The Wolves of Castamere

Тайвин

      Со времен своего отца Тайвин делал всё возможное, чтобы восстановить уважение к имени Ланнистеров и построить наследие. Имя Ланнистеров вызывало трепет и страх, но Война Пяти Королей изменила всё. Молодой Волк и Пылающий Олень приближались ко Львам.       Можно было бы предположить, что он будет решительно действовать в этот раз и примет вызов, но нет. Ему не нужна война, она была начата его детьми и внуком, и с тех пор просто шла своим чередом. Вся работу, которую он вложил в правление Серсеи, как Королевы, впустую.       Война продолжалась слишком долго, они теряли средства, солдат, и люди начинали отворачиваться от них.       Львов не заботит мнение овец, но чтобы сохранить союзников, им нужно закончить войну как можно быстрее. Тайвин надеялся, что Красная Свадьба положит конец проблеме с Севера, и они смогут сосредоточиться на Станнисе, но вместо этого она обратилась против них. Тайвин уважал стойкость и силу Робба Старка, но это ничего не меняло.       Молодой Волк хотел крови, и Ланнистеры это прекрасно знали. Дом Фреев пал в ночь Красной Свадьбы. Старки сожгли Близнецы. Тайвин послал солдат без опознавательных знаков, чтобы собрать любую информацию, какую только смогут, но единственное, что они выяснили, это то, что Эдмур Талли, Рослин Фрей и несколько дочерей Фрея пропали. Они были заперты им же где-то в темноте Королевской Гавани. Тайвину нужна была кровь Талли, чтобы он смог удержать Речные земли, когда они выиграют войну, но это «когда» постепенно превращалось в «если».       Тиреллам было не по себе ещё после того, как Джоффри жестоко повёл себя со Старк, девушкой, которую с каждым месяцем становилось всё труднее контролировать. В конце концов Робб Старк показал себя, и Запад был атакован. Они потеряли Утёс. После этого Тиреллы окончательно отвернулись от них, и он ничего не мог сделать. Начать еще одну войну? У него не хватало на это ресурсов.       Бастард Русе Болтона взял Север лишь благодаря его подсказкам и помощи, всё, что ему нужно было сделать — это удержать проклятый замок, и он стал бы Рамси Болтоном, но бастард потерпел неудачу. Ему даже не удалось поймать наследника Железных островов и младших Старков. Бастард был убит Риконом Старком! Мальчишкой, у которого ещё молоко на губах не обсохло!       Тайвин должен был отказаться от своих планов на Север. Это было невыполнимой задачей.       О Джейни Пуль забыли. Ее держали в ежовых рукавицах в надежде продать бастарду Болтона и заявить, что это потерянная Арья Старк, но нет, этот план тоже оказался бесполезен. У Старков вновь был Север, а Запад горел. Его старший сын, жалкий идиот снова опозорил его и исчез с девчонкой Старк, потеряв последнее преимущество, которое Ланнистеры имели над Старками. Они начинали войну с тремя волками, а теперь у них не осталось ни одного.       Робба Старка лично еще не видели. Он действовал из тени, и Тайвин мог только неохотно уважать его за это. Уважение не помогало выигрывать войны. Ланнистеры теряли своих союзников. В течение своего пребывания в Королевской Гавани Тайвин игнорировал Паука, но знал, что у человека была собственная повестка дня.

Дейенерис Таргариен

      Дочь Безумного Короля, человека, который подозревал его на каждом шагу. Его собственный сын убил ее отца, и теперь пришло ее время возвращаться домой. Благо Варис… успел создать основу их взаимоотношений.       Когда ваши враги бросают вам вызов, вы должны служить им сталью и огнем. Однако, когда они встают на колени, вы должны помочь им встать на ноги. Иначе ни один человек никогда не преклонит колено. Тайвин знал, когда нужно выиграть войну кровью, а когда чернилами.       Девушка воспользовалась этой возможностью и теперь возвращалась в Вестерос, чтобы выйти замуж за Джоффри и стать королевой. Была только одна проблема: сам Джоффри.       Мальчик вышел из-под контроля, трусливый, глупый, слабый от пристрастия Серсеи, слабый от пренебрежения Роберта, от того, что всегда получал то, что хотел, ничего не зарабатывая самостоятельно.       Джоффри был разрушен его родителями… Голос в голове Тайвина сказал, что мальчик даже не Баратеон, а Ланнистер, наглядное доказательство позора его детей. Чем больше он смотрел на своих детей, смотрел на них открыто, не закрывая глаз на очевидное… Старый Лев в глубине души всегда знал, что это правда. Его дети подвели его. Джейме, Серсея. Чертов Тирион. Все подвели его.       Но Джоффри не подведет его. Тайвин сломает мальчика, переделает его по своему образцу. Если же нет, то его брат займётся этим, а если Киван тоже потерпит неудачу, Тайвин сожжет Дорн, чтобы вернуть Мирцеллу. Ни один Ланнистер не исчезнет в неизвестности.       Первым он очистил Королевскую Гавань от крыс, змей, пауков и пташек. Варис и его пташки, Мизинец и подставные члены Малого Совета мертвы. Отследить их было нелегко, но Старки оказали ему некоторую услугу. Мизинец не мог сбежать в Долину после того, как Кейтилин Старк казнила Лизу Аррен, с чем Тайвин мысленно согласился, это было наилучшим решением для всех.       Варис прятал мальчика, предположительно выжившего сына Рейгара и Элии. Конечно, это была чепуха. Мальчик оказался не Таргариеном. Однако он был Блэкфайром. Тайвин решил присмотреть за мальчиком. Поэтому он бросил его в черные клетки. Подходящее место для «принца драконов». Мальчик рыдал и свирепствовал, как будто он и правда был истинным сыном Рейгара… этот огонь угас, когда даже Варис признал, что он лишь бастард Блэкфайра, переживший чистку. Создание, которое можно использовать в своих целях, пешка.       Тайвин смотрел, как огонь окончательно потух в глазах мальчика, после чего его увезли. Тайвин найдет способ вернуть Мирцеллу и выдать ее за мальчишку… как только тот пройдёт уроки по исправлению характера.       Тайвин уничтожил всех предателей.       Паук Варис был убит за годы измены, но главная причина была в том, что он слишком многое знал, чтобы остаться в живых. Он воспитал претендента на то, чтобы узурпировать трон, и знал слишком много секретов о Ланнистерах из-за глупости его детей. Паук подрывал авторитет короны из тени, и пришло время платить.       Тайвин убил Петира, как и любого, кто был тесно связан с ним. Человек крал деньги, играя за обе стороны, Тайвин не был дураком или слепцом. Он всё это видел, но понимал, что такой жалкий человек, как Мизинец, уже успел использовать его в своих целях… Влияние Петира теперь мертво, как и он сам.       Были и другие, так много других, что Тайвин потерял счет и в конце концов, после двух месяцев чистки, Джоффри предстал перед ним.       Мальчик был избит, измучен и перенёс двухмесячный ад. Мальчик, которого он знал до этого, был мертв. Теперь он стал львом. Джоффри встал перед ним, прошивая холодным взглядом голубых глаз и явно желая убить его. Именно тогда Тайвин понял, что победил.

***

      История, которая была рассказана народу, гласила, что король заболел и был вынужден лежать в постели днями. Но на самом деле никто не знал, куда он пропал. Даже его мать. О-о-о, Серсея неистовствовала, как лев в клетке, и вызывала хаос, но рядом всегда был Тирион, чтобы рассудительно успокоить. Когда Джоффри наконец предстал перед людьми, он был совершенно другим человеком.       Два месяца ада, месяц изнурительных тренировок с новым командиром Королевской Гвардии Киваном Ланнистером, и Джоффри мог стать таким королем, каким он должен был быть изначально по мнению Тайвина. Джоффри наконец стал настоящим Ланнистером.       Когда прибыла Дейенерис, Тайвин наблюдал, как люди приветствовали ее, словно она уже стала королевой, ее маленькие драконы то летали рядом, то взмывали ввысь. Дейенерис вошла в Тронный зал, и впервые за многие годы Таргариен и Ланнистер стояли рядом без намерения убить друг друга.       Они еще не были женаты, согласно условиям, у Королевы Драконов было время, чтобы освоиться, но чем раньше Джоффри женится на ней, тем быстрее они смогли бы выиграть войну.       Тем временем человек по имени Эурон Грейджой вдруг пообещал свою лояльность Ланнистерам, что было странно, поскольку Яра Грейджой стала королевой Железных островов. Тайвин думал, что, возможно, Железные острова переживают гражданскую войну, но для него это не имеет значения. Эурон Грейджой станет еще одним инструментом в его войне.       Последней проблемой, с которой ему пришлось столкнуться, были Старки. Запад горел, Речные земли снова находились под контролем Бриндена Талли, а на Севере правили Старки. Нужно было что-то делать. Тайвин заручился поддержкой Горы, чтобы покончить с Винтерфеллом. Главной целью будет убийство принца Рикона Старка. Без Старка в Винтерфелле Север падет снова, снова и снова.

Джоффри

      Королева Драконов…       Дейенерис была в Королевской Гавани неделю и хорошо освоилась за это время. Его дедушка принимал какие-то важные решения, а Джоффри просто кивал и неизменно говорил «да». Его мать ненавидела Дейенерис, но опять же, кого его мать не ненавидит? Он больше не беспокоится ни об одном из них, а Королева Драконов нужна лишь для того, что скрыть его от пристального внимания дедушки.       Джоффри почувствовал, как его снова сковывал панический страх. Воспоминания о чёрных камерах преследовали его, отвлекали, и он пропустил момент, когда ботинок Кивана Ланнистера обрушился на его грудь.       Меч выскользнул из его рук, и он, падая, наткнулся на рядом стоящее дерево. Наутро появятся синяки по всему телу, Джоффри точно знал, но не останавился. Раньше он бы заплакал, скулил в руках своей матери, но сейчас Джоффри понял, что мать ничем не лучше Тайвина или Роберта. Он поднялся на ноги, поднял оружие, игнорируя ноющую боль, и побежал на Кивана. Они тренировались так каждый день, от рассвета до заката.       Киван был рыцарем в армии Ланнистеров, его отец был убит в той битве, которая закончилась тем, что его дядя-отец попал в плен. Этот человек был его наставником. Джоффри не возражал, Киван был немногословен, и тренировались они по большей части в тишине.       Они сражались еще немного, пока Джоффри не опустился меч, задумчиво глядя на заходящее солнце.       Мерзкий город, заполненный грязными крестьянами и грязными желаниями. Боги, как он ненавидел это место.       Когда-то он хотел править Семью Королевствами, чтобы стать таким королем, как Роберт Баратеон, но теперь он понял, что Королевство — это дерьмо, а Роберт — просто пьяный Олень, который никогда не справлялся со своей Северной шлюхой. Какая бездарная трата времени.       Киван как-то рассказал ему истории свободных городов, и Джоффри подумал о письме, которое написал его отец. Браавос… Может быть, он мог бы отточить свои навыки достаточно, чтобы стать наемным убийцей. Убивать за деньги? Он может делать это бесплатно, а деньги — это просто приятный бонус. Эта идея крепко засела у него в голове. Джоффри молча попрощался с Киваном, пребывая в своих мыслях.       Свободный город, никаких законов, никаких Старков, Баратеонов, стремящихся всё контролировать матерей или коварных дедушек. Он может оставить всё это позади. Никто не найдёт его. Он сможет пойти в свободные города, взять себе новое имя, новую жизнь. Король Звездного Меча! Люди могли петь песни о нем. А его мать и дедушка могут взяться за Томмена.       На секунду Джоффри подумал о своем брате и встряхнул головой. Томмен это Томмен. Он ребенок. Это не имеет значение.       Мысли Джоффри прервались, когда он заметил, что его мать, стоящая перед ним, сжимает корону в руках. Лицо Серсеи покраснело от гнева. — Ты ничего не забыл? — прошипела она.       Джоффри подошел и выхватил корону. — Ужасная вещь, ужасная, — скучающе сказал он. — Ты король! — рявкнула его мать. — Всё, что я сделала ради тебя… — Меня? — прошипел Джоффри в ответ. — Ты трахалась с дядей Джейме ради меня?       Серсея влепила ему пощёчину. Молодой Лев не хныкал, как в последний раз, когда его ударили, вместо этого он медленно перевёл взгляд на корону в своих руках. Джоффри медленно покрутил ее в руках и швырнул на землю. Корона разбилась в полной тишине.       Затем король-бастард оставил Серсею в одиночестве.       И когда он уже достиг дверей, до него донеслись рыдания матери. Но Джоффри не обернулся.       И всё же небольшая часть его плакала изнутри.

Рикон

      Молодая Медведица и Принц Севера шли по Богороще, охраняемые Лохматиком и Леди. — Моя мама говорит мне, что лорды требуют казнить Теона, — сказала Лианна.       Она наблюдала, как Рикон боролся с желанием горячо отреагировать на ее новости, он слышал это много раз прежде, но в последнее время тема поднималась все чаще и чаще. — Они хотят, чтобы он заплатил за измену. Смерть Теона будет означать и смерть дома Грейджоев. — Но как же его сестра и дядя?       Рикон погладил Лохматика, пытаясь успокоиться. Лианна, глядя на него, вспомнила письмо сестры, в котором она рассказывала, что Робб делает также. — На Железных островах гражданская война, половина на стороне Яры, а другая за Эурона. — Кто против нас?       Лианна вздохнула. — Я полагаю, что обе стороны. У нас в заложниках брат Яры, а Эурон — просто псих. — Робб тоже хочет, чтобы я казнил Теона, — помолчав, сказал Рикон. — Это был приказ? — Нет. — Тогда у тебя есть время.       Рикон хотел возразить, но промолчал. Он никогда не мог спорить с ней, она всегда желала ему только лучшего. Поспешно попрощавшись, Рикон направился в комнату Теона.       За помощь Винтерфеллу Теону дали его старую комнату, вместо того, чтобы швырнуть в камеру. Хотя охранники всё равно следили за каждым его движением. Ему не разрешали покидать комнату без сопровождающего охранника, который следовал за ним, как хвост, на протяжении всех его небольших прогулок. — Рикон, — сказала Теон, когда он вошёл, сидя у окна и глядя на то, чего принц не мог видеть. — Пришло время моей последней прогулки?       Мальчик почесал затылок, не зная, что сказать. Он был слишком молод для этого. Рикон хотел, чтобы Робб был здесь, чтобы справился с этим. Робб сильный, умный, Робб — король. Рикон ведь ещё просто мальчик, и обращаться с предателями сложно для него. Теон долгое время был для него братом, так же как Робб, Джон и Бран. — Мои лорды и мой брат просят твоей головы, — печально сказал Рикон. — И всё же я не могу согласиться.       Он пытался говорить уверено и твёрдо, его руки не дрожали, а и сам он смотрел Теону прямо в глаза. — Мне только недавно исполнилось десять, Теон, я не… — Ты должен просто убить меня, Рикон, — произнёс Теон, и его голос полон сожаления. — Я привёл сюда Железнорожденных, предал твою семью и покинул Ночной Дозор. Я не Джон, и Робб не будет платить за мою жизнь.       Джон уехал из Винтерфелла в Драконий камень несколько дней назад, провожаемый осуждающими взглядами. Север был не очень доволен уходом Джона из Дозора, но многие лишь отводили взгляд из-за его отца, брата или даже из-за того, что он действительно помогал защитить Север, но это не стирало традиций, заложенных в течение нескольких поколений. Джон нарушил клятву Ночного Дозора. Как и Теон.       Преступления человека стираются, если он присоединяется к Дозору, поэтому они не могли повесить Теона за предательство, но сейчас, когда он покинул его… Лорд Командующий Мормонт не просил ни его головы, ни Джона… пока. Но Север требовал казни Теона. Он забудет про клятву Джона, но Теон виновен не только в этом. — Когда Робб вернется, он решит твою судьбу, Теон, — твердо сказал Рикон. — Я Принц, а не Король.       Теон не ответил, но Рикон знал, что он услышал его. Рикон повернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился и негромко сказал: — Спасибо, что позволил Брану и мне уйти до того, как на Винтерфелл напали. — Вы были моими братьями, — прошептал Теон, не глядя на Рикона.

Оша

      Лютоволки завыли во тьме, и Рикон, спящий у неё на руках, нахмурился. Мальчик начал спать у нее на руках с шести лет и продолжал сейчас, несмотря на то, что ему уже десять. И она никогда не будет стыдить его за это. Рикон любит ее, а она его. Принц был ее младшим братом во всем, кроме крови.       Но сегодня вечером что-то было не так. Она чувствовала это.       Оша прижала мальчика к себе, пытаясь успокоить его, когда он вдруг дёрнулся и словно обезумел. Лохматик, лежащий подле них, вдруг завыл и громко залаял, ярость и страх Рикона передавались Лохматику, и зверь терял рассудок. Или эта ярость и страх Лохматика передавались Рикону?       Старки были Варгами, связанными с их лютоволками. Уже были случаи, подобные этому, но она каждый раз будила Рикона от его сна.       Лохматик начал ходить по комнате, скаля зубы.       Оша посмотрел на зверя и увидел, что его глаза стали голубыми, глаза Талли, глаза Рикона. Мальчик был волком! Она посмотрела на рычащего во сне Рикона. Значит ли это, что Лохматик сейчас внутри Рикона?       Вдруг громкий грохот эхом разнесся по коридорам замка. — Что это?! — вскрикнула Оша, укладывая Рикона на кровать рядом Лохматиком.       Выглянув в окно, она заметила огни, окружившие стены Винтерфелла. Люди, крича, уже готовили оружие. — Оша! — закричал Рикон.       Она повернулась, чтобы посмотреть на маленького принца, и увидела, как его глаза быстро преобразились из зеленого в синий. — На нас напали! — сказал Рикон, быстро одеваясь. — Я знаю, мой маленький принц.       Мальчик сбрасывает свою рубашку, не стесняясь наготы, и быстро набрасывает одежду. Оша помогает ему одеться в маленькую броню, сделанную специально для него. Доспехи никогда раньше не создавались для детей, но Рикон утверждает, что это глупо. На доспехах сверкали символы Домов Старков и Талли, которые Рикон приказал сделать из уважения к обоим великим домам своей семьи.       Рикон схватил свой короткий меч с выгравированным на рукояти лютоволком. Лохматика тоже одели в доспехи, которые были изготовлены специально на лютоволка.       Оша тоже надела доспехи Старков, схватила копье и щит, после чего выбежала из комнаты вслед за Лохматиком и маленьким принцем.       Они сразу увидели людей, которые вооружались и наводняли залы замка, и небольшую группу уже подготовленных солдат. Гловеры и Мормонты были уже снаружи, звук битвы донестись до их ушей, и Лохматик начал рычать от ярости.       Принц Рикон боялся. Он не говорил об этом, но Лохматик почувствовал то же, что и он, и теперь впал в ярость.       Лианна Мормонт пробиралась к ним, одетая в доспехи Мормонтов и держащая копьё, сделанное под ее рост. — Сколько людей нападают на замок? — Рикон положил руку на рукоять меча. — Много.       Группа повернулась и увидела Теона, одетого в доспехи Старка, с луком и стрелами за спиной. — Почему ты не в своей комнате, Грейджой? — холодно процедила Мормонт. — Ну, я думал, что ещё один меч может помочь, — честно ответил Теон.       В этот момент стрела с огнём пронеслась мимо них и врезалась в камень.       Лианна посмотрела на Рикона, который, в свою очередь, просто кивнул и вскочил на Лохматика.       Война началась.

***

      Оша надеялась, что это просто какой-то глупый Железнорожденный, не усвоивший урок, или последние неизвестно как уцелевшие люди Болтона, но нет, это было нечто гораздо худшее.       У ворот стоял Грегор Клиган, Гора, безумный пес Тайвина, с солдатами Ланнистеров. Они стучали в ворота. Оша заметила, что они держали заложников, может быть, из Винтерфелла, может быть, откуда-то еще с севера. Рикон стоял рядом с ней, дрожа от ярости. — Они простоят там какое-то время, но мы сможем пока морить их голодом или, по крайней мере, вызвать подкрепление, — сказал солдат Гловера, не зная, что его принц стоит позади него. — Вы позволите мне отсиживаться в замке, в то время как жители Севера в руках бешеной собаки?! — спросил Рикон, едва не рыча от злости.       Солдат оглянулся на Рикона, на его лице отразилась смесь страха и шока. — Но, ваша светлость… вы же не имеете в виду… — Солдат посмотрел на вызывающее лицо Рикона. — Ваша светлость, при всём уважении, но вы просто ребенок!.. — Я твой Принц! — выкрикнул Рикон, вонзая меч в стену достаточно сильно, чтобы звенящий звук эхом разнесся по залам, заставив всех замолчать.       Ее маленький принц смотрел на солдат, окружающих его, большинство из них были от Гловеров, Мормонтов и несколько оставшихся людей Старков, они были уставшими, ослабленными, еще совсем не отошедшими от предыдущей битвы. — Я всего лишь ребенок, да! — рявкнул Рикон, непослушные волосы закрыли его лицо, прибавляя сходство с диким волком. — Я — сын Эддарда Старка, вашего бывшего Лорда! Моя мать, Кейтилин Старк — ваша Королева. Я брат вашего Короля!       Уверенный голос Рикона, сжимающего рукоять меча, разносился по залу громким эхом, отражающимся от стен. — Я брошу эту псину в темницу, а потом отдам на растерзание близким погибших от его рук! Я Старк! И я не позволю кому-то другому посягать на Винтерфелл!       Мейдж вышла вперед вместе со своими дочерьми, которые встали на колени. — Здесь мы стоим! — взревела она. — Здесь мы стоим! — закричали ее дочери вместе.       Оша посмотрела, как солдаты один за другим опустились перед Принцем Севера на колени, и быстро подошла к Рикону. — Я буду служить тебе до самого последнего дня, мой Дикий Волк! — сказала Оша, целуя его в макушку, не заботясь о том, был ли он принцем или нет, после чего встала на колени вместо со всеми. Рикон оглядел своих солдат и встретился взглядами с Теоном. — Мой меч — твой в победе и поражении с этого дня… до моего последнего дня, — сказал Теон, и Старк понял по его голосу, что именно эти слова он когда-то говорил Роббу. — Принц Севера! — закричала Оша, и к ней присоединились другие северные лорды и солдаты.       Принц, оглядев каждого человека, стоящего наколенях, вскинул руку с зажатым в ней мечом вверх и закричал: — Север помнит!

Леди

      Леди пробежала сквозь Винтерфелл в броне, не пропускающей острые палки, которые пытались достать ее. Она набросилась и разорвала злоумышленников, которые пытались схватить ее. Леди — хорошая девочка, и она не уйдёт до тех пор, пока не дождётся своего человека!       Плохой человек попытался напасть на неё, но ему в грудь ударила стрела. И тут Леди увидела вождя плохих людей, огромного зверя, она услышала, как друзья ее человека называют его Горой. Он держал девочку-медведя за горло. Леди зарычала от ярости и прыгнула на мужчину, хватая зубами его шею.       Крупный мужчина отпустил девочку-медведя, но схватил ее и отбросил в стену, от чего она взвизгнула от боли.

Санса

      В палатке Санса дёрнулась и задергалась во сне, хрипя от гнева. Джейни Пуль, которая спала в объятия Сансы, мгновенно почувствовала это и проснулась. — Санса? — тихо позвала она и нежно коснулась ее лица.       Санса распахнула глаза, мутные от сна, крича «Винтерфелл!» Джейни тоже закричала. Санса выбежала из палатки. — Винтерфелл находится под атакой! — закричала она, врываясь в комнату Бриенны.       Бриенна вздрогнула и проснулась, пытаясь понять, что произошло, и только через мгновение она заметила страх и гнев в глазах Сансы, но что-то еще привлекло ее внимание, что она почувствовала необходимость тут же озвучить. — Санса, — начала Бриенна — почему ты голая?       Санса посмотрела на себя, покраснела, схватила ближайшее одеяло и укрылась им, однако это было одеяло Бриенны, и когда Санса подняла его, обнаженное тело Цареубийцы пошевелилось и недовольно забурчало.       Санса закричала.       Бриенна закричала.       Джейме просто застонал и попытался закрыть своё достоинство золотой рукой.       Джейни Пуль не побежала за Сансой, а вместо этого поспешно оделась и тихо начала разговаривать сама с собой, пытаясь успокоить нервы, что было довольно сложно из-за всех этих кричащих людей.

***

      Все четверо мчались к Винтерфеллу на своих лошадях, и Санса изо всех сил старалась вышвырнуть страшные образы в своей голове. Она сосредоточилась на дороге, стараясь больше не обращать внимания на них. К счастью, вдалеке показались очертания Винтерфелла.       Им не потребовалось много времени, чтобы добраться до ворот Винтерфелла, так как они были недалёко и ждали возможности войти в Винтерфелл, пока все будут спать, чтобы не вызывать шума из-за Цареубийцы. Но Санса вовсе не собиралась прощать ему то, что он сделал с Браном, но, по крайней мере, Ланнистеру будет дана возможность отправиться в Ночной Дозор в награду за спасение Принцессы и Джейни.       Они ворвались в Винтерфелл и сразу попали в самый разгар битвы. Крики «Север помнит!», «Мы здесь стоим!» и «За Винтерфелл!» заглушали крики умирающих. — Гора! — закричал Джейме с лошади.       Санса развернулась как раз вовремя, чтобы успеть увернуться от удара Грегора.       Бриенна встретила удар огромного человека своим мечом, пока Джейме и Джейни пытались помочь раненым убраться подальше от битвы.       Гора взревел и безумно замахнулся на них, и всё, что они могли делать, это обороняться. Клиган был достаточно быстр для своего размера. Санса вспомнила, как он сражался с Псом в ​​Королевской Гавани, когда она впервые была там. Боги, как это было так давно.       У нее не было времени погружаться в воспоминания. Когда Грегор снова занёс меч для удара, Санса упала на землю, а Бриенна перепрыгнула через неё и нанесла мощный удар врагу в лицо.       Грегор, однако, не сильно пострадал от удара, так как сориентировался, схватил Бриенну за ногу и швырнул в стену. Он подошел к бессознательной Бриенне, но отшатнулся, когда меч ударил его по лицу, рассекая кожу.       Владелица этого оружия, Мейдж Мормонт, снова ударила его мечом в лицо, выбив зуб, и лицо Грегора исказилось от боли, после чего он взревел от ярости и боли, замахиваясь своим мечом. Гора и Мейдж сражались, она была медленнее, зато у неё была тактика, но скорость и радиус действия Горы были слишком велики.       Гора взмахнул мечом, и Мормонт удалось нырнуть под него, но он схватил пожилую женщину за шею, ударил в живот и отбросил в сторону, словно тряпичную куклу. — Ублюдок! — закричала Санса, бросаясь на Клигана со скоростью, которой мог бы гордиться Лорас Тирелл.       Она поняла его слабости. Хоть Гора силён и быстр, у него нет стратегической мысли в голове. Его ударам не хватало какого-либо стиля, и стало ясно, что он никогда не сражался без опоры на силу. Но всё же шансов победить его в одиночку у неё не было.       Поэтому Санса нырнула под его руку с оружием и побежала. Она бросилась в замок Винтерфелла. Ей нужно найти брата. — Рикон!

Рикон

— Рикон!       Рикон вспомнил этот голос! Это голос его сестры. Это Санса! Санса!       Оша держала бессознательную Лианну Мормонт, девушка столкнулась с Горой, но, к счастью, Леди успела спасти ее. Сейчас Лютоволки были с Теоном, который всё ещё сражался снаружи. — Береги Лианну! — торопливо сказал Старк, выбегая из комнаты.       Оша схватил его за руку, заставив остановиться. Затем она сжала его лицо в ладонях и крепко поцеловала в лоб. — Вернись ко мне живым, мой маленький принц.       Рикон обнял Ошу и поцеловал ее в щеку, прежде чем выбежать из комнаты.

***

      Люди Горы совсем не обучены, это было первое, что он заметил. Они не были рыцарями, да и самому Грегору не хватало мастерства в бою с мечом. Рикон пробегал по залам Винтерфелла, размахивая своим коротким мечом, крича от ярости.       Когда один человек упал, Рикон использовал труп в качестве трамплина и прыгнул на другого человека, вонзив зубы в его шею. Мужчина закричал и начал биться спиной о стену, пытаясь избавиться от него. Рикон не остановился и глубже вонзил зубы, нашёл яремную вену мужчины и вырвал ее. Кровь залила лицо и шею мальчика, и он громко взвыл, напоминая Лохматика.       Рикон спрыгнул с трупа, вытер кровь рукавом и вдруг заметил Сансу, выискивавшую его в этой бойне. — Санса! — закричал он.       Она посмотрела на него, прижала ладонь ко рту, и на ее глазах выступили слезы. Рикон сорвался с места к ней, чувствуя, как по щекам покатились слезы. Санса протянула руки, и он прыгнул на неё, сжимая в объятиях.       Двое Старков сжимали друг друга в объятиях на фоне сражающихся людей, но едва ли они это замечали. Рикон громко рыдал, разглядывая совершенно другую Сансу. Ее красивые волосы были коротко подстрижены, в этой одежде она была больше похожа на воина, чем на настоящую леди, которой всегда старалась быть раньше, и только по тому факту, что она держала его на руках всё это время, он мог сказать, что она стала очень сильной. — Маленький мой братик, — хрипло прошептала Санса, обхватывая его лицо руками.       Они оба были покрыты кровью и грязью, но не обращали на это внимания. Главное, что они снова были вместе.       Рикон лишь плакал, не в силах говорить. Он так давно не видел свою семью, что почти забыл, каково это — иметь семью. Санса чувствовала то же самое. Последний раз она видела только Арью в Королевсой Гавани, ещё до смерти отца. — Одинокий Волк умирает… — Санса бережно вытерла слезы с его лица и счастливо улыбнулась. — Но стая живет, - закончил Рикон и снова прижался к сестре.       Кто-то мягко толкнул Рикона в плечо, и Старки повернулись, увидев Леди и Лохматика, залитых кровью, но совершенно целых, за исключением нескольких царапин. — Леди? — прошептала едва успокоившаяся Санса со слезами на глазах.

Леди

— Леди?       Ее человек зовёт ее!       Она громко заскулила, виляя хвостом. Это ее человек! Он вернулся к ней!       Леди подбежала к Сансе и прыгнула на нее, сбив с ног. Ее человек громко засмеялся и крепко обнял ее. — Хорошая девочка, хорошая! — человек плакал, и Леди плакала вместе с ним, вылизывая его лицо.       Всё это время она верила, что ее человек найдёт ее, и наконец он и вправду нашёл ее! Леди чувствовала любовь и счастье, исходящие от ее человека.

Теон

      Теон послал очередную стрелу в Гору, и тот наконец потерял равновесие, заревев от боли. Северяне окружили Клигана, который кричал и рычал, словно бешеный пёс, но у него больше не осталось сил. — Хватит тявкать, — прошипел Грейджой, отправляя очередную стрелу в Гору.       Он огляделся по сторонам. Солдаты искали раненых товарищей и добивали врагов.       Теон поднял свой лук, поддавшись внезапному порыву, и заорал: — За Винтерфелл! — За Винтерфелл! — кричали солдаты ему в ответ.

***

      Теон медленно вошёл в ворота Винтерфелла. Никто не пытался схватить его и отправить обратно в свою комнату, но Теон не чувствовал гордости за это. После битвы его почему-то преследовало унизительное чувство…       Но они отстояли Винтерфелл, а значит мертвые умерли не напрасно.       Он заглянул в комнату мейстера и увидел бледную Мейдж Мормонт в окружении дочерей. Ей совсем не долго осталось, с такой-то раной, которую нанёс ей Гора.       Ее старшая дочь Алисана записывала последние слова матери, и по ее лицу текли слезы. — Грейджой, а ты неплох, хорошо сработал, — хрипло сказала Мейдж, заметив его в дверях.       Стрелец поклонился и оставил женщину наедине с близкими.       В главном зале Теон увидел Сансу, с нежной улыбкой смотрящую на что-то горячо объясняющего ей Рикона. Но увидев его, она вспыхнула от гнева. — Перевертыш! — закричал она, обнажая меч. — Санса, нет! — вскрикнул Рикон, хватая ее за руку. — Он сражался с нами, он на нашей стороне!       Санса неохотно опустила меч и тихонько зарычала. В этот момент вошел ни о чем не подозревающий Джейме, и Рикон оскалил зубы от гнева, словно лютоволк. — Цареубийца! — закричал он, поднимая свой меч. — Рикон, нет! — схватила его за руку Санса. — Седьмое пекло… — пробормотал Теон себе под нос.

Джон

      Когда он прибыл в Драконий Камень, шел сильный дождь. Призрак, насквозь промокший, как и он, недовольно пофыркивал. Рыцари поприветствовали его с уважением, слуги взяли промокшую одежду и предложили ему взамен сухую. Наспех переодевшись, Джон начал охоту на Робба.       Они с Призраком бродили по нескончаемым коридорам, как вдруг им навстречу вышла принцесса Ширен. — Здравствуй, — улыбнулась она. — Здравствуй, — настороженно ответил Джон. — Я забираю твоего лютоволка, — невозмутимо сказала принцесса, схватила Призрака и увела его прочь.       Джон, совершенно ничего не понимая, застыл в шоке и замешательстве, поскольку его опасную, смертельную, гигантскую машину-лютоволка уводила маленькая милая принцесса. — Ты был прав, черный действительно твой цвет.       Вздрогнув, Джон резко обернулся и, увидев Робба, стоящего в конце коридора, счастливо улыбнулся. Они одновременно сорвались с места, столкнулись, не сбавляя ход, и тут же сжали друг друга в крепких объятиях. — Рад видеть тебя, Старк! — прошептал Джон, смаргивая непрошеные слезы.       Робб улыбнулся и несильно оттолкнул брата, после чего протянул ему что-то. — Я тебя тоже… принц Джон Старк.       Джон взял пергамент и внимательно его прочитал, после чего посмотрел на Робба глазами, полными нежности и благодарности. Робб положил руки на плечи брата. — Теперь у тебя имя нашего отца. Ты Северянин, Джон.       Братья снова обнялись и вдруг услышали грубый голос Станниса. — Вы, мальчишки с Севера, перестанете когда-нибудь обниматься?! Боги, если Ширен увидит это, мы никогда не услышим конца ее сказок!       Старки рассмеялись и всё же отлепились друг от друга. Станнис тем временем подошел к ним. — Винтерфелл был атакован, — сказал он сразу. — Псина Тайвина повела тысячу человек против Винтерфелла после твоего ухода, Старк. — Они живы? — спросил Джон со страхом.       Станнис ухмыльнулся, и Старк почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Грегор Клиган потерпел поражение от принца Рикона, Теона Плаща-перевертыша и принцессы Сансы.       Робб и Джон потеряли дар речи. — Санса?.. — медленно спросил Робб. — Она выбралась из Королевской Гавани? — Она умеет сражаться? — изумлённо спросил Джон. — Да, она умеет сражаться? — спросил Робб также растерянно.       Станнис потер уставшие глаза, сдерживая желание врезать им обоим. — Очевидно так. С ними Цареубийца и Бриенна Тарт. — Цареубийца?! — вскрикнули Джон и Робб одновременно.       Станнис задавался вопросом, были ли они попугаями. — Да, Цареубийца. Они схватили Грегора Клигана и проверяют его на наличие информации. Среди погибших Гальбарт Гловер и Мейдж Мормонт.       Наступила тишина. — Мне нужно идти, — тихо сказал Робб, оставляя Джона и Станниса.

Дейси

      Дейси услышала, как открылась дверь в ее комнаты, но не стала оборачиваться. Серый Ветер лежал, положив голову ей на колени, и тихо скулил. Она смотрела в одну точку, не моргая и судорожно сжимая письмо из Винтерфелла. — Мама… — тихо прошептала Дейси.       Робб, вошедший наконец в поле ее зрения, встал на колени перед ней. Он молча схватил ее и прижал к себе.       Дейси уткнулась носом в его шею, сдерживая внезапный порыв, но всё же не смогла остановить свой глупый рот. — Не уходи никуда, — выдавила она непривычно слабо и болезненно, ненавидя себя за это.       Благородный Робб не ушёл. Они скинул плащ и доспехи и лег на кровать с Дейси. Они лежали в постели, крепко обнявшись и не говорили ни слова. Несколько жемчужных капель скатилось по щекам Дейси, но она не издала ни звука. Она была воспитана солдатом и знала, что смерть может настигнуть любого когда угодно.       Дейси помнила Робба после смерти его отца. Он пришёл к ней той ночью, совершенно разбитый, и она дала ему клятву, что поможет заставить виновных заплатить за то, что они сделали с его семьей. Той ночью она пригласила его в свою постель. Они ничего не делали. Дейси тогда лишь крепко прижала к себе мальчика-короля и позволила заплакать ей в грудь, хрипя от ненависти к убийцам Неда Старка.       Теперь они снова оказались в одной кровати, но сейчас она плакала у него на груди, с ненавистью шепча проклятия своим врагам.       Дейси подумала о том, что война пытается забрать всё, что они любят. Робб потерял отца, она мать, Карстарки наследников и Лорда, Амберы наследника, Гловеры Лорда, и это далеко не всё. И всё это не остановится до тех пор, пока война не закончится. — Робб, — прошептала она, обнимая Старка. — Пообещай мне… — не сумев договорить, Дейси замолчала, но Робб, казалось, и так ее понимал. — Я обещаю, — тихо сказал в ответ он. — Ты даже не знаешь, что я собиралась сказать, - Дейси тихо фыркнула. — Это не имеет значения, — ответил он.       Дейси улыбнулась, и они синхронно потянулись друг к другу. Между ними оставалось меньше дюйма, когда они замерли, не решаясь нарушить черту. Серый Ветер, которому это порядком надоело, ткнул носом Дейси.       В ту ночь Дейси Мормонт, Леди Медвежьего острова поцеловала Робба Старка, Короля Севера.

Тирион

      Последние несколько недель были адом для Тириона. Бес просто не знал, что делать. Джейме ушёл, рассказав правду о Тише.       Что он мог сделать? Украсть у отца арбалет с полки, подкрасться к нему, справляющему нужду, и выстрелить? Да, он мог выбрать такой вариант, но будет ли он правильным? Нет, конечно нет. Смерть Тайвина не положит конец его наследству.       Старки и Баратеоны почти у ворот Королевства, Санса Старк, скорее всего, вернулась в отбившийся Винтерфелл, Запад горел, его брат предал семью…       Единственный плюс в этом ужасе — это Джоффри, который, казалось, стал совершенно другим человеком. Новый Джоффри не был хорошим человеком, но и плохим не был. Он часами охотился, долго выискивал добычу, делал всё, чтобы как можно дольше находиться за пределами Красного Замка. Его ненависть не была забыта, она просто еще не вырвалась из дальних уголков его души. Киван Ланнистер, человек из младшей ветви семьи, постепенно становился тем, кого Джоффри мог бы хоть немного сравнить с отцом.       Тирион не понимал, что держит его в этом городе. Он давно мертв для Ланнистеров. Джейме солгал и покинул его, Серсея всегда была для него монстром, Джоффри еще хуже, а его отец — человек, который… который сломал Тишу.       Но Тирион не покинет город, хотя пришло время послать ворона Станнису Баратеону и Роббу Старку.