Глава 16
17 ноября 2020 г., 08:36
Раны, действительно, почти затянулись. Лишь разводы на спине напоминали о пережитых событиях, и то, казалось, что они произошли много лет назад. Глаз тоже полностью так и не восстановился. Пришлось даже слямзить в местной медсанчасти повязку а-ля пират. Впрочем, выглядело забавно. Да и от людей с плохим чувством юмора всегда можно скрыть физиономию под длинным капюшоном милитари куртки — новой верхней одежды Евгении.
Экспедиционный корпус для освоения «Янова» насчитывал несколько десятков человек. Добираться решили на вертушках — перемещение такого большого числа людей по земле привлекло бы ненужное внимание.
— Ты как?! — кричал Шульга сквозь гул винта вертолёта.
— Ствол в руках держать могу, если тебя это интересует! — ответила Евгения, — а во всех остальных аспектах от твоих воплей на ухо мне легче не станет!
— Блин, прости! — милиционер обречённо хлопнул себя по лбу, — я на вертушке последний раз на срочке в армии летал! Забыл уже что почём!
Тот же гул приглушил последовавший от остальных бойцов смешок.
На сей раз погодка за иллюминатором гораздо больше соответствовала сезону. Тёмно-серые тучи, до которых, казалось, можно было дотянуться рукой, извергали на землю настолько сильный дождь, что даже некоторые мутанты внизу пытались искать укрытие. Судя по всему, пилоты были настоящими профи своего дела, раз могли так уверенно управлять «летающим крокодилом» в разбушевавшейся стихии. Вертушку тряхнуло настолько резко, что милиционер аж икнул от неожиданности и вытащил из кармана какие-то таблетки.
«От укачивания что-ли?» — мысленно предположила Чернова.
— По левому борту вы можете наблюдать такое явление, как трамплин! — голосом гида огласил из рубки первый пилот.
— К «ЯНОВУ» ЛЕТЕТЬ НЕЛЬЗЯ!!! — закричала, а точнее взревела Евгения таким гласом, что казалось потрескается обшивка. На наёмницу мгновенно уставилось с десяток пар глаз. Девушка на это лишь предъявила на всеобщие обозрение КПК, где русским по серому виднелось сообщение от некоего Балабана: «Как у тебя отношения с фрименами? К сведению, их на «Янове» человек двадцать пять — тридцать, плюс РПГшник на крыше станции и пулеметчик на вышке. Ни первого, ни второго нейтрализовать незаметно невозможно. Что скажешь?»
— Твою мать! — послышалось из рубки. — Я своей птичкой рисковать не собираюсь и Артемьеву с Гришиным сообщу, чтоб дурью не маялись! Высадим вас возле Копачей!
— Принято! — кивнул Шульга.
— Не понимаю! Разве устранение Лукаша не должно было дезорганизовать «Свободу»?! Либо он уцелел, либо ему мгновенно нашли замену! — размышлял вслух Петро.
— А какая, нахрен, разница?! — отмахнулся Николай, — если тебе так интересно, оставим одного из анархистов в живых — он все расклады и поведает!
— Хорошо, что у тебя есть такой знакомый! Кто он тебе?! — Гавриленко озорно пнул Чернову в бок.
— Потом расскажу! — Морена не сильно заморачивалась с ответом для Артура. Просто выбила на экране: «Спасибо за информацию. Скройся куда-нибудь на время. Будет жарко». Вертушки, тем временем, плавно приземлились в намеченном квадрате. Бойцы спешно высыпались рядом с заброшенным селом, пока птички не привлекли внимание противника.
— Как твоя жопельная интуиция? — поинтересовался один из бойцов у Петро. Про своеобразный способ мерила опасности молдаванина был наслышан весь клан.
— Пока не зажимает, — успокаивающе кивнул Шерхан.
— Нас тридцать два человека вместе со мной, — раскручивала будущую тактику Чернова, — согласно данным моего «агентурного источника», силы примерно равны. Из тяжёлого вооружения у нас… ничего, — Морена скептически осмотрела присутствующих бойцов. Экспедиционному корпусу было выделено лишь три вертушки и Шульга, видимо, опасаясь перегруза, отказался от пулемётов, гранатомётов и ящиков с ручными гранатами. «Свободовцы» же, скорее всего, использовали для транспортировки БТРы, что позволило избежать затруднений в оснащении, — я всё-таки смиренно уповаю, что хоть пару «ананасок» кто-то по карманам распихал? Вот… Уже хорошо, — несколько «долговцев» продемонстрировали свои Ф1 и РГД-5, — костяком вашей группировки являются выходцы из силовых ведомств. Как много таковых собралось здесь?
— У меня больное сердце, я не считаюсь, — Николай шутовски закрылся руками.
— Ого… — сведения о калеченной сущности своего «начальника» застали Морену откровенно врасплох. Так вот какие таблетки он пил…
— Я просто ППСник, с детства интересующийся единоборствами, — также съехал с темы Гавриленко.
— Вот и останетесь вдвоём здесь, пока всё не закончится, — немного раздражённо приказала наемница. Нянчиться с этим балластом не было никакого желания. Такс… Не считая Олтяну и самой Евгении спецназовцев в команде было ещё пятеро. У двоих имелись в наличии СВД. Но всё равно подобраться бесшумно и устранить две самые опасные цели не представлялось возможным. РПГшник был у всех на виду, а пулемётчик обладал слишком большим обзором. Хорошо, что Артур переслал Черновой фотографии станции, и вышеперечисленные факторы не пришлось изучать на собственной шкуре, — займите позиции в Копачах и ближайших окрестностях, и ждите моего сигнала. Начинаем операцию «Троянский конь». У меня и морда сейчас в подходящем состоянии.
— Решила внедриться к ним? — догадался Шульга, — где гарантия, что ты не сдашь нас фрименам?
— Мент, включи голову, — наёмница пристально смерила взглядом собеседника, — чем ты отличаешься от них? Лишь тем, что в прошлом носил погоны. Хрень редьки не слаще.
— Совсем недавно я уже имел дело с субъектом, который так же по всем законам логики и здравого смысла не мог на меня даже пердануть, — случай с Зубом крайне подкосил веру Шульги в осмысленность жизнедеятельности биологических мешков с костями, кровью и дерьмом.
— Твою мать… Как же меня всё это заебало! — Чернова в раздражении инстинктивно попыталась почесать голову, забыв, что на ней капюшон, — дай мне свой КПК…
— Чего? — растерялся «долговец», не ожидая от Морены столь бурных эмоций.
«Воистину вода камень точит», — пронеслось в мыслях бывшего милиционера.
— КПК свой дай мне!!! — вконец озверела Чернова. Казалось, она сейчас перегрызет Николаю глотку, — что непонятного?! Или ты забыл русский язык?! Могу повторить на азербайджанском, турецком и английском, выбирай!!!
— Понял… — пропищал Шульга, восковидным движением вручая девушке своё средство связи.
Та истерично открыла раздел «заметки» и набрала там какое-то сообщение. После чего впечатала КПК мужчине в грудь.
— Это адрес… — девушке потребовалось сглотнуть, чтобы продолжить, — адрес Бакинской больницы, а также номер палаты, где лежит моя сестра. Если я тебя предам, ты или кто-то из твоих людей всегда смогут отыграться.
Шульга сперва хотел спросить: «где гарантия, что это та больница?», но быстро понял, что сей вопрос гарантировано здесь и сейчас оборвёт его бренное существование. Наёмница едва сдерживала себя. С одной стороны это делало её способной на необдуманные, импульсивные и опасные для неё самой и других людей поступки, с другой же стороны невозможность анализировать свои действия мешали девушке схитрить и обмануть.
— Хорошо. Попробую ещё раз поверить людям, — проговорил Николай таким голосом, будто сам имел отношение к другой расе.
***
— Оружие на землю. Быстро! — в лицо Морены уставилось несколько «свободовских» стволов. — Не стреляйте… Пожалуйста… не надо… — наемница плюхнулась на колени, поднимая руки вверх. Жалостливые стоны получились настолько искренними, что охранники станции механически опустили оружие. — Девушка что ли? — бойцы недоверчиво переглянулись между собой. Женщины в Зоне, конечно были, но чтобы шастать в одиночку… — Нет, чёрт возьми, самка контролёра, — Евгения сама испугалась своей шутки. Ведь когда она предъявила на всеобщее обозрение то, что скрывалось под капюшоном, фримены буквально отшатнулись. И раньше не очень распространенные у людей оловянные глаза теперь гармонично пугающе слились воедино с дурацкой повязкой. — Кто это тебя так?.. — «Должнички». За то, что сынка Воронина прижучила, — лучшую легенду для внедрения, чем собственное трагическое прошлое, придумать было невозможно. В кратчайшие сроки вчерашняя «новичок» стала новой легендой Зоны. — Да ну! Брехня! — скривился один из фрименов, — настоящая Морена, мужики рассказывали, псевдогигантов на спор объезжает, а когда «Долг» брал её, то она двадцать бойцов в одиночку положила. А ты вон… Щуплая как младенец. Тебя же мизинцем перешибешь — «свободовец» подошёл к девушке, словно хотел продемонстрировать окружающим свои слова. «Очень кстати», — уловила возможность Чернова. Стоило салатовому приблизиться на опасное для себя расстояние, Евгения перехватила его руку, и, резко выкрутив запястье, повалила хвастуна на землю. За долю секунды наемница выхватила у «свободовца» пистолет, двумя четкими выстрелами превращая автоматы ещё двоих опешивших фрименов в груду металлолома. — Ах ты… — не успевший договорить примостившийся сбоку боец, получил мощный удар ногой в живот и почти сразу был нокаутирован с колена в голову. Попытавшегося подняться с земли первого противника утихомирил «шлепок» ребром ладони в нос. Евгения могла бы продолжать в таком ритме ещё долго, учитывая как её недавно достал Шульга, но всю акробатику наемницы пресекла в зародыше длинная пулемётная очередь, поднявшая столб пыли под ногами. — Не стреляй! — один из «свободовцев» начал размахивать руками, стремясь утихомирить соклановца на вышке. Другие же бойцы выскочили из бывшего зала ожидания, готовясь тотчас же прикончить нарушителя порядка. — Локи, не убивай эту сталкершу! — тот же «свободовец», что прекратил пулемётный огонь спешно подбежал к мужчине с насыщенно черными волосами и колючей щетиной. Видимо, главный здесь — это Фома, придурок, её спровоцировал! — Так, бойцы! — Локи поднял руку, призывая к тишине, — ты хочешь сказать, что эта хрупкая барышня уделала четверых крепких парней? — Гайдук правду говорит, — подтвердил второй «свободовец», которого Евгения не вырубила, а лишь обезоружила, — если бы эта баба захотела, мы бы уже доказывали боженьке, что являемся овцами, а не козлами. — Да ну нафиг… — эхом разнеслось по «свободовским» рядам. — И где же таких убер солдат выращивают? — без капли злобы, а лишь с неподдельным интересом выгнул брови Локи, — «Альфа», «Омега»? Или Совбез ООН уже решил прислать в Зону войска НАТО? — Ни первое, ни второе, и ни третье, — парировала Чернова, — я — Морена. Сбежала из плена генерала Воронина. И вот как вы меня встретили. — Мы сначала не поверили, и вон что получилось… — понурил голову Гайдук. — Ну я то верю, — кивнул Локи, — и что изволит легендарная наемница? — Медицинскую помощь, кров и еду. Одним словом то, в чём нуждается любой обыватель, — отчеканила Евгения. — А я то уже губу раскатал в надежде, что ты к нам присоединишься. Эх… — Локи был похож на человека, у которого угнали «Мазератти», и после того, как спустя месяц милиция ничего не нашла, он смирился с тем, что жизнь на этом не заканчивается, — в любом случае наш хлеб — твой хлеб. Мы не какие-то чиновники, чтобы мурыжить народ у порога. «Ты не мог быть погрубее? Или хотя бы по поподозрительнее, как Шульга. Мне всё-таки через несколько часов диверсию тут делать. Муки совести совсем не в тему. Я и так при плохой погоде мысленно волком вою, а ты со своими анархистами мне ещё психосоматических болячек навешать хочешь».***
Станция представляла собой одноэтажное здание, в котором было два парадных и два боковых входа. При входе можно увидеть помещение старой билетной кассы, куда наверняка посадят торгаша или бармена, несколько столиков, за которыми стоят «свободовцы», травя байки и анекдоты. Сталкеров здесь пока нет, за вычетом разве что Артура, который похоже, внял совету и куда-то свинтил. Это хорошо. Наличие третьей нейтральной стороны, которую нельзя было ни задеть, ни переманить на свою сторону делало бы ситуацию патовой. — Ну ничего себе… — сглотнул «свободовский» медик, осматривая неожиданного пациента. Такие шрамы он не часто встречал даже у заложников террористов, когда работал в «Красном Кресте» в одной из африканских стран, — это всё «долговцы» сделали? — Девяносто процентов, — мрачно поправила Евгения, — остальное война пощекотала. Но это уже не суть важно…. — Артефактами в порядок себя привела? Не отвечай, и так понятно. Вопрос в том, как ты в таком состоянии смогла их добыть? — взгляды наемницы и доктора пересеклись. «Чёрт… Неужели в таком захолустье могли затесаться и талантливые врачи?» — Добрые люди подсобили, — наполовину схитрила Морена. Ей ведь правда помогли. И не один человек, а несколько. Разве что никто из них ни хрена не добрый. — Но ведь они и побег должны были тебе организовать. Сама бы ты далёко не убежала, — продолжал допрос «свободовец». — А может и организовали? — улыбнулась Морена. Ей становилось даже забавно наблюдать за тем, как доктор Хаус пытался играть в Шерлока Холмса. — Если бы организовали, то об этом на следующий день гудело бы пол Зоны, а ты свалилась сюда, как снег на голову. Да и почему твои кореша оставили тебя? — Может, они пали смертью храбрых? — продолжала разыгрывать спектакль Евгения. «Пора завязывать. Закончился фарт. Всё… Грань дозволенного пресечена. Спасения Машки станет моим последним делом». — Пали, говоришь… Ну-ну, — здесь и не придерёшься. Такое фиаско «долговцы» бы не афишировали, если другие свидетели мертвы, то побег Евгении действительно мог остаться тайной. Но всё же было здесь что-то нечисто. Хотя… Видно же, что боец серьезный. А он таковых видел немного. И от всех них несло какой-то мертвечиной. Может, они, вообще, все такие? — Док, ты меня повторно пытать будешь или всё-таки лечить? — увидев замешательство в глазах местного Айболита, Чернова перешла в наступление, желая окончательно замылить его зоркий глаз. — Нечего мне здесь лечить, — «свободовец» развёл руками, — здесь только можно посоветовать здоровое питание, регулярный сон и избегание стрессов. Но вряд-ли ты меня послушаешь. — Почему же? Может и послушаю… — выдохнула Евгения, надевая футболку и застегивая куртку. — Да? — искренне удивился док, — ну хорошо. Сейчас твое тело в норме, кроме, уж прости, эстетической составляющей. Но может подвести в любой момент, и разрешения не спросит. И ещё… Держи капли. Глаз твой под повязкой чуть-чуть да видит, может не всё потеряно. «А «Должнички» до такого в своей мед санчасти не додумались. Хотя думаю, просто зажлобили для «посторонних» — Благодарю, — кивнула головой Чернова, взяв в руку упаковку с каплями. Вряд ли они сделают то, чего не сделали артефакты, но сам факт неподдельной заботы даже о потенциальном противнике вызывал… откровенно говоря, ступор. Худо-бедно процесс внедрения завершился победой. Цепкий взгляд наемницы срисовал много фрименов атлетического телосложения, которые наверняка окажутся неплохими бойцами. Но всё же умения метко стрелять и больно бить по роже не делают из боевика солдата. У нынешних хозяев станции не было главного — чутья. Именно навык чувствовать других людей или хотя бы абстрактную приближающуюся опасность, позволяет выживать в экстремальных условиях и побеждать там, где для большинства будет подвигом просто не сбежать. Спорт или так называемый «экстремальный» туризм, если и развивает интуицию, то определенно не в достаточном количестве. Поэтому чрезмерно доверчивые «свободовцы» были обречены. Беспокоил только этот врач… Наверняка побежит докладывать о своих опасениях Локи. И тогда Морена получит ненужное внимание к своей персоне. Поэтому девушка сделала несколько громких шагов, дабы ослабить бдительность ушлого медика, после чего притаилась в тёмном коридоре и стала ждать. Подобно кошке возле мышиной норы. Через несколько минут эта самая «мышь» показалась. Дверь импровизированного лазарета отворилась, и Айболит твердой походкой направился закладывать своего пациента. — Разделся не дойдя до реки, — голос Евгении заставил доктора вздрогнуть. Неожиданно материализовавшаяся из темноты наемница сейчас как никогда напоминала пресловутую богиню смерти, — подождал бы ещё пол часика, глядишь и усыпил бы мою бдительность. — Не делая зла — не познаешь страха, — парировал мужчина. — Хочешь сказать, ты не боишься? — перевела стрелки Чернова, — похвально. Прежде чем доктор успел среагировать или хотя бы позвать на помощь, наемница подскочила к нему с силой зажимая рот, после чего нанесла ему мощный удар в височную долю. Проверив пульс и убедившись, что не перестаралась, Морена затащила бездыханное тело «свободовца» обратно в лазарет. После чего изъяла у него из кармана ключи, а из ящика в столе КПК, закрывая горе- детектива на замок. — Ей, Морена, пивка не хочешь? — позвал девушку за один из столиков Гайдук, когда она вышла в зал, — я угощаю. «Надеюсь, он не пытается ко мне так нелепо подкатить». — Нет, спасибо, — как можно приветливее ответила Чернова, — я лучше воздухом подышу. Как раз самоё то после дождя. — Ну ладно, удачки, — улыбнулся «свободовец». «Оставь себе. Она тебе сейчас больше пригодится». Выйдя на улицу, Морена, конечно, сделала глубокий вдох и даже потянулась всем телом, демонстрируя окружающим полный расслабон. Но не очищение лёгких было целью наемницы. Поэтому убедившись, что на неё никто не смотрит, Евгения уверенно зашагала в сторону башни из красного кирпича. — Морена? — как и ожидалось, остановил девушку на подступах охранник, — Наслышан о тебе. — Еще пару недель и начнут клянчить автографы, — лицо Черновой полоснула вымученная улыбка. Ей, конечно, однажды вручал награду ни много ни мало РТЭ, но всё же эта процедура проходила в закрытом режиме и Евгения была в списке далеко не одна. — У меня бы кто его поклянчил… — понурил голову «свободовец», — решила осмотреть здешние достопримечательности? — боец сам не заметил, как съехал с темы, — у меня за спиной бывший карьер. Хрен его знает, что там добывали, но без нормального комбеза туда лучше не соваться. «Газировка» до костей пробирает. Недалеко от Копачей, со стороны которых ты пришла, находится Градирня. Хорошо, что ты там долго не задерживалась, иначе бы услышала голоса призраков Зоны. Я не суеверный, но ей Богу, своими ушами слышал их! Главной же достопримечательностью является завод «Юпитер». Такую махину большевики отгрохали, доложу я тебе. Размером с ПГТ. Наверняка и артефакты, и документы ценные на территории имеются. Но без крепкой команды даже тебе там делать нечего. А в общем-то больше ничего супер жуткого и нет. Даром, что центр Зоны. Может, просто ещё не напоролись. Ого… — сам офигел от непрошеной экскурсии «свободовец», — я тебя не сильно запарил? Просто чего-то показалось, что тебе не с кем поговорить… — Ну почему же? Не показалось. Наоборот спасибо, что соединил приятное с важным, — наёмница доброжелательно похлопала бойца по плечу. Конечно же, она не стала рассказывать, что есть на теле человека точка, чуть выше кадыка, которая имеет свойство развязывать язык, если её побуравить взглядом. Главное, чтобы собеседник не разбирался в таких вещах и был с тобой в ровных отношениях. Гайдук на эту роль подходил слишком сильно, не отстал бы, как минимум, до совместно распитого ящика пива, а как максимум… это уже непристойно. И тут так удачно подвернулся экземпляр, который и без манипуляций фрустрировал от нехватки внимания. «Свобода», похоже, тут относительно давно и уже успела поводить жалом по окрестностям. Эти сведения станут полезными для Шульги и его бойцов, — я, вообще-то, по делу, — наёмница вернулась к своей основной задаче, — Локи постановил меня в башню заселить. Дабы не отвлекала внимание коллектива своим присутствием. Пулемётчик-то ваш мужик нормальный? Приставать не будет? — Чернова постаралась отобразить на лице стеснительный румянец. — Тю! — рассмеялся «свободовец», — будет приставать, так ты его в окно вышвырни и все дела! — Да, логично. Чего это я… Морена спешно поднялась по ржавым металлическим ступенькам в деревянное помещение, обитое жестью. Из окна предстала великолепная панорама, да и само помещение было весьма уютным, чистым и даже несколько вылизанным. На секунду в голову Евгении закралась мысль о том, что она зря поставила в один ряд этих людей с представителями закрытого акционерного общества мусоров, вояк и чекистов. Но только на секунду. — Приветствую тебя, Морена. Чем тебя заинтересовала моя берлога? — пулемётчик дружелюбно встретил свою гостью. — Позицией стратегической заинтересовала… Сектор обстрела очень хороший… — голос Морены был отрешенным и безжизненным. Как же ей всё и все надоели. Даже жить… надоело. Оставлять этого бойца целым и невредимым было нельзя, нет… Не будет же наемница постоянно косить глаза на его тушку. — Да, эпически я тут обосновался! Не грех и похва… — прежде чем «свободовец» договорил, Чернова обрушила ему мощный удар в диафрагму. Наемница обхватила шею упавшего на колени мужчины и где-то через минуту по помещению пронесся звук ломающихся позвонков. Он конечно пытался сопротивляться, но из-за нехватки кислорода очень вяло. — Морена, тут это, ты походу ошиблась! Локи тебя сюда не засе… — вбежавший по ступеням «свободовец» осёкся на полуслове. У парня таки что-то щелкнуло, и он решил перепроверить данные Черновой непосредственно у начальника экспедиционного корпуса. «Точно пора завязывать. На грани прокола второй раз за час». — Какого черта ты сюда полез?! Тебе что, жить надоело?! Как хочешь!!! — с рёвом разбуженного зимой медведя Чернова нанесла парню три ножевых ранения в живот и добила, сбросив его по ступенькам. Не профессионально, да. Ну блин… Достал. «Шульга! Пулемётная вышка под моим контролем. Можешь начинать скандировать «Слава Долгу, Воронин на века!» — написала Евгения в КПК, после чего перенесла пулемет на сторону, обращенную к станции, и приготовилась стрелять.
