В любви, как на войне

      — Принесет нелегкая… — пробормотал Громов, беря в руки телефон. — Зачем она мне пишет?       Брови Соколова мгновенно взлетели вверх, взгляд метнулся на часы — те показывали двенадцать ночи, время не раннее — он уже раскрыл было рот, чтобы что-то сказать, как тут же захлопнул и уселся с непринужденным видом.       — Она хочет, чтобы я вернул ей деньги за какао? — вслух подумал Громов, уставившись на экран телефона. — Может, у нее нет денег? Сколько сейчас стипендия у студентов?       Соколов издал хрюкающий звук, очевидно, сдерживая хохот: по крайней мере, лицо у него было, как у кота на масленицу. Александр нахмурился: он не любил оказываться в ситуации, когда его нить мысли уходит куда-то в сторону от действительности, а, судя по глазам Соколова, Громов упустил какую-то деталь и теперь выставляет себя посмешищем. Впрочем, попытался успокоить себя лейтенант, ему ни к чему вникать в те сложные схемы, которые Соколов видит в общении с девушками — его это не интересует. И вообще, этот балбес понапридумывает ерунды, а потом морочит ему голову — проходили, знаем.       Он демонстративно отвернулся от Сергея: он и сам ответит Анастасии, что они могут встретиться послезавтра, в субботу, но только если это что-то действительно важное.       Но не успел он даже начать набирать сообщение, как экран вдруг потемнел, а телефон завибрировал в руке: «Анастасия Недоподопечная набирает ваш номер».       Громов среагировал машинально и мгновенно и снял звонок похолодевшей рукой. А потом в ужасе уставился на обомлевшего Соколова.       В трубке была тишина.       — А-алло, — кашлянул Александр, взглядом спрашивая у Сергея, за что он это за служил и, самое главное, что теперь делать.       — А… алё, — раздался нерешительный писк в трубке. — Здравствуйте, товарищ… э-э, Александр.       — Добрый день, — на автомате отозвался Громов и еле удержался, чтоб не цокнуть в трубку, — Ночи. У вас нечто срочное?       Закусивший от интереса губу Соколов с ухмылкой наблюдал за лицом Громова: такого спектра эмоций он не видел, пожалуй, с их выпуска. Нет, была еще, конечно, пара случаев, но о них лучше не вспоминать. Он попытался придвинуться чуть поближе, чтобы лучше слышать разговор, но Александр смерил его острым взглядом и демонстративно развернулся в другую сторону. «Ну и дурак», — подумал Соколов, — «сам о о помощи просить будешь», и перевел взгляд на часы, засекая время, которое продержится его друг.       — Нет, я случайно нажала на кнопку, — по одному голосу Анастасии было слышно, что она сгорает от неловкости, и Громов чуть не издал смешок: он бы заплатил за то, чтобы увидеть её лицо. — Извините.       Жуткой неловкости ситуации это не отменяло.       — Тогда до свида… — начал было Громов, краем глаза видя театрально хлопающего рукой по лицу Сергея, как его перебили.       — Знаете, раз уж вы не спите, — начала Настя, и Громов чуть не завыл: похоже, к ней постепенно начала возвращаться её безбашенность. — Давайте я вам расскажу, зачем нам с вами надо встретиться, а то вы опять не придете…       — Когда это я к вам не приходил? — возразил Громов, не смея дать задеть свою честь. — Идите-ка вы спать, Анастасия, у вас деформация воспоминаний. В вашем возрасте…       — В моем возрасте вам уже было двадцать пять, — буднично отозвалась девушка из трубки. — Не волнуйтесь, я сегодня не сплю, у меня завтра коллоквиум.       — Мгм, — выдал Громов, снова оборачиваясь к Соколову и ища поддержки: может, он знает, что такое коллоквиум? Но он напоролся лишь на насмешливый взгляд и снова раздраженно отвернулся: да эти двое сговорились сегодня ночью свести его с ума! — Поверьте, Анастасия, вы напишете любую работу лучше, если выспитесь, так что хороших вам…       — Я скорее усну от ваших нотаций, — из трубки донесся зевок. — Вот вы же не спите.       — Я на дежурстве, — с достоинством отозвался Громов. — А вам лучше…       — А мне лучше брать пример с вас, вы сами сказали, — Александр был готов поставить свой любимый томик «Разведывательной деятельности», что она сейчас довольно лыбилась, радуясь своему остроумию. — В общем, помните я вам про Егора говорила?.. Так вот, у него через месяц у него тусовка намечается…       Громов страдальчески возвел глаза к небу.       — Анастасия, — вздохнул он. — Пусть иногда я убежден в обратном, вы все же самостоятельная личность. Я предполагаю, что вы без меня можете решить, на какие вечеринки вам ходи…       — Да вы вообще, что ли? — из трубки раздалось возмущенное восклицание. — Стала бы я у вас спрашивать! Ну и самомнение у вас, конечно…       Соколов, услышавший обрывки фраз, сказанных на повышенных тонах, прыснул в кулак.       — Это к нашему с вами… делу относится! — продолжила Настя. — Там могут быть те, кто вас интересует.       — Вы же не собираетесь туда идти? — с нажимом спросил лейтенант, посерьезнев. — Верно?       — Ну вот я вам и звоню, — раздалось из трубки цоканье. — Точнее, пишу. Я вам завтра сказать собиралась. Без вас же вздоха лишнего не сделаешь!       Громов перевел усталый взгляд на часы — первый час ночи. После рабочего дня он вряд ли в состоянии строить мыслительные схемы и логические цепочки.       — Хорошо, — вздохнул он. — Давайте с вами встретимся в субботу.       — Только не забудьте! — предупредила Анастасия. — А то в следующий раз я приведу вас в парк, скажу взять у Ирки её номер и брошу вас на входе.       — Боюсь, я знаю, как выглядит ваша подруга, — весело фыркнул Громов, приподняв уголки губ. — И вы только что назвали мне её имя.       — Ага, найти-то вы её найдете, вам только с ухажером её потом разбираться, — заверила его Настя. — До связи, товарищ Александр.       — До свидания, — выдохнул Громов заветное прощание и облегченно услышал звук завершения звонка.       Он развернулся обратно к Соколову, в глазах которого странным образом смешались нахальство, веселье и задумчивость.       — Ну чего? — с вызовом спросил Александр.       — Ничего, — хмыкнул Сергей и, улыбнувшись краем рта, добавил, — Я, конечно, не детектив… Но сдается мне, поплыл ты, Саня.       И тишину ночного отделения пронзил вырвавшийся наружу хохот Соколова, который ловко увернулся от летящей в него «Разведывательной деятельности».