Белая ветвь

      Скачок.       Желто-белая поверхность — песок и облака — выделяется среди темного космоса. Других цветов нет, и невольно задумываешься: что вообще Кочевники забыли на планете бесконечной пустыни?       Это конец.       Шан, конечно, могла бы остаться, и остальная команда «Рябины» была бы рада. Но за всеми этими приключениями она почти забыла свою изначальную цель. Кентри должен стать ее домом — местом, где обосновались так похожие на нее другие Кочевники. Как бы сильно она ни любила Форнио, Эйвен и Арри, глубоко внутри сидела уверенность, что так все и закончится — будто на какой-то середине.       Своих вещей у нее было немного, все быстро поместилось в рюкзак и сумку. Шан спрятала пистолет под длинным лёгким плащом.       Остальные сидели в гостиной, когда она подошла к ним. Прощание вышло коротким и почти в тишине, только Арри громко мурчал, когда Шан чесала ему шею.       Она пожала руки Эйвен и Форнио, ничего не говоря. Да и зачем — она и так останется частью команды, которая вскоре станет совсем другой, частью истории корабля, который станет убежищем для кого-то ещё в сложные времена. Зачем были слова, когда были действия — крепкие объятия с надеждой встретиться ещё когда-нибудь, похлопывания по спине как пожелание всего лучшего, улыбки от невольно нахлынувших воспоминаний, ставших драгоценными и запоминающимся.       Эйвен ненадолго скрылась в кабине, чтобы вложить Шан в руки небольшой мешочек.       — Если захочешь, я прилечу за тобой куда угодно. Там передатчик, тебе остается только вбить координаты или записать, где ты примерно будешь. И знай, что в истории "Рябины" ты запомнишься как мисс Боевой Снегирь.       Шан хотелось рассмеяться от ее нового прозвища, но обстановка не очень располагала.       Напоследок обняв всех троих — как ей только сил на это хватило? — Шан спустилась по трапу. Долго смотрела, как он убирался, слушала все нарастающий вой двигателей и зажмурилась, когда «Рябина» оторвалась от земли, подняв ветер из мелкого песка. Стояла, не обращая внимания на новый мир вокруг нее, пока корабль не стал едва различимой точкой, а затем совсем исчез.       Шан осталась одна. Опять. На незнакомой планете. Среди незнакомых людей. Ну, хотя бы людей, и с ними можно пообщаться. Но она не знала, что им говорить. «Простите, Вы не знаете, где здесь Кочевники?» Нервно кусая губы, Шан посильнее запахнула длинные одежды. Ткань развевалась от легкого ветра, а капюшон и шарф, прикрывающий лицо, так и норовили упасть. Такой костюм был непривычен и сковывал движения, но уж лучше ходить в нем и не вызывать подозрений, чем чем щеголять в обычной футболке, подставляя оголённые руки под жару и царапающий песчинками ветер. Местные такого не оценят.       «Рябина» садилась на некотором удалении от города, и Шан, обернувшись на уже пустое место, двинулась к постройкам. После других планет, где она уже была, они совсем не впечатляли. Низкие, жмущиеся друг к другу, не оставляющие места для проулков, из-за песочного цвета они почти сливались с окружающей местностью. Да и люди такие же, как Шан отметила, уже оказавшись на более-менее оживленной улице. Шан в своей светлой одежде легко слилась с местными, которые торговали, о чем-то спорили, смеялись. Но, как ни странно, шумно не было. Все словно сговорились, стараясь поддерживать относительную тишину.       Шан решила для начала просто обойти город, надеясь по чистой случайности найти кого-то из своих. Но вокруг было одно и то же: песок, похожие друг на друга люди и шелест одежды или ветра. Порой Шан замечала животных, чем-то напоминающих быков, которых здесь использовали как ездовых. При других обстоятельствах она бы разглядела их поближе, но сейчас искала совсем иное. В итоге краткая экскурсия прошла слишком быстро и не принесла никаких результатов.       За время путешествия на «Рябине» волосы немного отросли и лежали неаккуратными прядками, и Шан заглянула в парикмахерскую. Подстригли ее вполне удачно, и она, выйдя на улицу, не сразу надела обратно капюшон, чувствуя, как поднявшийся ветер больше не треплет пряди.       — Ого, да это же Кира! Как ты здесь оказалась? — Шан повернула голову и увидела быстро идущего к ней мужчину. — Тебя же все потеряли.       — Простите, но я не Кира. — Она сказала правду, для незнакомца показавшуюся нелепицей.        — Я, что ли, нашу замечательную Киру не смогу узнать?       — Возможно, Вы спутали меня с моей сестрой-близнецом. — Нужно было как-то избавиться от мужчины и этого разговора. — Но мы уже давно не общаемся.       — Да? Тогда знай, что Кира, — торопливо начал незнакомец, — была официанткой, а потом просто ушла в отпуск и исчезла…       Но Шан только махнула рукой на прощание и ушла, так некрасиво прервав разговор. Кира — ее прошлое, которое уже не так важно.       И вот Шан откровенно скучала, сидя около какого-то магазина. Жизнь вокруг со временем начала замедляться. Становилось меньше людей, меньше света, как от солнца, так и от искусственных источников. Становилось все тише и тише, пока из звуков не остались только завывания ветра. Приближался вечер. Когда Шан поняла, что осталась одна, то скинула с себя капюшон, не боясь вызвать недоуменные взгляды от незнакомцев.       Так бы она и сидела в тишине и темноте, любуясь безграничным и прекрасным небом. Кажется, ни на одной планете ночью не было видно столько звёзд. Где-то там сейчас Эйвен и Форнио. А где-то здесь — Кочевники, которых нужно найти среди бескрайней пустыни. Или в каком-то другом городе, тогда стоит продолжать до утра и все же поговорить с жителями.       Но дальше придаваться мрачным мыслям не дал неожиданный, едва слышимый звук. Кто-то громко смеялся, но явно пытался скрыть это. Шан напрягла слух, пытаясь определить, далеко ли источник звука, но это и не понадобилось. В паре метров мимо нее прошла хихикающая компания. Сложно было определить, сколько их там, так плотно друг к другу они шли и сливались в одно пятно. Но вот их кто-то догнал, и Шан с удивлением отметила, что он был в другой одежде: футболка, шорты и… никакой обуви. Она могла бы одеться так же, тоже не пострадав от холода. «Они пытаются, хоть и тщетно, не выдать себя и выглядят так странно, — пронеслось у нее в голове. — Стоит попробовать».       Шан медленно приблизилась к незнакомцам. Они ее заметили, резко притихли, а необычно для такой местности одетый парень спрятался за остальными. Но стоило компании заметить не скрытое тканью лицо Шан, как они заулыбались друг другу, и кто-то произнес:       — Здравствуй, сестра.

***

      После нескольких часов пути Шан не почувствовала даже легкой усталости, хотя тащила свои вещи сама. Но она плелась в самом конце, не рискуя общаться с остальными. Те весело перекидывались фразочками, порой оглядываясь на нее, но Шан отмахивалась от компании, и они понимающе кивали и отворачивались, продолжая идти.       А если это не Кочевники, а какая-то секта? Фанатики? Обманщики? Шан упорно пыталась придумать худший исход этой встречи, но не получалось — незнакомцы казались такими похожими на нее, и так хотелось довериться им. И они назвали ее сестрой. Так странно, но тогда показалось, что это обращение было каким-то условным знаком, отделяющим Шан и этих людей от всего остального мира. Только непонятное желание, чтобы ее назвали так ещё раз, чтобы можно было почувствовать себя частью чего-то большего, и заставляло ее следовать за незнакомцами.       Компания вдруг остановилась на вершине бархана, громко крича и размахивая руками. Шан подошла к ним и увидела раскинувшийся внизу город, но он был меньше и выглядел более заброшенным, чем предыдущий. Послышались ответные возгласы, которые окружили Шан, когда она зашла в город и остальные Кочевники признали в ней новенькую.       Улицы, освещенные факелами, выглядели удручающе: обвалившиеся крыши и сломанные стены, казалось, совсем не пригодны для житья. Но все это совсем меркло, стоило взглянуть на лица вокруг: смеющиеся люди, одетые в разнообразные наряды, пели песни и встречали вернувшихся, будто те были местными героями.       Шан растерялась, попав в новую обстановку, но ей помогли разобраться. Показали, куда можно сложить вещи, и пригласили к костру. Она скинула эту чертову ткань и осталась в майке и штанах. Рискнула снять обувь и поняла, что так действительно удобнее. Песок — холодный, но не причиняющий дискомфорта — приятно проникал между пальцев. Шан улыбнулась и присоединилась к веселью.       У костра на большой площади собралась целая толпа, должно быть, вообще все, кто здесь живет. Кочевники сидели на камнях, досках, на корточках или чьих-то коленях. Шум голосов, свиста и смеха почти оглушал. Шан приблизилась к огню и, не найдя себе места и нервно топчась на месте, лишь разглядывала остальных. К счастью, никто не пытался ее представить всему городу Кочевников. Она просто пришла, влилась в компанию… и все. Жизнь продолжается. И длинные тени танцуют на стенах, и люди вокруг творят что хотят.       К Шан подошел тот неодетый парень из компании. Удалось разглядеть его лицо, маленький хвостик из вьющихся темно-русых волос и сияющие искренним интересом глаза.       — И как тебе? Неожиданно, да? Я тоже не сразу понял что здесь к чему.       — Эм… — замешкалась она. — Наверно.       — Келлер, можно просто Келли.       — Шан.       — Помочь тебе найти знакомых?       — Я хорошо помню только одного.       — Тут много таких, как ты, на самом деле. — Келли махнул рукой. — Но все нашли здесь свою новую семью или типа того.       Люди вокруг с первого взгляда не производили такого впечатления, но и Шан здесь только первый день. Все вокруг нее — Кочевники и пережили одно и то же, освобождение из лагерей и путь до Кентри. Многие наверняка столкнулись с одинаковыми трудностями вроде проблем со здоровьем. Тогда понятно, почему Келли называет их семьей. Причин для сплочения предостаточно.       Когда-нибудь она тоже вольется в эту компанию. Повсюду разливалось такое тепло — и физическое, и духовное, — что хотелось раствориться в нем, стать его частью. И у Шан было кое-что, чтобы заслужить немного уважения.       — У меня есть стимуляторы, — неожиданно сменив тему, произнесла она. Шан, разумеется, прихватила с собой ценный чемоданчик. Там не так уж большой запас, все же рассчитанный только на нее. Кто знает, может, здесь есть те, кому нужнее.       Келли тут же округлил глаза и, схватив Шан за руку, потащил ее сквозь толпу, подальше от эпицентра праздника. Перед одним из домов — довольно целым — он остановился, жестом попросил подождать и зашел внутрь. Вернулся с женщиной лет сорока, которая спокойно улыбалась, будто ее уже ничем не удивить. Она подошла к Шан и крепко обняла.       — Здравствуй, сестра. Меня зовут Виз. Келли сказал мне про тебя. Спасибо за помощь, но, — она покачала головой, — не все захотят принять такой подарок. Скажу сразу: многие прилетают на Кентри, чтобы навсегда здесь и остаться. Они запутались в себе, потеряли ценное здоровье и просто хотят начать жизнь с чистого листа, пускай даже короткую. Таким стимуляторы не нужны.       Вот оно как. Виз сказала «многие», значит, есть и те, кому ее помощь будет все же кстати. Шан быстро сбегала за своим чемоданчиком и передала его Виз.       Она с Келли вернулась к костру, но совершенно не представляла, о чем можно поговорить, поэтому просто наслаждалась атмосферой. Очень своеобразной, кстати говоря. Видимо, пришло время для танцев. Музыкальных инструментов не было, но Кочевники справлялись. Они хлопали в ладоши, топали, свистели, создавая такую какофонию звуков, что ни о какой единой мелодии и речи не шло. Каждый как-то умудрялся услышать именно то, что нужно было ему. Одни двигались медленно, другие — в быстром темпе. Немногочисленные пары кружили вокруг костра в подобии вальса.       Шан не помнила, чтобы, когда она была в лагере, она танцевала. Днем почти не было времени на подобные развлечения, а ночью они, даже если не спали и творили что-то запрещенное, старались не шуметь. А топот ног неумелых подростков наверняка насторожил бы их охранников.       Здесь и сейчас все плясали так легко и непринужденно, будто только этим и занимались с детства. Если приглядеться, можно увидеть неловкие и дерганные движения, которые, однако, никого не смущали.       Келли протянул ей руку, нелепо улыбаясь. Что вот с этим делать? Шан не хотела ему отказывать — Келли стал первым ее знакомым здесь, и они точно продолжат общаться, но смущение невероятно зашкаливало. Она впервые в подобной ситуации, пускай такой пустяковой, и впала в ступор, не зная, как отреагировать.       Келли не стал дожидаться ответа и просто взял Шан за руку, уводя поближе к одной из компаний. То, как уверенно он вел ее, вселяло надежду, что он знает, что делает.       С трудом ловя что-то вроде ритма, они высекали из-под ног маленькие песчинки. Вокруг двигались другие Кочевники примерно их возраста, но никто не разговаривал. Каждый танцевал чуть ли не с закрытыми глазами, погрузившись в свои мысли. Шан последовала их примеру и даже сама не поняла, как полностью расслабилась. Что будет на следующий день, на следующей неделе или еще позже, как изменится ее жизнь с прилетом на Кентри — обо всем этом можно подумать и позже. А пока вокруг лишь музыка, попытки двигаться под нее, легкий ветер, щекочущий оголенную кожу, и порой встречающиеся взгляды Шан и Келли, которые наслаждались настоящим моментом.       Что ж, неплохое начало.