Запретное удовольствие. Часть 2
13 ноября 2020 г., 14:22
***
— Что мы наделали… Зелёная в панике рассматривала себя и уставилась в пустоту. Её взгляд внезапно упал на окно, где сидели их Жемчужины. Заметив то, что они выдали себя, они быстро спрятались. Но сейчас Зелёную волновало не это. Она в панике осматривалась по сторонам и быстро подошла к зеркалу, продолжая изучать свою форму. Алмаз схватилась за лицо и тяжело вздохнула, закрыв глаза, отчаянно мотая головой: — Что с нами будет… Всё бы ничего. Но по закону Хоумворлда слияния запрещены. И этот же закон нарушили сами составители. Те, кто так яростно боролись против этого. — Так, без паники… — Алмаз спокойно вдохнула и выдохнула, закрыв четыре глаза. — Сейчас мы разъединимся. Всё хорошо, — она снова раскрыла глаза. — Но как разъединиться? Как? — Зелёная судорожно обхватила свои самоцветы, осматриваясь по сторонам. Самый главный был страх — это страх быть замеченной Белой. И звёзды упасите их от страшного наказания за такую вольность. Но кому докажешь, что слияние вышло случайно? Слияние пыталось успокоиться, но паника и страх мешали ясной мысли. Она хваталась за голову и нервно бегала глазами по полу. Самое, что интересное, они никогда не сливались и практически никогда не видели, чтобы их подданные сливались перед ними. Разве что, посмевшие сделать это, либо убегали, либо были расколоты. Даже если и видели, они имели мало представления об этом. Но вместе с паникой проскакивало и чувство душевного удовлетворения. И не знаешь куда метаться. Зелёная постепенно успокаивалась, рассматривая себя в зеркале. Она заметила, что стала крупнее и потолок казался немного тесным. Тихо вздохнув, та аккуратно обхватила себя руками, затем провела по талии к лицу, поглаживая свои щёки. Жест самоуспокоения. Кто-то из них пытается поддержать друг-друга. — Мы справимся, верно? Никто не узнает… Нет… Наши Жемчужины. Они же не скажут никому? Ты думаешь, я знаю? Я надеюсь, что нет… Алмаз замолчала и посмотрела в пустоту. Затем её взгляд снова сместился на зеркало. — Знаешь, что я заметила? Что? Мы слились, а наш разум нет. Так не должно быть. Я не знаю, что должно быть, а что не должно, мы должны разъединиться! Нам осколков не собрать за это! Алмаз резко застыла, услышав голоса. Среди этих голосов, не ошибившись, можно узнать Белую, что-то бурно обсуждающую. — Что делать… Что делать? Что?! — она начала судорожно дышать, панически бегая глазами по залу. В это время в зал действительно входит Белая, сложив изящно руки. Тёмное сумеречное пространство осветило её сияние, которое всегда исходило от столь ослепительного самоцвета. Ходячая лампочка, не так ли? Внутри было пусто, когда верховная правительница оглядела зал вокруг. Алмаз хлопнула в ладони, включив свет и, только тогда он засиял всеми красками с розовым отливом. Шикарные занавески, люстра, зеркальные стены. Всё, как любила Розовая. — Я думаю, этот зал вполне подойдёт… — она пробежалась глазами по архитектуре, мысленно изучая, что здесь можно поменять, а что украсить За ней подоспели Аквамарины, хлопая крылышками, и воркуя, будто голубки. Белая мягко заулыбалась, слушая непринужденно эти забавные звуки. Её голос стал слаще, чем обычно и, с этой улыбкой, она продолжила: — Украсьте тут всё на ваш вкус, мои драгоценные. Сообщите, как закончите, — она приоткрыла глаза и ещё раз оглядела зал, — А мне нужно найти моих звёздочек. Всё это время позади них к стене прижималась Зелёная, затаив дыхание. Она осмотрелась по сторонам, убедившись, что дверь находилась рядом и, о, звёзды, она была открыта. Алмаз быстро ускользнула на выход и побежала, куда глядят глаза. Теперь их главной задачей было найти способ отменить слияние. Они слегка замедлились, чтобы отдышаться, прислонившись плечом к стене. Где-то, на другом конце коридора, послышались знакомые им голоса: — Я поверить не могу. Они слились! — Прекрасное слияние. Если бы между ними ничего не было, у них бы это не вышло. — Бред! Сливаться можно и без этого! Но то, что между ними что-то есть — это однозначно! Ты только посмотри! Они всегда так смотрят друг на друга! Зелёная дёрнула глазом, опешив, и нахмурилась слегка. Из-за угла вышли их верные Жемчужины, продолжая общаться. Жёлтая закрыла глаза и гордо подняла подбородок: — Я знаю, что моя хозяйка прекрасна в любом слиянии. — Но это ведь произошло впервые… — Да, но я не сомневаюсь, что любое слияние с ней будет сногсшибательным. Её подруга мило заулыбалась и издала тихое урчание, шепча себе под нос: — Как и с моим Алмазом. Она такая утончённая, изящная… — Жемчуг шла вперёд, рассуждая уже себе под нос, но так и не заметила, что её сородич внезапно замолчал. Не услышав ни одного слова в ответ на её мысли, самоцвет остановился, посмотрев по сторонам. Она обернулась, подняв чёлку, чтобы посмотреть на свою подругу, на лице которой застыл страх. Голубая подошла ближе, слегка помахав перед ней рукой: — Э-эй… — … — Что такое? —… — Что? Дрожащей рукой Жёлтая Жемчуг указала прямо, не отводя взгляда. Голубая проследила за её действиями, поднимая чёлку, затем посмотрела туда, куда она указывала. Перед ними стояла Зелёный Алмаз со скрещенными руками на груди, слегка постукивая каблуком по кафельному полу. Наступила внезапная тишина, затем всех с толку сбил крик Жёлтой Жемчуг: — Бежи-и-и-и-м!!! — она сцапала подругу за руку и быстро рванула с ней вперёд по коридору. Алмаз времени не теряла, она очнулась и нахмурилась, глянув вслед убегающим. Не колеблясь долго, она помчалась за ними, издавая приглушённое рычание. И с каждым шагом слышался грохот этой великанши, нагоняющей их. — Стоять!!! — вскрикнула она голосом каким-то средним между Голубой и Жёлтой. Жемчужины быстро завернули за угол, иногда оглядываясь. Зелёная настигала их и на повороте слегка проскочила мимо, но, бросившись к ним, она схватила в крупные ладони обеих прислужниц: — Попались. Жемчужины начали ёрзать, будучи пойманными, они с паникой смотрели на схватившую в цепкие руки, как орлица свою жертву: — Прошу вас, Мой Алмаз… Ы!.. Жёлтая кряхтела, испуганно взирая в четыре зелёных глаза, в которых искала спасение. Эти глаза моментально расслабились, поняв, что их нынешние друзья никогда не подставят их: — Значит, вы всё видели, да? Обе начали нервно кивать. Пошевелиться у них не было шанса, а из громадных кулаков торчали лишь их головы. Зелёная закрыла глаза и шумно выдохнула: — Обещайте, что вы ничего не скажете Белой. Голубая переглянулась с Жёлтой и обе посмотрели на слияние, вновь нервно закивав. Жёлтая неловко засмеялась, не обращая внимание на то, как капельки пота стекали по её виску, оставляя солоноватый след. След волнения и страха, что было весьма естественно в такой момент. — Мы… Мы никогда… Мы никогда не скажем! Клянёмся звёздами! Голубая закивала в поддержку, тихо дыша. Зелёная ещё раз посмотрела на них и вздохнула, разжав кулаки, расслабив лицо: — Ступайте. — Но, что вы будете делать? — осторожно спросила Голубая. Зелёная приоткрыла глаза, посмотрев на неё, затем её взгляд задумчиво перевелся в сторону: — А мы… Будем пытаться разделиться, — с этими словами она тихо вздохнула и медленно направилась дальше по коридору, с опаской оглядываясь в надежде, что их более никто не видел. Они искренне не желали попасться кому-то на глаза и, чтобы эти глаза ничего не рассказали другим об увиденном. Алмаз зашла в тёмную комнату и тяжело вздохнула, прижавшись спиной к двери, медленно скатившись по ней на пол. Ничего в голову не приходило. Связь с телами была слишком сильна и неразрывна, словно они даже не чувствовали, что смогут вообще разделиться. — Вот так влипли… Алмаз посмотрела на свои руки и обхватила ими самоцветы, пытаясь их как-то сорвать с кожи. Но это была бредовая мысль. Она снова вздохнула и аккуратно встала. — Если мы как-то слились… А слились мы с помощью танца… То есть способ и разделиться, не так ли? Она снова замолчала, но застыла, услышав до жути знакомый стук каблуков. Если бы она была человеком, то побледнела бы от страха. — Ох, звёзды, — выпалила она это достаточно громко, чем привлекла внимание стоявшего за дверью. Оттуда раздался голос Белой: — Голубая? Жёлтая? Слияние зажало рот. — Работаете? Губы опять дрогнули, а отвечать чужим голосом было страшно, но действовать надо было быстро: — Д-да! Белая слегка вздрогнула, поднимая бровь, разглядывая дверь. И она не такая уж и дурочка, чтобы понять, что это чужой голос: — Голубая? — Да! — Что у тебя с голосом? — Я… Я… Это всё солнечный ветер! Кхе-кхе! — она начала наигранно кашлять. Белая замолчала, слушая… А нет, всё-таки, дурочка… Она широко заулыбалась и тихо усмехнулась, качнув головой, и пошла дальше. — Ну, ладно… Зелёная свободно выдохнула, но у неё не было лишних минут радоваться тому, что она не была замечена. — Значит, так! Сосредоточились и попытались! Алмаз обхватила себя руками и свет охватил её, но тут же погас. Ничего не изменилось. Она осмотрела свои руки и нахмурилась. Новая попытка тоже оказалась провальной. — Нужно разбить концентрацию. Это значит, что нам нужно максимально расслабиться и попытаться отпустить друг-друга. Хорошая мысль, но как это сделать?.. Просто доверься мне. Она откинула голову, выпустив воздух. Свет охватил её и разделился на две части, образуя знакомые уже нам формы. Голубая и Жёлтая отлетели в стороны, только воительница проскользила ногами, опускаясь на одно колено, тяжело дыша. Голубая оказалась на другой стороне, утирая капельки пота со лба. Подруга аккуратно села, прислонившись спиной к стене, откидывая голову: — Я не знала, что это забирает так много сил. Аристократка посмотрела на неё и подползла ближе, присев рядом, осторожно уложив голову на плечо. — Больше энергии, больше затрат. Но Жёлтая ничего не ответила, даже не обращала внимания на то, что её подруга всё ещё не отводила от неё взгляда. Голубая взяла на себя смелость продолжить: — Жёлтая… — Хмм?.. Алмаз с васильковыми глазами неловко отвела взгляд, осторожно потирая своё плечо: — Тот случай в моих покоях… Ты… Ты стонала… На щеках воительницы заметно выступил румянец. Алмаз моментально нахмурилась и отвернула голову в сторону: — Давай не будем про это. — Почему ты молчала об этом? — Голубая… — Я не знала, мне так… Неловко… — Всё в порядке, просто… — она прервалась… — «Просто» что? — …Не трогай его больше, ладно? — Почему ты ничего мне не говорила? Я думала, что знаю о тебе практически всё, а выходит, что далеко не всё. Жёлтая вздохнула и осторожно глянула на неё: — Даже самым близким самоцветам не всё положено знать. У меня не должно быть слабых точек. Я тщательно скрывала этот факт, что я… — она зажмурилась, нахмурив брови, — Такая чувствительная… На лице аристократки появилась тёплая улыбка: — Это же мило… — Ох, нет, не говори мне про «мило»! Я терпеть это не могу! — она раздражённо взмахнула руками, слегка застыв, поняв, что Голубую это никак не отпугнуло, она взглянула, чтобы увидеть всю ту же улыбку. Жёлтая вздохнула и подпёрла щеку кулаком, опуская веки, поняв, что это бесполезно. — Забудь… — затем она поднялась, поправляя одежду, и протянула руку Голубой, помогая ей встать. — …Нам в любом случае нельзя танцевать вместе. — Нельзя… — тихо подтвердила Алмаз, опуская глаза, затем вновь невинно посмотрела на соправительницу. —… Но у нас нет выбора. Жёлтая поморщилась, осознав, что противоречить Белой не стоит. Она вновь вздохнула: — Сделаем исключение для этого события. Но, помни, никакого слияния! — она строго озарила подругу взглядом. Голубая в ответ лишь покивала, глядя на неё рассеянно и затуманено. — Ты не злишься на меня за тот случай? — Нет, — отрезала Жёлтая, отворачиваясь от неё и направляясь к выходу. — Докажи… Жёлтая застыла, повернувшись к ней, и вздохнула, неодобрительно качая головой. Она подошла ближе и, взяв её ладонь, нежно поцеловала тыльную сторону шелковистой ладони. Затем снова глянула на неё: — Так лучше? Голубая расплылась в улыбке, покивав счастливо: — Да, намного. На самом деле, такой поцелуй — явление распространённое. Жёлтая, в силу своих джентльменских привычек, всегда проявляла благородство и уважение по отношению к своей соправительнице. И этот жест, как раз-таки, выражал всё её почтение к ней. Если это можно перевести в слова, то это звучало бы так: «Моё почтение» или « Я настроена к тебе дружелюбно», или «Я не держу никакой обиды». И такая традиция сохранялась на протяжении трёх эр. Единственное, что с Белой она так не поступала. Своё почтение она выражала как и все другие, знаком ромба, сложенным руками. Скорее всего это выражалось в разительной разнице статусов правления или возрастных категорий. Белая — самый старший Алмаз, а Голубая — ненамного, но младше Жёлтой на пару тысячелетий. И, поэтому, воительница всегда старалась проявлять эдакое внимание к младшей. По началу это сильно смущало аристократку, но со временем она привыкала к таким жестам и понимала их. Однако такие знаки при Розовой они старались не показывать. Она же и не отлипнет от Жёлтой с расспросами и подколами. Жёлтая ухмыльнулась и тихо проговорила: — Помоги Аквамаринам, а я продолжу разбирать инжекторы, — с этими словами она направилась к выходу, Голубая осталась смотреть ей вслед и всё-таки успела дополнить: — Знаешь, а ведь Белая не просто так заставила нас танцевать вместе. Воительница остановилась и посмотрела на подругу, но не нашла нужного ответа, кроме как удручённо покачать головой и продолжить путь. Аристократка осталась смотреть ей вслед, затем тихо закрыла дверь, осторожно прижавшись к ней спиной, расплывшись в улыбке. Она очень легко выдохнула, закусывая нижнюю губу, шепча: — Жёлтая…***
Оснащённый под праздник зал Розовой сиял всеми красками. Всё, как и хотела Белая. Кругом были декоративные украшения, искусственно созданные, конечно же. Самоцветы Хоумворлда, Алмазы — все присутствовали на этом торжественном событии. Жадеиты покорно стояли, складывая руки в характерный знак. Аквамарины витали под потолком, хлопая крыльями и общались между собой, обсуждая сегодняшний день. Лазуриты перешёптывались, неугомонно хихикая. И только Голубая с Жёлтой чувствовали себя, как не на своей планете. Они сидели по обе стороны от Белой, которая, выпрямив спину, закинув ногу на ногу, сохраняла спокойную расслабленную улыбку, закрывая глаза, словно отдыхая, одновременно находясь в центре внимания. — Прекрасная пора, не так ли? — она усмехнулась, поднимая подбородок. Голубая и Жёлтая лишь переглянулись между собой и обе стиснули зубы в неловкой улыбке, скрещивая пальцы. Обмениваясь взглядами, они буквально общались между собой, выражая своё беспокойство: «Может это была её шутка?» Алмазы посмотрели на верховную правительницу, которая не обращала на них ни капли внимания, а уверенно сидела, положив руки на колени. Заиграли фанфары, которые и являлись вступительной частью обращения Белой. Белая раскрыла глаза и сложила ладони, лучезарно улыбаясь, широко распахнув глаза: — Мои дорогие! Мои драгоценные! Мои замечательные самоцветы, жители Хоумворлда. Я рада видеть вас всех здесь, приглашёнными на это замечательное событие! — К-какое событие? Мы ещё ничего не сделали… — тихо забормотала Жёлтая себе под нос. — Как вы знаете, система нашего правления меняется, а это значит, что мы должны встретить новую эру! Эра новой эры! Поэтому… — хлопнула в ладони Белая, прикрыв глаза, —… Я объявляю бал! Но!.. Сегодня он будет необычный… — Начало-о-ось… — воительница, опёрлась локтем о подлокотник трона, потирая пальцами глаза. — Мои драгоценные звёздочки продемонстрируют вам своё мастерство! — Белая, может… — начала Голубая, но Белая её перебила, посмотрев на младшую соправительницу. — ...И то, насколько Алмазы идеальны в своём сочетании с танцами… Аристократка замолчала, стиснув зубы, отворачивая голову, улыбаясь: — Ясно… — Ясно! Ослепительно! Изящно! Верно, моя хорошая! Жёлтая иронично посмотрела на Голубую и осторожно встала со своего трона. Голубая поднялась следом, взглянув на подругу. Самоцветы расступились, освобождая пространство. Воительница подошла к ней, сложив одну руку за спину, и галантно поклонилась, протянув ей свою руку. Аристократка не растерялась и изящными пальчиками взяла её ладонь, приняв приглашение. Воительница вывела её в центр зала, встав напротив, тихо проговорила: — Что бы ни случилось, держи себя в руках… — Что ты имеешь ввиду? Жёлтая промолчала. Заиграла музыка, которая была до жути знакомая им обеим. И эта музыка породила флешбеки, потому что под неё и именно под неё Жёлтая пела ей песню в Зоопарке Розовой. Алмаз чуть нахмурилась и тихо проговорила: — Она издевается. — Держи себя в руках, — мягко повторила её же слова аристократка. Соправительница расслабила взгляд и положила руку подруге на талию, а другой рукой взяла её за руку. Голубая осторожно уложила свою руку ей на плечо. Алмазы закружились в медленном танце, глядя друг на друга. Аристократка периодически опускала глаза, покрываясь румянами, но шёпот воительницы отвлек её от смущённого поведения: — Посмотри на меня… Алмаз незамедлительно подняла свои глаза, посмотрев в родные: — Всё хорошо, — с улыбкой прошептала та, дабы заверить Голубую. Она аккуратно прижала её к себе, смелее кружась с ней в медленном танце. Самоцветы заворожённо наблюдали за ними, затаив дыхания. По их мнению, эта картина действительно стояла их внимания. — Жёлтая… Я… Я не могу…— тихо шептала Голубая, посмотрев туманно на не. — Что случилось? — на лице Жёлтой появилось беспокойство. — Я не могу… Я теряю форму… Обе посмотрели вниз, заметив, что их камни начали светиться. Жёлтая подняла глаза и вздёрнула брови: — Ты с ума сошла? Нам нельзя… — Мой свет тянется к тебе сам… Я не могу… — Продержись ещё немного… Я что-нибудь придумаю. Воительница прижала её к себе плотнее, старательно скрывая этот свет ото всех. Наконец музыка закончилась. Самоцветы ликующе захлопали в ладони ровным счётом также, как и Белая: — Ну разве это не прекрасно?! — на выдохе произнесла Алмаз. Соправительницы неловко улыбнулис, и Жёлтая посмотрела на Белую, придерживая Голубую: — Белая, с твоего позволения, мы отлучимся ненадолго… Белая понимающе посмотрела на них и ухмыльнулась, кивнув: — Не задерживайтесь. Обе пулей выбежали из зала, где продолжала что-то говорить Белая, но им это не было уже важно, они не слышали и не слушали её слов. Алмазы забежали в комнату, где они прятались в тот раз от старшей. Жёлтая закрыла дверь на замок, выдохнув, прижимаясь спиной к стене. Алмаз посмотрела на подругу и подошла к ней ближе: — Нам нельзя… Ты понимаешь это? — Я понимаю, прошу тебя, один раз. Я никогда не чувствовала такой эйфории, быть с тобой единой… — умоляюще смотрела Голубая. — Но… — Прошу, ради меня. — Ради тебя… — тихо повторила воительница. Она тяжело вздохнула, протягивая ей руку. Голубая подчинилась и потянулась к ней, на этот раз просто обхватила её шею. Жёлтая слегка опешила, они были так близки, как никогда. Алмаз вздохнула и, поддавшись ей, положила обе ладони ей на талию. Тихо заиграла нейтральная музыка, обе медленно начали двигаться в такт, неторопливо, чувственно. Аристократка аккуратно уложила голову ей на плечо, доверяя ей себя. Почувствовав её холодное дыхание, по телу поползли мурашки. Жёлтая обхватила ее талию, дабы тесно к ней прижаться. Обе почувствовали какое-то душевное удовлетворение. Она слегка ткнулась носом ей в волосы, вдыхая их аромат свежести, будто после проливного дождя. Свет начал сиять ярче, распространяться по их телам. Формы теряли свои очертания и свет обеих сливался воедино. Когда он исчез, вместо двух, стоял один самоцвет, обхватывая себя руками. Зелёная обнимала саму себя, приоткрыв четыре глаза. Теперь слились не только их световые оболочки, но и их мысли стали едиными.
