Секрет Люцифера

      ♫ System of a Down – Chop Suey!

...Вот сердце женщины: она искала От неба даже скрыть свои дела И многим это сердце обещала И никому его не отдала. Она себе беды лишь не желала, Лишь злобе до конца верна была. (...) (Отрывок из стихотворения М.Ю.Лермонтова “Пир Асмодея”)

“– Ты действительно хочешь этого? – Разумеется. Если я чего-то хочу, моя крошка, я получаю это. Губы Асми встречают мои своей мягкой теплотой и беспрекословным подчинением. – Одно твое слово, Люцифер, и я отдам тебе всю кровь взамен на власть, которая тебе будет обещана. – Если для пробуждения Мальбонте нужно будет убить тебя, Асмодея, я сделаю это, – усмехаюсь я, говоря при этом абсолютно серьезно. – Но, к счастью, для ритуала нужно совсем немного твоей крови. Протяни руку. Первые капли словно не хотят покидать пределы раны, тягуче-черной струйкой они звонко разбиваются о металл, принимающий в себя силы двоих самых сильных демонов, которые когда-либо делились с ним своей кровью. – Ты чувствуешь? – шепчу я. – Я… не знаю, – честно признается Асми. – Проклятие, – шепчу я, понимая, что ритуал не сработал в самом начале. Что не так? Кубок – подделка? Мало крови? Легенда про единение истинных душ – неправда? – Есть и другой способ, – шепчет дьяволица мне в унисон. – Нет, – рычу я. – Мы будем пробовать снова. Снова и снова. Капля крови падает на пол, стекая по внешней стороне кубка. Минотавр смотрит безжизненным, пустым взором. Однажды я взгляну в твою душу, Мальбонте. А ты заглянешь в мою. Я обещаю.” Чем дольше я думаю над тем, что же на самом деле является большей слабостью – гнать от себя то, что развращает твою самость или же потворствовать единственному, что является даже для демона пороком – я все больше убеждаюсь, что первое. Если мироздание решило, что в мою жизнь с удара ноги должна войти Вики Уокер, чем дольше я буду пытаться это принять, тем слабее буду выглядеть в его глазах. Все равно что отрицать то, что ты теперь инвалид с проломленной головой. Да, так оно, по сути, и было; лишние и ненужные чувства ломали и прожигали нутро – но я должен научиться жить с этим, а не пытаться притворяться нормальным, словно бы ничего и не происходит. Вспомнить, каково это – испытывать страх. Попробовать впервые испытывать его из-за кого-то другого. Новый навык, только и всего. И однажды мне воздастся по заслугам, когда Непризнанная станет демоном и окончательно моей. Конечно же, я с удовольствием пользуюсь возможностью еще сильнее раскрыть потенциал своей Вики, когда она вызывается участвовать в чемпионате по Крылоборству. Пусть по-прежнему язвлю и издеваюсь – но именно благодаря моему решению она становится первой Непризнанной, участвующей в подобном. Моему лебедю это запомнят. И я запоминаю каждый момент, когда она, моя девочка, показывает, насколько на самом деле сильная. Неопытная, слабая, вечно подвергаемая давлению и попыткам сломить ее, непредсказуемая, сильная духом, гордая. Этих эмоций мне хватает с лихвой, чтобы верно идти к победе. Рассекать воздух крыльями, отбрасывать Дино от себя раз за разом, слышать отголоски восторженных воплей, когда очередное бессмертное существо падает вниз, оглушенное противником. Остаться наконец с ангелом один на один, что означает лишь одно – скоро все закончится, и, конечно же, ни для кого не станет сюрпризом, что моей победой. Видение накрывает меня прямо в небе. Ослепительное, невозможное – никто не обладает такой способностью настолько сильно перехватывать власть над моим сознанием – но однако это происходит. Я настолько поражен скорее самим фактом произошедшего, что не сразу чувствую, как особенно мощный поток воздуха, рассекающе-болезненный, подсекает мне крыло и я не справляюсь со вторым взмахом противника, который призван повалить меня вниз. Плевать. Падение меня совершенно не волнует. Сам факт соревнования будто бы вообще перестает для меня существовать. Перед внутренним взором все еще стоит оглушительный образ того, что заполонило все мое сознание и подсознание тоже. Настолько выбивающее все мысли, что я почти забыл, как дышать. Минотавр с горящими глазами – вишнево-багрового цвета, глядящие прямо в душу, сковывающие, жуткие. Ощущение оглушительной власти, перед взором которой все, что ты можешь хотеть – это склонить колени и размазать себя в грязь. Золотой кубок, наполненный почти черной кровью. Я слишком хорошо помнил, при каких обстоятельствах видел его. Кубок, наполненный кровью двух душ для свершения ритуала Мальбонте. Чувствую землю всем своим телом раньше, чем успеваю ее увидеть. Дьявол и все его архидемоны, до чего же я был глуп все эти годы. Все эти дни – слишком зацикливался на Вики и на том, что мне теперь делать с этой внезапно свалившейся на мою голову избранной. Все те годы, что я еще страдал из-за Асми, я думал, что ритуал не был свершен из-за ее предательства. А после – и вовсе об этом забыл. И теперь, когда что-то вновь напомнило мне о нем... Я понял, что ритуал не получился, потому что она не была моей истинной душой. Я заблуждался уже тогда. А вот Уокер оказалась здесь, как раз потому, что была. Что вообще мне посылает эти видения? Кому такое вообще под силу? Я плохо помню, как ухожу с поля, что происходит вокруг, мир сейчас абсолютно мне не важен, слившись в одно огромное серое пятно. Пытаюсь найти Геральда – он первый, кто приходит в голову, когда мне нужен тот, кто точно знает все о том, что происходило века назад. Демон, непосредственно замешанный в судьбе демоницы, которая когда-то меня предала. Женщины, про которую я думал, что любил – именно вот этим мерзким, смертным словом, позволив ей влезть ко мне в голову с идеями об истинных душах, Мальбонте, безграничной власти и нарушающих все существующие законы ритуалах. Асми, которой подписали приговор о безоговорочном уничтожении и помещении в Небытие, стерли память обо всех жизнях, лишили силы, и с девственно-чистой энергией низвергли в самое начало смертного пути перерождений… Та единственная, что знала про ритуал. Самый вероятный кандидат на то, чтобы посылать мне видения о кубке, которым мы однажды с ней пытались воспользоваться. Сны, из-за которых я потерял голову, когда думал, что успел давным-давно обо всем забыть. Пропажа зеркала, отражающего Небытие. Убийство Непризнанной. Я не был дураком, чтобы не сопоставить все происходящие за последние несколько недель события хотя бы сейчас. И Геральд – демон, который когда-то отвечал за приведение в исполнение подобных наказаний за особо тяжкие преступления при дворе моего отца. Бывший инквизитор, низвергнутый до статуса школьного учителя. Где же ты, лживая паскуда, которая явно во всем этом замешана? Обнаружилось, что он, кажется, уже был к этому моменту на банкете, который начинался сразу после окончания чемпионата по крылоборству. Слишком непозволительно много времени я потратил на то, чтобы прийти в себя и пораскинуть мозгами. Банкет... Чертова школа. Необходимость следовать непонятным правилам, условностям, один сплошной цирк – чем дальше, тем сильнее в этом убеждаюсь. Я ведь уже давным-давно вышел из школьного возраста. Изучил все возможное, и даже свою часть наказания в виде курирования и обучения других давным-давно мог бы искупить. Мог править Адом, если бы не Отец – силы и знаний мне хватало с лихвой, равно как и нужных задатков лидера, понимания ситуации и здравого оценивания нашего мира. Школу я вообще воспринимал до недавнего момента, как необходимую часть тренировки своей воли и некую долю развлечения. Но теперь все это сильнее походило на фарс, унижающий меня одним своим наличием в своей жизни. Крылоборство. Чемпионаты. Тусовки с едва-едва оперившимися демонами. Занятиями, где не рассказывали и трети правды о том, как все здесь устроено, во внеземном мире. Я искренне пытаюсь успокоиться. Но меня хватает ненадолго. Когда я подхожу со своей необходимостью поговорить к Геральду, недвусмысленно намекая, что все более чем серьезно, он говорит, что мы обязательно все обсудим позже. Что же... Еще несколько часов бессмысленной трагикомедии. Совместного веселья ангелов и демонов. Попыток напиться и расслабиться. Наблюдать за тем, как Дино снова обтирается вокруг моей Непризнанной – и чувствует себя победителем. Малыш, ты бы мог ее трахнуть, будь у тебя яйца побольше. Она бы тебе точно дала, с твоим-то умением подавлять волю других. Правда, тогда я тебе бы точно яйца открутил… И, быть может, не только их. Но все же. Пресно. Занудно. Отвратно. Тягомотно и скучно. В какой-то момент в зал заявляется ангел, побитый кем-то из демонов. И это даже грозит перерасти в хоть какое-то развлечение. Если б он не скулил так, словно его отымели и кончили на лицо, при это выебав во все щели морально… Подумаешь – просто побили, затронув одно лишь физическое тело. Несколько ссадин – за пару часов заживет. А заварушка начинается такая, словно и впрямь что-то ужасное произошло. Шум, крики, адреналин, бурлящий в крови многих после чемпионата, алкоголь, задетая гордость, вечно подливающие масла в огонь Непризнанные… В какой-то момент даже мне приходится присоединиться. Все накаляется слишком быстро для того, чтобы продолжать оставаться лишь безобидным развлечением. Обвинения белокрылых так и сыпятся в сторону демонов изо всех углов. Ни для кого не секрет, что для ангелов мы виноваты испокон веков во всех бедах мира, сеем несправедливость, зло и сплошную глупость – но сейчас они в своих пиздливых фразочках о нашей причастности ко всему подряд переходят все границы. – Ты в туалете мозгами своими подтираешься, еблан? – отвечаю я одному из белокрылых, который смеет утверждать, что смерть Лоры – дело рук демонов. Ведь мне же должно быть плевать, правда? Я им не папочка, чтобы их опекать. Не преподаватель – последние, к слову, появляются в эпицентре событий позже, чем я сам вмешиваюсь в происходящее. – Выясни, кто из наших это сделал, – говорю я тихонько Мирре, отводя ее немного в сторону. С тех пор, как Ости впала в моих глазах в немилость, эта девчонка постоянно стала мелькать рядом, еще чаще, чем до этого. Если белокрылого щенка все же тронул один из демонов – я хочу знать, кто и почему. И как минимум провести разъяснительную беседу и наглядный пример того, как доводить начатое до конца – если уж берешься за дело, то будь добр, чтобы у твоей жертвы после не возникало желания раскрывать рот и устраивать скандал. А если недостаточно убедителен – то и желание почесать кулаки и самолюбие тогда уж держи при себе. – Люцифер… – демоница, которую я отправляю выяснить, в чем дело, слегка мнется, – Говорят, что кто-то намеренно разжигает вражду между факультетами. – А какое мне должно быть до этого дело? – не сразу понимаю я. Ведь мой приказ был конкретным. Найти одного демона, виноватого в избиении. До межклассовых интриг мне нет никакого дела. – Может, он решил начать со школы. Кто знает, во что это перерастет, – Мирра старается делиться своими мыслями совсем тихо. Впервые проницательно смотрю на эту дьяволицу. Не замечал в ней ранее подобные проблески ума. – … Я СКАЗАЛ, ПО КОМНАТАМ! – слышу я громогласный восклик Геральда, который уже какое-то время пытается угомонить всю эту разноперую свору. Я провожаю взглядом Мирру, которая отправляется вместе с остальными прочь из зала. Нахожу глазами Вики. Сперва, конечно же, чувствую ее – она сверкает своими радужными переливами, как никогда. И снова перед внутренним взором возникает то видение, которое меня сильно выбивает из колеи, как и в первый раз. Правда, теперь я уже справляюсь с ним куда быстрее – во-первых, я знаю, с чем имею дело, во-вторых – его источник будто бы находится дальше. Значит, он был на соревновании, но на банкете, среди всех, кого я видел, его нет. – Тебе нужно особое приглашение? – слышу голос Геральда в свою сторону. Что, блядь? Он обращается ко мне? Решил тряхнуть передо мной преподавательскими яйцами, воспользовавшись тем, что я делаю вид, что играю по вашим школьным правилам? – В твоей ебаной. Школе. Творится. Какая-то хуйня! – даю своей ярости выход, с рыком вспоминая чуть ли не самые грубые ругательства на древнеангельском. Не хотел обсуждать это наедине? Значит, будет на глазах у всех, Геральд. – Мне кто-то посылает видения! Мне! Я и соревнование проиграл из-за этого! – Надо уметь проигрывать, Люцифер, – буквально плюет мне в лицо Геральд, отчего я хочу выдавить ему его водянистые глазенки раз и навсегда, хотя бы за то, что думает, что он может вот так на меня просто и открыто смотреть. – Я. Проиграл. Из-за того. Что ослеп, – выцеживаю я сквозь зубы, подходя к демону почти вплотную. Мы с ним почти одного роста. Как же бесит, что он меня практически не боится. Хотя, следовало бы, учитывая то, что он прекрасно знает всю подноготную обо мне. – Я тебя услышал. Прими поражение достойно, – говорит он все так же прямо. Лишь делает вид, что не понимает. Разыгрывает спектакль перед остальными. Сама суть моего возмущения давно дошла до этого демона – что мы имеем дело с кем-то настолько сильным, что он способен вывести из строя даже такого демона, как я, и более того – знает, как именно на меня воздействовать, а значит, плотно связан с моей энергетикой. К его спасению, прочие мысли вдруг выбивает из головы голос моего лебедя, гулко раздающийся откуда-то слева. Она и так уже слишком долго смущает периферию моего сознания своим присутствием – теперь и вовсе решает вмешиваться во взрослые разговоры, суя свой нос, куда не следует? – Видения? Какие видения? Поворачиваю голову и выхватываю Уокер в толпе цепким взглядом. – Вики тоже постоянно снятся сны о Мальбонте, – раздается высокий голосок Мими. О Мальбонте? Как далеко они вообще заходят, эти цыплята, в обсуждении слухов, которые разносятся среди них быстрее скорости света? – Что? – а вот теперь Геральд уже не такой невозмутимый, как прежде. – Тебе? – вспыхиваю я, больше от удивления, чем от негодования. – Тебе-то какого черта? Как ты с этим связана? – Никак я с ним не связана, – устало вздыхает Вики в ответ, нисколько не смущенная нашим напором. – Я просто увидела этот... Кубок с кровью. И все. Когда она упоминает последнее, замираем мы оба – и я, и Геральд. Потому что прекрасно понимаем, о чем идет речь. Я – даже слишком. – Я тоже из-за этого не успела увернуться во время соревнования, – завершает она и без того странную речь. Дыхание начинает учащаться против моей воли – исключительно из-за нарастающих внутри эмоций, выдавая меня с потрохами, хотя мне сейчас было абсолютно плевать, кто и что обо мне подумает. – Кубок с кровью? – я даже хватаю девчонку за запястье, притягивая к себе. Оборачиваюсь к Геральду, который видимо считает, что способен в эту секунду прожечь меня взглядом в ответ, наивный, старый, больной, черноперый ублюдок. – Все это чушь, Люцифер, – шипит он, и я слышу его недовольство и стыд по поводу того, что вокруг слишком много глаз. И я собираюсь говорить на темы, которые и так уже породили достаточное количество слухов. На последнее мне плевать особенно сильно. – Чего я не знаю, Геральд? Что ты скрываешь от меня? Почему Вики видит именно кубок для ритуала, – со следующей частью вопроса я оборачиваюсь на мгновение к девушке, – Ты ведь минотавра видишь, да? – после чего вновь смотрю на чернокрылого старика, – Что вы сделали с Асмодеей? Где она сейчас? Про ритуал в курсе не так уж и много внеземных существ. Кроме меня и парочки ангелов, чью причастность я не рассматриваю, только ты, Геральд, да сама Асми, которая давно лишилась жизни и была сослана слишком далеко, чтобы устраивать подобное – в чем я, впрочем, теперь сомневаюсь. Так что ты крепко влип, старый кобель, даже несмотря на свое положение – будь уверен, оно тебя не спасет, если ты все же замешан. – Да, я вижу кубок и минотавра, – подтверждает тем временем все мои худшие подозрения Уокер, пользуясь тем, что демон молчит, явно думая больше о том, что он будет делать с учениками и их незрелыми умами, чем с разъяренным мной. Но только вот просто так отступать я не собираюсь. Несмотря на то, что снова испытываю это. Всепоглощающее, унизительное, гнетущее чувство страха. Что бы меня ни преследовало, что бы мне ни угрожало – оно хочет добраться и до нее. До моего цыпленочка. Какой бы огромной слабостью это ни было для меня, как бы низко я ни упал в собственных глазах, но мне придется это признать. Я боюсь за нее. Эта Непризнанная стала для меня чем-то таким, навроде болезненной ссадины на периферии сознания, которая постоянно болит и ноет, и никак не хочет заживать. И то, что я постоянно срываюсь, не в силах не подпускать ее ближе, однажды приведет к последствиям. – Ты пугаешь нас, Люцифер, – раздается за спиной спокойный, но твердый голос Мисселины. – Тебе стоит уйти. Это превосходно. Пугать я и должен, и сейчас я намерен воспользоваться этим по полной программе. Притягиваю Вики к себе, естественно, не обращая внимания на ее попытки вырваться и буквально рычу в самое лицо: – Держись. От меня. Подальше. Бросаю ее руку, отталкивая от себя, и не оборачиваясь, выхожу из зала. Прохожу несколько метров, и от бессилия – какое же отвратительное, неприкрытое и ужасное чувство, незнакомое, но создающее для меня персональный ад – со всей дури бью кулаком в стену, скрывая за грохотом еще один рык рвущихся из меня эмоций. Еще и еще, пока ко мне со спины не подходит Мирра, явно с намерениями успокоить меня, а не доложить то, что ей удалось выяснить. – Нет, – обрубаю я ее лучшие намерения на корню. Я слишком зол и подавлен для того, чтобы вообще кого-либо видеть. Мне нужен сейчас не секс, совсем не он. – Тогда я лишь скажу... - вздыхает демоница, убирая руки с моих плеч. – Демоны не были в этом замешаны. Говорят, это был один из них. Тот, что вечно с Адамом ошивается... Тебе не о чем беспокоиться. Это их проблема. – Ты молодец, – только и отвечаю я девушке, прежде чем выйти на улицу. Открываю водоворот. Я редко желаю самовольно и без дела посещать землю – но сейчас как раз один из таких моментов. Холод, тишина и спокойствие единственного места в смертном мире, которое мне по душе. Кто бы ни желал повторить ритуал, кто бы ни бередил мои старые раны – оно знает о том, что Вики Уокер связана со мной. И оно явно обозначило свое намерение добраться и до нее тоже. Ты не сможешь отделаться тем, что заметешь следы за собой, Люцифер. Кажется, ты разворошил нечто такое, что будет похоже на катастрофу, случившуюся с тобой тогда. Поделом тебе, мерзкий, эгоистичный, жалкий демон. Ты никакой не дьявол. Песчинка в круговерти бытия, проклятая вечно страдать и бороться с самим собой. Только теперь ты втянул в это кое-кого еще.