Шкала Индикатора Смерти

***

Сегодня Лянь Цзюнь был одет в голубое с белыми узорами чанпао. Он сидел на татами, лениво откинувшись на бежевую подушку, и был совсем не похож на босса подпольного мира — он казался аристократом из древних времён, беззаботным и непринуждённым. Он подождал, пока Ши Цзинь сядет, и начал наливать ему чашку вина, спрашивая: — Ты так счастлив? Улыбка на лице Ши Цзиня на секунду застыла. Он присмотрелся к шкале индикатора над головой Лянь Цзюня, которая показывала отметку 600, и мысленно взволновался: «Сяо Сы, что случилось? Разве шкала индикатора твоего баобэя не упала до отметки 500 пять дней назад? Почему сейчас она на 100 пунктов выше?!» Сяо Сы тоже был ошеломлён. Он стал заикаться: [Я, я не знаю]. Не получив ответа, Лянь Цзюнь заметил, что глаза Ши Цзиня были слегка расфокусированы, и спросил, не теряя самообладания: — На что ты смотришь? — Я смотрю на вашу... — Ши Цзинь вовремя осознал, что собирался произнести. Не задумываясь, он потянулся, поймал руку Лянь Цзюня, держащую бутылку вина, и, криво улыбнувшись, продолжил: — ... Вашу бледную кожу — вы выглядите не очень хорошо, а я ещё несовершеннолетний. Нам обоим не стоит пить, так что давайте забудем о вине... Лянь Цзюнь посмотрел на свою руку. Ши Цзинь инстинктивно проследил за его взглядом. Мясистая и пухлая лапа смело сжимала бледную тонкую руку, держащую изысканную фарфоровую бутылку. Почему-то это выглядело действительно неприлично. Сяо Сы то ли смеялся, то ли плакал: [Я был бы рад видеть, как вы ладите, но, Цзинь-Цзинь, почему шкала твоего индикатора снова поднялась? И сразу до 950, мне страшно, у-у-у...] Ши Цзинь отдёрнул свою руку и попытался объяснить: — Ах, я не хотел хватать вашу руку... — Я знаю. Лянь Цзюнь забрал свою руку и нажал на звоночек на столе, говоря лёгким тоном: — Точно так же, как ты не хотел хватать мои ноги несколько дней назад. Ши Цзинь: — ... Мне хочется плакать без слёз – почему ты такой паршивец? Как только прозвенел звонок, дверь, постучав, открыли. Один из мужчин, которого пять дней назад Ши Цзинь видел в коридоре перед гостиной, появился у входа и с уважением произнёс: — Цзюнь-шао. — Гуа Три, иди и принеси вещи мистера Ши, — приказал Лянь Цзюнь. Гуа Три кивнул в знак понимания и осторожно закрыл дверь. В комнате вновь стало тихо. На этот раз Ши Цзинь не осмелился ни заговорить, ни даже поднять взгляд. Опустив голову, он притворялся каменной статуей. Лянь Цзюнь не смотрел на него. Он взял свои палочки для еды и начал есть. Его бледные губы стали немного темнее. Он спросил: — Почему ты не ешь? Разве тебе не нравится еда? Зачем спрашивать, если ты уже и так знаешь ответ? Ши Цзинь, всё так же проглотив язык, взял палочки для еды и потянулся к ближайшему блюду с солёными огурцами. Мысленно он решил держаться подальше от Лянь Цзюня, этого красавца-людоеда¹. — Я слышал, что шестой молодой мастер семьи Ши любит все виды пищи, но терпеть не может огурцы... Видимо, люди, предпочитающие сильно приправленную еду, думают, что у огурца нет вкуса, — медленно и осмотрительно сказал Лянь Цзюнь, перебирая арахис. Рука Ши Цзиня на секунду напряглась, а затем его палочки схватили жареную трёхцветную креветку рядом с солёными огурцами. Мысленно он начал жаловаться Сяо Сы: «Твой баобэй пытается откормить меня на убой², разве ты не можешь его остановить?» Сяо Сы начал мямлить, не желая смотреть в лицо реальности: [Т-ты говоришь глупости, у баобэя чистое и честное сердце, он, он бы не стал...] «Он бы не стал ставить солёные огурцы передо мной? — Ши Цзинь мысленно говорил сквозь зубы, его голос был мрачным. — Он бы не стал при упоминании о том, что я хватал его за ноги, намеренно искажать мои побуждения в тот момент?» Сяо Сы тихо сказал: [Но ведь ты действительно трогал его ноги... Ах, какого это? Тебе было приятно?] Ши Цзинь почувствовал, что его система пытается заставить его умереть от гнева. [Хорошо, тогда... — видя, что Ши Цзинь отказался отвечать, Сяо Сы смягчился и решил успокоить его. — Эмоции и чувства необходимо медленно взращивать, доверие нельзя построить за одну ночь. Для начала я постараюсь сделать баобэя менее настороженным рядом с тобой, просто подожди и увидишь]. Услышав это, Ши Цзинь почувствовал себя немного лучше. Он положил в рот креветку, которую долго держал в своих палочках. Лянь Цзюнь, который наблюдал за его действиями, спросил: — Что ты делал сейчас? Молился за упокой креветки, перед тем, как съесть её? Ши Цзинь быстро прожевался и сглотнул. Он спокойно сказал: — Мой папа раньше говорил мне, что я должен уметь быть благодарным. Будь то вкусная еда, тепло солнца или улыбка прохожих, все хорошие вещи заслуживают благодарности. Также мы должны быть особенно благодарны тем, кто нам помог! Лянь Цзюнь положил палочки и поднял чашку: — Я удивлён, что мистер Ши Синжуй, известный своей жестокой и безжалостной натурой, научил своих детей быть такими.. добрыми и вдумчивыми. Это действительно неожиданно. «Он притворился глупым прямо сейчас! Он не хочет признавать, что ранее я спас ему жизнь! Да какого чёрта?!» — сердце Ши Цзиня было наполнено негодованием. Сяо Сы быстро стал успокаивать его: [Всё хорошо, я дал тебе бафф, баобэй больше не будет издеваться над тобой! Цзинь-Цзинь самый лучший, я люблю тебя, Цзинь-Цзинь, Цзинь-Цзинь самый милый ребёнок во всём мире!] Ши Цзинь: «...» Услышав такую "лесть", ему внезапно захотелось рвать недавно съеденной креветкой. Пока они препирались, раздался второй стук в дверь, и у входа появился незнакомец с сумкой. У него было симметричное лицо с глубоко посаженными глазами и хмурыми бровями — похоже, он постоянно был угрюмым. Радужная оболочка его глаз была ярко-зелёного цвета, что указывало на то, что он принадлежал к смешанной расе. — Цзюнь-шао, — с уважением произнёс мужчина. Выражение в глазах Лянь Цзюня неуловимо изменилось: — Почему ты здесь, что с Гуа Три? — Гуа Три был отозван Гуа Один, — просто ответил мужчина. Лянь Цзюнь кивнул в ответ на его слова и приказал: — Положи эти вещи и уходи. — Да, сэр, — мужчина вошёл в комнату, положил сумку на стол и тихо удалился, всё это время игнорируя Ши Цзиня. Ши Цзинь слегка нахмурился. «Ты заметил?» — задумчиво спросил он, мысленно обращаясь к системе. Сяо Сы нерешительно ответил: [В тот момент, когда мужчина вошёл в комнату, шкала индикатора баобэя, казалось, немного поднялась. Когда он ушёл, она снова опустилась]. «Значит, мне не показалось», — Ши Цзинь положил палочки для еды и не мог не посмотреть на закрытую дверь. Его хмурый взгляд стал глубже. «Он хочет убить Лянь Цзюня, поэтому является смертельным фактором. Может быть, причиной того, что шкала индикатора Лянь Цзюня так выросла за последние дни, также является он». [Но он, кажется, его подчинённый...] — тон Сяо Сы тоже стал более мрачным. Лянь Цзюнь, наблюдая за тем, как Ши Цзинь повернул голову и уставился на дверь, спросил: — Кажется, мистер Ши очень интересуется Гуа Четыре? Ши Цзинь снова посмотрел на Лянь Цзюня и шкалу индикатора над его головой. Выражение его лица стало более серьёзным. — Этого человека зовут Гуа Четыре? Гуа Два, Гуа Четыре и перед ним Гуа Три — их имена следуют одному формату. Они могут вступать в тесный контакт с Лянь Цзюнем и, кажется, являются его важными доверенными людьми... Будет сложно. Лянь Цзюнь покрутил чашкой с вином в руке. Его чёрные глаза, напоминающие бездонные омуты тьмы, воззрились прямо на Ши Цзиня, при этом он слегка сказал: — Внешность Гуа Четыре всегда была привлекательной. Я не против того, чтобы мои подчинённые заводили отношения. О чём, чёрт возьми, он говорит? Ши Цзинь, который не понял подразумеваемого значения, проигнорировал последние слова Лянь Цзюня и ответил на его предыдущий вопрос: — Да, я действительно заинтересован в Гуа Четыре. — Мм, — Лянь Цзюнь сделал глоток вина и прикрыл веки, скрывая своё настроение и отношение к сказанным Ши Цзинем словам. Сяо Сы вздрогнул: [Цзинь-Цзинь, почему шкала твоего индикатора поднялась до 960?] Ши Цзинь был поражён. Он взглянул на Лянь Цзюня, который, казалось, сосредоточился на вине, и продолжил, почти скрежеща зубами: — Потому что я его боюсь! В тот день, когда вы меня поймали, он посмотрел на меня через щель в двери. Его глаза были холодными и жестокими, я тогда подумал, что они напоминают глаза кровожадного зверя. Теперь, встретив его снова, я думаю, моя интуиция была верна — он опасен. Он не выглядит хорошим человеком. И он не похож на человека, который будет предан своему боссу. В середине этой речи Лянь Цзюнь снова поднял глаза. Он смотрел на говорящего Ши Цзиня и сделал ещё один глоток вина. Выражение его лица было непостижимым, поэтому невозможно было определить, о чём он думал. [Падает, падает! Цзинь-Цзинь, шкала твоего индикатора упала до 950!] — взволнованно воскликнул Сяо Сы. «Но шкала твоего баобэя поднимается на два пункта после каждого глотка вина», — окатил систему холодной водой Ши Цзинь. Он уже потерял терпение из-за этих постоянных колебаний и из-за того, что они оба пытались прощупать друг друга. Он встал и сел рядом с Лянь Цзюнем, отнимая у него из рук чашку с вином и заменяя её палочками для еды. Он резко сказал: — Если у вас плохое здоровье, не пейте! Вы устали от жизни? Хватит говорить во время еды — я голоден и не хочу с вами разговаривать. После этого Ши Цзинь тоже взял палочки для еды и начал есть, продолжая думать о Гуа Четыре. Он находится далеко от своих братьев, и Лянь Цзюнь, хоть и непредсказуем, похоже, пока не хочет его убивать, поэтому, даже если шкала его собственного индикатора почти полностью заполнена, можно сказать, что Ши Цзинь в настоящее время в безопасности. Но это не относится к Лянь Цзюню. Значение шкалы его индикатора очень быстро растёт и падает, по-видимому, его смертельные факторы отличаются от факторов Ши Цзиня. Рядом с ним находится возможный предатель, у него плохое здоровье — его положение более опасно. Без сомнений, нет быстрого и лёгкого способа заставить шкалу индикатора Лянь Цзюня упасть... Ши Цзинь взял кусочек рыбного филе, мысленно оплакивая свою наивность пять дней назад. Это был первый раз, когда кто-то осмелился отобрать у Лянь Цзюня чашку с вином. Он довольно долгое время был ошеломлён, а затем посмотрел на Ши Цзиня, набивающего рот едой. Как ни странно, он не злился на его грубость и не был раздражён от того, что тот сидит слишком близко — напротив, наблюдая за тем, как ел Ши Цзинь, Лянь Цзюнь подумал, что еда, должно быть, была очень вкусной. Он почувствовал голод и, перехватив поудобнее палочки, потянулся к рыбному филе, которое только что брал Ши Цзинь. Обед, который начался напряжённо, закончился довольно мирно. Обычно выглядящий Гуа Три показал сытому Ши Цзиню уютную и удобную комнату. Держа в руках свой недавно потерянный и снова найденный "багаж", Ши Цзинь смущённо и растерянно спросил: — Почему шкала моего индикатора упала до 880 после еды? Может, люди, которые больше молчат, дольше живут? Сяо Сы гордо "выпятил грудь": [Это потому что бафф, который я тебе дал, сработал]. Ши Цзинь вспомнил, что в конце концов он был человеком с золотым пальцем. Его глаза загорелись: — Какой бафф ты мне дал? Бонус доверия или бонус дружелюбия? [Ничего подобного], — Сяо Сы покачал головой и стал объяснять. — [Доверие и дружелюбие — это то, что другие чувствуют к тебе, а я не могу непосредственно влиять на других людей — моя сила воздействует только на тебя]. (к тому же бафф даёт только временный эффект) Ши Цзинь не был убеждён: — Так что за бафф ты мне дал? Сяо Сы колебался. Ши Цзинь ощутил плохое предчувствие. Его голос стал тяжёлым: — Признаться — быть наказанным снисходительно, а утаить — быть наказанным сурово³. Угроза сработала довольно хорошо. Сяо Сы сдался и пробормотал: [Вы вдвоём ведь просто обедали? Я подумал, что если бы еда была вкусной, то вы оба были бы довольны, и атмосфера стала бы лучше, поэтому... поэтому я добавил тебе бафф 'Это Вкусно!'...] Ши Цзинь не понял: — Что это за бафф? Он делает еду вкуснее или улучшает мой аппетит? Но он ел не так уж много на обеде. [Не совсем, — голос Сяо Сы становился всё тише и тише. — То есть, он побуждает всех, кто ест с тобой, думать, что находящаяся рядом и, в особенности, съеденная тобой еда — очень вкусная... Разве ты не заметил, что баобэй смог съесть даже полную миску риса?] Ши Цзинь: — ...

___________________________________________

⭐Перевод с китайского на английский: Eques. ⭐Редактор английского перевода: Con. ⭐Перевод с английского на русский: Polina_Apollo (Полина Аполлон). ⭐Редактор русского перевода: Polina_Apollo (Полина Аполлон). В будущем возможна замена некоторых слов и переформулировка предложений.

Примечания:

1. Людоед — ориг. 食人 [shí rén], англ. man-eating, переводится как "каннибал". Просто Ши Цзинь имеет в виду, что с Лянь Цзюнем очень сложно иметь дело. 2.Откормить на убой — ориг. 鸿门宴, "giving the Hongmen Feast", "Хунмэньское празднество". Вики: https://ru.m.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%83%D0%BD%D0%BC%D1%8D%D0%BD%D1%8C%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5_%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%B4%D0%BD%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE (с анлейта, просто нашла статью с Вики на русском) 3. "Признаться — быть наказанным снисходительно, а утаить — быть наказанным сурово" — ориг. 坦白从宽，抗拒自残, англ. "To confess is to be punished leniently, to refuse is to be punished severely", традиционная уголовная политика Китая. (с анлейта)