Polishing the Golden boy

            Зайдя в дом, Северус сразу же отправил Гарри в спальню распаковывать вещи, а затем направил письмо миссис Кляйн, чтобы сообщить ей, что они вернулись. Снейп мерил шагами гостиную, размышляя, чем они с Гарри будут заниматься в течение двух недель, и неожиданно услышал стук. Вздохнув, Северус открыл дверь и тут же был задушен объятиями. — Я тоже рад вас видеть, мэм, — мужчина отошел в сторону, пропуская гостью в свой дом. Женщина вошла и сняла пальто. — Что случилось? Я не ожидала, что ты вернёшься так рано. Что-то произошло? Где мальчик? Гарри в порядке? Северус вздохнул. — Гарри отстранили от занятий за драку с другим учеником. Я был отправлен в отпуск на время его отстранения, так как мальчик не может находиться на территории школы. Он отстранён от занятий на десять учебных дней. Глаза Патриции расширились. — Ты шутишь! Северус покачал головой. — Хотел бы я, чтобы это было так. — Он первый начал драку? Он хотя бы выиграл драку? — потребовала ответа миссис Кляйн. Северус уставился на неё. — Если я правильно помню, мэм, вам было всё равно, начал ли я драку или выиграл ли я её. Вас волновало только то, чтобы я не мог потом нормально сидеть! Патриция ухмыльнулась. — Ты был под моей опекой, Северус. Гарри — нет. Кроме того, я полагаю, что ты уже позаботился о том, чтобы он не мог нормально сидеть? Увидев, что Северус кивнул, она ухмыльнулась: — Так я и думала. А теперь ответь на мои вопросы. Северус провёл гостью в гостиную и сел. — Гарри первый нанес удар, но другой мальчик его спровоцировал. Что касается того, победил он или нет, это может измениться в зависимости от того, как на это посмотреть. Он выиграл бой только потому, что я вмешался и оттащил его. Однако в целом победил другой мальчик, потому что Гарри отстранили от занятий, а мистер Уизли получил лишь выговор от родителей. В глазах женщины тут же вспыхнул гнев: — Это чушь! Северус вздохнул. — Это был не первый проступок Гарри за семестр, и директору это надоело. Миссис Кляйн нахмурилась. — Почему он так часто ведёт себя плохо в школе? Северус вздохнул. — Его отношение ко всему изменилось по сравнению с прошлым учебным годом. Другие ученики также не облегчают ему жизнь. Большинство его друзей отвернулись от него. На самом деле, мальчик, с которым он сегодня подрался, раньше был его лучшим другом. Патриция тихо вздохнула: — Школа — это тяжело, особенно для подростков. Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится от меня, когда ты вернёшься. — Я так и сделаю, спасибо, — искренне ответил Северус. Услышав скрип половицы, Северус тут же повернулся и посмотрел в сторону лестницы. — Подслушивать недопустимо, Гарри. Ты знаешь это. Покраснев, Гарри спустился по лестнице вниз. — Я боялся, что прерву ваш разговор, если спущусь вниз. Северус окинул мальчика недовольным взглядом, но прежде чем он успел что-то сказать, Патриция вмешалась. — О, Сев, не кричи на него. У мальчика и так был тяжёлый день. Северус повернулся и пристально посмотрел на женщину. — Гарри мой подопечный, а не твой. Кроме того, я не могу продолжать закрывать на это глаза, он прекрасно знает, что нарушил правила. В течение следующих двух недель моя задача — изменить его поведение. Гарри прикусил губу и опустил глаза. Значит ли это, что он действительно собирается шлёпать меня каждый вечер, как угрожал раньше? Я думал, он просто пугает. Не зная, что ещё сделать, чтобы облегчить себе жизнь, Гарри посмотрел на своего опекуна и сказал: — Простите, что подслушивал. Я знаю, что так делать нельзя, и мне жаль. Северус кивнул. — Спасибо, что понял меня, Гарри. Это шаг в правильном направлении. Патриция тихо вздохнула и встала. — Я вас оставлю. Пожалуйста, дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится, — с этими словами она ушла. Гарри опустил глаза. — Что ты имел в виду, сказав: «В течение следующих двух недель моя работа — исправить твоё поведение?» Ты действительно собираешься шлепать меня каждый вечер перед сном? Опекун услышал страх в его голосе и терпеливо ответил: — Только если ты этого заслуживаешь. Ты был сам не свой с этого лета, и этому нужно положить конец. Ты с первого дня испытываешь меня на прочность и не слушаешься. В ближайшие две недели нам нужно прийти к единому мнению. Ты должен быть со мной откровенен и говорить о своих чувствах. Гарри опустил глаза, почувствовав себя неуверенно. Северус вздохнул и откинулся на спинку стула. Он пристально посмотрел на мальчика. — Почему ты постоянно меня испытываешь? Мне нужно, чтобы ты был со мной абсолютно честен. Мы никогда не придём к согласию, если ты будешь скрытничать. Гарри пересел на диван. Он нервничал и оттого чувствовал тошноту и боль в животе. — Честно? Мальчик взглянул на своего опекуна и заметил, что тот кивнул головой. — Ты заботишься обо мне. Неважно, как сильно я тебя испытываю, ты не отказываешься от меня. Как и в обычной семье, независимо от того, что ребёнок делает не так, у родителя нет другого выбора, кроме как оставить его. Я не… Я вообще говорю что-то осмысленное? Северус слегка кивнул. — Ты испытывал меня, чтобы понять, откажусь ли я от тебя? Гарри кивнул: — Да… Ну, иногда ты просто выводишь меня из себя. И я не совсем привык к тому, что кому-то не всё равно, плохо я себя веду или не делаю домашнее задание. Иногда это действительно раздражает. Ни у кого в школе нет родителей, которые пилят их каждый день. Северус ухмыльнулся. — Если ты хочешь быть моим сыном, то это то, что ты должен принять. Я не говорю, что тебе это должно нравиться. Опекун сделал паузу, прежде чем спросить: — Разве мои наказания за нарушение правил недостаточно суровы? Я спрашиваю, потому что ты постоянно нарушаешь их снова и снова. Для тебя это как игра. Гарри в смущении опустил голову. — Прости. Я постараюсь быть лучше. — Тебе нужно больше стараться, Гарри. Я не говорю, что ты должен быть идеальным, но я хочу, чтобы ты перестал противоречить мне на каждом шагу. Ты говоришь, что хочешь иметь отца, но потом споришь со мной по этому поводу, — Северус говорил устало. Гарри посмотрел на опекуна. — Я хочу, чтобы ты был моим отцом. Северус кивнул. — И я стараюсь, Гарри. Но из-за твоего отношения мне очень трудно. Ты постоянно злишься на всех и затеваешь драки. Гарри кивнул, он знал, что Северус прав. Снейп продолжил, не дожидаясь ответа Гарри: — Когда кто-то тебя провоцирует, нужно научиться уходить. Не всегда нужно давать отпор, Гарри. Гарри опустил взгляд на свою рубашку и пробормотал: — Я не могу. Северус нахмурился и внимательно посмотрел на своего подопечного: — Почему нет? Гарри фыркнул и наконец посмотрел на своего опекуна. — Если я не буду сопротивляться, они назовут меня трусом. Северус тихо вздохнул. — И это проблема, потому что?.. Мужчина не стал вспоминать, как больно ему было, когда его называли трусом. Гарри бросил на опекуна нетерпеливый взгляд. — Мне нужно поддерживать свою репутацию, я не могу быть трусом! — Ты бы предпочел иметь репутацию негодяя? Ты Мальчик-который-выжил, Гарри, ты должен быть светлым волшебником, но все же ведëшь себя как темный. Ты хочешь, чтобы люди так о тебе думали? Волшебный мир рассчитывает на то, что ты возьмешь себя в руки. Тебе шестнадцать, и тебе нужно начать вести себя соответственно. Я ясно выражаюсь? Гарри опустил глаза и устало вздохнул. — Я ничего не могу с этим поделать! Я просто постоянно злюсь! — Тогда нам нужно найти выход для этого гнева и понять, откуда берётся этот гнев. Ты намекал, что смерть твоего крёстного разозлила тебя, это и есть причина твоего гнева? — Северус старался говорить мягко, чтобы не напугать мальчика и не заставить его замолчать. Гарри снова вздохнул. Отчасти он не хотел этого разговора, но другая часть его понимала, что он достаточно долго ждал, чтобы обсудить это с кем-то, и ему нужно было выговориться. — На самом деле, несколько вещей… — мальчик замолчал, чувствуя на себе пристальный взгляд опекуна. Снейп молчал, терпеливо ожидая, когда мальчик продолжит. После нескольких секунд молчания Гарри наконец продолжил: — Сколько бы мне ни говорили, что смерть Сириуса не была моей виной, я знаю, что это так. Если бы я не помчался сломя голову в Министерство, ты прекрасно знаешь, что он был бы жив. Не пытайся убедить меня в обратном. Когда Северус не стал с ним спорить, Гарри продолжил: — Я не знаю, как это исправить. Его смерть на моей совести. Не смотри на меня так, — проворчал Гарри своему опекуну. Как только Северус стёр с лица все эмоции, мальчик продолжил: — Я знаю, что не убивал его физически, но мои действия в конечном счёте привели к его смерти. Я не могу это исправить, и это сводит меня с ума! Я не знаю, как с этим справиться. Северус воспринял молчание как сигнал к тому, что он может говорить: — Я думаю, что единственный способ принять то, что случилось, это извлечь урок из прошлой ошибки и не убегать. Тебе нужно признать, что ты не можешь заботиться обо всём сам. Крестный всё ещё с тобой, не физически, но я верю, что духи присматривают за теми, кого любят, и защищают их. В глубине души я знаю, и, надеюсь, ты тоже знаешь, что твой крёстный не стал бы винить тебя в своей смерти. Однако мы оба знаем, что он хотел бы, чтобы ты учился на своих прошлых ошибках, он не хотел бы, чтобы ты всё брал в свои руки. Тебе нужно доверять взрослым, которые могут тебе помочь, крестный хотел бы, чтобы ты мог это делать, Гарри. — Мужчина сделал паузу и внимательно посмотрел на мальчика. Он видел, что его слова произвели на него впечатление. — Гарри, тебе нужно научиться этому. Гарри молчал, обдумывая слова своего опекуна. Северус ненадолго погрузился в молчание, прежде чем снова заговорить: — Нам нужно найти выход для твоего гнева, Гарри. Есть ли у тебя какие-нибудь идеи. Гарри откинулся на спинку дивана и подтянул колени к груди. — Во время полётов на метле я чувствую себя лучше. Северус кивнул, внимательно глядя на подопечного. — Ты когда-нибудь пробовал бегать или делать отжимания? Физическая активность может быть очень хорошим способом избавиться от нежелательных эмоций. Гарри задумался и затем кивнул. — Я могу попробовать. Северус слегка улыбнулся. — Это всё, о чём я прошу. Когда ты почувствуешь, что злишься, попробуй пойти на пробежку. — Я могу это сделать. Я не могу обещать, что это будет работать каждый раз, но я могу попробовать, — заверил Гарри своего опекуна. — Спасибо, Гарри, — искренне поблагодарил его Северус. Они погрузились в уютное молчание: Северус размышлял о том, правильно ли он распределил часть уроков у студентов профессору Слизнорту, а Гарри думал о том, как ему повезло, что Снейп, кажется, искренне заботится о нём. Мальчик внимательно посмотрел на своего опекуна и наконец задал вопрос, который не давал ему покоя с тех пор, как они покинули замок. — Зачем Дамблдору понадобилось, чтобы Слизнорт заменял вас на уроках? Северус тихо вздохнул. — Тебе нужно помнить об уважительных обращениях, когда ты говоришь о директоре Дамблдоре или любом другом профессоре. Я не совсем понимаю, почему ты так сильно путаешься с этими обращениями, Гарри. Увидев, что Гарри покраснел и пробормотал извинения, Северус ответил на вопрос мальчика: — Честно говоря, Гарри, я думаю, что это решение было принято в спешке. Я сомневаюсь, что профессор Слизнорт надолго возглавит пост преподавателя по защите от тёмных искусств. Вероятно, только до тех пор, пока директор Дамблдор не найдёт лучшую альтернативу. — Почему директор просто не займёт эту должность? Разве он не был когда-то профессором? — спросил Гарри. Северус вздохнул: — У директора Дамблдора сейчас много забот. — Как его рука? — с любопытством спросил Гарри. — Я разрешу ему поговорить с тобой об этом, Гарри. Он собирался пригласить тебя в свой кабинет сегодня вечером, ему нужно многое с тобой обсудить, но теперь, когда ты отстранён от занятий, эта встреча, вероятно, подождёт, пока ты не вернёшься в замок, — мягко объяснил Северус. Гарри вздохнул, чувствуя себя виноватым из-за того, что его отстранили от занятий. — Не могу поверить, что ты не злишься из-за того, что меня отстранили, а тебя отправили в отпуск… — Сейчас мы мало что можем с этим поделать, Гарри. Я очень разочарован твоими поступками и раздражён их последствиями. Однако я уже наказал тебя за драку, и было бы несправедливо с моей стороны наказывать тебя снова из-за твоих школьных проблем. Просто знай, что, хотя я больше не злюсь на тебя, я разочарован. Разочарован. Это слово ранит сильнее, чем если бы он просто снова накричал на меня… Гарри понимающе кивнул: — Мне очень жаль, сэр. Северус кивнул в знак согласия. — Спасибо за извинения, Гарри. Сменив тему, мальчик спросил: — Что мы будем делать в ближайшие две недели? — Я буду работать над некоторыми зельями в своей лаборатории, а вы будете выполнять задания, как только преподаватели отправят их вам, — твёрдо заявил Северус. Гарри тихо вздохнул. — Над какими зельями ты будешь работать? Северус плотно сжал губы, прежде чем наконец сказать: — Гарри, тебе не нужно знать о зельях. Мне напомнить тебе, что будет, если я застану тебя в своей лаборатории? Гарри неловко поёрзал на диване и отвернулся от своего опекуна: — Нет, сэр. Почему он просто не может сказать мне, что это за зелья? Почему это должно быть секретом? Он знает, что мне становится любопытно, когда дело касается секретов, как будто он нарочно меня дразнит. Северус пристально посмотрел на подопечного, прежде чем решительно кивнуть: — Хорошо. Помимо выполнения твоих домашних заданий и приготовления зелий, я решил, что мы должны воспользоваться этим временем, чтобы немного лучше узнать друг друга. Гарри оживился: — Звучит неплохо, сэр. Что вы хотите узнать? Северус слегка ухмыльнулся и мысленно пробежался по составленному им списку. — Большинство моих вопросов касаются либо твоего прошлого, либо твоего будущего. Гарри кивнул, гадая, что бы это могло быть. — Вы можете спросить меня о чём угодно, но знайте, что если мне не понравится вопрос, я на него не отвечу. Северус ухмыльнулся. — Я и не ожидал ничего другого. Гарри, взволнованный тем, что узнает ещё что-то о своём опекуне, подтянул колени к груди. Может, то, что меня отстранили, и к лучшему. Я хочу узнать его получше, особенно если он станет моим отцом. — Спрашивайте, сэр. Северус усмехнулся. — У нас есть две недели, Гарри, я не собираюсь задавать все вопросы сразу. Гарри пожал плечами. — Можно мне тоже задать тебе несколько вопросов? Северус кивнул. — Это справедливо. Ты хочешь начать? — мужчина тут же пожалел о своём согласии, как только заметил, что изумрудные глаза Гарри сверкают от волнения. Мальчик нетерпеливо кивнул. — Ты любил мою мать? Снейп заставил себя надеть маску, чтобы скрыть эмоции. Несмотря на то, что вопрос слегка смутил его, Северус знал, что должен ответить честно, если он хочет, чтобы Гарри ответил также честно на его вопросы. — Я очень любил твою мать. Гарри оживился после этих слов: — Тогда почему ты не женился на ней? Северус тихо вздохнул, вспоминая тот ужасный день, когда он причинил боль Лили Эванс. — Мы поссорились на шестом курсе, потому что я был глупым подростком и обозвал её мерзким словом, о чём очень сожалею по сей день. К тому же она влюбилась в твоего отца. Гарри нахмурился. — Как ты ее назвал? Северус потер лоб и пожалел о том, что согласился ответить на вопросы Гарри. — Слово, которое я никогда не хочу слышать из твоих уст, — опекун серьёзно посмотрел на Гарри, и как только мальчик пробормотал «да, сэр», продолжил, — я назвал её грязнокровкой. Снейп увидел шок в изумрудных глазах мальчика и почувствовал, как его сердце сжалось от чувства вины. — Мои чувства были задеты, но это не повод так её называть. Твоя мать была красивой и замечательной женщиной. Надеюсь, ты это знаешь. Гарри кивнул. — Я знаю. Они помолчали несколько минут, прежде чем Северус выпрямился на стуле и задал Гарри свой первый вопрос. — Кто был твоим другом детства? Северус заметил, как волнение промелькнуло на лице мальчика, и задался вопросом, не слишком ли это щекотливая тема. Гарри поёрзал на диване и отвернулся от своего опекуна. — Честно? У меня была чёрная садовая змея, с которой я разговаривал. Она была моим другом, пока дядя не нашёл её и не убил. У меня никогда не было друзей, которые оставались бы со мной надолго. Любого, кто был хоть немного добр ко мне, избивали Дадли и его друзья. У меня никогда не было друзей, пока я не встретил Рона в поезде. А потом у меня не было друзей в «Привит Драйв», пока я не встретил Томаса. Северус внимательно посмотрел на мальчика и спросил: — Почему твой дядя убил змею? Гарри сглотнул. Он смотрел куда угодно, только не на своего опекуна, и ответил: — Я должен был пропалывать сад, и он застал меня за разговором с ней. Дядя вышел из себя. Если происходит что-то слишком странное, он выходит из себя… В общем, он убил её, а потом на какое-то время запер меня в чулане. Северус постарался сохранить невозмутимое выражение лица. Он знал о чулане, в котором спал его подопечный, но от того, что мальчик так легко об этом говорил, у него по спине побежали мурашки. Мужчина задал следующий вопрос: — Ты сказал, что из-за чего-то странного он впадал в ярость. Дядя когда-нибудь бил тебя? Гарри густо покраснел. — Всего пару раз. — Когда и почему? — Северус настаивал на том, чтобы Гарри рассказал всю информацию. Гарри вздохнул и снова неловко поёрзал. — Помнишь, как мы ходили за моими вещами из дома? Северус кивнул, и Гарри продолжил: — Однажды он наказал меня за то, что я подслушивал, когда мне было шесть. Он сделал это снова на одиннадцатом дне рождения Дадли, когда я случайно запер его в вольере со змеями в зоопарке. В другой раз это случилось, когда в дом продолжали приходить письма о зачислении, и ещё раз, когда я взорвал тётю Мардж на третьем курсе. Северус пристально посмотрел на мальчика. — Значит, четыре раза? Гарри кивнул и решил, что ему надоело отвечать на подобные вопросы. Вместо этого он задал свой вопрос: — Вы говорите обо мне с другими профессорами? Северус медленно кивнул. — Я не говорю с ними о твоих наказаниях или чём-то подобном. Однако я ежедневно спрашиваю их о твоём участии в занятиях, твоих оценках и поведении во время уроков. Я также выясняю, какие у тебя домашние задания. Гарри почувствовал, что опекуну не всё равно. — Они когда-нибудь говорили тебе что-нибудь обо мне, что тебе не нравилось? Северус ухмыльнулся: — Только про твоё поведение, но ты и так это знаешь. Однако я бы хотел, чтобы ты немного усерднее занимался древними рунами и арифматикой. Гарри вздохнул: — Это трудные уроки… и скучные. Северус посмотрел на мальчика, предложив без особого энтузиазма: — Я могу найти тебе репетитора, если это поможет. Гарри поморщился. — Тогда мне придётся ещё больше часов в день посвящать этим урокам. Нет уж, спасибо… Северус вздохнул. — Что ж, если я замечу, что твои оценки по этим предметам начинают ухудшаться, я найму тебе репетитора, нравится тебе это или нет, понятно? Гарри заставил себя не закатывать глаза. — Понял, сэр. Посмотрев на время, Северус щёлкнул пальцами и позвал: — Викс! С хлопком появился маленький домовой эльф. Она низко поклонилась им обоим, а затем повернулась к мужчине и спросила: — Что Викс может сделать для господина Снейпа? — Пожалуйста, приготовь ужин и сообщи нам, когда он будет на столе, — велел ей Северус. Эльфийка снова поклонилась: — Да, господин Снейп. С этими словами Викс исчезла. Северус повернулся к Гарри и задал свой последний вопрос: — Ты встречаешься с Джинни Уизли? Гарри заставил себя не краснеть и отвёл взгляд. — Нет. Я думал, мы уже это обсуждали… Снейп пристально посмотрел на мальчика. — Мы обсуждали это, но я не поверил тебе в первый раз. Гарри бросил на опекуна раздражённый взгляд. — Даже если бы мы встречались, у нас все равно нет времени побыть с ней наедине. — Что ж, возможно, это и к лучшему, — пробормотал Северус. Гарри внимательно посмотрел на него: — Ты что, не одобряешь мои свидания или что-то в этом роде? Или ты просто не одобряешь мои свидания с Джинни? — Часть меня хочет сказать, что ты слишком молод для свиданий, но тогда я буду лицемерить. Я знаю, что тебе шестнадцать, и это нормальный возраст для начала свиданий, но я не могу не думать о том, что свидания будут отвлекать тебя от занятий, — мягко объяснил Северус. Гарри вздохнул и решил быть с опекуном предельно честным, ведь разве не в этом смысл этих вопросов? Познакомиться друг с другом по-настоящему? Гарри заговорил: — Джинни мне нравится, и я определённо не против встречаться с ней, но с учётом всего, что сейчас происходит в моей жизни, мне кажется, что у меня даже нет времени на отношения с ней. Мужчина удивился честности подопечного. — Может быть, когда-нибудь у тебя будет такая возможность. Прежде чем Гарри успел что-то сказать, в гостиную вбежала Викс и низко поклонилась им: — Ужин готов, господин Снейп и юный господин Поттер. Северус кивнул в знак благодарности и встал со стула. — Пойдём. После ужина я хочу, чтобы ты прочитал двенадцатую главу учебника «Защита от тёмных искусств» и ответил на контрольные вопросы. Я буду в своей лаборатории, буду работать над зельем. Если тебе что-нибудь понадобится, постучи в дверь, не просто открывай её и заходи. Я ясно выразился? Гарри закатил глаза. — Да, я уже знаю. Что такого секретного в этой чёртовой лаборатории зельеварения? Почему он продолжает повторять одно и то же снова и снова? Это так чертовски раздражает. Мужчина сурово посмотрел на подопечного. — Не закатывай глаза, Гарри Джеймс. Заметив, что Гарри опустил взгляд и неловко заёрзал, Северус направился в столовую. — Пойдём, Гарри. Глубоко вздохнув, Гарри последовал за своим опекуном. Ужин прошёл гладко, и вскоре Гарри оказался в своей спальне, где выполнял домашнее задание по Защите от Тёмных искусств. Он не мог не злиться из-за того, что не знал какие зелья готовит Снейп. Когда пробило полдевятого, Викс заглянула в спальню мальчика, чтобы сообщить, что пора ложиться спать. Гарри проворчал что-то себе под нос, но последовал указаниям домового эльфа и лёг спать.