Защити меня

«Я поднял старые знакомства и сделал тебе новые документы. Скорее всего мы полетим на пограничную планету, оттуда тебе будут открыты все пути. Мы вылетаем сегодня в 23:45 по СВК. — Капитан Ким Хонджун» Минки в полном одиночестве блуждал по пустому кораблю, с которым ему вскоре придётся попрощаться. Все его мысли заполняло только это сообщение, что пришло ещё утром. В глубине души Минки надеялся, что сможет остаться с ними, но после этого сообщения Сон внезапно осознал, что не принесет команде никакой выгоды. Кто он такой? Простой вор, межгалактический пират, отброс общества. Куда ему тягаться с такими весомыми людьми, как эта знаменитая команда. Перебирая файл за файлом, Минки перерыл всю информацию о них, но с каждой минутой лишь больше убеждался в своих мыслях. Вся команда казалась такой идеальной, их прошлое так же было идеальным. Даже Чонхо, что лишь недавно официально был зачислен в команду к Хонджуну, выглядел как идеальный кандидат на эту должность. Солдат, отличный пилот, а также просто гениальный логист, которому Хонджун безоговорочно доверился, ещё с момента их отправки с аванпоста. Профессионалу просто доверять, что уж говорить о человеке, которого пришлось вытаскивать из тюрьмы и рисковать должностью ради него. Хотя Минки понимал, что Хонджун спасал вовсе не его, а Юнхо с Ёсаном. Парню просто повезло, что так сложились обстоятельства, ему нужно быть благодарным, что Хонджун даёт ему шанс на новую жизнь, хоть и не такую, о какой в тайне мечтал Минки. Сон наворачивает уже десятый круг по кораблю, внезапно цепляясь взглядом за тот странный зал. В голове слова Юнхо о том, что он сможет оказаться в любой точке вселенной. Может это его последний шанс, поэтому Минки рванул туда, пока в глазах зажигались маленькие огоньки. Жизнь на Кастельме продвигалась своим чередом. Команда несколько дней отдыхала и набиралась сил, вот только Хонджун не мог найти себе места. Он просто не знал, что делать дальше. У него не было ни зацепок, ни идей. Даже стандартное решение отправиться на пограничную планету пришло в голову не ему, а Уёну. Чон словно чувствовал что-то и впервые за всё время был воодушевлен и весел. Уён знал, если что-то в мире происходит, то скорее всего пойдут об этом слухи, а если идут слухи, то их знают на пограничных планетах с большими портами. Такие места пропускали миллионы пассажирских кораблей и не меньшее количество военной техники. И со всех уголков галактики информация собиралась именно там. Вся команда потихоньку собиралась и заранее планировала, что им может понадобиться. Но в основном этим занимался Чонхо, к чему всё никак не могли привыкнуть члены старого экипажа. Раньше логистикой корабля занимался Сонхва, иногда доставая необходимые вещи буквально из воздуха, оправдывая это хорошими связями. Обычно это помогало Юнхо, ведь ему постоянно нужны были детали для Иллюжен, а учитывая специфику корабля, это было невероятно тяжело. Чонхо в свою очередь ни с кем не церемонился и выполнял указания только капитана. Парень совершенно не привык к такому вниманию, которое уделял ему Уён, как новому члену команды, из-за чего часто терялся, не понимая, что от него требуют. Иногда Чхве казалось, что Уён был просто повсюду, но именно в последний день их сборов он внезапно отстал от Чонхо, исчезая. Под вечер, когда вся станция осветилась яркими огнями фонарей и неоновых вывесок, центральный ботанический сад продолжал принимать своих посетителей. Под куполом сада находилась удивительная флора со всех известных скоплений. На обитаемых планетах из одного скопления была схожая флора и фауна, что значительно упрощало их изучение. А часть здешнего разнообразия и вовсе доставил Уён, когда занимался изучением определённых экосистем. По парню было сложно сказать, что он способен заниматься научной работой, да и просто заставить себя сидеть на месте, но Уён действительно любил свою работу. Именно она в своё время свела его с Хонджуном. Они встретились на одной из планет, что изучал Уён. Ким тогда только собрал команду и обычно им поручались секретные операции, которые не придавались огласке. Но в тот раз всё пошло не по плану. Уён курировал научную деятельность на планете и, конечно, узнал, что к ним внезапно наведалась эта команда. В то время Хонджун не был так популярен и многие относились к нему с недоверием и опаской, как и сам Уён. Чон сделал всё возможное, чтобы просто не дать этому экипажу сойти на планету, буквально закрыв их в ангаре, куда поставили корабль. Научный и военный центры постоянно враждовали между собой, поэтому Уён был очень осторожно и холодно настроен к такой внезапной встрече. Они несколько раз начинали переговоры, ведь Чон действительно имел право не пускать команду на свой сектор и никакие уступки не помогали. Уён твёрдо сказал, ему нужно знать цель их визита, и ему было всё равно, секретная это информация или нет. Команда тогда состояла лишь из самого Хонджуна, Сонхва, как вечного спутника капитана, Юнхо и Сана. И даже с такой базой убеждения, когда к переговорам подключились уже просто все, им пришлось сдаться и ответить Уёну на все его вопросы. Однако парень не отстал и сопровождал команду во время их миссии. Удивительно, но Уён так проникся их командой, что сам пошёл навстречу и помогал всем, чем мог, ведь факт того, что на его планете завелись «крысы», что поставляют запрещённые вещества, совсем его не радовал. Хонджун должен был осуществить проверку секретно, ведь и сама верхушка во главе с Уёном могла быть в этом замешана, но как оказалось, Чон лишь способствовал их поиску. После того, как Ким закончил с этой планетой, он должен был приступать к другим, ведь команда занималась искоренением крупного наркотического синдиката. Проведя ни один месяц вместе, команда хорошо поладила. Уён знал каждый цветочек на этой планете и был готов во всем помогать, но после того, как команда отправилась в путь, Уён не мог нормально вернуться к прежней работе. Ему ужасно наскучило это сидение на одном месте, и большую часть времени он тратил на поиски информации о подобных планетах, где могут встретиться такие растения, за которыми охотились наркодилеры. Всю информацию он тут же отправлял Хонджуну, да и в принципе вёл весьма активное участие в деле. Но лишь спустя большое количество времени, когда Уён закончил свою научную работу на его планете, он выловил Кима, когда тот был на Кастельме и буквально напросился в его команду. Точнее говоря, он представил презентацию из восьмидесяти трех пунктов, почему Хонджун должен был его принять. С одной стороны, ужасная дотошность, но при этом просто невероятный энтузиазм сыграли Уёну на руку. С тех пор Уён был частью команды, чему другие члены экипажа были даже рады. Конечно, поначалу не всё шло так гладко, но с появлением Уёна экипаж стал намного дружней и слаженней. Будучи очень эмоциональным Уён так же обладал невероятной эмпатией, поэтому очень чутко ощущал настроения в команде. В этом с ним мог посоревноваться лишь Сонхва. Сонхва обычно выбирал стратегию молчаливой помощи. Он редко говорил с кем-нибудь по душам, если его не просят. Но если Пак понимал, что что-то не так, он окружал человека любовью и заботой, не придавая этому никакого значения. Сонхва старался показать, что эта поддержка в его лице не по какой-то причине, а потому что он будет рядом в любом случае. Уён же действовал в лоб. Есть проблема? Нужно решить, даже если человек не хочет. В этом плане он никогда не видел грани. Уён считал очень важным говорить обо всем, что скопилось на душе, поэтому о его эмоциональном состоянии знала вся команда, обновляя информацию об этом буквально каждый час. Но как раз из-за такого отношения от Уёна была максимальная самоотдача. И он был готов на всё, чтобы поднять другим настроение, если это требовалось. Так и сейчас Уён понимал, что не просто так о Хонджуне не слышно последние несколько дней. Поэтому, стоило ему в ботаническом саду заметить знакомую макушку, как тот тут же рванул к парню, с громкими криками наваливаясь на друга. Со стороны это выглядело наверняка невероятно нелепо. Парень в белом халате, почти роняя очки, напрыгивает на Хонджуна, что еле устоял на ногах. Ким в принципе не ожидал такой встречи, ведь не подозревал, что Уён окажется в лаборатории под ботаническим садом. — Не висни на мне! Хонджун хмурится, пытаясь отлепить Уёна, но тот на зло, сжимает парня сильнее. Только когда Ким успокоился и перестал сопротивляться, путы уёновских рук ослабились и тот отошёл на шаг назад. — А я знал, что ты сюда придёшь! Уён весело раскачивал головой, хоть и понятия не имел, что встретит его здесь. Время было уже позднее и по-хорошему нужно было уже выдвигаться к кораблю, но Уён, так же, как и Хонджун, потерял счёт времени. Ким немного щурит свои глаза, с вопросом смотря на Уёна, словно спрашивая: «И вот откуда тебе было знать, что я сюда приду?». — Между прочим я проводил тебе тут краткий экскурс по видам растений, несколько лет назад. А ещё Сонхва любил сюда приходить, поэтому не удивительно, что ты здесь. На одном дыхании проговорил Уён с каждой фразой всё больше повышая тон, словно у него заканчивался воздух, но останавливаться и говорить спокойно он не хотел. Ким даже немного опешил, ведь сам не знал, почему он сюда пришёл, это было мимолетное желание, что внезапно появилось у него в голове во время прогулки. —Да даже если и так! Что ты здесь делаешь? Ты собираешься дольше всех, так ещё и в лаборатории застрял! Немного возмущается Хонджун, поправляя чужие очки на носу. Внезапно парень почувствовал странное жжение в груди. Он отчётливо понимал, что действительно возмущается по этому поводу, но не понимал, почему вдруг это чувство стало таким ярким и отчетливым. Из небольшого ступора его вывел Уён, что начал рассказывать о научной работе, в которую уже успел ввязаться. Уён говорил о каком-то феноменальном растении, на которое он был просто обязан посмотреть. — Ради одного растения ты исчез на весь день? Мне Чонхо уже сказал, что ты совсем про него забыл. Смеётся Хонджун, но тут же замечает целую смесь эмоций на лице друга. Начиная с удивления и заканчивая радостным выкликом, Уён чуть ли не подпрыгнул на месте. — Почему он думает, что я забыл про него?! Я съем его, как увижу! — верещит Уён, топнув ножкой, но в глубине души радуясь, что его внимание что-то да значило для Чонхо. — Так, а на счёт растения... Я так и не понял, что с ним такого необычного? — А ну да, оно самое обычное, если не считать, что это единственный живой представитель флоры целой вымершей расы, — фырчит Уён, но уже более спокойно начинает рассказывать с самого начала. Эту расу он назвал реликтами, но Хонджун сразу понял, о чем речь. Ещё задолго до появления людей, многие тысячелетия процветала раса, что долгое время не выходила на контакт, даже после того, как о ней узнали. Они старались держать нейтралитет во всех аспектах жизни, но вскоре после того, как две другие расы: люди и инферианцы, стали значительно вырываться вперёд, реликтам пришлось вмешаться, чтобы сохранить мир в галактике. Даже после первых контактов, ни люди, ни инферианцы не получили никаких данных о этой расе и их планетах, а все попытки заканчивались лишь крохотными частичками информации. А вскоре после первого контакта началась война между людьми и инферианцами, за новые планеты и скопления. Обе стороны пытались переманить реликтов на свою сторону, но это было бесполезно, поэтому инферианцы решили уничтожать вообще всех, кто не являлся их расой. В том, что случилось дальше, спорят уже не первое десятилетие, но реликты исчезли, при первых же попытках инферианцев вторгнуться к ним. Они исчезли, уничтожив всё живое на своих планетах. Это все произошло мгновенно, сопровождаясь невероятным энергетическим выбросом, сгустки которого всё ещё находят в разных частях галактики. — Окей-окей, ладно. Значит какое-то растение пережило всю эту катастрофу и сохранилось где-то глубоко под землёй на одной из их пустующих планет. Так это просто растение или..? — Это просто растение с невероятным генетическим кодом. Таких кодов просто не существует! Если у их растений генетический код сложнее человеческого, представь, что было у самих реликтов! Это невероятно! Уён вновь стал слишком эмоциональным, но Хонджун сразу же щёлкнул перед его носом, чтобы тот продолжил спокойно рассказывать. — Так ну... Не знаю, как тебе объяснить, но ты же знаешь, как работает ДНК? Вот у тебя есть ма... У меня есть мама и папа, и у меня есть часть генов как мамы, так и папы! ДНК не складывается, оно берет часть одного, потом второго и превращается в нечто абсолютно новое, это логично. Но вот это растение.... Мои коллеги провели пару экспертов по скрещиванию ДНК этого растения и привычных нам растений. Так вот, ДНК реликтового растения не отдал часть себя, а полностью слился с ДНК нашего растения. На вид оно получилось абсолютно таким же, как и обычное, но все внутренние аспекты совпадали с реликтовским. Уён старался максимально держать себя в руках, но все это было так необычно и удивительно, что хотелось просто носиться вокруг Хонджуна. В то время, как Ким совсем потерялся, пытаясь переварить информацию. — Мы, кстати, серию этих симбиозов назвали «Ларри» и каждое растение пронумеровали. В этих цветочках буквально пульсирует энергия, это потрясающе! — В тебе сейчас пульсирует энергия. Как бы это не было интересно, ты же понимаешь, что летишь с нами, цветочек? Смеётся Хонджун, немного толкнув плечом друга, но тот, потупив немного, расцветает в улыбке. — Конечно! Я всегда могу проводить свои исследования и на корабле, мне разрешили оставить Ларри-8! Конечно, я лечу с вами, ещё бы! Довольный и в тоже время очень восторженный Уён утаскивает Хонджуна за собой, чтобы просто показать это прекрасное создание. Уён забрал одного из симбионтов себе, потому что был уверен, рано или поздно он докопается до истины. Это растение дало парню ниточку к подтверждению одной из тысяч теорий о том, как же всё-таки исчезли реликты. Чон изучал все записи, что были связаны с реликтами и единственное, что он нашёл — упоминание о невероятно быстрой регенерации реликтов и что они были способы общаться через прикосновения. Информация была ужасными урывками и даже нормальные изображения этих существ было почти не найти. Уён узнал, что это была гуманоидная раса, отличавшаяся довольно вытянутым тёмным телом, большими сияюще-синими глазами и длинными, острыми ушами, на кончиках которых были яркие кисточки. Парень отдал бы всё на свете, чтобы просто взглянуть на них в живую, но, к сожалению, это было невозможно. Поэтому Уён возлагал на Ларри большие надежды. Спустя несколько часов команда была уже в сборе на корабле, а сам Иллюжен уже был поставлен на автопилот. Так как было уже весьма поздно, члены экипажа готовились ко сну, а Юнхо и вовсе отключился стоило ему зайти на корабль. На Иллюжен работала сложная система времени, ведь в космосе не было дня и ночи. Но свет автоматически включался и включался, в зависимости от настроек и конечного пункта назначения. Искусственный интеллект всегда подсказывал, когда лучше пойти спать и довольно часто подгонял Хонджуна, когда тот допоздна засиживался за работой. В последнее время Ким часто вспоминал об этом, когда слышал этот голос, сопровождающий всех на корабле. Но больше он вспоминал о Сонхва. О том, как именно Пак мог прийти к нему среди ночи в пижаме и иногда даже вместе со своим одеялом, чтобы уложить Хонджуна спать, ибо сам Джун находил себе миллион занятий помимо сна. Сегодня же вся команда очень рано отошла ко сну, поэтому корабль спокойно шёл по назначенным координатам вперёд. Однако одному парню было явно не до сна. Минки крутился на кровати и не мог понять, что не даёт ему уснуть. Спустя час он без сил встаёт с предоставленной ему кровати и старается очень тихо выскочить в коридор, исчезая за слайдовыми дверями. Ёсан всё ещё плохо спал, потому что каждый раз боялся проснуться в трущобах шахтёрной планеты. Поэтому исчезновение не слишком тихого парня не осталось незамеченным. Кан поднимается следом, захватив с собой складной нож, что лежал у него между стеной и матрасом. Он всё ещё не доверял Минки и не собирался начинать. Парень вышел следом, прислушиваясь, стараясь уловить откуда идёт звук шагов. Ёсан, почти как ищейка, начинает идти следом, пока Минки не исчезает за дверями в зал переговоров. Подойдя ближе, парень приложился ухом к двери, надеясь, что сможет хоть что-нибудь услышать, но стены были слишком плотные и единственное, что слышал Ёсан — отдалённый шум, словно волны разбиваются о скалы. Кан понимал, что в той комнате он явно ничего не сможет сделать, она была полностью пуста, поэтому парень решил сесть немного по одаль от двери. Он долго наблюдал, но Минки так и не появился, а каждая минута, что Ёсан сидел на полу, лишь больше заставляла его проваливаться в сон. Громкий звук, содрогающий весь корабль, будит Ёсана, которому показалось, что он лишь на секунду прикрыл глаза. Шипя и морщась, он пытается оторвать голову от подушки. Подушки. Ему понадобилось около десяти секунд, чтобы понять, где он находится. Мысль о том, что заснул он явно не на кровати и почему сейчас лежал тут, заставила его резко подняться, осматривая жилое помещение. Все кровати были заправлены, кроме одной, кровати Минки. Того не разбудил даже ужасный звук, что был оповещением о прибытии в порт. Ёсан хлопает глазами, тут же отбегая в другую часть помещения, чтобы быстро собраться и выбежать к команде, чтобы проверить не нужна ли им помощь. Но за секунду перед тем, как скрыться за дверью, останавливается и переводит взгляд на Минки. Они ведь от части ради него сюда прилетели, и почему тот всё ещё спит оставалось загадкой. Тяжело вздыхая, Кан подходит к чужой кровати, но теряется, ведь понятия не имеет, как лучше будет разбудить парня. Он предпринял несколько попыток, один раз даже дотронулся до чужого плеча, но результатов это не принесло. Начиная раздражаться, Ёсан нахмурил брови в поисках выхода из ситуации, но ответ не заставил себя долго ждать. В жилых помещениях были встроены раздатчики, что наливали холодную воду, это хорошо помогало проснуться по утрам. Но у Ёсана были совсем другие планы на эту воду. Набрав её в стакан, парень просто выплеснул всё на Минки, сразу отскакивая в сторону, потому что парень с грохотом сваливается с кровати, путаясь в одеяле. Расправившись с одеялом, Минки поднимается на ноги, но закружившаяся голова заставила его сесть обратно на кровать. Взъерошенный и очень растерянный Сон зажмурился, начиная тереть лицо и только после пытаясь открыть глаза. Картина была, с одной стороны, ужасно умилительная, но Ёсан отошёл на несколько шагов назад, вновь надевая маску безразличия, хотя ему безумно хотелось хихикнуть со своей «шалости». — Вставай, мы прилетели, — кидает Ёсан и тут же выходит из помещения, оставляя Минки одного, абсолютно ничего не объясняя. Минки стонет, откидываясь назад, ударившись головой о стенку, от чего пискнул и упал на кровать, сворачиваясь клубком. Несмотря на внезапное пробуждение, Минки был в прекрасном расположение духа. Ночью он надумал интересный ход, чтобы попытаться отсрочить их прощание. Мысли об этом плане заставляли его подозрительно улыбаться, но никто не обращал внимания, считая, что тот просто ещё не проснулся. Вся команда собралась в порту, переминаясь в неловком молчании. Честно, Уён понятия не имел, почему Хонджун решил отпустить Минки. Чон знал, как капитан ценит смекалистых и нестандартных людей, а Минки хоть и своеобразно, но вписывался в это описание. Отчасти ему было даже грустно, что Сон покинет их корабль. С самой первой встречи и до момента их расставания Уён действительно проникся парнем и давно видел в нем нечто большее, чем просто проходимца с Луны. — Что ж... Твои новые документы уже в базе, так что не волнуйся, — начал Хонджун, но внезапно неловко зачесал затылок. — Есть только маленькая проблемка... Там допустили ошибку в твоём имени и официально по документам ты теперь Минги. Минки нахмурил брови, пытаясь понять в чём же разница, но в итоге лишь кивнул, это было для него абсолютно не принципиально. — Минги-я! Как мило!!! — заверещал Уён, радостно засмеявшись. Он во всём видел что-то милое, поэтому команда не очень удивилась такой реакции, кроме Чонхо. Он перевёл взгляд на источник писклявого звука, стараясь хоть немного понять, что именно в этом такого невероятно милого. Минки лишь смущённо улыбнулся, но тут же решил действовать. — Я тут подумал, нас же сколько? — он начинает быстренько считать, начиная с Хонджуна и заканчивая на себе. — Шестеро... Может устроим соревнование? Разделимся на команды, погоняем на кораблях и всё такое, просто хотелось бы расстаться на более весёлой ноте. Минки немного переминается на месте, но кажется его идею восприняли с большим энтузиазмом. В любом порту можно было взять небольшие корабли напрокат, поэтому такие гонки были очень популярной забавой. Команда без лишних обсуждений согласилась, даже Чонхо, что не был большим любителем авантюр, невольно загорелся желанием показать себя, ведь пилотом он был искусным. Ребята разбились на две команды по три человека. В первую входили: Хонджун, Ёсан и Минки. Хонджун сразу занял себе место первого пилота, он давно хотел посоревноваться с Чонхо, а это была просто прекрасная возможность. Минки был вторым пилотом, у него был неплохой стаж управления такими небольшими кораблями, поэтому он представлял из себя хорошего союзника. А Ёсан занял роль стрелка, чья задача заключалась в том, чтобы попасть искусственным лазером в электронные мишени на чужом корабле. Юнхо оставалось лишь возмущаться, ведь он в свою очередь был стрелком другой команды, но его точность явно была ниже орлиного глаза Ёсана. Кан пытался объяснить, что стрельба из снайперской винтовки и из пушек, установленных на космических кораблях, это слишком разные вещи, но Юнхо и слушать не стал, надувая щёчки, делая вид, что обижается. Также во второй команде были Чонхо и Уён, что занимали места первого и второго пилотов соответственно. Уён до ужаса любил такие игры, даже преуспевал в них. В свое время Сан учил его управлять разными космическими кораблями и даже показал парочку собственных маневров, которые часто спасали не только самого Сана, но и всю команду. Долго ждать не понадобилось, уже спустя час два корабля уже было готовы и две мини-команды уже были на низком старте перед началом их «игры». Стоило кораблям отлететь на нужное расстояние от планеты, как тут же послышался громкий хохот по связи между кораблями. Юнхо воспользовался тем, что их корабль шёл немного медленней, чем корабль Хонджуна, поэтому сразу произвёл атаку, сокращая чужие жизни. — Это было не честно! На эмоциях выкрикивает Хонджун, но также смеётся, резко разворачивая корабль, начиная погоню. Маленькие корабли были довольно маневренные, что усложняло задачу стрелкам. Юнхо уже смирился, что не сможет больше попасть по чужому кораблю, но Чонхо понадобилась всего пара минут, чтобы привыкнуть к новому летному аппарату. Он умудрялся проворачивать финты, отказываясь сзади корабля капитана, позволяя Юнхо чётко попадать по чужим мишеням. Обе команды шли практически на равных, а каждое попадание сопровождалось оглушительным смехом с одной стороны и разочарованными вздохами с другой. Даже Ёсан оживился, начиная вести агрессивный огонь, вместо точных выстрелов, к которым он привык. В какой-то момент Уён слишком сильно закрутил корабль от чего ушёл совсем в другую сторону от корабля противника. Чонхо выравнивает корабль, пытаясь найти вторую команду на радарах, но видимо их слишком сильно отнесло в сторону. Чхве упорно пытался выяснить чужое расположение, но его сбивает визг Уёна, что переключает управление на себя и резко уходит вниз. — Вы охренели там?! Вы нас убить хотите?! Совсем не в шутку начинает истерить Уён, сильно ударив по прибору связи. Юнхо тоже сильно пугается, но в отличие, от Уёна, понимает, что другая команда не могла выпустить в них настоящий снаряд. Чон быстро переключает режимы, открывая панель огня на поражение. — Мы не можем вас найти! О чем вы? Что случилось? Голос Хонджуна было уже не узнать. Хладнокровный и очень напряжённый, капитан умел переключаться в секунды, чтобы не допускать фатальных ошибок. Он не мог себе позволить лишних эмоций. — Вижу. Минки переключает управление на себя, устремляя корабль к своим, но их подрезает вражеский корабль, что по размерам не превышал их собственных. Стоило вражескому кораблю попасть в поле зрения, как Ёсан тут же проводит серию выстрелов, абсолютно не разбираясь. Для него рабочая тактика одна: уничтожение. Корабль Хонджуна тут же полетел в погоню, ведя непрерывный обстрел, но каким-то образом вражеский корабль, словно зная все маневры и финты, искусно уворачивался, в свою очередь садясь на хвост корабля Чонхо. Ёсану приходится остановить огонь, боясь попасть по своим же. Задача стала осложняться ещё и тем, что вражеский корабль открыл огонь, заставляя Чонхо буквально врасти в штурвал и кресло пилота, чтобы не потерять концентрацию. Ему понадобилось некоторое время, чтобы выиграть одну секунду и оторваться, позволяя Ёсану провести точный выстрел. Однако вместо него корабль капитана резко уходит вниз, теряя управление. — Ты адекватный?! — не выдерживает Ёсан, когда в очередной раз промахивается, но тут же осознает, что случилось. — Хонджун?! Капитан! Алло! Минки тут же переключает управление на себя, вновь пытаясь вывести корабль к кораблю противника, что сидел на хвосте Чонхо. — Я не знаю, как это по-умному сказать, но Хонджун отключился, — оповещает Минки, пытаясь быстро сообразить, как лучше сбить чужой хвост. В условиях такой паники у Минки это выходит, наоборот, очень быстро и он координирует вторую команду, чтобы быстро сбить этого незваного гостя. План был слишком простой, но должен был сработать из-за эффекта неожиданности. Чонхо должен был лететь ровно на корабль Хонджуна, резко уходя вниз, чтобы Ёсан мог подбить корабль противника. И поначалу всё шло идеально по плану, пока в самый неподходящий момент Хонджун не приходит в себя и не начинает лезть на Ёсана, чтобы тот не смел стрелять. — Не стрелять! Остановить огонь! Это приказ! Как ненормальный повторял Хонджун, сбивая с толку абсолютно всех, что было кошмарной ошибкой. Раздался мощный звук взрыва, а на корабле зазвучала сирена, оповещающая о сильном уроне кораблю. Они стали терять управление, а датчики начали сходить с ума, не позволяя Хонджуну и Минки вывести корабль из этого состояния. Увидев очередной залп, что шёл прямо на них, Хонджун изо всех сил пытается сконцентрироваться и на глаз, без приборов, выкручивается, направляя корабль к ближайшей звезде, ведь там могли быть планеты, а их корабль долго не протянет. Минки почти с корнем выдирает одну из панелей, закрывая одну руку рукавом защитной куртки, меняя какие-то провода местами, отключая питание от своего штурвала и от их связи с другим кораблём, но зато восстанавливает их датчик координат, который сразу же высветил координаты нужной планеты, которые уже отправил Чонхо. В свою очередь Чхве все ещё бился с вражеским кораблём за звание лучшего пилота галактики, но с каждой секундой становилось всё труднее. Когда все три корабля уже подлетали к планете, а корабль Хонджуна откровенно падал, у него отказали главные двигатели, и эта консервная банка с каждой секундой всё больше превращалась в настоящий железный гроб. Уён был уверен, что Хонджун справится с такой посадкой, даже несмотря на ту скорость с которой чужой корабль приближался к поверхности планеты. Чона сейчас интересовало другое, как им самим избавиться от враждебного корабля, не используя оружия. Уён не успел подумать, как тут же переключает управление на себя и специально выводит корабль так, чтобы их обшивка и один двигатель пострадал от чужого огня, создавая полную видимость, что их подбили и так же аккуратно начал снижаться к планете, входя в её атмосферу. Чонхо был не просто в шоке, он уже успел рассказать об Уёне очень много нового, но посадить корабль без одного двигателя предстояло именно ему, поэтому пришлось немного отложить свой культурный монолог. Заметив, что хвост наконец исчез и чужой корабль решил не входить в атмосферу планеты, Уён на секунду выдохнул, но тут же схватился за свое кресло, когда их начало так сильно трясти и качать, что казалось корабль скоро просто разделится на мелкие кусочки. Ужасный шум оглушил парней, а через несколько секунд они совершили не самую мягкую посадку, ломая за собой огромное количество деревьев, так ещё и впечатываясь в корабль Хонджуна, что оставил нехилый кратер. Раздаётся раздирающий душу скрежет металла, а сразу после него исчезает свет. Тело зажато со всех сторон, дышать становится очень тяжело. Удар был такой силы, что странно, как Уён всё ещё был в сознании. Время просто исчезло, как и все звуки. Он не понимает сколько времени прошло после удара, даже сомневается в том, жив ли он вообще. Но осознание пришло вместе со звуками металла, что начали разгребать, а после и свет, что наконец попал к Уёну. Парню очень повезло, что он не был слишком сильно зажат обломками, поэтому Чона почти спокойно достают из завала, как только это стало возможным. Вся команда просто лежала на земле, неподалёку от разбитых кораблей. У них не было сил, а у некоторых ещё не вернулся полностью слух, и они не слышали всё очарование того леса, в который попали. Они все живы и это единственное, что сейчас было важно. Но после некоторого времени парни начали приходить в себя, а вместе с этим и восстанавливать картину произошедшего. — Кого черта?! — внезапно очень громко рявкнул Ёсан, поднимаясь, из-за чего за ним поднялись и все остальные. — Какого черта, хен?! Не стрелять?! Ты в своём уме, мы могли погибнуть! — Стой... Стой, Ёсан, спокойней, выслушай, это не просто так, мне... Я ... — Хонджун внезапно замялся, не зная, как лучше сказать. — Сонхва сказал мне, что нельзя сбивать тот корабль, он сказал, что там... — Да ты издеваешься?! Сонхва сказал? Телепатически, да? Сонхва-хёна нет рядом! Хонджун, прими это, потому что у тебя уже ши-зо-фре-ни-я! Выговаривает Ёсан, почти крича на Кима. Он хватается за голову, уходя в сторону, а Хонджун только сейчас задумался, что действительно поверил и начал действовать только в связи с тем, что ему сказал Сонхва в его же голове. Это внезапно стало выглядеть так ужасно и глупо, это ведь действительно могло стоить жизнь экипажа и какой же из него капитан тогда. Юнхо и хотел было вступить в их перепалку, но был занят обработкой ран Чонхо. Чон словно знал, что встраивать себе в ногу набор первой помощи было лучшим его решением. Первые два часа прошли в полной тишине, нарушаемой только Юнхо, что время от времени спрашивал о состоянии ребят. Все пытались прийти в себя, а Хонджун сидел в обломках корабля, безуспешно пытаясь настроить связь с хоть какой-нибудь станцией. — Хён, — тихонько зовёт Уён, подходя ближе к Хонджуну, садятся на корточки рядом. Он не проронил ни слова с момента, как они оказались тут, потому что всё это время думал. Одна навязчивая мысль не давала ему покоя. Он не мог понять, каким образом один корабль смог так спокойно отрываться от преследований Хонджуна и так долго сидеть на хвосте Чонхо. Ему казалось, никто не может одолеть Хонджуна в маневрах, кроме одного человека. Уён чувствовал, что что-то не так, а факт того, что Хонджун вновь сказал о хёне, лишь подтверждал его чувства. Чон верил, что капитан ещё не поехал головой, хотя многие признаки указывали на это, но Уён продолжал доверять словам Хонджуна. — Капитан, Сонхва-хён сказал, что там был Сан, да?