Алмазные будни

***

      Тёмная пещера переливалась яркими огнями умерщвлённых фрагментов павших бойцов. «Лучших бойцов» — как выражалась Жёлтая. Она шла вперёд, вдоль по тёмному коридору. Было так холодно, даже для такого горячего Алмаза. И скорее этот холод был вызван не сыростью внутри, а холод пробирающий изнутри из-за леденящей душу картины.       Кажется, словно слышался вой этих несчастных Кварцев. И этот вой внушал чувство шизофрении. Именно так воительница и думала. Она много слышала об этой легенде, но не верила в неё. Вой, который раздирал на части, который звучал так, будто у всех представителей самоцветной расы дрожали голоса. Жёлтая шла вперёд, она смотрела только прямо. Хоть брови и дёргались в некой горькой усмешке, и в глубине непоколебимой души она чувствовала, что все её методы пресечения были жестоки и крайне ужасны, но она знала, что отступать нельзя. Под ногами разливался свет, будто ручей, издавая журчащие звуки. Скрипучий вой раздался громче, что говорило о пробуждении монстра.       Она остановилась, оглядев пространство, чтобы оценить то, насколько широко она может развернуться здесь в случае обороны.       Свет образовывался, принимая форму безродного существа, состоящего из осколков павших солдат. Это существо достигало потолка пещеры, чуть ли не упираясь в него. Жёлтая ухмыльнулась, хрустя пальцами, оценивающе рассматривая потенциального врага.       — Что же… Послужила мне запасным вариантом, пора и честь знать, — Алмаз встала в стойку, ухмыляясь ядовитой улыбкой.       Существо издало рычащие и, в то же время, воющие звуки, махнув кулаком в её сторону. Жёлтая резко увернулась, оказавшись сзади. Оно обернулось, чтобы нанести очередной удар. Движения Кластера были неуклюжи и крайне тяжелы, но Жёлтая, обладая большим скоростным потенциалом, быстро отдёрнулась, напрыгнула, уперевшись ногами в спину, обхватив «шею», вывернув в сторону. Монстр, неуклюжей походкой переставляя ноги, будто непокорный зверь отмахнулся от неё и вправил шею, и тогда воительница ногами отскочила от стены, перепрыгнув создание, она гибко опустилась на землю, приняв позу схожую с позой Человека-паука, цепляясь тонкими пальцами в каменную поверхность, настороженно наблюдая за ним.       Кластер ударила кулаком по земле, но вновь мимо. Она сделала тройное сальто, руками отталкиваясь от земли. Грациозна и легка в своих движениях. Алмаз вновь ногами оттолкнулась от стены и, приземлившись, ударила кулаком в грудь существу, разбив его форму. Раздался звон бьющегося стекла и осколки разлетелись в пух и прах. Форма существа распалась, продолжая разливаться вокруг неё и уползать куда-то в стороны. Воительница, шумно дыша, осматривалась по сторонам, ожидая, что это конец. Но её ожидания не подтвердились, когда монстр собрался позади неё и вновь попытался нанести удар. Жёлтая крепко обхватила руку чудища и перекинула через себя, откинув к каменной стене. Это породило своего рода некую тряску. Оно начало выть громче и дёргаться будто сломанная голограмма. Поднявшись, существо разбрасывалось осколками, но и это было нипочем столь мощному Алмазу, она уворачивалась и махнула рукой, пустив разряд электричества, но, как оказалось, это был слабый манёвр для такого создания. Она посмотрела на свою руку и глянула на создание. Нахмурив брови, Алмаз отвела ногу назад, встав ровно. Существо продолжало выть всеми голосами и трястись.

***

      Голубая прижималась спиной к двери, стоя снаружи. Она молилась звёздам, чтобы с ней всё было хорошо. Возводя глаза к потолку, то опуская их и жмуря, она шевелила губами, зачитывая что-то вроде молитвы, прижимая руки к груди.       — Звёзды, я должна была идти с ней. Как я могла оставить её? Дура!       Но резкий грохот внутри прервал раздумья. Голубая дёрнулась, испуганно переводя взгляд с потолка на расписную дверь. Что-то подсказывало ей, что нужно отойти в сторону и она была права. Она резко отскочила в бок, как двери распахнулись и оттуда вылетела её подруга, спиной и вверх ногами впечаталась в стену из-за чего под ней поползли трещины. Она болезненно рыкнула, скатившись вниз на пол, закинув ноги на стену, наблюдая вверх тормашками то, как монстр бежал на неё.       — Мне кажется, уничтожая Землю, надо было посылать е-е-е-Ё! — она пискнула на последней букве и увернулась, перекатившись в сторону, ибо существо ударило буквально в миллиметре от лица.       Жёлтая вновь перевернулась на живот и, приподнявшись слегка, упираясь руками в пол, ногой скинула существо, но оно вовремя схватило Жёлтую за ногу, утянув за собой. Алмаз панически округлила глаза, пальцами вцепившись в пол, но на этот раз преимущество было на стороне существа. Создание сильно ударило её об стену лицом.       Болезненный крик Алмаза врезался в уши Голубой, которую сковало от страха, но подругу надо было спасать. Аристократка панически огляделась по сторонам, в поисках нужной вещи, чтобы попытаться отвлечь внимание и дать возможность Жёлтой выиграть время. Голубой сферой она ударила Кластер в спину, тем самым привлекла существо к себе.       Оно зарычало и немедленно направилось в сторону потенциальной обидчицы. Это и дало возможность Жёлтой придти в себя и оценить ситуацию.       Она подскочила и запрыгнула на спину, замахнувшись рукой, и пядью ударила по существу с такой силой, что оно окончательно рассыпалось на мелкие осколки, потеряв форму. Жёлтая спрыгнула, отряхнув руки.       — Неплохо, да? — Алмаз усмехнулась, посмотрев на перепуганную подругу, которая смотрела то на осколки, то на неё. — Осталось тут убраться и всё пучком, — продолжила воительница, слегка подвинув ногой фрагменты ближе друг к другу.       Голубая обеспокоено посмотрела то на Алмаза, то на осколки. Она быстро подбежала к ней, взяв её руку.       — Ты изрядно потрепана! Тебе нужна помощь?       — Нет. Я в полном порядке, — воительница решительно отдёрнула руку, стряхивая пыль с наплечников, и поправила воротник.       Но этот ответ не удовлетворил аристократку. Она прикоснулась к её щеке. В глазах таилась печаль и страх за подругу.       — Ты едва держишься на ногах. Тебе нужен отдых. Я помогу тебе.       Но столь настырное поведение Голубой лишь ещё больше раздражало. Она отмахнулась от её руки, повысив голос:       — Я же сказала! Нет! Мне… Агх!.. — Алмаз дёрнулась, согнувшись, схватившись за свой камень. Её световая форма начала дрожать, та же голограмма. Воительница приложила ладонь к лицу, тяжело выдыхая.       — Жёлтая! — обеспокоено вскрикнула Алмаз.       — Я в порядке, мне нужен отдых… Небольшой отдых.       Но и этот ответ снова не был верным для Голубой. Она глянула на неё, слегка хмуря настороженно брови, затем опустила глаза к её самоцвету, шире раскрыв их. И ведь правда… Там была трещина.       — Жёлтая! Твой самоцвет!       — Что с ним не так?       — Он треснул!       — Нонсенс! Я — Алмаз, а не жалкое его подобие. Алмаз так просто не повредить, моя дорогая, — она гордо приподняла голову, хмуря брови. — Это слишком крепкая раса, и даже тогда я с трудом поверила, что Розовую раскололи, а оказывается, что она всё это подстроила.       — Он. Повреждён! — повысила голос аристократка, серьёзно глядя на столь упёртую особу.       — Он в порядке! — продолжала отстаивать свою точку зрения та.       Но, в конце-концов, Голубой это надоело. Она схватила Алмаза за запястье и дёрнула её на себя, чтобы та встала рядом и посмотрелась в зеркало.       Жёлтая в очередной раз нахально отдёрнула руку и посмотрела на себя в зеркало, поправляя растрёпанные волосы, затем посмотрела на свой самоцвет, слегка округлив глаза, но незамедлительно переменилась в лице, важно хмыкнув.       — Позволь мне помочь тебе!       — Нет! — она быстро двинулась вперёд по коридору, поднимаясь наверх.       Голубая осталась стоять и смотреть ей вслед, хмурясь. Она тяжело вздохнула, обхватила руками свои плечи, стараясь познать то, до чего же это больно, когда она вечно отвергает помощь. Но в этот раз она пообещала себе с неё живой не слезть.       В это время воительница шагала по коридору, сжимая предплечье, где красовалась огромная трещина. При повреждённом камне регенерация проходит очень плохо и она это понимала. Она своим плечом буквально обтирала все стены, едва стоя на ногах, но настойчиво отказывалась принимать помощь. Она считала, что она самая сильная, самая выдержанная и простое ранение ей не помеха. Кроме того, она никому и никогда не позволяла прикасаться к своему самоцвету, даже Голубой.       Неожиданно та услышала шаги голых ступней и обернулась на звук, заметив свою подругу, которая стояла позади неё. Над ними повисло молчание, которое продлилось несколько секунд, затем Голубая резко рванула за ней:       — А ну стой!       Жёлтая подпрыгнула и быстро побежала вперёд, иногда оборачиваясь. Хотя, учитывая то, насколько она повреждена, она не могла бежать быстро, и поэтому тяжело переставляла ноги, но прилагала все усилия, чтобы оторваться от неё, сшибая все углы при каждом повороте.       Голубая издала забавное рычание, похожее курлыканье вредной гули. Здесь она уже приняла решение поднять подол платья, обнажив голые ступни, и только тогда у неё была возможность ускориться.       Воительница завернула на свою базу, забежав в свои покои, но это не остановило аристократку.       Она забежала следом, закрыв двери.       — Попалась!       — К твоему сведению, это мои покои!       — Ну и что с того? Я не чужая тебе!       — Прекрасно, только я не вторгаюсь в твои покои!       — Я хочу помочь!       — Мне не нужна твоя помощь! Я в порядке!       Голубая замолчала, сжав руку в кулак, она быстро побежала за ней по комнате.       Жёлтая запятилась назад и побежала от неё, перепрыгивая каждый предмет и преграждая путь подруге, раскидывая их. Иногда это затормаживало Алмаза и ей приходилось оббегать преграды. Обе нарезали пятый круг вокруг её рабочего стола по и против часовой стрелки. Иногда Жёлтая старалась её надуть, маневрируя напротив неё то влево, то вправо и, дёрнувшись влево, она быстро побежала вправо, запутав аристократку.       Голубая зарычала, посмотрев ей вслед. Воительница быстро пошла вперёд, осматриваясь, но, не услышав шагов Алмаза, она остановилась, повернувшись назад. Голубой нигде не было. Жёлтая подняла свою бровь, хмыкнув. Гробовая тишина. Её будто ветром снесло. Она рискнула вернуться, осмотревшись, но так и не увидела подруги.       Услышав звук позади себя, она резко обернулась, увидев Голубую, которая хитро улыбалась, медленно наступая:       — Не уйдёшь…       Жёлтая расширила яркие глаза и посмотрела на неё, попятившись назад снова. Алмаза с васильковыми глазами уже ничего не останавливало, Жёлтая была в ловушке.       Однако Голубая не заметила преграды у себя под ногами и внезапно споткнулась, налетев на свою подругу. Прижав её к стене, она схватила ту за предплечья, и прижалась сама, едва касаясь её губ.       Обе замерли и погрузились в неловкое молчание. Обе смотрели друг-другу в глаза, ошеломлённо, пытаясь осознать произошедшее. И в эту минуту каждая могла ощутить дыхание друг-друга. Тёплое и холодное. Голубая желала прижаться плотнее к её губам, столь манящим и прекрасным, даже лёгким прикосновением ощущая консистенцию её матовой губной помады.       Дыхание обеих было таким сбивчивым, не то после бега, не то от ощущения лёгкой искорки возбуждения, мимолётно промелькнувшей между ними. Такие мысли нужно было быстро отметать.       И именно в самый неподходящий момент в комнату заглянула Белая:       — Жёлтая, мне нужно от тебя… О-о-о… — Белая раскрыла глаза, посмотрев на своих сородичей весьма удивлённо. Хлопая густыми ресницами, она заулыбалась немного хитро, вцепившись в край двери. — …Я не помешала, звёздочки?       Жёлтая раскрыла глаза, посмотрев на верховную императрицу, она быстро оттолкнула Голубую от себя, поспешив оправдаться:       — Б-Б-Белая! Это… Это не то, что ты подумала! Это… Это… Это не… Клянусь звёздами!       Но Белая молчала, игриво улыбаясь, и тихо замурлыкала, плавно удаляясь, проведя ноготками по двери:       — Зайду позже…       Двери закрылись, Жёлтая стояла и смотрела на них всё также ошеломлённо, затем устало застонала, присев на левитирующую табуретку, схватившись за голову.       Голубая очнулась, услышав столь удручённый вздох Алмаза. Она подошла ближе, постаравшись немного подбодрить подругу:       — Давай я поговорю с ней.       Но Жёлтая лишь отмахнулась, затихнув.       — Тогда прошу, прими мою помощь. Тебе будет легче…       — Я же сказала — «Нет». Неужели тебе непонятны эти слова?       — Ты принимаешь мою ласку, принимаешь мои поцелуи в щёчку, но не принимаешь мою помощь.       — Я не хочу быть слабой!       Голубая вздохнула и аккуратно присела перед ней, взяв её руку, мягко улыбаясь:       — Ты не слабая… Помогать друг-другу — это забота. Доверив своё состояние, ты сделаешь приятное мне.       Жёлтая помолчала немного и подняла на неё глаза, затем тяжело вздохнула:       — Валяй…       От этого Алмаз заулыбалась шире, поднявшись, и осторожно разместилась на её коленях, положив руки ей на плечи.       Воительница опустила и отвела глаза, аккуратно положив ладони на её талию, подтянув к себе, дабы она не соскочила.       — Только быстро.       — Ладно, но мне нужно осмотреть твою трещину, — она только поднесла пальцы к её камню, как Жёлтая резко перехватила её запястье, озарив её хмурым взглядом: — Руки!       — Извини меня, но как я по-твоему собираюсь лечить тебя без рук?! Глазами?! — возмущённо фыркнула аристократка.       Губы Жёлтой дрогнули, чтобы в очередной раз возразить, но тут Алмаз права, деваться было некуда. Она недовольно замычала, отведя взгляд, плавно убрав руку и скрестив их под грудью.       Голубая удовлетворённо кивнула, склонившись над её камнем, заправив свои волосы за ухо. Тонкими и изящными пальцами она провела по огранке камня, затем нежно по трещине.       Жёлтая закрыла глаза и лишь слегка поджала губы от её прикосновений. Сородич продолжала изучать её камень, пальцем водя вокруг, очерчивая контур самоцвета.       На этот раз Жёлтая шумно выдохнула, щёки начали пылать, но Голубая не замечала этого. Она работала над её состоянием и постучала ногтём рядом с трещиной.       — Больно?       — М-м… — отрицательно промычала она.       — А так?       — М-м…       — А вот так? — она надавила на камень сильнее.       — М-м-м-м…!!! — злобно начала мычать Алмаз, сдерживая стон и накатывающую волну возбуждения.       — Всё-всё… Не злись.       Голубая явно не замечала той реакции, она продолжала работать. Коснувшись своего камня, он начал светиться приятным голубоватым свечением, и она аккуратно извлекла оттуда бутылочку, по форме напоминающую каплю с искусственным камнем посередине в качестве некого узора. Смочив свои пальцы, она приложила их к месту трещины, закрыв глаза.       Волосы слегка начали левитировать, передавая свою энергию, исцеляя её.       Рана быстро затянулась, что заставило Жёлтую облегчённо вздохнуть и приоткрыть глаза, чтобы оценить работу.       — Я думала, что только Розовая и Стивен обладают такой способностью.       — Алмазы как целительницы, так и разрушительницы. Странно, что ты не знаешь.       Жёлтая вздохнула и отвела взгляд, вяло улыбаясь:       — За всю свою жизнь я только уничтожала. Мне чуждо понятие исцеления.       Голубая посмотрела на неё и усмехнулась, опустив васильковые глаза к её целому самоцвету:       — Верно… На самом деле, Розовая играла немаловажную роль в нашей системе. Объединив силы, мы можем не только уничтожить, но и исцелить. Я использовала немного своей силы вместе с её целебной водой. Получается тоже своего рода некое лечение, более эффективное для Алмаза со столь обширным повреждением.       Жёлтая посмотрела на неё и вздохнула. Обе замолчали на какое-то время.       Затем Голубая ощутила поцелуй на своей щеке, тёплый и мягкий, наполненный благодарностью и нежностью. Алмаз раскрыла слегка глаза, залившись синеватым румянцем. Приложив пальцы к месту поцелуя, она глянула на Жёлтую, на что воительница тепло улыбнулась:       — Спасибо.