Самовыдуманный рай

Яли кивает и выходит из кабинета Командора. Он совсем не удивился. Брат приказал ему заявиться на собрание Сопротивления Сотты вместо него. Придется выбираться на поверхность и играть роль управителя Альтаира, быть его представителем. Оказывается, Сай тот еще трус, раз так печется о собственной жизни. Боится, что Сопротивление Сотты на самом деле готовят ему ловушку? Или что собрание накроют, а всех присутствующих поубивают? Что ж, в этом есть логика. Может случиться что угодно. Поэтому братец посылает его вместо себя. Не такой уж Сай и смелый. Его брат, пусть и управитель Альтаира, но боится смерти. И боится ее больше, чем того, что Яли может сыграть не по правилам? Он лишь пожимает плечами, не замечая, как ноги сами его заносят в лабораторию. Там все так же грязно. Но вместо Лекса за компьютером шатается на стуле Кайзен. Сам бета спит чуть дальше на коротком диване, притянув согнутые ноги к груди. Его длинные рыжие волосы касаются пола. Лекс лишь недавно доделал фильм и так и заснул на рабочем месте. Наверняка Кайзен перенес его на диван. Они настоящие друзья… — Давно он? — едва слышно произносит Яли, смотря на спящего бету. Альфа кивает с шепотом: «Устал». — Слушай. Меня тут отправляют на, скажем так, спецзадание на поверхность. — Что Сай задумал? — альфа смотрит на него, сужая глаза и недовольно поджимая губы. Он снова зарос щетиной, которая делает его на десяток лет старше и сглаживает резкие черты лица. — Я разберусь с ним. Ты никуда не поедешь, это опасно для тебя. — Поеду, — Яли присаживается на край стола, устало смотря в одну точку на полу. — Это шанс для нас всех, шанс передать информацию Сопротивлению. Они могут нам помочь… наверно. Моя задача — распространить, а там… может быть, станет яснее, что с этим делать. Им проще следить за другими людьми. Возможно, они смогли бы разыскать участников этого проекта. Точнее, тех, кто этим всем управляет. — Это реально? Яли пожимает плечами. Он переводит взгляд в глаза Кайзена и видит в них свое блеклое отражение. Покусывает губы. Он уже сам ничего не знает и ни во что не верит. Не только Лекс устал — они все измотаны до последней нервной клетки. Знание правды убьет их быстрее, чем наступит хаос. — Попытаться стоит. В любом случае, я не собираюсь просто лежать, скрестив руки, и ждать смерти. — Ты поменялся, — Кайзен наконец моргает и переводит взгляд на экран компьютера. — Тогда, у катакомб, в твоих глазах был огромный страх перед смертью, но вместе с тем и смирение. Ты не сопротивлялся ей, шагнув в глубину. Теперь же… еще как сопротивляешься. Сильнее нас всех вместе взятых. Яли не знает, что на это сказать. Он поворачивается на Лекса, которого они могли разбудить своими разговорами, но тот все так же спит. — Мне тоже страшно, — наконец находит слова омега, разворачиваясь обратно на опустившего голову альфу. — А так… Хватит. Обсуждения нашей ситуации еще больше вгонят нас в ощущение бессилия. Мне уже пора собираться. Скинь мне фильм на несколько носителей, думаю, пригодится. — Я поеду с тобой. Кайзен говорит это таким тоном, что спорить с ним не имеет смысла. Альфа твердо встает. В его настроении ощущается перемена. Феромон слегка усиливается. В нем снова проявляется решительность, уныние же отступает на задний план. Кайзен быстро переносит файлы на носители-флешки и кладет их на стол, вместо того, чтобы передать из рук в руки. Все еще уважает его личные границы и соблюдает сказанное тогда сгоряча «не смей меня касаться и подходить ближе чем на метр»? За это стоит его уважать, но Яли кажется неуместным сохранять это правило и дальше. В самом-то деле, они давно не враги. Если вообще были врагами… Да, он помнит, как вначале посчитал Кайзена жестоким убийцей и бестактным прямолинейным человеком. Но тогда он его совсем не знал. За это время они много чего пережили совместно, и Яли не сомневается, что многое еще переживут. Он забирает флешки, сохранившие на себе тепло рук альфы, складывает их в карман и переводит взгляд на Кайзена, надевающего куртку. В груди от чего-то щемит с невыразимым теплом, смешанным с горечью. — Даже если не получится сорвать тотальное уничтожение, — все же говорит Яли, — мы же останемся семьей, правда? Кайзен смягчается в лице, кратко улыбаясь. — До конца. Омеге хочется обнять альфу, но он сдерживает себя, вспоминая о барьере размером в метр расстояния между ними. Может, Яли и не знал настоящее значение слова «семья», неудачный пример родителей не показал ему этого, да и Айрон тоже, и даже Фран. Но именно тут, именно с этими людьми Яли ощутил себя, как с родными. Они связаны, пусть и не кровными узами, не брачными. Семья — это не обязательно родители-супруги-дети. Это, скорее, те, кто дорог настолько, что уже не выходит представить жизнь без них. Те, с кем комфортно и не скучно. Кто направит на верный путь и не даст упасть, а если уж падать — так вместе. Тут его семья. И Яли не собирается ее терять.

***

На следующее утро Яли отправляется к Саю. Командор Альтаира дает ему свою одежду, сам причесывает, делает максимально похожим на себя самого. Хотя, они и так как две капли воды, и не скажешь, что у братьев немалая разница в возрасте. — Действуешь строго по протоколу. Говоришь то, что написано вот тут, — Сай тыкает ему бумажку в руки. — Заучишь или перескажешь своими словами, но чтобы суть оставалась одна и та же. Скажешь речь от моего имени и вернешься. Яли просто кивает, не спорит с ним, ничего ему не говорит. Смысл? У него в голове совсем другое. Как передать флешку нужному человеку, как не прогадать с этим выбором. А еще — будет ли там Айрон. Это самое волнительное. Встреча с «законным мужем». Айрон как представитель Сопротивления Сотты обязан там быть. Но узнает ли его альфа в новом образе? Яли почти не волнуется. Их с Кайзеном и Лексом попытки предотвратить неизбежное больше похожи на предсмертные конвульсии. Они бесполезны — исход все равно известен. Но Яли продолжает пытаться. Он выдвигается в путь вместе с переодетым Кайзеном и еще несколькими людьми. Лекс увы обязан оставаться на месте, ему нельзя по уставу покидать Альтаир, чтобы высшее руководство ничего не заподозрило. Яли и не думал, что это, оказывается, так просто — выбраться на поверхность. Они выходят из тоннеля через подвал какого-то дома, это дом Кайзена. Яли особо ничего не рассматривает. Он предельно напряжен и осторожен. И когда выбирается на улицу, на миг теряется, словно попадает в прострацию. Эти улицы, серые стены, серое небо, асфальт… Родная Сотта. Он снова оказался в месте, которое так желал когда-то покинуть. Его ведут какими-то улочками, они смешиваются с безликой серой толпой. Все люди вокруг — как один. Уставшие, злые, безразличные. После жизни в другом обществе — обществе Альтаира — Яли отвык от такой атмосферы. Он даже рад, что познал таких прекрасных людей, как Стайофан, Мак, малыш Ма, Лекс и конечно же Кайзен. Они поменяли в нем что-то внутри. Сделали его чутким к чужой беде. Сделали добрее. Яли прикусывает губу. Его заводят в один из обветшалых домов. Спускаются с ним в подземелье. Он косит взглядом на Кайзена, ищет в нем поддержку. Альфа тоже смотрит на него, кивая ему и слегка улыбаясь. У них должно хоть что-то да получиться. Тут сыро, тускло, низкие потолки. Омега слышит сотни голосов. Шум. Обсуждение. Он оказывается в толпе, протискивается сквозь нее ближе к центру зала, где кто-то о чем-то вещает. — Прибыл Сай, Командор Альтаира, — оглашает кто-то, и толпа вокруг него расходится, освобождая ему путь. Яли ощущает себя в центре внимания. Идет вперед, добираясь до подобия трибуны. Должен ли он сейчас говорить то, что было написано в инструкции, которую дал ему Сай? — Смелый народ Сотты, — довольно громко говорит Яли, и голоса в зале стихают. — Все мы живем во тьме. Да, у вас есть небо над головой, солнце, луна, звезды — но они не светят, пока над нами властвует тирания Директории. Пора положить этому конец, — он пересказывает то, что было указано. Его слова поддерживают овациями. Перед ним сотни лиц. И все они незнакомы. Он проходится по ним взглядом, ищет. И непонятно, ищет он Айрона или… Его. Франа. Но Франа тут нет. — Я сам рос и воспитывался Системой, я знаю на себе, что это — жить в постоянном страхе, жить под давлением, когда тебе запрещают даже дышать. Они пытаются управлять каждым, они вмешиваются в семью, в отношения, в голову. Но долго ли этому длиться? Разве мы послушное стадо животных? Я предлагаю нам быть заодно, народ Альтаира поддержит ваше восстание, и вместе мы скинем диктатуру! Он играет роль. А глазами то и дело перебегает с лица на лицо, и не находит искомого. Яли завершает свою речь, ему аплодируют. Долго. Он сказал то, что они хотели от него услышать. То, чего хотел Сай. Но на деле омега продолжает искать Айрона. И он его замечает. В самом конце комнаты у двери. Он отходит от трибуны и уступает место следующему оратору, а сам смешивается с толпой. Однако у двери его уже нет. Омега выглядывает в коридор и не прогадывает. Его муж куда-то уходит. — Айрон! — Мы знакомы, Командор Сай? — альфа поворачивается к нему. Видеть его лицо так непривычно… Эти светлые волосы, правильные мягкие черты, острый взгляд. Альфа, с которым увы не сложилось. — Вы… напоминаете мне одного человека. — Ну привет, дорогой муженек, — кивает Яли и подходит близко. Берет руку альфы и разворачивает, прикладывает к его запястью свое. Татуировки идентичны. — Неужто не узнал? Яли смотрит ему в глаза, а Айрон попросту теряет дар речи. Альфа открывает рот, хмурясь, закрывает и снова открывает. Считал его мертвым? — Пошли, — таки говорит Айрон и тянет его за руку в какую-то тесную комнатушку, где кроме них никого нет. — Нам не нужны лишние уши. Господи… Яли. Как ты тут оказался? Нет, погоди, мне многое нужно тебе сказать… Я наговорил тебе лишнего в последний раз и так и не смог извиниться. — Это я перед тобой виноват, я не сумел стать тебе верным другом, супругом и папой твоих детей. И моя страсть и любовь к Франу это не оправдывает. Я был законченным эгоистом, думал только о своих чувствах, о своем счастье… — качает головой Яли. — Я не злюсь на тебя, — уверяет его Айрон, коснувшись плеча. — У нас все равно ничего бы не вышло. Когда все это закончится, разведемся, я дам тебе развод. — Погоди… — вздыхает Яли. — Ты многого не знаешь. И ты должен знать, — он достает флешку и вкладывает в его руку. — Посмотри это в месте, где не будет камер. Я понимаю, сначала, возможно, будет сложно поверить и принять, но все, что там есть — правда. Ты должен посмотреть и распространить среди тех, кому доверяешь. Айрон… В тебе намного больше потенциала, чем ты можешь себе представить. Я верю, что ты сможешь выйти на след. — Чей след? — Ты все поймешь. Яли сглатывает и переводит взгляд на руку, у него все еще есть вопросы. — Откуда у тебя татуировка? И почему ты предложил мне сделать такую же? — Что за странный вопрос? — не понимает Айрон. — Это… мой дедушка Ристард, мы были с ним в довольно хороших отношениях. У него такая же, и я сделал тоже по его просьбе. А с тобой сделал потому, что думал, что наш союз нечто особенное… — Присмотрись к своему дедушке, — Яли сразу понимает, что Ристард замешан в чем-то большем. Но зачем сделал ключ на руке внука? Возможно, тот хотел сделать из Айрона преемника на случай своей смерти. Чтобы тот вошел в систему вместо него. Кто знает, каковы мотивы у старика? — Скажи мне… Мои догадки по поводу всемирной катастрофы верны? — вдруг спрашивает Айрон. — Внешнего мира не существует, — говорит Яли, как есть. Таким спокойным тоном, будто так и должно быть. — Есть только Сотта и Альтаир, и не больше тысячи людишек в поселении за границей Сотты. У меня нет времени рассказывать тебе подробно, все, что тебе нужно знать, находится тут, — он накрывает руку альфы с зажатой флешкой и сжимает. Айрон же шокирован. Однако их дальнейший разговор прерывает вошедший Кайз. — Ты тут? Нам пора, — альфа забирает его, не дав договорить с Айроном. — Я чую, это местечко могут накрыть. Нам нужно уходить, пока не поздно. Мы не должны рисковать. Яли кивает и идет за ним, держа условленную дистанцию. Они выходят из дома, и омега вновь смотрит вверх, в привычно серое небо. Ни облачка. Он вдыхает запах ветра и чует знакомую мяту. Мята… Яли вздрагивает изнутри, словно в груди что-то обрывается. Ему наверняка мерещится. Но он все равно поворачивает голову по сторонам. Показалось? В конце-концов, откуда Ему тут взяться… — Яли? — зовет его Кайзен. — Идем быстрее. Он вздыхает и идет вперед. Хватит. У него нет времени на поиски того, кто его и так когда-то променял на кресло командира. Яли обгоняет Кайза и заворачивает за угол здания, неожиданно врезаясь в чью-то грудь. — Простите… — собирается идти дальше, но его крепко хватают за руку. Он поднимает голову и обмирает. Так и застывает на месте, словно отлитая из мрамора статуя. Не померещилось… Прямо перед ним стоит Фран.