Одни

      — Бэкхён… Бэк…       Бэкхён слышал голос Чанёля, но не мог понять, откуда тот доносился. У него перед глазами всё плыло настолько, что он не мог ничего разобрать. Где они? И что происходило? Он даже тела своего не чувствовал — стоял он сейчас или сидел, а может лежал. В голове было абсолютно пусто. Он даже не помнил, что произошло.       — Бэкхён, очнись, — голос Чанёля продолжал звать его, — ответь что-нибудь.       Он почувствовал толчок в плечо и тут же последовавшую за этим боль во всём теле. Перед глазами начало проясняться и он увидел дорогу. Они куда-то ехали? Днём?       — Где… мы? — выдавил из себя он, удивляясь тому, насколько слабым прозвучал его собственный голос.       — Бэк, не закрывай глаза, отвечай мне, — голос Чанёля звучал напуганным, — ты меня слышишь?       — Как тут… не слышать… — он попытался улыбнуться, но, кажется, ничего не вышло. Только голова сильнее разболелась, перед глазами потемнело, а вокруг стало тихо. Кажется, он отключился. Последним, что он помнил до этого момента, были те дни в брошенном доме.       Из-за вновь сбитого режима сна Бэкхён чувствовал себя разбитым, хоть и спал достаточное количество часов. Он проснулся, когда за окном было ещё светло, а Чанёля рядом с ним на кровати уже не было. Бэкхён с трудом разлепил глаза и не сразу заметил того, стоящего у окна.       — Что это у тебя? — спросил он хриплым после сна голосом, наблюдая, как Чанёль тут же опустил руку с зажатым в пальцах небольшим чёрным устройством.       — Это? — он как-то неловко покрутил устройство в руке. — Камера. Мы иногда использовали их на службе, цепляется на форму. Вот, нашёл в рюкзаке.       — Хочешь что-то снять? — Бэкхён всё ещё плохо соображал, хотелось снова провалиться в сон, но всё же стоило уже встать.       — Просто проверил, работает ли, — он убрал камеру в задний карман. — Умойся, я приготовлю поесть.       Бэкхён долго сидел в ванной. Осознание того, что скоро им выдвигаться, снова сдавило что-то внутри. Потом он долго смотрел на мясо, которое приготовил более бодрый из них двоих Чанёль, и всё происходящее снова казалось ему странным. На улице было тихо, только листья деревьев шелестели на ветру, предзакатное солнце светило прямо в окно, заливая светом и теплом просторную обеденную, на столе была почти нормальная еда в виде мяса и консервированных овощей, а между ними почти не было никакой неловкости.       — У тебя и правда получилось лучше, — прокомментировал Бэкхён, отправляя в рот очередной кусок сочного мяса. Чанёль использовал разные приправы и оттого было намного вкуснее. Бэкхён тоже что-то использовал, но вышло не так.       — У меня просто было больше времени, — ответил тот с набитым ртом.       После «завтрака» они долго перебирали все свои вещи внутри дома и в машине, пересчитывали и проверяли на пригодность. Чанёль долго пересчитывал патроны, хоть, Бэкхён был уверен, помнил их количество наизусть. Патроны от пистолета он раскладывал по разным сумкам и карманам. Патроны от автомата хранил только в поясной сумке и в рюкзаке. Вот и сейчас он привычно раскладывал патроны по привычным местам. Никто не знал, что ждало их на Севере, но узнают они об этом уже достаточно скоро. Бэкхён сомневался, что хотел знать.       — Какое твоё полное имя и сколько тебе лет? — внезапно спросил Чанёль, не отрываясь от своего занятия.       — Зачем тебе это? — не понимал Бэкхён такого внезапного интереса. У них была куча времени узнать друг о друге больше, но в этом просто не было необходимости, поэтому такой информации друг о друге они не знали. И вот Чанёль вдруг решил узнать.       — Чтобы найти тебя после… если там есть выжившие.       Бэкхёну вовсе не показалось, что тот был смущён, говоря это. Бэкхён даже вскинул на него удивлённый взгляд.       — Я бы хотел потом как-нибудь узнать, что с тобой всё в порядке, — пояснил Чанёль, неловко запуская пальцы в волосы на затылке.       Бэкхён в последнии дни и сам всё чаще думал о том, что будет, если на Севере и правда есть выжившие и они смогут начать новую спокойную жизнь. Хотел ли он, чтобы всё то, что было между ними на Юге, осталось здесь? Хотел бы он больше никогда не видеть Чанёля? Или же наоборот? Хотел бы он хотя бы знать, что с тем всё хорошо?       — Бён Бэкхён, — раньше, чем додумал свою мысль и принял решение, ответил он, — я девяносто второго года.       — Серьёзно? — растерянно выдал Чанёль.       — Тебя это так удивляет?       — Нет, просто я ведь тоже девяносто второго. Какой месяц?       — Июнь, — Бэкхён и сам удивился, ему казалось, что Чанёль его старше на пару лет как минимум.       Тот задумчиво нахмурился.       — Фамилия у тебя редкая, — внезапно выдал он.       — Подожди, — усмехнулся Бэкхён, понимая в чём дело, — а ты какого месяца?       Чанёль немного помолчал, а затем всё же ответил:       — Октябрь.       — Получается, я всё это время был старше?       — Получается, да.       Чанёль явно был не очень рад такой информации, но виду старался не подавать. И это казалось Бэкхёну забавным. Он вот сам не считал это чем-то столь важным в их ситуации, поэтому для него это ничего не меняло уж точно. А вот Чанёль отреагировал, как какой-то ребёнок.       — А фамилия у тебя какая? — решил сменить тему Бэкхён.       — Пак.       — Пак Чанёль, значит, — повторил он, — звучит неплохо.       Бэкхён подумал, что тоже должен был запомнить эту информацию. Если им придётся разделиться, он бы тоже хотел знать, что у Чанёля всё в порядке. Хотя пока он смутно представлял, что могло ждать на Севере и как они смогли бы потом хоть что-то друг о друге узнать.       — Бён Бэкхён тоже звучит красиво.       В комнате повисла тишина. Бэкхён не знал, что на это ответить, да и на что сменить тему, он тоже не знал. Он смотрел на то, как Чанёль взъерошивал свои отросшие, но всё ещё короткие волосы. Выглядел он достаточно крутым парнем, особенно в своей форме. И судя по всему на самом деле был весёлым, но серьёзным, когда надо. И определённо умел заботиться.       — Ты наверное был популярен? У девчонок? — хмыкнул Бэкхён, на что Чанёль удивлённо вскинул на него взгляд.       — До конца средней школы я был пухлым и носил очки, а мои уши все дразнили, — рассказывая это, он улыбнулся, вспоминая детство, — но к старшей школе вытянулся так, что стал самым высоким в классе. И да, был популярен. Правда потом ушёл на службу и девчонок почти не видел — отгулов было не так много.       — Ты сразу пошёл в армию? Не захотел учиться?       — Я хотел стать профессиональным военным, а для этого нужно было отслужить. Потом мне удалось попасть в спецподразделение — отбор у них там был пожёстче, чем зомби-апокалипсис.       Бэкхён тоже не сдержал улыбки — сложно было в такое поверить. И получается, Чанёль был профессиональным военным, а не просто служил в армии по призыву.       — А я даже в обычной армии отслужить не успел, да и не хотелось.       — Тебе повезло, — вздохнул тот, — у тебя была свободная жизнь. Ты мог спокойно развлекаться и наверняка вокруг тебя было много людей.       — С чего ты это взял?       Чанёль посмотрел ему в лицо, а затем обвёл его взглядом сверху вниз и обратно, отчего Бэкхёну стало как-то неловко.       — Просто кажется так.       За окном уже темнело, а это означало, что скоро можно было выдвигаться. Как бы всё внутри Бэкхёна не противилось этому, нужно было ехать дальше. Они были уже так близко.       Они перекусили последний раз, на этот раз в полной тишине. Бэкхён остался убирать всё на кухне, а Чанёль ушёл принять душ. Бэкхён считал бессмысленным мыть за собой посуду и убираться, потому что они уже никогда не смогут сюда вернуться. Какая разница, в каком состоянии тут всё останется? Он и правда считал это бессмысленным, но всё равно привёл всё в порядок. Так, будто их здесь и не было.       Он ещё раз всё осмотрел и вдруг почувствовал как что-то сжало в груди. Если с ними что-то случится, то здесь и правда не останется следов их пребывания. Их самих скоро может не стать.       Как же не хотелось никуда ехать.       Бэкхён поймал себя на том, что бессмысленно пялился в стену, стоя у раковины. Его взгляд переместился на стойку с ножами. Если он только… если он травмирует себя, позволит ли Чанёль остаться им здесь ещё хотя бы на несколько дней? Наверняка позволит, всегда так делал, когда кто-то из них был ранен. Всегда давал какое-то время на восстановление. И сейчас будет так же.       Но что именно сделать? И как, чтобы это не выглядело намеренным?       Бэкхён подошёл ближе к стойке и посмотрел на свои руки — неглубокого пореза ведь не будет достаточно. Необходимо что-то посерьёзнее. Ему нужно лишь немного потерпеть боль, зато они будут в безопасности ещё какое-то время. Будут здесь только вдвоём…       — Ещё не закончил?       Бэкхён вздрогнул и резко обернулся. Внезапное возвращение Чанёля выдернуло его из мыслей и теперь, глядя на него, ему вдруг стало стыдно за то, о чём он только что думал.       — Я… да, уже закончил.       — Пошли тогда одеваться.       Бэкхён встряхнул головой. Неужели он и правда был готов сделать что-то такое? Он чувствовал себя полнейшим придурком.       Усевшись в кресло в гостинной, он принялся копаться в своём рюкзак, вытаскивая одежду для вылазки. Как же не хотелось снова натягивать всё это жаркое на себя. Он посмотрела на Чанёля, который сидел на диване всё ещё в одних армейских штанах и тщательно перешнуровывал только что почищенные ботинки. Наверное, он хотел предстать перед выжившими военными по всем правилам устава и в начищенной форме. Всё же там и правда могли быть люди.       Бэкхён наблюдал, как тренированные мышцы его рук перекатывались под обнажённой кожей от каждого движения пальцев, ловко управляющихся со шнурком. Вся его военная выправка в этот момент почему-то раздражала Бэкхёна. Но больше раздражало то, как он готовился к вылазке — тщательно и с каким-то даже предвкушением. А Бэкхён вот не знал, что ему делать. Он бы хотел его отвлечь, но не знал как. Упрашивать тоже не видел смысла.       Бэкхён беспомощно наблюдал за Чанёлем и чувствовал, как внутри него что-то будто вскипает. Наверное, это было отчаяние… Если он займётся с ним сексом, отвлечёт ли это его? Будет ли этого достаточно, чтобы они пропустили момент, когда надо выехать, чтобы успеть до рассвета?       Быстрой дрочки ведь точно не хватит.       Бэкхён представил, как он подходит к Чанёлю, садится ему на колени и требовательно целует. Представил, как Чанёль ему с готовностью ответит и повалит спиной на диван. Подомнёт под себя, залезет руками под одежду. Прижмётся между его разведённых ног… Или сразу оттолкнёт и посмотрит, как на ненормального…       Бэкхён встряхнул головой. Он не хотел этого, но что ещё было делать, он не представлял. Он быстро поднялся со своего места и, пока не пропала решимость или чувство отчаяния, в несколько шагов оказался прямо перед Чанёлем, который теперь озадаченно смотрел на него снизу вверх.       Но на большее Бэкхёна не хватило. Он просто не смог.       — Что-то не так? — задал Чанёль уже привычный и ожидаемый вопрос.       Бэкхён смотрел на него какое-то время, а потом взял один его ботинок вместе с шнурком и, усевшись рядом, принялся зашнуровывать так же, как тот делал это с другим ботинком. Чанёль поначалу всё так же озадаченно наблюдал за ним, а затем вернулся к своему занятию. И какое-то время в комнате было тихо, пока он всё же не заговорил снова.       — О чём ты думаешь?       — О том, как ты меня раздражаешь.       — Ты подошёл, чтобы мне врезать? — будто вовсе не удивился его словам Чанёль.       — Почти.       — Бэкхён, я не умею читать мысли, — он закончил со своим ботинком и отложил его в сторону, теперь обращая всё свое внимание на Бэкхёна.       — А мне всегда казалось, что умеешь, — иронично выдал он, вспоминая все те случаи, когда тот будто читал его мысли и знал всё наперёд.       — Я хочу, чтобы ты сам это сказал ещё раз.       «Ещё раз»… Чанёль прекрасно знал, что хотел сказать Бэкхён, потому что Бэкхён ему это уже говорил. И он не собирался повторять.       — Ты ведь и сам всё это время двигался на Север, разве нет? — так и не дождавшись его ответа, продолжил Чанёль.       — Я думал, что за городом будет безопаснее.       — Мы встретились в отеле возле трассы в сторону Севера, — не отставал тот, — и ты говорил, что вы с другом направлялись туда.       Бэкхён не был уверен, что хотел рассказывать всю правду. Он не хотел снова это переживать.       — Почему ты так не хочешь ехать туда? Ты боишься? — продолжал задавать вопросы Чанёль. — Я считаю риск оправданным — мы должны туда добраться.       Бэкхён откинулся на спинку дивана и устало вздохнул, глядя на белый обшарпанный потолок этого дома. Всё же было лучше быть честным.       — Помнишь, ты спрашивал меня, что мне снится по ночам? — он прикрыл глаза, припоминая их первые дни вместе. — Я тогда сказал тебе, что вижу свой дом и иногда он пуст, как в день, когда я был там последний раз. Я говорил тебе, что не знаю, что с моими родными. Ты тоже не знаешь, поэтому так стремишься на Север, я прав?       — Это одна из причин, — кивнул тот.       — Я соврал тебе, — Бэкхён невольно поморщился, снова вспоминая всё то, что хотелось больше никогда не вспоминать. Хотелось вытянуть эти воспоминания из своей головы и выбросить куда-то за окно, — на самом деле мой дом не был пуст. Я видел их.       Интересно, как долго они продержались? Выглядело так, будто это произошло быстро — дом был совсем не укреплён.       — Бэк… — выдохнул Чанёль, явно не ожидавший такого услышать.       — Мои самые близкие друзья тоже погибли, я сам видел, как они умирали. Мой друг ещё был жив, когда я нашёл его в соседней комнате. — Бэкхён открыл глаза и перевёл взгляд на поникшего от его рассказа Чанёля, горько улыбаясь ему, — у меня больше никого не осталось из близких. Я уверен, что остальные тоже погибли. Ты ведь знаешь, какое было месиво в городе. Я удивлён, что выбрался оттуда живым. И на Север я двигался по инерции, потому что мы с другой туда направлялись, хотя на самом деле подолгу сидел на одном месте.       Чанёль молчал, всё так же не сводя с него взгляда. Наверняка, подбирал слова, решая, что лучше было ответить.       — Сейчас ты единственный, кто у меня есть, — Бэкхёну было неловко говорить это вслух, но он посчитал, что так было нужно, — больше никого. Даже если и доберусь до Севера и там будут люди, меня там никто не ждёт.       Чанёль продолжал молчать. Через какое-то время он, наконец, вздохнул и пальцы его рук сжались в кулаки.       — Бэк, мне…       — Последнее, что мне нужно от тебя, это жалость, — оборвал его Бэкхён, недовольно хмурясь.       Чанёль снова вздохнул, глядя на него в ответ как-то безысходно.       — Жалость — это не то, что я к тебе испытываю, — покачал головой он.       «Тогда что?» — хотел бы спросить Бэкхён, но не мог. Он просто не знал, что ответит сам, когда услышит это от него. Он не понимал, что с ним самим. Это было слишком сложно и даже пугающе.       — Бэк, я так много хочу сказать тебе, — он поморщился, словно от боли, — но понимаю, что тебе это не нужно. Но разве ты так долго боролся, чтобы так просто сдаться? Я знаю, что ты хочешь жить.       — Я не сдаюсь, — выдохнул он, — я просто хочу остаться в безопасности хотя бы ещё ненадолго.       — Тогда пойми и меня — я тоже хочу, чтобы ты был в безопасности. Там, где ты больше никого не потеряешь. Там, где не будешь проводить каждый день в страхе и одиночестве, — он на мгновение замолчал. — Я давал клятву защищать. Я должен защитить тебя. Ты ведь и сам понимаешь, что там есть хоть какой-то шанс, а здесь — никаких. Чёрт, да всё, что я делал каждый день с момента нашей встречи, было для того, чтобы мы были в безопасности. Я каждый день только об этом и думал.       Бэкхёна смотрел в глаза напротив и его вдруг словно по голове ударило осознанием. Чанёль ведь и правда все эти дни старался больше него. Намного больше. Наверняка он каждый день был в напряжении. Каждый грёбанный день с момента их встречи. И наверняка он жаждал того дня, когда всё это, наконец, закончится и он сможет хотя бы немного отдохнуть от груза ответственности. Сейчас Бэкхён отчетливо видел в глазах Чанёля всю ту усталось, что накопилась в нём за всё это время. На самом деле на Севере ведь и правда могли быть живые и там их шансы выжить повышались. Там, Чанёль мог бы быть в безопасности. Они должны были проверить.       Но Бэкхён не мог, он не был готов. Он хотел хотя бы ещё немного времени.       — Ты слишком большого о себе мнения. Ты такой же человек, как и я.       Чанёль замолчал.       — Ты не какой-то супергерой, — продолжил Бэкхён, — и ты тоже не знаешь, как будет лучше. Для нас обоих. И если ты так этого хочешь, можешь ехать туда один.       Бэкхён не мог поверить, что сказал это. Он ведь этого совсем не хотел. Он лишь надеялся. что и Чанёль этого не хочет. И оказался прав.       — Я тебя туда силой утащу.       — Попробуй.       Они сидели рядом и оба недовольно смотрели друг на друга, взглядом давая понять один другому, что никто из них не отступится от своего.       — Бэкхён, я не оставлю тебя.       — Тогда оставайся со мной. Прошу, хотя бы ненадолго.       Они снова просто смотрели друг на друга какое-то время. Чанёль выглядел так, будто был в отчаянии, и это даже пугало Бэкхёна. Но ведь Чанёль не сможет утащить его туда силой. Или всё же может?       Наконец, взгляд Чанёля смягчился. Он в очередной раз глубоко вздохнул, будто пытаясь успокоиться, и только после этого заговорил:       — Если я соглашусь остаться тут ненадолго, ты поедешь со мной? По собственной воле, чтобы мне не пришлось тебя тащить.       — Как будто ты бы смог, — вместо ответа буркнул Бэкхён, однако внутри радуясь такому решению. его буквально распирало от удовлетворения.       — Я много чего могу, тебе лучше не проверять.       Бэкхён, конечно, верил, но не слишком. Чанёль рядом с ним, казалось, и правда расслабился, но внезапно он будто что-то вспомнил и снова нахмурился.       — А что ты хотел сделать, когда подошёл ко мне?       — Это уже не важно, — смутился Бэкхён, вспоминая свои мысли несколькими минутами ранее. И как он только мог додуматься до такого.       — Мне важно, ты ведь не хотел мне врезать?       — Почти.       — Значит, всё же не врезать, — задумчиво почесал подбородок он.       — Забудь, — наконец, и Бэкхён закончил зашнуровывать этот злосчастный ботинок. Он поднялся с места и собрался выйти из комнаты в уборную, но почти у самой двери услышал:       — Смотри, не пожалей, что попросил остаться.       Бэкхён обернулся и наткнулся на серьёзный взгляд Чанёля. Как ни странно, но он прекрасно понимал, что тот имел в виду.       — Не пожалею.       На самом деле Бэкхён ни в чём не был уверен. Он не знал, чем ему обернётся эта просьба остаться здесь хотя бы ненадолго, но почему-то думал, что точно не пожалеет. Ему нужно было немного времени, чтобы решиться и узнать, что же ждало их там.