Когда мы начинаем убивать.

Я до хруста стиснул зубы, чтобы не ахнуть от изумления. Перед моим лицом сияла наглая, но чертовски привлекательная улыбка Эрика. Нет, вы не подумайте ничего лишнего. Наверное, его улыбка — это единственное, что может кого-то в нем привлекать. Даже не стараюсь смотреть в его глаза, пожалуй, можно было предположить, что я переигрываю, изображая безразличие. Ну да, рассматривать дорогие туфли было намного интереснее, чем смотреть на это хитрое лицо. Но вопрос, который я хотел задать, так и не прозвучал. — Ты, видимо, в недоумении, зачем я к тебе снова пришел? — проговорил мой наставник, стараясь привлечь мой взгляд. Я пренебрежительно передернул плечами. — Честно? — я замешкался. — Стоя перед тобой в завернутом полотенце, в моей голове нет ни одного соображения по этому поводу, быть может, ты позволишь мне переодеться и спокойно поговорить? На этот раз все-таки поднимаю свой взор на Эрика, но взгляд этот не сулил ничего хорошего. Однако, ответ заставил мои бледные щеки порозоветь. — Нет, ты должен быть всегда готов противостоять, твой противник на арене не будет стоять и ждать пока ты, к примеру, застегнешь ширинку, — он усмехнулся. — Так, что будь так добр, пропусти меня и сядь куда-нибудь. Выражение его лица показалось мне достаточно неприятным, поэтому я насторожился. Пропустив наставника, прошел в глубь комнаты и сел напротив него, уместившись так, чтобы короткое полотенце на бедрах не раскрывалось, хотя, думаю, Эрика бы это позабавило. Я хотел было сказать о том, что готов к беседе, но он не предоставил мне такой возможности. — Я не буду акцентировать внимание на то, что ты закатил истерику несколько часов назад, и предпочту благополучно забыть об этом, — перевел дух парень. — Знаешь, за наше короткое знакомство, я уловил в тебе одну деталь — дерзость, что немало важно для игрока на арене. И хотя моя внутренняя охранная сигнализация до сих пор гремела на полную мощность, я почему-то решил прислушаться к его словам. С какой-то стороны, его речь была весьма подозрительной, с другой — он дал мне понять, что у него есть хоть какие-то зачатки менторской деятельности. Улыбнувшись, я всего лишь посмотрел на ментора в ожидании продолжения. Эрик, поймал мой взгляд и одобрительно кивнул головой. — Общаясь с Мелани, я пришел к выводу, что она… Как бы это сказать… Легкодоступная что ли, то есть она слишком открытая и слишком мягкосердечная, не думаю, что у нее есть возможность продержаться больше суток, — пробормотал Эрик и поджал губы. — А вот на тебя я бы поставил, только не говори никому об этом разговоре, не хочу, чтобы на меня обижались. Честно говоря, я стал чувствовать себя намного спокойнее после всех этих откровений. И мне удалось разглядеть в этом человеке что-то хорошее помимо улыбки, а к тому же еще и ярко-зеленых глаз, которые сводили меня с ума. «Хм-мм, — усмехнулся я про себя. — Очень интересно!» Эрик все еще ждал от меня хоть какого-нибудь ответа. Его изучающий взгляд бегал по моему телу, что крайне смущало меня. Чувствую, как бегут мурашки и ежесекундно восклицаю: — Спасибо за поддержку и надежду… Я опускаю свой взгляд. Именно в этот момент мне стало очень плохо, душевно. Видимо, это отразилось на моем лице, ибо парень пересел ко мне на диван и слегка приобнял. Его прохладная ладонь обхватила мое плечо, и меня как будто ударило током. Четыре горьких слова слетели с моих губ: — Я не хочу умирать. Эрик сильнее сжал мое плечо и прижал к себе. Представляю, как это смотрелось со стороны, и снова краснею. — Ты не умрешь, обещаю! И даже не смей об этом думать, а то я сам тебя убью. Я улыбнулся, он снова подарил мне долю надежды. В моей голове пронеслась мысль, что мы могли бы стать хорошими друзьями, если бы встретились где-то в шестом дистрикте, а здесь мы всего лишь ментор и трибут. Ну, да ладно. — Извини, я хотел бы все-таки переодеться, поговорим еще как-нибудь, — поспешно ответил я и прикоснулся своей рукой к ладони на своем плече, но осознав всю глупость ситуации, сразу же ее убрал. Сделав вид, что ничего не заметил, Эрик молча встал, кивнул и направился прочь. Как только дверь закрылась, я откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. И что это, позвольте спросить, было?! В голове очередной кавардак. Кажется, меня начинает уже все это подбешивать. Набравшись терпения и все обдумав, встаю с дивана и иду одеваться. Дурные мысли не дают покоя, и я в очередной раз срываюсь, только теперь вслух. — Заткнись! — резко одернул я себя. — Никто не виноват, что у тебя выдался тяжелый день, ясно? И не смей разговаривать с Мелани в таком настроении! С ней пока нужно поддерживать дружескую связь. Сфокусировавшись на своем отражении, осознаю, что завис перед зеркалом, но так и не оделся. Идиот. Полотенце уже висело, ну, на честном слове, ей богу. Поспешно одеваюсь, обуваюсь, как ни странно во все черное и шелковое, и выхожу из комнаты. Мои глаза округлились от изумления, в горле застрял ком, который не позволил закричать. Перед дверью лежала Мелани, из ее рта медленно стекала кровь, а в животе сверкал серебряный клинок.