Алмазные будни

      Невероятно, но этот странный малый, кажется нашёл себе занятие куда более интереснее, нежели на Земле. Как только мальчик слез с корабля Алмазов, он немедленно отправился на поиски своих приключений. Его противоречивые глаза, выражающие не то недоумение, не то удивление, бегали по всему пространству. Уж очень много тут самоцветов. Конечно, он уже видел некоторых, но никогда не видел планету их обитания. Хоумворлд — воистину величественное место для такого малыша, как он. Видалия, быть может, волнуется за сына, а он не пойми где и делает не пойми что.       Он быстро направился на строй-площадку, где Кварцы, Перидоты воссоздавали новые конструкции. Сначала Лукус залез в одну из труб, которую подняли, чтобы приварить к другой такой же, но благо он успел вылезти с другой стороны, чего, как ни странно, никто не заметил. Ляпис с жёлтыми веснушками занималась терраформированием. Хоть она и успела отметить взглядом «странное» создание, находящееся среди них, но приближаться к нему не решилась. А вдруг это самоцвет? Правда весьма необычный самоцвет.       Лукус продолжал свои поиски приключений и быстро пошёл в сторону некого мегаполиса, где и кипела жизнь этой планеты.       С недавних пор появились машины, левитирующие над твёрдой поверхностью, или подвесные трассы, или небольшие кораблики, что тоже заменяли автомобиль, или же многоэтажки, в окнах которых горел свет. Лукус же был с одним лицом 24/7. Он просто шёл мимо, будто по своему родному Прибрежью, невзирая на косые взгляды в его сторону. Ребёнок добрался до некого метро, где сел в электричку и поехал куда-то до конечной. Снова те косые взгляды.       «И что он только тут забыл?»       Наконец он вышел на своей остановке и оказался перед дворцом Алмазов. Самое высокое здание. Оказывается ребёнок попросту навернул круг и вернулся обратно, но с другой стороны. Любопытно…       Поданные продолжали бродить по замку и заниматься своими делами. Эти ребята всё ещё носили опознавательные костюмы, что говорили о том, какой свите они принадлежат. Но на Лукуса по-прежнему никто не обращал внимания, будто его приняли за своего.       Он быстро зашёл внутрь замка, оказавшись в тронном зале. Там убирались Жемчужины, вытирая кресла до блеска, драили полы. Это были вовсе не личные Жемчужины Алмазов, а в качестве дополнительной подмоги.       Лукус потопал вперёд по мытому, чем и возмущал изящных утончённых самоцветов. Они хмуро переглядывались и ругались на своём родном языке.       Далее пошли величественные коридоры с высоченными потолками, с колоннами, всё, как обычно. Другой вопрос, как ему перебраться по ту сторону двери? Она кажется такой массивной.       Лукус посмотрел весьма удивлённо… Наверное. Но этого никто не знает. Потому что его лицо по-прежнему не выражало ничего.       Его глаза пробежались по сторонам, чтобы найти какую-то зацепку, которая помогла бы ему оказаться в более интересных местах. Он услышал грохочущие шаги, приближавшиеся к этим дверям. Мальчик отошёл в сторону, чтобы не оказаться под чьими-то ногами, ибо это явно был самоцвет побольше.       И правда, через двери прошла Жёлтая, стуча каблуками и потирая переносицу.       — И почему я не додумалась сделать это раньше?       Следом кроткими шагами за ней шла Голубая, таскаясь за своей подругой хвостиком. Она подняла на неё васильковые глаза и с лёгкой хрипотой в голосе произнесла:       — Не все из нас, кроме Сапфир, могут предвидеть что-то.       — Мне нужно собрать отовсюду осколки бывших самоцветов и упрятать их.       — Они опять ожили?       — Нет, я просто буду думать, что с ними делать дальше.       Дверь за ними открылась, но тут же захлопнулась. Это привлекло внимание Алмазов. Воительница с поднятой бровью посмотрела в сторону прохода и тихо хмыкнула:       — А ещё нужно заняться починкой межкоридорных дверей…       В это время Лукус продолжил путешествие, и на этот раз он казался в некой развилке. Их было четыре, однако его внимание привлёк именно жёлтый коридор, куда он незамедлительно и отправился.       Мимо проходили Топазы, Яшмы, Перидоты, хотя стоило им увидеть человечка среди них, как они тут же замерли.       — Что это такое?       — Я не знаю. Я серьёзно не знаю.       У всех были противоречивые суждения: одни его не замечали, другие сторонились, а третьи интересовались, кто же он такой. Мальчик, что очень странно пах луком, быстро пошёл к базе Жёлтой. Именно там всё ещё руководила верная поданная Алмаза — Жёлтая Жемчуг.       Она перебирала экраны и очищала какие-то истории ранее открытых вкладок. Когда она почувствовала какое-то странное присутствие позади себя, она не сразу обернулась и лишь поводила немного головой, списав всё на тех снующих Топазов по базе.       Эти настойчивые шаги продолжались, которые всё же вот-вот могут свести Жемчуг с ума. Она ещё раз хмуро развернулась, но никого не было. Самоцвет подошла чуть ближе к дверям и снова покрутила головой, но снова никого не обнаружила. Она раздражённо вздохнула, хотя стоило ей развернуться и подойти ближе, как самоцвет испуганно вскрикнула, увидев кого-то чужого, что начал беспорядочно тыкать во все кнопки экрана.       — Ч-что… Что ты делаешь?! — она быстро отодвинула Лукуса от экрана и начала исправлять всю ситуацию, которую он натворил. — Только Жемчуга могут работать за экранами системы Хоумворлда, разве ты не знаешь? — Жёлтая Жемчуг посмотрела в его сторону и слегка подняла бровь. — Ты не самоцвет…       Мальчик стоял неподвижно и смотрел на неё, не произнеся ни слова. Самоцвет продолжала рассматривать его со всех сторон, чуть обходя его вокруг:       — Если ты всё же самоцвет, то тогда я и понятия не имею, где твой камень… Скажи, ты самоцвет?       Снова молчание. Такое чувство, будто она говорила с куклой. Они лишь обменялись некими хлопками глаз, но разговор из этого не получился.       — Аргх! Не важно, ты какой-то дефектный в любом случае! Слушай, тебе тут нельзя находиться! Я не хочу, чтобы у меня были проблемы из-за тебя. Выходи отсюда по-хорошему.       Но Лукус молчал и, кажется, что говорить ему что-то бесполезно. Жёлтая Жемчуг снова замолчала, опустив веки, затем она резко развернула его и потащила к выходу:       — Я не собираюсь играть с тобой в гляделки, поэтому иди-куда-шёл! — она выставила его за дверь и, казалось бы, удачно… До определённого времени.       Свободно выдохнув, она закрыла глаза и снова направилась к экранам, но стоило ей распахнуть их, как она вновь заметила дитя, игравшего с экранами.       — Что ты?! Как ты?! — она незамедлительно рванула к нему, оторвав от панелей. — Как ты сюда вошёл?! Я же… — она потрясла головой и потёрла виски, начав снова работать над экранами и, в конце-концов, выключила их. Жемчуг вновь развернулась к Лукусу, строго глядя на непоседу, что творил божье наказание, но скорее всего ему было плевать что о нём подумают другие. Этот маленький преступник смотрел самоцвету в упор, не шевелясь.       — Ты умеешь говорить? — спросила она.       Он кивнул.       — Но ты не говоришь?       Он снова кивнул.       — Но ты хотя бы можешь послушать? Главный кодекс Хоумворлда: никогда, ни при каких обстоятельствах, самоцветам, кроме приближенным к Алмазам, нельзя ковыряться в файловых системах! Иначе это приведёт к катастрофе! Мне же потом отвечать за тебя своим самоцветом! Думаешь я этого хочу? Они могут и тебя расколоть за это! Ты это понял? — выговорившись, она открыла глаза, выдохнув, но от ребёнка и след простыл. Она панически осмотрелась по сторонам, почёсывая макушку, но и это не помогло. Он будто сквозь Хоумворлд провалился.       А в это время юнец направлялся в сторону базы Розового Алмаза, которую вычищали все три свиты трёх Алмазов. Вдалеке слышались громкие шаги и возбуждённый голос, воспевающий о своей любви и заботе. По нему можно узнать Белую, которая общалась со Шпинель. Лукус быстро направился в ту сторону, хаотично перемещаясь вдоль коридора: его поднимали и опускали платформы, он проходился по специальным панелям, которые самоцветы должны были заменить, но ребёнок продолжал идти стремительно вперёд, заворачивая за углы, идя на некий зов, что так привлёк его внимание. Он остановился, когда увидел Белую, что прогулочным шагом ходила по заросшим коридорам Розовой, а на её плече сидела Шпинель и с любопытством всё осматривала.       — И, так, дорогая, здесь потеряться невозможно, пускай это место уже брошено более шести тысячи лет, но немного косметического ремонта и оно будет новеньким. Раньше там была диспетчерская, но мы сделаем игровую комнату для тебя, а там будет твоя личная комнатка…       — Моя личная комнатка?! — удивлённо ахнула Шпинель, сползая с плеча Белой и ползя по её руке вперёд к указательному пальцу, что указывал в сторону названной комнаты. Алмаз захлопала глазами и засмеялась:       — Будь осторожна, моё сокровище!       Малышка продолжала оглядывать пространство, обхватывая палец Алмаза, но затем её взгляд упал вниз, где она заметила Лукуса, что бесцеремонно пошёл куда-то вперёд.       Мысленно произнеся «Вау», малинового цвета самоцвет быстро начала спускаться вниз по телу императрицы, будто паучок.       Белая захлопала густыми ресницами и удивлённо глянула малышке вслед:       — Куда ты, дорогая?       — Я скоро вернусь! — спустившись, она быстро побежала в темень, начав искать того самого мальчика, что быстро удалился вглубь базы. — …Я же, кажется, видела тебя.       Шпинель начала осматриваться и вглядываться в темноту, но тут же отпрыгнула, заметив перед собой Лукуса, что выглядывал из этой темноты:       — Т-точно! Точно видела!       — Милая, у тебя там всё хорошо? — послышался обеспокоенный голос Белой издалека.       Шпинель чуть засмеялась, неловко оглядываясь назад, посматривая на мальца:       — Да! Да-да! Я скоро вернусь!       Затем она снова посмотрела него и аккуратно подошла ближе, выражая своё любопытство путём рассматривания неизведанное существо со всех сторон:       — Ты же с Земли… Верно?       Ребёнок кивнул, не отрывая глаз от Шпинель.       — Я точно тебя видела! Как ты… Как ты попал сюда?       Но ребёнок ничего не ответил, он лишь хлопал глазами, не отрывая их от самоцвета.       — В любом случае, тебя нужно доставить домой и как можно скорее… — Шпинель вновь осмотрелась по сторонам и схватила Лукуса под руки, вытащив его из темноты обратно к Белой.       Алмаз похлопала глазами и удивлённо посмотрела на находку.       — Что это такое?       — Человек, по-моему…       — Человек? Как он оказался тут? — Белая пригнулась и осторожно осмотрела ребёнка, обнюхав его, затем начала подёргивать его за одежду. — Он странно пахнет.       — Его нужно доставить домой…       Кажется Шпинель в этом случае ведёт себя куда более серьёзно, нежели Белая, которая сейчас интересовалась его запахом. Со стороны это весьма странная картина, а ребёнок даже не шелохнулся, он протянул руку к самоцвету Алмаза, чуть взявшись за него.       Императрица застыла, посмотрев на мальчика, затем подняла глаза вверх, скосив их к его руке. Она даже затаила дыхание из-за некого любопытства к его действиям.       «Что он удумал?»       По всей видимости, ребёнку стал интересен её самоцвет и он захотел его забрать себе. Вот это поворот событий. Белая, кажется осознала это лишь по тому, что он цепко зацепился за её камень, не отпуская его. Алмаз панически взвизгнула и отдёрнулась слегка от ребёнка.       — Д-да! Нужно доставить его домой! И как можно скорее.       — Но как? — Шпинель почесала свою головку и озадаченным взглядом обвела опекуншу.       Это заставило Алмаза задуматься, но ненадолго. Она прекрасно помнит, что самоцветы недавно установили телепорты и с их помощью можно перемещаться молниеносно из одной точки в другую. Императрица щёлкнула пальцами и аккуратно схватила в две ладони ребёнка, будто букашку, которая могла бы вот-вот улететь, и, громыхая каблуками, быстро побежала в сторону главной площади. Эти шаги, казалось, раздавались по всей базе, что более малые самоцветы подпрыгивали из-за жуткой тряски.       Но не тут-то было… Её горящие глаза тут же померкли, когда рядом с телепортом была табличка «Техническое обслуживание». Белая даже забыла что держала в руках и не заметила за нотой разочарования, как Лукус спустился по ней вниз, цепляясь за её одежду. Он быстро скрылся где-то за блоками.       — Ну вот… И как же нам его доставить?       Шпинель снова задумалась, потирая пальцем подбородок. Глаза Алмаза были в лёгком смущении, они уставились на эту платформу, но ничего стоящего в её головушку не лезло.       — Можно дать это задание Рубинам… Рубины… Ох, нет… Только не Рубинам. А может… — она защёлкала пальцами и снова задумалась. — Да… Яшмы более ответственные… Всё, решено! — она посмотрела на свои пустые ладони и тут же застыла… Лукус снова исчез. — Нет, не решено.       Белая быстро куда-то направилась, пока Шпинель «считала звёзды». Она подпрыгнула и обернулась назад, увидев удаляющуюся мамочку:       — Куда ты?!       — Искать человека! Он куда-то пропал! — в голосе слышалась паника вместе с раздражением.       Шпинель ринулась за ней, решив присоединиться к поискам…       Лукус продолжал исследовать город и заходить в каждую многоэтажку, возвращаясь оттуда с пустыми руками. Он быстро пошёл вперёд и снова завернул за другой угол, пока Белая, словно Годзилла посреди городка для самоцветов, не ворвалась в их территорию. Им приходилось уворачиваться от неё, а ей — смотреть под ноги. И даже несмотря на огромный рост, она не могла заприметить этого шустрого мальчишку, он же так отличается от них всех!.. Алмазу приходилось щурить глаза и замирать, чтобы ещё больше сконцентрироваться на поисках. Шпинель заглядывала под каждый камушек, наивно полагая, что он мог затаиться там. Смешно, но она и правда так думает.       Мальчишка ушёл куда-то вниз, где выращивались самоцветы и ранее прятались дефектные. Эта местность с кучей формочек под Кварцев показалась ему очень интересной и он решил залезть в одну из них и там затаиться, пока Белая и Шпинель искали его. Неожиданная встряска заставила горные породы немного обломиться и проход завалило. Лукус оказался в ловушке…

***

      Время уже к закату шло, а они не преуспели в поисках.       — Что будем делать? — прошипела Шпинель, посмотрев на Алмаза.       Белая немного повела плечиками и пошла дальше, решив спуститься вниз по лестнице к каньонам. Там было сумеречно из-за того, что лучи солнца почти не попадали на такую глубину. Она мысленно пересчитывала ямочки в стенах и заметила камень, что завалил одну из таких формочек… Сдвинув его ногой, Алмаз опустилась на колени и посмотрела туда. Эдакая картина её весьма удивила: Лукус совсем не переживал оказаться в западне. Он мирно уснул. Белая раскрыла глаза шире и осторожно взяла мальчика в руку, едва просунув её туда. Осторожно взяв его, она, не будя, отошла назад. Сзади ей на плечо запрыгнула Шпинель:       — Ну что т…       — ЧШ! — шикнула Белая, придерживая ребёнка. — Он спит.       — Он… «что»? — прошипела Шпинель, глядя то на неё, то на него, вовсе не понимая, о чём идёт речь.       — Просто будь тише… Я расскажу тебе потом… Его нужно отвезти домой…       Малышка одобрительно закивала и посмотрела на мальчика ещё раз.       Через время у корабля их ждали Яшмы, что готовились к отлёту. Заснувшего мальчика одна из них взяла на руки и занесла внутрь.       — Осторожнее с ним… — поджав губу, шикнула Алмаз, глядя ребёнку вслед. — Он очень неуловим.       — Мы сделаем всё, как надо, — с почётом коротко ответила Кварц.       Все Яшмы наконец собрались внутри и, закрыв все люки, корабль тронулся с места и взлетел на сверхзвуковой скорости.

***

      Видалия в это время искала своего сына повсюду и где только можно.       — Кефир! Ты его нашел?       — Не-а, — раздалось с соседней комнаты.       — Ну куда же делся этот несносный мальчуган… — женщина похрустела спиной и потёрла свой затылок, осмотревшись по сторонам.       Она прекрасно понимала, что он постоянно где-то шляется по городу, но в этот раз он даже ни разу не заявил о себе.       — Мам! — крикнул парень.       Видалия быстро ринулась к нему. Крик был слышен из комнаты Лукуса. Она вбежала туда, где стоял Кефир, и застыла: ребёнок, как ни в чём не бывало, спал на своей кровати, заворачиваясь в одеяло. Обеспокоенная мать наконец-то с облегчением выдохнула.       — Негодник, наверное мне стоит позаботиться об очках…