Catch me – Stealing the heart of the thief

🟢🟣

      Какеин вздохнула. Когда Джозеф запирался, это никогда не было хорошим знаком. Они понятия не имели, что планировала Сьюзи, и было так сложно наблюдать за нервной и волнующейся Холли.       Красивая рыжеволосая женщина молча готовила чай. Внезапно ее лицо исказилось от боли. Она почувствовала прилив тошноты и оперлась на стойку, чтобы не свалиться на пол. Какеин попробовала дышать. Ужасно больно. Ее грудь была напряжена, а ноги дрожали.       Возможно, у Джотаро была ментальная антенна, которая принимала сигналы всякий раз, когда она испытывала боль. Мужчина бросился на кухню, подхватил Какеин и, не говоря ни слова, помог сесть в инвалидное кресло.       – Джотаро-кун... Я не...       – Я знаю, что тебе не нравится инвалидное кресло, но также тебе не нравится лежать неподвижно в кровати.       Намек был понят, но Какеин с ним была полностью согласна. Ей требовался отдых, но женщина хотела помочь по дому. Джотаро разрешил только если Какеин согласится перемещаться в кресле. Она простояла всего десять минут, в результате чего едва могла дышать.       Женщина схватилась за живот и зашипела от боли. Джотаро встал перед ней на колени и с беспокойством обнял за плечи.       – Нори?       Какеин сумела открыть глаза.       – Все будет хорошо… Боль прекратится в любую секунду.       И она была права – режущая боль стала таять, как лед.       Выдох.       Джотаро увидел, как измучено выглядела Какеин, когда та подняла голову. Ее лицо залил холодный пот. Мужчина, сурово нахмурив брови, протянул руку и вытер его своей черствой, но теплой ладонью.       Какеин точно знала, что муж собирался сказать.       – Все хорошо. Не волнуйся.       Она ободряюще поцеловала мужчину в щеку, но от этого ему не стало легче. Врачи предупреждали пару, что, если Какеин родит ребенка, старая боль в животе вернется. Они знали о риске, но женщина хотела родить и ни о чем не жалела. Она попробовала улыбнуться, и Джотаро было больно смотреть на ее потуги.       Куджо хмурился, и казалось, что это выражение лица приклеено к нему намертво. Рыжеволосая обняла его.       – ДжоДжо... – прозвище, которое Джотаро редко кому разрешал использовать. Какеин говорила так, когда хотела выразить свою любовь и восхищение. – Мы переживали и худшее. Мы переживем и это.       Джотаро фыркнул. В этом заявлении не было лжи. Она права – были моменты хуже того, что происходит сейчас, и они все равно справились.       Мужчина на мгновение растворился в нежных объятиях, но и ему хотелось утешить свою жену. Он усадил Какеин на кухонную стойку.       – Научи меня готовить чай.       Улыбка, которую так любил Джотаро, вернулась на лицо женщины. В глазах Какеин снова загорелся свет.       – Хорошо, доктор Куджо, я хочу насладиться чаепитием. И хочу, чтобы чай был чистым и свежим.       За кепкой брюнет скрыл свое лицо, но Кекеин знала, что он улыбался. Свист чайника становился все громче и громче. Он напоминал им ветер… Тот, который они слышали очень давно.

🟢🟣

      Лицо Джотаро было искажено шоком и гневом. Казалось, что холодный ветер проникал под кожу острыми иглами.       Какеин дернулась от боли... Она была так слаба. Кровь текла ручьем из дыры – копье прибило ее к стене. Девушка чувствовала боль в верхней части тела, но нижнюю…       Она не ощущала...       Рыжеволосая была уверена, что задели спинной мозг. Но что она могла сделать?       Она могла только чувствовать вкус смерти.       Стена была такой холодной. Какеин не знала, что в Египте может быть так. Боль перекрыла чувства страха, и девушку стало клонить в сон. Кровь залила ее глаза, и она была шокирована тем, что еще может видеть.       Он сумасшедший. Манипулировал ими. Играл как с марионетками. Дио...       Ха... Этот ублюдок был зол. Наверно, потому что Какеин подставилась под удар вместо Джотаро. Она не позволит кому-то причинить боль семье Джостаров.       У нее кружилась голова… Пальцы дрожали, а кожа была еще бледнее, чем обычно. Последнее, что она увидела, – это Джотаро, защищающего ее от подошедшего Дио.       Затем все растворилось в темноте.       Когда Какеин прибыла во Флориду, ветер был таким же острым, подобно лезвию. Но ее беспокоило не это.       Перед ней стоял человек. Джотаро Куджо... Он был в отчаянии и полностью опустошен. В его руках был крошечный младенец.       Джолин Куджо.       Ребенок ерзал, и по усталому лицу Джотаро было видно, что он мало спал. Под глазами красовались мешки, а волосы торчали во все стороны.       – Какеин…       Она подошла ближе и наклонилась, убирая пальцем покрывало в сторону и открывая лицо Джолин. Рыжеволосая не смогла сдержать улыбку.       – Джотаро, она красивая, – Какеин потянулась к шее брюнета и заключила его в объятия. – Все будет хорошо, – мягким голосом сказала она.       Он не ответил. Ему хотелось что-нибудь сказать, но в голове было пусто.       С одной стороны, Джотаро был не согласен, но с другой… Он верил ей. Он не знал, почему так, но верил. Брюнет передал младенца в руки рыжеволосой, которая сразу же стала ворковать:       – Привет, Джолин... Рада познакомиться.       Губа Джотаро задрожала, и он закрыл руками глаза. Вой ветра глушил его плач.       Они это переживут. Они сделают это. Но Какеин не могла поверить, что крики младенца могут быть такими мучительными! Рыжеволосая с болью уставилась на часы.       3:30 утра.       Крики Джолин эхом разносились по дому. Она была голодна? Мокрый подгузник? Или что-то другое?       Прошло несколько месяцев с тех пор, как Какеин переехала во Флориду, чтобы помочь Джотаро с ребенком. Она не понаслышке знала, каким крутым может быть Джотаро, но эту задачу нельзя было решить парочкой сильных ударов.       Им... действительно стоило позвонить своим мамам и поблагодарить за то, что они терпели их в младенчестве.       Плач усилился. Какеин выскользнула из удобной кровати и направилась в детскую. Она чувствовала себя зомби и изо всех сил пыталась идти прямо. В комнате было тепло и уютно – на стенах нарисованы дельфины и морские звезды. Рыжеволосая догадывалась, кому пришла в голову данная декорация.       На полу детской сидел Джотаро, храпя у белой кроватки. И пускал слюни. Ну… Он выглядел скорее потерявшим сознание, чем спящим.       Бессонница и девочка победили могущественного Джотаро Куджо.       Над кроваткой кружили пластмассовые розовые бабочки. Джолин махала ручками, а ее лицо покраснело и опухло от слез. Какеин подошла к ней, стараясь не наступить на мужчину, и взяла ребенка.       Джолин закричала еще громче. Подгузник был сухим, пустая бутылочка указывала на то, что Джотаро успел ее накормить. Тогда почему? Какеин похлопала по ее крошечной спине и устало спросила:       – Что тебе нужно, Джолин?...       Конечно, ребенок еще не умел говорить. Девочка сжала ее рубашку ручками. Рыжеволосая немного успокоилась, понимая, что у Джолин не было матери. Она потеряла такого важного человека еще до того, как научилась говорить.       Рыжеволосая стала ее качать, и девочка немного убавила крик. Лучше, чем ничего. Но она не пойдет спать, пока не удостоверится, что ребенок чувствует себя комфортно. В углу комнаты стояла удобная кресло-качалка, в которую села рыжеволосая. Джолин это не понравилось, и она стала кричать еще громче. Какеин пыталась уложить ее в более удобное положение.       Она хотела позвонить матери и узнать, как можно успокоить ребенка, но, если на звонок ответит отец… будет плохо.       Позвонить семье было не лучшим вариантом. Рыжеволосая вспомнила одну вещь, которую когда-то рассказывала ее мама.       Младенец находит сердцебиение матери успокаивающим и спокойным.       Эмм...       Какеин сомневалась, что это сработает, но попытаться все же стоило. Она положила голову Джолин к себе на грудь и тихо запела. Какеин знала немного колыбельных песен и почувствовала ностальгию.       И чудесным образом это сработало. Джолин сонно посмотрела на нее и улыбнулась. Девочка зевнула, и Какеин хотелось обнять ее и никогда не отпускать и, не теряя ни секунды, рыжеволосая поцеловал ребенка в голову. Она продолжила мягко качаться, пока Джолин погружалась в сладкий сон.       – Ох.       Низкий голос вывел Какеин из транса.       Джотаро выпрямился и вытер слюну о белую майку. Его яркие голубые глаза сияли в темной комнате. Он медленно двинулся к ним, не сводя взгляда с рыжеволосой, что была смущена положением, в котором находилась.       У нее были растрепанные волосы, и на ней была только одна рубашка. Если честно, она скорее умрет, чем позволит кому-то увидеть себя в таком образе. Какеин могла бы выбросить рубашку, но Холли подарила ее, когда они собирались уезжать в Америку. Холли не смогла прийти и помочь Джотаро, потому что она заботилась о Джозефе и Сьюзи. Какеин подумала, что это будет настоящим расточительством, если она позволит моли съесть ночную рубашку в шкафу, поэтому рыжеволосая ее и надела…       Грудь женщины торчала, и Джолин схватилась за нее, таким образом чувствуя себя спокойнее. Какеин убрала ее челку за ухо. Она не сводила глаз с девочки, отказываясь смотреть на брюнета.       Тишина казалась тяжелой и давящей, атмосфера – неприятной и неловкой. Когда Джотаро встал на колени перед Какеин, он замер.       – На секунду… Я подумал, что ты ее…       Какеин наконец-то взглянула на него, и мужчина выглядел обиженным и сбитым с толку.       – Знаешь, что плохо?       – Что?       Джотаро опустил голову, казалось, от стыда.       – Я не чувствую, что потерял жену или даже свою любовь… Просто хорошего друга… Что я за дерьмовый человек?       Какеин не знала, что ему сказать. Нет, это ложь. В ее голове бурлило столько эмоций, но могла ли она выразить их словами?       Ни один из них не хотел признаваться в том, что они оба держались на расстоянии друг от друга. После победы над Дио их отношения немного изменились. Возможно, это произошло из-за травмы, а может быть, потому, что они оба боялись потерять друг друга.       Их дружба стала чахнуть. Каждый выбрал свой путь, и с тех пор Джотаро и Какеин мало общались. Однако, узнав о женитьбе, рыжеволосая была в шоке, как и семья Джостаров. Какеин только пожелала ему лучшего. Они так и не дошли до свадьбы… Возможно, это было для них слишком.       Но, судя по всему, у судьбы были другие планы.       Спустя два года брака Джотаро Куджо овдовел. И у него была маленькая девочка, которая полностью от него зависела.       Какеин крепче прижала Джолин, пока Джотаро гладил пухлую щеку ребенка своим большим указательным пальцем. Затем он поднял руки и провел по шрамам на глазах Какеин. Рыжеволосая подняла голову и посмотрела на него. Джотаро постарел, они больше не старшеклассники… Благодаря Дио они быстро повзрослели.       – Тогда... – в его голосе слышалась боль. – В замке Дио… Я думал, ты действительно умерла…       Рыжеволосая поняла, что сейчас с ней говорит не взрослый мужчина. Вместо него появился подросток-переросток по имени Джотаро Куджо.       Конечно... Тогда все были так напуганы. Абдул потерял руки, Игги потерял ногу, Польнарефф и Джотаро были тяжело ранены и чуть не потеряли Джозефа.       Рыжеволосая тоже была тяжело ранена. Но благодаря фонду Спидвагона они выжили. Она сомневалась, что теперь может иметь собственного ребенка или даже выйти замуж. Но она была благодарна. Жизнь трудна, но они должны найти в ней надежду на лучшее.       Какеин взяла Джотаро за руку и положила себе на живот, уверенно смотря на брюнета.       – Теперь я в порядке, Джотаро. Я не умру, и тебе не нужно обо мне беспокоиться.       Это только шокировало мужчину. Он хотел убрать руку, но тело отказывалось его слушать. После этого заявления серьезность Какеин растаяла, как сахар. На ее губах появилась усталая глупая улыбка.       – Смотри, она спит.       Рыжеволосая встала с кресла-качалки, которое тоскливо заскрипело, и осторожно уложила ребенка в кроватку. Какеин облегченно вздохнула.       – Знаешь... Она похожа на тебя, – и действительно, лицо ребенка, пускающего слюни, было копией отца. Джотаро промолчал, и рыжеволосая взяла его за руку. – Давай поспим, прежде чем она снова проснется.       Брюнет слегка покраснел, и Какеин, конечно же, сразу догадалась, о чем тот подумал.       – Идиот! Не вместе!       Выходя из комнаты, они все еще держались за руки. Джотаро мысленно поблагодарил Какеин за желанную тишину. Ему нечего было сказать. Он проводил рыжеволосую обратно в гостевую комнату. Когда Какеин повернула ручку двери, собираясь войти, брюнет сделал шаг.       Она почувствовала спиной его сердцебиение. Мужчина сам открыл дверь и целомудренно поцеловал ее в плечо и шею. И, как ни странно, исчез, как призрак.       Спустя несколько секунд она повернулась назад.       Никого.       Ты все еще любишь его, да?       Рыжеволосая сглотнула и почувствовала, как горят уши. Свист ветра за окном уносил с собой громкие звуки ее сердцебиения.

🟢🟣

      Когда Какеин открыла глаза, Джотаро поставил перед ней чай.       – Попробуй.       Женщина осторожно взяла чашку. Вкус был глубоким и горьким, но имел сладкое послевкусие. Прекрасный жасминовый чай. Нахальная улыбка появилась на губах рыжеволосой:       – Неплохо.       – Мммм, – ответил Джотаро, не сдержавший ответной улыбки.       После одобрения Какеин можно было подавать чай и другим. В этот момент они услышали топот по деревянному полу. Небольшое черно-белое пятно пронеслось мимо них, а следом в комнату забежала Джолин.       – Иди сюда, Игги!       Маленькая девочка держала в руке подгузник и гналась за собакой.       О боже...       Затем Польнарефф заглянул на кухню и робко улыбнулся паре.       – Не о чем беспокоиться! У меня все под контролем! Так что у вас есть еще время пообниматься!       Джотаро хотелось бросить чайник в француза, который побежал спасать их дочь от укусов собаки.       – Нори, ты уверена, что можешь доверить ему Джоуту?       Рыжеволосая соскользнула на пол и приготовила посуду.       – Абдул с ними. Все будет хорошо.       Мужчина кивнул, и вместе они закончили приготовления. На семейном собрании было что обсудить.