люциус – так вообще подкаблучником бесхребетным, и тут такое.       – Они в курсе всего, так что не вижу смысла сейчас начинать скрывать что-либо, – просто ответил Артур. – Итак, Джинни, девочка моя, ты рассталась с Гарри, и я тебя поддержал, хотя, думаю, не надо объяснять, как я был бы счастлив, будь вы вместе. И не кривись так, Снейп. Ты не тот, кого бы я желал своей единственной дочери. Да даже если бы у меня было десять дочерей, тебя бы я не пожелал ни одной. После последней фразы послышались тихие смешки.       – Но для мня главное – твое счастье, Джинни. Поэтому я спрашиваю: ты хочешь попытаться построить отношения с Северусом?       – Он любит свою Лили, – отозвалась Джиневра.       – Я… – вскочил со своего места слизеринский декан. – Ты меня не слушала там, в саду! Я говорил не о Лили. А вот ты… Зачем ты рассталась с Поттером, если тебя нужен только он?!       – Северус, сядь, пожалуйста, – спокойно, но твердо попросил его мистер Уизли. – Сейчас я говорю со своей дочерью.       – Он любит только ее, – упрямо продолжила рыжеволосая гриффиндорка, избегая смотреть на Снейпа. – А я не буду фальшивкой. Мастер зелий со всей силы сжал кулаки, но на этот раз промолчал.       – Хорошо, – кивнул Артур. – Северус, я как мужчина понимаю тебя и твою боль из-за того, что тебе не позволяли видеться с сыном. Да и моему внуку нужен отец. И я готов тебе пообещать, что отныне ты сможешь видеться с Дериком, когда пожелаешь.       – Артур!       – Помолчи, Молли. Но я, как и другие присутствующие здесь, знаю о твоих чувствах к Лили, поэтому склонен согласиться с моей дочерью. А поэтому я или кто-то из мальчиков будем приводить Дерика к тебе. Так будет лучше. Что касается тебя, Джинни, то похоже, что и слова Северуса имеют под собой основу. А раз так, то тебе стоит написать Гарри, а еще лучше – поехать к нему и посмотреть, что у вас выйдет.       – Хорошо, папа, – согласилась Джиневра. – Я сегодня же напишу Гарри и спрошу, могу ли приехать к нему на следующие выходные. В конце концов, она была влюблена в Поттера так долго, не могли же все чувства пропасть из-за Снейпа.       – Значит, решено, – миролюбиво улыбнулся мистер Уизли. – Тем более, что в следующую субботу мы с Дериком идем в цирк. Прошла еще одна неделя, и Джиневра, одетая в весьма соблазнительное платье, спустилась в гостиную и, попрощавшись с матерю, бросила горсть летучего пороха в камин.       – Косой переулок, – отчетливо произнесла девушка. До того, как она снова отправится на свидание, ей надо было сделать несколько покупок, и Молли об этом знала и не удивилась, что дочь направляется не прямиком к мальчику – мечте всех молодых ведьм. Оказавшись в переулке, Джиневра поспешила в маленькую лавочку, чтобы купить яблочную шарлотку. Вдохнув аромат свежеиспеченного пирога, рыжеволосая ведьма невольно улыбнулась, вспомнив, как в прошлый раз, пока она ждала Гарри, который должен был встретиться с ней, около часа бродила по улице, разглядывая витрины… Как, почувствовав такой манящий сладковатый запах яблок, невольно зашла в лавочку и заказала себе кусочек. Но не ела, а лишь водила, словно зачарованная, пальчиком по краю шарлотки, пока не почувствовала мягкое прикосновение к своей руке. И уже сплетя свои пальцы с его, заплакала, осознав, что едва не лишилась любимого. Быстро сделав покупку и задействовав портал, Джинни уже через мгновение оказалась в объятьях уже давно ждавшего ее возлюбленного, который без лишних слов увлек рыжеволосую ведьму в спальню. Он был голоден, и ему нужна была не шарлотка.       – Я скучала, – отдышавшись, призналась Джиневра.       – По мне или по сексу?       – По вам обоим.       – Могла бы и соврать.       – И сказать, что скучала только по сексу? – засмеялась Джинни, садясь на кровати и ища, чтобы ей на себя набросить.       – Как смешно, – немного обиженно произнес волшебник и добавил. – Иди ко мне. Джиневра дернула плечиком, сделав вид, что раздумывает, подчиниться или нет, и ее любовнику не оставалось ничего другого, кроме как самому притянуть строптивицу к себе.       – Я. Тебя. Люблю, – прошептал он, сопровождая каждое слово поцелуем. – Тебя, Джинни, и только тебя. Я знаю, что тебе нужно время, чтобы поверить мне. Но я умею ждать. Уизли нежно провела рукой по его в щеке.       – А я люблю тебя, – прошептала Джиневра. – И спасибо, что дал мне шанс. Вот только…       – Что?       – Вполне возможно, что мама меня убьет, когда узнает правду, – задумчиво произнесла девушка.       – Молли тебя простит. А вот меня убьет, когда узнает, – фыркнул Снейп. – А раз я подвергаю свою жизнь опасности, то требую от тебя компенсацию.       – Какую? – не поняла Уизли. – Ты же видишься с Дериком, когда хочешь.       – О Мерлин, Джинни, ты такая милая, – усмехнулся слизеринский декан. – Компенсацию другого рода. Поняв, о чем речь, рыжеволосая ведьма покраснела.       – Как ты все эти годы обходился без женщин?!       – Я и не обходился, – ответил Мастер зелий. – Ну не дуйся. Ты же сама просила меня быть честным с тобой.       – Мог бы и ты соврать на этот раз, – пытаясь вывернуться из объятий, пробурчала Джиневра.       – Хорошо. Я прекрасно обходился все эти годы без женщин. И вообще я берег себя для тебя.       – Да ну тебя, Северус, – улыбнулась девушка. – Кстати, ты получил приглашение на день рождения Дерика?       – Получил, но не совсем понял, где все-таки он пройдет.       – В Малфой-миноре, – вспомнив, какое нешуточное сражение развернулось между Люциусом и Сириусом за право проводить первый день рождения троицы именно в его доме, ответила Джиневра. – Там есть сад, где и будем праздновать.       – Надеюсь, твоя мать не ждет приезда Поттера? – ревниво спросил Снейп. – Она же считает, что ты с ним.       – Значит, придется…       – Надеюсь, ты не предлагаешь мне принять оборотное зелье? – прошипел Северус. Джинни покачала головой. Она же не дура, чтобы даже ради шутки предложить такое Снейпу.       – Значит, придется рассказать ей правду, – выводя узоры на груди любовника, произнесла Уизли. – Для мамы это будет практически смерти подобно…       – Смерти подобно это будет для меня.       – Ну, можно сказать, что я беременна. Снова, – невинно предложила Джиневра. Снейп несколько раз удивленно моргнул.       – Джинни, ты?..       – Я пошутила, Северус. Расслабься. Просто если мама решит причинить тебе вред, я заслоню тебя собой и… Если, узнав о нас с тобой, она может не пожалеть и меня, то после моего заявления, что я в положении, вряд ли она бросит непростительное в свою непутевую, но беременную дочь.       – Во-первых, – назидательным тоном произнес Мастер зелий, – расслабиться после подобного заявления очень сложно. Запомни это. Во-вторых, я никогда не стану прятаться за женщину. А в-третьих, узнав, что ты якобы в положении, твоя мать всего навсего еще и кастрирует меня, прежде чем убить. Джинни закусила губу.       – Я об этом не подумала, – призналась она. – Так что же нам делать? Не будем пока ничего рассказывать? Снейп пристально посмотрел на Джиневру.       – Меня не устраивает, что я должен выбирать: увидеться с сыном или провести выходные с тобой, – с нажимом сказал мужчина. – А вот вам, мисс Уизли, как мне начинает казаться, нравится именно заставлять меня делать этот выбор. Рыжеволосая гриффиндорка едва заметно улыбнулась. Этим своим «мисс Уизли» Северус пользовался только тогда, когда хотел показать, что она – взбалмошная девчонка. Но Джиневра абсолютно не обижалась.       – Хорошо, – вставая и направляясь к столу, произнесла Джинни. – Значит, мне придется доказать вам, профессор Снейп, что мои намерения по отношению к вам весьма серьезны, – с этими словами девушка быстро написала что-то на листке и, прикрепив послание к лапке совы, выпустила ту в окно. – Готово.       – Что готово? – подозрительно смотря на вернувшуюся в кровать довольную Джиневру, уточнил Мастер зелий.       – Это чтобы мама выпустила пар до того, как увидит тебя.       – Джинни?       – Я написала ей, что не была с Гарри, а проводила все это время с тобой, что я люблю тебя и что ты – замечательный любовник.       – Мерлин, – простонал слизеринский декан, закрывая лицо руками.