***
Хосок смотрит на кредитную карту университета, вздыхая. У него отчего-то жутко болит голова, а еще он устал от спама. Не так. Он заебался от гребаного спама ебанутого Мин Юнги. Тот купил новую сим карту и теперь написывает (уже не) лучшему другу. И Чона это бесит, потому что « ятут страдаю по нему, пытаюсь забыть, а он мне мозги ебет. Тупой что ли совсем? Пойми же уже, что я пока не готов…» — Просто ответь ему и поговори с ним, Солнышко. Хо смотрит на пачку сока и шоколадку, улыбаясь, затем переводя взгляд на Ким Намджуна. Нам, как и всегда, знает, что необходимо Чону, и Хосок не удивлен, что тот второй год занимает пост главы студенческого совета. Намджун вообще идеальный друг, хотя сам Джун таковым называет старшего. Они вообще очень странные, ибо разные. Чон Хосок и Ким Намджун (их имена сами за себя говорят, ребят, но окей), первый — солнце тактильное, второй сдержанный монстер разрушений, хотя Хо утверждает и свято верит, что его прокляли в детстве (он нашел лучшую гадалку Кореи для решения проблем друга). Так что многие удивлялись их дуэту и активно шипперили. Не только из-за их пьяного поцелуя, но и из-за их идеального сочетания. — Ты же знаешь, что я тебя люблю, да? — Хо сжимает ладони Кима. — Даже больше, чем того первокурсника? Чон хмурится, понимая, что друг только что и избежал упоминания Мина, и задал начало интересующей его темы. — Его зовут Чонгук, и он мне нравится. — сразу выпаливает красный Чон. — Он милый. — Сок-а, весь универ уже давно знает, что вы решили плодиться. — усмехается блондин, зачесывая волосы назад. — Ты вот мне скажи, какого ты свою девственность этому пиздюку отдал, м? Ты мне ее не отдал, а ему легко, так еще и не раз. Колись. Джин мне рассказал о нем немного. Мне обидно, что я слышу о твоем новом краше от собственного парня, а не от лучшего друга. — Джуни-и, — тянет Хосок, надувая губы. — Я просто не знаю, окей? Просто я уже так много лет страдаю по Юнги, что уже не хочу этого всего. Я так устал. А Чонгук… Чонгук он просто милый паренек. Которого я хочу обнять и не отпускать никогда. И это единственный человек, который запал мне так глубоко, кроме Юнги. Вот. — Я тебя не осуждаю, но будь аккуратен, хорошо? Я не переживу твоих слез… — Чон Хосок! — в кабинет влетает Чон Чонгук, подбегает сразу к своему парню и прижимает к себе, ладошкой прогоняя Кима подальше. — Уйди изврат от моего малыш! — Чонгук, блять, ты что творишь? — визжит Хо. — Знаешь, я вообще-то его лучший друг. И поверь мне, именно он здесь извращенец. — Нам зло усмехается, протягивая ладошку младшему. — Ким Намджун, лучший друг Хосока. Гуки подозрительно хмурит брови, смотрит на парня напротив, прижимая к себе старшего Чона. — Ты не посягаешь на моего Хоби? — Я жить хочу. — смеется Нам. — Меня же Джин убьет, если я только попробую подумать о том, чтобы подумать о Хосоке как-то не так. — Ты и Джин-хен… — мыслительный процесс запущен. — Мы встречаемся. — пожимает плечами старший. Хо даже не пытается выпутаться, смотрит на руки Кука, медленно, совершенно неосознанно, начиная покрывать кожу парня поцелуями, отчего мелкий ошарашенно глядит на старшего. — Так, ну, я пойду принесу бумаги, и мы займемся всей той скучной хренью с распределением бюджета. Не скучайте.***
— Я готов хен. — кивает Чон. — Давай, сделай меня идеальным парнем Чон Хосока! — Так, значит слушай, мой юный падаван, Хосок у нас романтичная натура. — Джин помешивает суп, придерживая телефон второй рукой. — Он любит все чисто дарамное, еще обожает драматизировать и может заплакать, если сильно расчувствуется. Так что не пугайся. — Окей, а что делать со свиданием? — Хехе, тут тебе самому все придумывать. Я могу сболтнуть ему лишнего. Но могу посоветовать придумать что-то мега романтичное. Но не слишком. — Хен, я не романтичный! — хнычет Гук. — Малыш, ты у Хосоки первый. Вообще во всех отношениях. — Но у него же девушка была, а еще с Намджуном поцелуй… — Айщ, мелкий! — шипит Ким. — С Джуни они напились. И там даже не поцелуй. А вот девушка — его подруга. У нее иногда желание его натуралом сделать. Эта девчонка вообще-то бисексуал и сейчас встречается с его сестрой. Ах уж эта Хан Ын Чжи. Мою малышку Лиен совратила. — У Хосока есть сестра? — спрашивает Чон, записывая информацию в блокнот. — Две. Младшая Лиен и старшая Давон. И обе лесбиянки, представляешь? А я как бы со старшей чертовкой встречался. Знаешь, как мне обидно? — Это как из тех мемов, да? — В разы обиднее. — хмыкает старший. — А, у него аллергия на арахис, любимые цветы — дицентра*, но можешь использовать тюльпаны**. И вино лучше сладкое, а еще лучше розовое шампанское с клубничным привкусом. Ммм, Santo Stefano Rosso Amabile***, он обожает его. И бери сыр Гауда****, он его килограммами бы жрал. Еще он бананы любит, но ты это и так знаешь. Дальше сам, у меня суп. Не облажайся. Я занимался каратэ, а Джуни боксом. Пока. — Спасибо, хен. Ты о-очень помог. Чон откладывает смартфон, и падает на кровать рядом с ноутбуком, вбивая в строку поиска «Топ лучших советов для идеального свидания». И все поиски увенчались недосыпом, полным записями блокнотом и знанием мелкого обо всей ванильной херне. Поможет ему это? А Чимин его знает. Но попробовать все это соединить и создать из данного нечто что-то восхитительное стоит.***
Хосок скептично глядит на Чонгука, когда тот, кусая губы, протягивает черную повязку. — Ты решил убить меня? Как Отелло Дездемону? Но знаешь, Шекспир переоценен. — Согласен. Но одень ее, пожалуйста. — просит Гук, используя режим милашки. — Итак, — Хо и Гук поднимаются на лифте вверх, — Поговорим о литературе? — М, ну да. Почему ты не любишь Шекспира? — Он скучный! — Хо взмахивает руками. — Я чуть в летаргический сон не впал, пока читал «Гамлета». Да и многое там глупо. Взять тех же заезженных «Ромео и Джульетту», которых выебали просто во все дыры. Не понимаю, почему это считают классикой? Вот «Война и мир», безусловно, шикарное произведение, но на гребаного Шекспира все пускают слюни. — Ну, Шекспир не настолько плох. Думаю, что есть и хуже. «Пятьдесят оттенков бреда» или «После прочтения этой книги, ты вышибешь себе мозги»******, как пример. Лифт открывает свои двери, и прохладный ветер впивается в не закрытые тканью руки старшего. Гук хватает ладонь Хосока, аккуратно ведя к столику и сажая на диванчик. — Окей, здесь прохладно. Только не говори, что мы на крыше. Потому что я, мать моя Ким Сокджин, боюсь высоты. — Поэтому на тебе повязка. — пожимает плечами парень. — Просто я не смог придумать идеальное место для тебя. Поэтому я выбрал повязку. Ты можешь представить любое место. Вот. И я купил твое любимое шампанское, и сыр, и бананы, и шоколад и, ну, тюльпаны. И еще… Тут сад. И тут был куст дицентры, но я не думаю, что ей место в… здесь. — О божечки… — Хо прикрывает ладонью рот, смахивая слезы. — Черт, Гуки… Как ты? — Я попросил помощи у Сокджин-хена. Он намекнул. А я прочел их значения. — переплетает свои пальцы с пальцами старшего. — Давай поговорим о чем-нибудь? Я так волнуюсь. — Ну, да-да. — кивает парень. — Нальешь мне немного шампанского, окей? — О да, конечно, эм… Милый? Я же могу называть тебя как-то так? Чонгук открывает бутылку и наполняет бокалы, подавая один после Хосоку. Они сидят рядом, неловко молчат, попивая напиток, после пробуя сыр и фрукты. — Знаешь, я танцую с восьми. И занимался балетом. — бубнит под нос Хосок. — Это унизительно для парня, но я желал попробовать все. И это не мое. Да и социофобия, приправленная чертовым балетом, мне мешала завести друзей, и мои панические атаки постучались в дверь. Вот. Потому я перешел в класс хип-хопа. И это мое. И это сделало меня таким, какой я есть сейчас. Ну и Сокджин помог. Он многое в меня вложил. — Хосок отпивает шампанское. — Теперь ты. — Оу, боже… — Гук допивает содержимое бокала. — Окей. Знаешь, я вырос в семье оперных певиц. И я единственный ребенок. Заниматься вокалом меня отправила бабушка, мне это всегда нравилось. Но я всегда тянулся к камере. Черт, я ставил игры, наподобие «войнушек», для детей. И я много снимал. Поэтому поговорил с родственниками, и они были не против. Вот. Но я иногда снимаю каверы на ютуб. — О, я тоже! ******* — признается Хосок. — Хосок, я не знаю, что мне говорить. Поэтому скажу, что минет в кабинете этим днем был просто шикарен. И… Я не понимаю зачем ты… — Просто мне как-то захотелось сделать это для тебя. Ты сводишь меня с ума. И… И, ну ты у меня первый. — Хоби, могу я тебя поцеловать? Их губы сталкиваются в нежном поцелуе, и Хосок жаждет касаний, стонов и шлепков, но Гук отталкивает парня, соприкасаясь с ним лбами. — Я хочу тебя, но на первое наше свидание я не хочу портить сексом. Потому что тут должна быть романтика. И я приготовил кое-что, когда наше свидание закончится. — Ванная с лепестками роз и ароматическими свечами? — смеется Хосок, но, когда не слышит ничего в ответ, кусает в губы. — Серьезно? — Я просто подумал, что, если бы ты хотел остаться у меня как уже мой парень, то было бы неплохо принять ванную. Вот. Их свидание официально заканчивает в час ночи, когда их губ соединяются в поцелуе. И да, стоны и касания присутствуют в ванной, когда теплая вода обволакивает два обнаженных тела, лепестки роз следами остаются на коже только там, где не расцветают кровавые отметины. В полумраке, Хосок шепчет, что, кажется, любит, а Чонгук, что хочет навсегда.Хочу тебя! Твоих горячих губ… И ласковых таких прикосновений Твоих настолько нежных, мягких рук, Меня свергающих до головокружений. Хочу тебя! Объятий водопад, Сметающих все запахи и звуки, Полетов в никуда и на двоих закат, Сплетения тел и сердца перестуки… Хочу тебя! Ну что ещё сказать? Как по тебе скучает мое тело? Как я люблю тебе принадлежать? И как мне без тебя осточертело? Хочу тебя! Любимого до слез. Ежеминутно по тебе скучаю. Хочу к тебе! Хочу тебя всерьез! И всё это однажды наверстаю! Автор неизвестен.
***
— Чимин! Смотри! — Тэ указывает на маленькую коробку около недалеко от кассы. Пак расплачивается за рамен и заглядывает через плечо друга, удивляясь, находя внутри маленький дрожащий комочек. — Этого малыша нам принесла старушка. Она ищет дом для него. Но хозяин магазина дал нам всего два дня для этого. Мне так жаль его… — девушка-кассир вздыхает. — Чимини, он такой милый. Я хочу его взять себе. — Тэ поворачивается к девушке лицом. — Можно? Та кивает и консультирует Кима. Они прощаются, а Тэхен прижимает к себе комочек, нежно поглаживая его, а Чимин смотрит и лыбится. Потому что мило. И сердечко тает, потому что друга обнять хочется и к себе прижать. И Чиму не нравится такая теплота к Тэ, но противные мысли не лезут в голову, после: — А давай назовем его малыш Ентан? — щеночек пищит. — Наш малыш Тани!***
Немного сносок *Дицентра (разбитое сердце) — символ тоски, печали. Об этом цветке сложено много легенд, в основном о несчастной любви. По старинной французской легенде, в этот удивительный тёмно-красный цветок превратилось сердце девушки в тот момент, когда она увидела своего любимого, идущего под венец с другой. С тех пор французы называют его «сердечком Жанетты», немцы — «цветком сердца», а русские, памятуя о безответной любви, — «разбитое сердце». Ну вы поняли «отсылку» да? **Тюльпаны — весенние цветы, восхищающие своей красотой и олицетворяющие нежность, чистоту и начало чего-то нового. Розовый тюльпан — цветок любви и счастья, с его помощью вы можете рассказать о зарождении своих чувств или даже сделать предложение руки и сердца. Сиреневые и черные тюльпаны символизируют бесконечную преданность и любовь, белые и голубые — нежность и чистую любовь. Думаю, вы поняли, Гук имеет ввиду, что в жизни Хосока больше не нужна безответная любовь/печаль тоска, ведь теперь у него есть взаимные теплые чувства Чонгука. А еще это символизирует начало их отношений. Воть) ***Santo Stefano Rosso Amabile — оно шикарное ребят. Я вас спаивать не хочу, но это самое вкусное шампанское, которое я пробовала. Но не будем забывать про шампанское номер 1 от «Маши и Медведь». **** Гауда — сыр, который традиционно производят в Голландии, но и в России есть несколько производственных компаний, занимающихся поставкой и продажей этого сыра. Гауда имеет приятный нежный вкус и очень хорошо плавится. Обожаю его. *****Отелло — трагедийная пьеса Уильяма Шекспира, написанная около 1604 года. Действие пьесы происходит в Венеции. И вообще пьеса основана на другом произведении «Венецианский мавр» Чинтио. Но речь не об этом. Еще конкретнее Отелло душит Дездемону в спальне, прямо в кровати. Там же закалывает ее кинжалом, чтобы не мучилась. И да, ненавижу Шекспира. ******«Пятьдесят оттенков бреда» или «После прочтения этой книги, ты вышибешь себе мозги» — «50 оттенков серого» и «после». ******* отсылка к будущему проекту, который выйдет (скорее всего сразу всем полноценным фанфиком, когда я закончу этот)