Глава 6. Форнио
11 сентября 2020 г., 16:00
Он наслаждался следующими двумя неделями. Они все так же оставались на Дите, почти ничем не занимаясь. Каждый развлекался как мог.
Шан иногда просто так встречалась с — как их там? — Бурей, Щитом и остальными странными со именами. После этого возвращалась веселой и пыталась рассказывать, как провела время, но никак не могла сосредоточиться на чем-то одном и лишь тихонько посмеивалась. В первый раз Форнио был озадачен таким поведением и не заметил, как она уснула на диване в гостиной. Ему пришлось нести ее на руках в комнату. Но урок он усвоил и в следующие разы сразу отправлял Шан спать. Еще она сходила на пару вылазок и каждый раз максимально незаметно приносила некоторый трофей. Но Форнио все же узнал, что там — части брони. Он был уверен, что Шан полировала и чинила ее в свободное время.
Если Шан важно этим заниматься, пусть занимается. Ему такие действия были безразличны. Но не капитану. Форнио тогда стоял на кухне, когда она почти зашла в комнату Шан. Он выглянул в коридор и понял, что ситуация обострилась. Эйвен стояла перед открытой дверью со сжатыми кулаками. Чтобы не началась перепалка, Форнио оттащил ее оттуда и хотел попросить относиться Шан проще, но Эйвен не стала слушать, сказав, что сама разберется. С тех пор она порой впадала в задумчивость, хмурила брови и ни с кем не разговаривала. Нервно ходила вдоль корабля туда и обратно, но затем успокаивалась, что-то решив для себя.
А свободного времени у Эйвен было много. От длительного бездельничества она явно не знала, чем себя занять. Ходила по магазинам и приносила редкие ингредиенты для ужина. Как-то пыталась улучшить «Рябину». Иногда помогала с готовкой. Такой помощи Форнио всегда радовался. Эйвен крайне плоха в готовке, и это видно. Он мог поручить ей только нарезку овощей или мяса и то со страхом, что она порежется. Со временем Эйвен наловчилась и даже стала резать быстрее обычного. Форнио не мог не заметить, что ее саму эти успехи радовали. Склонившись на доской, она явно пыталась скрыть улыбку, но довольные глаза выдавали Эйвен с головой.
Такой он видел соратницу, только когда она хотела показать свое превосходство. Обычно это происходило перед командой, когда Эйвен делилась информацией, известной только ей. Так она еще раз подтверждала, что именно она — капитан этого корабля и человек, наиболее опытный в космических путешествиях. С этим трудно поспорить.
А ведь подобное было совсем недавно — Эйвен рассказывала, как добраться до ВМ-137. За эти данные пришлось заплатить, но, к счастью их общего кошелька, не такую уж большую сумму. Именно поэтому они и торчали здесь так долго — на черный рынок можно попасть только в определенные дни. Кажется, это из-за существ, обитающих в космосе недалеко от планеты. Они с известной частотой подлетают к планете и принимают за угрозу все посторонние предметы. Форнио прикинул в уме — послезавтра они улетят. Как сказала Эйвен, не сумев скрыть своего восхищения, им даже удастся поглядеть на этих существ, которые успеют отлететь достаточно, чтобы не напасть на корабль.
В итоге дни тянулись довольно однообразно. Но бывали моменты и поинтересней.
Помогали Эйвен починить корабль. Со словами: «Вы вообще-то тоже на «Рябине» летаете. И время скачков вас так же, как и меня, трясет. Так что берите инструменты, и вперед», — капитан вышла из корабля. Неисправность была где-то снаружи. Эйвен что-то бормотала себе под нос, порой повышая голос и прося подать инструмент и что-то подержать. И Форнио внимательно ее слушал, чтобы не пропустить важных слов, ведь знал: пилот с трепетом относится к кораблю и такого же отношения ожидает от остальных. Около часа стояния возле Эйвен привели к уставшим ногам и столь долгожданной фразе: «Готово».
— Теперь можно во время скачка находиться на в кабине? — спросила Шан.
— Нет, все равно будете сидеть позади меня. Мне так спокойнее.
В другой раз они оказались на небольшой площади где-то в не самой оживленной части планеты. Обычно в таких местах стояли подозрительные торговцы, но сейчас в центре было свободное пространство, а по краям уже сидели зрители на откуда-то принесенных ящиках. Среди них неспешно бродили девушки в длинных платьях без рукавов, собирая деньги за билет. Здесь вот-вот должно было начаться огненное шоу.
И действительно, вскоре из динамиков полилась музыка, и стали выходить фаерщики. В темных одеждах и с яркими узорами на открытых участках кожи они медленно расходились по площади, а в их ногах резвились маленькие желтые ящерки, которые затем разбежались и шутя выпускали в сторону зрителей плевки огня. Музыка набирала обороты, стала резче и быстрее. Ящерицы своим пламенем зажгли инструменты артистов, и шоу началось.
Форнио невольно подсчитал количество участников на площади — тридцать один, и зрителей — сто двадцать восемь. Он мог еще долго подмечать детали, которые все равно запомнил бы, но перевел внимание на шоу. Стоило расфокусировать взгляд, как танцующее пламя превращалось из небольшого шара в непрерывную линию, чертящую чарующие рисунки. Порой Форнио замечал ящерок, которые быстро ползали по телам фаерщиков, когда те меняли свой реквизит и представление ненадолго замедлялось. Затем вновь повлялись искры, вспышки и завораживающий огонь.
Форнио обернулся на своих спутников и увидел, что Эйвен, сложив руки на груди, ладонью пыталась отбивать ритм мелодии и покачивала головой. Она улыбнулась, расслабившись благодаря подобной атмосфере. Шан же завороженно наблюдала, словно погрузившись в другой мир, и прошептала: «Да, Диас, это была отличная идея». Форнио запомнил фразу и свое решение обязательно поговорить с Кочевником об этом.
***
В целом разговоров с Шан было достаточно. Она часто останавливалась около Форнио, когда он читал, садилась на диван и что-нибудь спрашивала. Порой мелочи типа «что сегодня на обед?», но иногда диалоги получались очень долгими и, на что он рассчитывал, информативными для нее. — Ты постоянно читаешь книги на непонятном мне языке. Зачем? Такой невинный вопрос вызвал искреннее удивление у Форнио. У него был очень простой ответ. — Я с Летерона. У нас так принято. — Теперь в непонятках была уже Шан. — Тебе это ни о чем не говорит, да? Ответный кивок. — Расскажешь, откуда ты? Летерон — это где? — С этими словами она забежала на кухню и поставила чайник. — Ты начинай, я пока себе что-нибудь приготовлю. Знай, что одним вопросом не отделаешься, — улыбнулась она. — Если посмотреть на карте область известных планет, то Летерон будет почти на самом краю, — начал Форнио. — А почему столько ты читаешь? Он вспомнил свою родину и тех людей, которых там оставил. Перед глазами встали высокие и мощные деревья, кроны которых почти перекрывали солнце. Небольшие хижины и вечерние посиделки у реки, когда каждому есть что рассказать. Но Форнио может подумать об этом и позже, сейчас же главная задача — удовлетворить любопытство Шан. — Начну издалека. Путешествуют по галактике только летеронцы, летеронки слишком… слабы и беззащитны. Слишком чувствительны к Потоку. — Потоку? — Не торопись. Мы верим, что Поток связывает жителей Летерона, — Форнио сцепил руки в замок, — друг с другом и позволяет почувствовать на любом расстоянии дорогих тебе людей. Женщины в основном полагаются именно на эти ощущения и могут не увидеть, не услышать приближения опасности. Поэтому они и не покидают планету, мы слишком волнуемся за них. — Форнио покачал головой. Шан принесла две кружки и тарелку с бутербродами, удобно устроилась на диване и сказала: — А кого ты можешь почувствовать? — Ее глаза заблестели. Он сделал пару глотков и ответил: — Жену и сына. Шан подавилась чаем и прокашлялась. А Форнио не понял, чем была вызвана такая реакция. На какой ответ она рассчитывала? — Тебе лет-то сколько? Я думала, ты наш ровесник! Ты же такой… такой, ну, красивый и изящный, что ли. — Спасибо за комплимент, но мне чуть больше тридцати. — А точная цифра? — На Летероне мы не видим смысла в подобном. — Но как же дни рождения? — удивилась она. Форнио мысленно сделал отметку, что мысли Шан работают не так, как его, поэтому она порой выдает такие внезапные вопросы. — А зачем они? — Форнио удалось ввести собеседницу в ступор во второй раз. — Ладно, я, пожалуй, просто приму этот факт. — Она сделала паузу и потратила ее на еду, летеронец решил не отставать. — А сколько твоему сыну? Да, да, — тут же махнула Шан рукой, — ты не знаешь, но хотя бы примерно? — Это легко посчитать. В предыдущий раз я путешествовал с Эйвен пять лет назад. Столько же лет и моему сыну. — Ты путаешь меня только еще сильнее! Я думала, что ты всегда путешествовал на «Рябине». Снова непонятно откуда взявшиеся догадки. Помнится, Эйвен тоже поначалу несла какую-то чушь, пытаясь угадать, откуда Форнио родом, а его это только забавляло. — Это не так. — Похоже, их разговор все больше удаляется от темы Летерона, но его еще можно вернуть в прежнее русло. — Я покидал планеты дважды, и оба раза потому, что узнал, что моя жена беременна. — Увидев округлившиеся глаза Шан, он лишь вздохнул и сказал: — Подожди, сейчас объясню. Да, летеронцы начинают путешествия именно по такому поводу и возвращаются на день рождения ребенка. За это время мы стараемся собрать как можно больше историй, знаний. Для этого есть две причины. Во-первых, этой информацией мы делимся со всеми, потому что на Летерон часто прилетают другие расы, чтобы что-то узнать, и каждый из нас с радостью ответит на все вопросы. — Но разве не проще купить информацию на Дите? — задала резонный вопрос Шан. — Затраты будут те же. Лететь до Летерона далеко и дорого, да и на планету никого, кроме самих летеронцев, не пускают. Планету пронизывает Поток, дышать которым можем только мы. Поэтому мы сами поднимаемся на корабли гостей и вот за это просим плату. — Он задрал голову вверх, невольно вспоминая, как в первый раз перемещался с поверхности планеты. Тогда-то он и познакомился с Эйвен. — У нас есть для этого технология, но она не такая уж простая. — А что во-вторых? Зачем вам истории? — Чтобы помогать своим любимым, конечно. Петь колыбельные, помогать с воспитанием ребенка и все в таком духе. — Такой простой, но в то же время важный ответ. На самом деле, именно ради этого летеронцы и путешествуют, общение с гостями планеты — скорее развлечение. — Черт, как же романтично, — протянула Шан. — Да. — Форнио откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и позволил себе расслабиться. Хоть ему и не хотелось этого, но разговор вызвал бурю воспоминаний о Летероне, семье и друзьях. О своей любви к ним. Форнио определенно соскучился. — Ты можешь их сейчас почувствовать? — Очередной вопрос от не унимавшейся Шан. А ведь действительно, может. Но старается не делать этого, чтобы не захотеть вернуться домой раньше времени. Путешествия с Эйвен, конечно, — то еще приключение, но порой хочется простого покоя среди близких. — Дай немного времени, мне нужно сконцентрироваться. Форнио не поменял позы, но напрягся, стараясь уловить Поток. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Он не знал, сколько времени провел за такими действиями, а Шан, к счастью, молчала, не отвлекая. И вот летеронец почувствовал — будто легкое дуновение ветерка около уха. Он невольно наклонил голову, подставляясь прикосновениям Потока. Но то был прохладный ветер — его сын Заар еще не научился отвечать таким же Потоком, иначе ветер стал бы быстрее и активнее вился вокруг тела отца. Форнио улыбнулся, уверенный, что с мальчиком все в порядке, и тут же почувствовал другой Поток. Теплый, будто кто-то взял его лицо в ладони. Ласковый, будто кто-то невесомо поцеловал его в лоб. Да, это могла быть только она. Рейя. Форнио выдохнул, поняв ее ответ как просьбу не беспокоить и сосредоточиться на своих делах. Вслух он только произнес: — С ними все в порядке. — Ох, как неожиданно. Тебя не было минут двадцать, — раздался голос Эйвен. — А ты давно здесь? — спросил он. — Я невольно подслушала ваш разговор, сидя в кабине, и, когда услышала, что ты хочешь поболтать с Потоком, решила посмотреть на это. Ты в такие моменты выглядишь очень воодушевленным. Форнио никак не ответил, лишь протерев глаза и разведя руками. В другой раз все трое расположились в гостиной, но тратили свободное время на рассмотрение карты. Эйвен пыталась прикинуть их дальнейший маршрут после посещения черного рынка, но часто вспоминала ещё какие-нибудь обстоятельства, из-за чего они так и не пришли к единому мнению. Шан молча слушала перепалку команды, но затем спросила: — Чем вы вообще занимались до встречи со мной? — Форнио, сколько у нас ещё времени? — Два с половиной месяца. — Мы успеем закончить свое задание, слетать за наградой, а потом на Летерон, чтобы вернуть Форнио. Так что вполне можем отвлечься на твои дела, — рассудила Эйвен. — А что за задание? — спросила Шан. — Как только Форнио вновь объявился на моем корабле, сказал, что хочет углубиться в ботанику. Так что он почитал справочники, и мы полетели искать что-нибудь подходящее. Один коллекционер попросил найти экземпляры нескольких редких растений. Два из пяти у нас уже есть. — За шесть с половиной месяцев вы не сделали даже половины, — возмутилась Шан. — За восемь с половиной, — оборвал ее Форнио. Он надеялся, что она не станет задавать лишних вопросов и просто осознает еще одно отличие его расы от человеческой. Шан коротко кивнула. — Сделали, потому что достать это было делом долгим и сложным. — Эйвен не участвовала в этом бессловесном диалоге и просто продолжала объяснения. — Оставшиеся три растения достать проще, поэтому мы и не торопимся. — Тогда куда нам нужно дальше? — спросила Шан. — Где остальные экземпляры? — Шини, Калентос, Юверно. Но сначала — на черный рынок. Потом будем импровизировать.***
— Не могу дождаться, когда мы отсюда свалим! — В комнату ворвалась Эйвен, явно проснувшись раньше остальных. — Так что вставайте и собирайтесь. Форнио, на тебе быстрый завтрак. Шан, вставай уже. — Похоже, она просто открыла двери в обе комнаты и чуть ли не выкрикивала свои приказы. Форнио не мог игнорировать такой шум и поднялся, небрежно собрал растрепанные волосы в низкий хвост, оделся и пошел на кухню. Кажется, он давно не готовил чего-то простого, что могла бы приготовить и сама Эйвен, если бы хоть раз попробовала. Так что он просто порылся среди шкафчиков, выудил оттуда хлопья и открыл пачку молока. Хоть Эйвен и торопила его, делал он все медленно, потому что не до конца проснулся. А затем и вовсе появилась Шан, которой он лишь позавидовал, потому что та была бодрее даже, кажется, капитана. — О, какой ты лохматый, можно я тебя причешу? — Кажется, ей хочется заняться хоть каким-то делом. — Да, пожалуй. Шан громко хлопнула в ладоши, чем вызвала ещё один приступ недовольства у Форнио, и ушла в комнату. Вернувшись с расческой, усадила его на край дивана, а сама встала позади на колени. Сняла резинку с хвоста и, он готов был поклясться, чуть ли не усыпила его, так аккуратно и бережно она обошлась с его волосами. Даже смогла заплести косичку. Эйвен, увидев это, рассмеялась и сказала: — С такими навыками из Шан получится родитель получше, чем из тебя, Форнио. Тебе тоже стоит научиться так плести, вдруг у тебя девочка будет. Ладно, пошли перекусим, потом взлетим. Своими словами она вогнала Шан в краску, а Форнио ответил: — И на ком мне тренироваться? На твоих дредах или ее коротких волосах? — Ой, это уже не мои проблемы. После завтрака все знали места в кабине. Рядом с Эйвен никто не садился, потому что она предпочитала управлять кораблем в одиночку. Она объясняла это тем, что помощник будет ее только отвлекать, а без него Эйвен привыкла летать уже довольно давно. По крайней мере, так она рыкнула на Шан, когда та спросила, почему место второго пилота пустует. Поэтому они вдвоем расположились позади и могли наблюдать, как пилот занимается своим любимым делом. Она нажимала кнопки, дёргала переключатели и что-то бормотала себе под нос, повернув голову немного вправо, будто с кем-то общалась. А двигатели корабля взревели, «Рябина» оторвалась от земли и взмыла в космос. Форнио попрощался с Дитом и теми удобными переводчиками, которые тут выдавали лишь на прокат. Благодаря прочитанным учебникам он, конечно, знал несколько языков, но пользовался ими при общении с неохотой, потому что каждый раз приходилось вспоминать множество правил, чтобы верно все произнести, и в итоге разговор затягивался. Зато во время чтения Форнио никто не торопил, поэтому, если книга была на не очень понятном языке, он все же ее читал. Тем временем Эйвен предупредила, что сейчас будет скачок, и сказала пристегнуть ремни. Полет хоть был коротким, но весьма приятным. Как же хорошо, что Эйвен починила «Рябину» и их больше не трясет. До этого невольно возникали мысли, что корабль просто-напросто расколется на кусочки. Когда он снова смог видеть, то хотел было разглядеть планету, внешне отличавшуюся от Дита, но Эйвен не полетела сразу к ней, а немного развернула корабль и сбавила ход. И не зря — в кабине раздался общий вздох удивления. Где-то вдалеке в космосе словно полыхало марево, переливаясь бирюзовыми и белыми красками. Казалось, будто кто-то нацепил на морского ската лёгкую длинную ткань и отправил в плавание в космос. Таких существ, сливавшихся в одно трепыхавшееся пятно, было несколько, и они все удалялись и удалялись, став через несколько минут еле заметными. — Вау. Это из-за них сюда не так просто попасть? — спросила Шан, как только все с трудом оторвали взгляд от существ и вернулись к делам поважнее. — Да, хоть они и красивы, но чертовски опасны, — ответила Эйвен. — Местные называют их презрительно Тряпками, и теперь я понимаю почему. — А правильное название у них есть? — Эдитнори. Каскад смерти. Течение обмана. Шум ужаса. Первое — официальное название, но его обычно не переводят, остальные — варианты от тех, кто сумел пережить с ними столкновение. Как видишь, счастливчиков не так уж много. Если захотите получить страшилку на ночь, расскажу когда-нибудь про каждый случай. Форнио определенно был бы рад послушать нечто подобное.
