Пила

      Тяжелый свет мерзкой лампы спускался на стол в этой жуткой комнате, лишь частично освещая ее. Мрачные тени залегали под глазами сидящего, что, не поднимая головы, размеренно дышал, будучи привязанным к подлокотникам уродского стула, на которых уже имелись запекшиеся красные пятна. Кровь, оставленная другими людьми до него. Прольется ли сегодня его для полной коллекции?       Тэхён не волновался и уж тем более не паниковал. Он со смирением принимал свое положение и молчал. Упорно молчал, не выказывая ни единой эмоции. И не в таких передрягах он оказывался, важно было сохранять разум холодным. Не раз он находился в подобных комнатах, очертания которых разглядеть предстояло невозможным, и только по шорохам догадывался о том, что в тени скрывалась причина его заточения. Но он всегда возвращался живым. Почему? Потому что Тэхён обладал удивительным качеством, которым, к сожалению или же к счастью, обделена большая часть общества, — умением договориться.       Сейчас Тэхёну оставалось смирно сопеть и ждать новостей о том, что же происходит с Чонгуком. Смысла истерить не было, раз уж их приняли с распростертыми. Еще в машине им завязали глаза, пообещав ответить на все вопросы непосредственно на месте. Чонгук всячески обзывал недоброжелателей ублюдками, уродами и прочими эпитетами расписывал жестокую расправу с каждым из присутствующих, однако его угрозы не возымели никакого эффекта. Если не считать Тэхёна, который то и дело пинал Чонгука по ногам, дабы он заткнулся. Было трудно определить, что последующий пинок будет адресован именно подростку, но один раз прогадал с расчетами (не стоит отрицать, что мужик случайно пересек ему путь в кузове грузовой машины), его одарили приличным ударом в живот. После пинков Чонгук становился тише, хоть и не скупился обругать за это горе-напарника, а спустя время паника застилала его разум вновь, заставляя разбрасываться пустыми угрозами и наделять похитителей новыми, не самыми красивыми именами.       Глаза Тэхёну развязали, когда посадили его на стул, предварительно завязав к подлокотникам запястья. Вот только помогла ему дарованная похитителями способность вновь видеть? Из-за поганого светильника разглядеть хоть что-то за пределами неяркого света лампы было затруднительно. Но внутреннее чувство подсказывало, что в комнате он был не один. Возможно, он даже слышал чужое дыхание. Или это были глюки. Вдруг очертания комнаты прояснились, как только дверь напротив отворилась, пропуская свет внутрь. Зашел мужчина, лицо которого по-прежнему оставалось во мраке, как и все остальное в комнате. К двери подоспел тот человек, присутствие которого Тэхён все время чувствовал. — Лидер, нет необходимости вам… — быстро затараторил мужчина, который изначально был в этой уродской комнате. Но его быстро прервал многозначительный жест самого лидера, просящий утихомирить его настырность. — Задай пару вопросов, а затем спроси про мальчишку, — строго отдал указание лидер своему подчиненному. Этот голос… Такой уверенный, мягкий и слегка шепелявый напоминал Тэхёну старого знакомого, имя и внешность которого мог вспомнить едва ли. Как же его звали… Определенно где-то он его видел. Может, просто знакомый актер из телика? Весьма маловероятно.       После прозвучавшего голоса лидера Тэхён наконец поднял голову, заинтересованно вглядываясь в силуэт, который мгновенно растворился в темноте, как только дверь в комнату с предательски отвратительным скрипом закрылась. Короткие и суетные шаги с ощутимым недовольством приблизились к столу, и Тэхён наконец смог разглядеть присутствующего все это время человека. Это был мужчина средних лет, но не столько старый, сколько до необыкновенного юный. И это проглядывалось в чудаковатой клетчатой рубашке, застегнутой на все пуговицы, несуразные грязного цвета джинсы, даже очки его стандартные — в прямоугольной оправе, какие обычно носили ботаны, по мнению Тэхёна. И прическа его заурядная, ничем не примечательная, без так такового пробора. Единственная отличительная черта этого человека заключалась в том, что внешность его была европейской. И несуразные русые волосы особенно выделялись в его абсолютно обычном, непосредственном образе.       Тэхён выжидающе смотрел на нервного мужчину, весьма худощавого телосложения, что присел напротив него. Он неловко протянул руку, ожидая ответной реакции. — Здравствуйте, меня зовут Марк Петерсон. Я занимаюсь изучением генома человека в группе 95, — он продолжал держать руку над столом, а Тэхён не мог отплатить ему взаимностью. Марк убрал руку, невольно потерев ее об штаны — кажется, он обладал глупой чертой при нервных ситуациях потеть. — Что ж… Мне придется задать вам пару вопросов, это повлияет на ваше дальнейшее будущее. Поэтому прошу отвечать честно и по совести. — Да я не мог. — Что? — переспросил Марк, не до конца понимая слов Тэ. — Да руки у меня связаны говорю. Неужели не видишь? — Тэхён не видел смысла говорить с ним формально. Только и смог невинно помахать привязанными ладошками, тем самым смягчив поведение нового знакомого. — Извините, я не обратил на это внимание. Привычка, — непосредственно пожал плечами, дескать, он не может ничего поделать с тем, что мама в детстве воспитала его как мужчину вежливого и уважающего своего собеседника, однако мужчина с такой манерностью весьма глупо выглядит. Он больше был похож на размазню без собственного мнения и права выбора, вот каким его видел Тэхён. Судя по всему, мужчина не чувствовал свою неловкость или неуверенность, а наоборот, ему казалось, что он очень хороший человек и сомнений здесь нет. — Какие вопросы ты хотел мне задать, — бесцеремонно огласил Тэхён, начиная неимоверно тосковать по Чонгуку. Его ругань иногда так помогала отвлечься от настырных проблем. Он искренне надеялся, что с ним ничего не сделали. Если Тэхёна пока не избили, значит, за Чонгука переживать пока не стоит. Пока. — Да, извиняюсь, — засуетился Марк. — Не извиняйся, не надо. Тебе не идет. — Ладно, кхм, — мужчина прочистил горло и уставил свой взгляд прямо в стол, покрытый недвусмысленными царапинами и другими повреждениями, а затем перевел взгляд грязно-рыжих глаз прямо на Тэ. — Откуда вы? — Из частного домика, тут неподалеку еще торговый комплекс. Вы ведь там нас нашли? — Нет, откуда вы вообще приехали? С момента апокалипсиса? — А что это тебе даст, парень? Разве место рождения что-то значит в наше время? Или, быть может, это нужно для этики? В Корее много районов, в каждом из них даже диалект различен, ну вдруг, если ты не знал. Парни, что повязали меня, корейцы. Не думаю, что вы европейская группа, которая связывает нас, ускоглазенковых, для исследований всяких геномов. — Нам интересно, откуда вы приехали, другой цели мы не преследуем. — А мне неинтересно, отвечать на пустые вопросы. Кто их вообще составлял? Я не на контрольной в школе, это жизнь! А если я скажу, что я из Австралии? Вы так и запишите? — Ну, гипотетически, да. — Боже, это так тупо, — Тэхён откинулся головой назад, выпуская накопившийся воздух из легких. — Так это ваш ответ? Вы из Австралии? — как бы Тэхён не хотел заговорить своего собеседника, тот упорно не поддавался его уловкам. — Да из Тэгу я, — ответил более отстраненно Тэхён. Он делал это напоказ, чтобы этот чмошный лидер слышал и наблюдал за ним из тени. Тэхён разговаривал не с этим бесхребетным Марком, а напрямую с лидером. — Далеко вы ушли. Куда дальше собираетесь? — Вот не знаю. Посмотрим, если после ваших допросов останусь в живых. — Хорошо. Скажите, пожалуйста… — Пожалуйста, — без задней мысли ответил Тэ. Марк слегка остановился, а затем вновь продолжил. — Скажите, пожалуйста, эта катана ваша? — из-под стола Марк достал катану и положил ее на стол, прямо перед Тэ. — А чья ж еще? — хитро улыбнулся Тэхён. — Зачем она вам? Вы умеете ей владеть? — Знаете, оружие оно даже лучше, чем самая зрелая проститутка. У них потрясающая отдача, закаляющая кровь сталь, но холодное оружие куда привлекательнее. Я обожаю этой малышкой протыкать людей. Мне кажется, что я целиком и полностью владею ей… — похабно высказал свои дурацкие мысли Тэхён, не забыв в конце многозначительно прикусить губу. — И все же вы умеете обращаться с катаной? — Еще как, — пошло усмехнулся Тэхён. — И вы с момента апокалипсиса выживали только с катаной? При обыске мы не обнаружили другого оружия, кроме как охотничьего ножа. — А тебя это пугает? Я выживал не только с ней. — Тот подросток, Чонгук, вы давно знакомы? — проигнорировав ответ Тэхёна, снова задал вопрос Марк после многозначительного молчания. — Не настолько, чтобы желание перегрызть друг другу глотки исчезло, — злобно сверкнул глазами Тэ. Не стоит говорить о своих чувствах, иначе они могут воспользоваться ими в свою пользу. — Значит, вы не близки. — Именно так. — Тогда почему выживаете вместе? — А у нас есть выбор? — ответил вопросом на вопрос Тэхён, удобно рассиживаясь на убогом стуле, словно на троне. — Логично, — поджал губы Марк, кивнув в сторону головой. — Слушайте, мы не хотим неприятностей. — А кто их хочет в наше время? — Наш человек выходил на вылазку и был убит. В том самом комплексе. Вокруг нашего лагеря каждый день ведется осмотр, а, кроме вас, за последнее время здесь никого не видели. — То есть вы хотите сказать, что это мы его убили? — Я лишь говорю то, что нам известно. Но судя по вашим ответам, вы вполне способны на убийство. — Я говорю за себя: я никого не убивал. И посторонних людей я не встречал. — А что касается вашего друга? — Он не может убить. Да, он очень агрессивный малый, его лучше не бесить. Но он просто ребенок, который слишком рано столкнулся с проблемами на сегодняшний день. Не стоит прислушиваться к его словам, он не способен на убийство, — вступился за него Тэхён. Теперь он все осознал, вот почему их так повязали. Наверное, их кто-то выследил. Они были так неаккуратны. — Вы же не близки, как вы можете быть уверены в этом. — Если я не близок с ним, то это не значит, что я его не знаю. — А что насчет вас? — Что насчет меня? — Тэхён даже удивился. — Он хотел убить вас? — Хотел, — честно ответил Тэхён, не моргнув и глазом. Он неподвижно смотрел на собеседника, пытаясь запутать как его, так и лидера, скрывающегося в тени. — Я больше вам скажу, что даже пытался это сделать. — И вы говорите, что он не способен на убийство? Он ведь даже хотел вас убить, как вы сказали. — Но не убил же, — хмыкнул Тэхён.       Марк напрягся, отстранил взгляд от нахальной улыбочки Тэ и почесал затекшую шею, собираясь с мыслями. — Знаете, мы не смогли не обнаружить несколько красных капель на его лице. Похоже на кровь. — С таким дерьмовым освещением? Серьезно? — фыркнул Тэхён. — И все же, — прозвучала любимая фраза непутевого доктора, — он убийца, как бы вы не защищали его. Он убил нашего человека и нам следует решить этот вопрос. — Хорошо, возможно, Чонгук и убил его — я честно не знаю — но я ни за что не поверю, что Чонгук сделал это намеренно. Знаете, то как ваши люди вломились в наш дом при том, что это было временным укрытием, мы надолго не планировали здесь оставаться. Может быть, ваш человек напугал Чонгука, что был вынужден так поступить. Может быть, ваш человек ему угрожал или же попытался убить, — резонно рассуждал Тэхён, не сводя глаз с внезапно смущенного Марка, тем самым приковывая взглядом к стулу. И к своему ничтожному месту в этом мире. — Чонгук никогда, повторюсь, никогда не сделает глупость без особой на это причины. Даже его, на первый взгляд, пустые угрозы несут в себе куда больше истины, чем все ваши «мирные допросы». — Нам просто необходимо понять, что вы за люди… — Как ты думаешь, есть ли у меня желание откровенничать с незнакомым абсолютно мужиком, будучи привязанным к стулу? С завязанными ранее глазами? Подвергаться избиению и унижению, может, и не в самой сильной форме, — безапелляционно заявил Тэхён, как будто насмехался над всем, что его окружало. Будто он высмеивал всю эту группу, пусть и увидел небольшую ее часть. Зато изнутри и зато какую. — Мы не знали, насколько вы опасны. — Но это не значит, что нас надо вязать и везти хуй знает куда. Почему нельзя поговорить цивилизованно? Вы же проверяете территорию, неужели настолько боитесь незнакомых гостей. — Хорошо, я вас услышал. Как вы считаете, что нам с вами делать?       Тэхён подался вперед, нависая над столом, и твердым, уверенным голосом угрожающе произнес: — Забыть эту историю и отпустить. — Нет, — подал голос скрывающийся в тени человек, приближаясь к столу. — Лидер, я и сам могу… — тут же засуетился Марк, смотря снизу вверх на подошедшего лидера. Тэхён не смел смотреть на него, так как не видел в этом пока что необходимости. — Нет, не можешь. Выйди, — лидер слегка пихнул подчиненного в бок, занимая коронное место напротив Тэхёна.       Он увидел его лицо, внезапно появившееся в тусклом свете лампы. Рыжая копна волос, подведенные черным лайнером хитрые глаза, пухлые губы и невыносимая улыбка на них, как бы говорившая о чрезмерной любви к человечеству, но и принадлежавшая неисправимому маньяку. Тэхён уже забыл эту улыбку, но не думал, что сможет так скоро с ней встретиться. Нет, чертова ухмылка настоящего демона во плоти.       Тэхён недолюбливал человека напротив. Не доверял ему. — Привет, Ви, — беззаботно улыбнулся Чимин, потянув края губ кверху, будто он пытался навязать Тэхёну свои добрые намерения через эту жутковатую ухмылку.       Тэхён, как вкопанный, сидел, чуть поддавшись вперед, всматривался в абсолютно чистое и невинное лицо и не мог поверить, что перед ним тот самый Чимин из его родного города. Ему посчастливилось выживать с Чимином, хотя «посчастливилось» — громко сказано. Не может быть, чтобы он сохранил доброжелательный облик до сегодняшней встречи. Тэхён не верил, что все то время, пока они были порознь, не оставило следа на нем. Невозможно. Конец света меняет. Тэхён сам изменился, он знает. — Или ты больше не тот храбрый и отважный Ви? — наклонил голову вбок Чимин, ожидая от Тэхёна хоть какой-нибудь реакции. — Блять, — Тэхён все же нашел в себе силы как-то ответить старому знакомому. — Блять? — повторил Чимин, изогнув бровь. — Ты как, мать твою, выжил? Я думал, что все погибли, — Тэхён разнервничался. Благо Чимин не знал об его неприязни к нему. — Ну, вот так. Пришлось попотеть, но я чудом выжил, — расплываясь в очередной ухмылке, беззаботно сказал Чимин. — Одни ребятки подобрали меня, когда я совсем выжил без еды и воды. После к нам стали подтягиваться другие люди, кто нуждался в помощи. Вот и обосновались здесь. Мы даем все необходимое, а взамен на это нам нужна рабочая сила. Сам понимаешь, каждая крошка на счету. — А как остальные? Кто-то выжил еще? — Получается, ты и я, — без единой скорби ответил Чимин. Здесь Тэхён значительно напрягся. — А как ты уцелел? Ты ведь тогда оставался в лагере. — Я должен был уйти, — честно ответил Тэхён. — Почему? — Это личное. — Признай, ты не хотел зависеть от кого-то. — Не смею отрицать, — самодовольно хмыкнул Тэхён. — Может, отпустишь уже нас, а? Ты ведь знаешь, что я безобиден, — просил жалобно Тэхён, ненавидя себя за это. Он чувствовал себя дворовым псом, выпрашивающим обглоданную кость. — Нет, — бесцеремонно дал ответ Чимин. — Да ладно. По старой дружбе, Чимин. Чего тебе стоит? — Чимин? — переспросил Марк, будучи удивленный услышанным. — Что-то не так? — также удивился Тэхён, не поняв реакции тупого подчиненного.       Всего на мгновение лицо Чимина исказилось в странном выражении, словно он услышал нечто запретное. Или ненужное. — Ты забыл мое имя? Меня Тэхён зовут, как ты мог это забыть? — Чимин так сверкнул своими маленькими противными глазками, что Тэхёну невольно захотелось проехаться костяшками по безобидному лицу. — Чего? — Тэхён поднял брови, сталкиваясь с решительно настроенным взглядом Чимина. Он не шутил от слова совсем. И Тэхён, надеясь, что все же Чимин смилуется над ними, решил подыграть. — А, Тэхён! Точно! Действительно, что-то я совсем состарился. Одного года рождения, и забыть такое! Как нестыдно мне! Очень извиняюсь, — проговорил все это Тэхён, стараясь выглядеть убедительно.       Чимин сощурился. Разумеется, он не ожидал, что Тэхён так быстро согласится на его условия игры. Однозначно они играли, если Тэхён старался всячески выбраться из этой ситуации, примеряя на себя всевозможные роли, то какова цель Чимина? Что он замышлял? — Слушай, я рад встретиться с тобой, круто, что ты выжил, но нам нужно идти дальше. Мы не можем долго задерживаться здесь, понимаешь? Этот район слишком опасен, тут много ходячих. — Нет, вы никуда не уйдете, — отказывал Чимин. — Скажи мне на милость, почему? С какой стати ты решаешь, что мне делать, а что нет? — А с той стати, что по вине твоего дружка мы лишились одного нашего бойца. Все результаты на лицо, ты уж извини, — деловито махнул рукой Чимин, чуть сутулясь. — Мне что, по-твоему, родить нового бойца? Возродить этого вашего полудурка? — Соглашусь, Кенсу был… не самым умным парнем. Но он был одним из нас. Каким бы он пришибленным не был, тем не менее это лишняя рабочая сила, с которой у нас в последнее время проблемы. — И ты называешь себя лидером? Ты относишься к своим людям, как к пушечному мясу. — Неужели ты так считаешь? Я их кормлю, пою, даю кров и одежду. У нас даже электричество есть, чего нет у большинства других групп. А проведение электричества немало стоит как средств, так и человеческих душ. Мы многих потеряли и больше терять не желаем. — Так что ты хочешь, я понять не могу? — грозно прорычал Тэхён, бесстыже вглядываясь в наглый вид «Тэхёна». — Раз уж мы лишились одного человека, нам необходима замена. Будешь работать на нас, — беспечно заявил Чимин, отвратительно жестикулировал при этом, как будто он единственный спаситель для заблудших душ. — Да ни за что! — вспылил Тэхён, ногтями вцепившись в подлокотники. — Ты даже не подумал, а уже отказываешься, — устало выдохнул Чимин. — А что тут думать? Я не стану работать на кого-то, чтобы сравнять эту вашу рабочую силу. Ни за что, бля! Ты прекрасно знаешь, что я ненавижу прислуживаться. — Поэтому и прошу, — хмыкнул Чимин. — Твой этот дружок, Чонгук, способный малый. Вот только грубый он какой-то. — Только его не приплетай. Он еще ребенок, он ничего не понимает. — Если ты хочешь, чтобы с ним все было в порядке, то работай на нас. Мы не хотим крови. Мы устали от ненависти и хотим жить мирно. — Какой здесь мир, если ты заставляешь обычных людей работать? — Не обычных, а тех, кто в этом нуждается. Я не могу отпустить таких способных малых, как вы. Я себе этого не прощу. А здесь безопасно, как ты понять не можешь. — Мы просто уйдем, нам ничего не нужно, — Тэхён пытался убедить в этом Чимина. Но и тот не собирался уходить от своей точки зрения. — Выбирай, ты все равно сейчас беззащитен. Либо остается Чонгук и работает на нас, либо работаешь ты взамен на безопасное проживание здесь. Что скажешь?       Тэхён молчал. Даже если он выберет первый вариант, никто не гарантирует, что это будет лучшее решение. Чонгук не сможет выжить без него — слишком он самоуверенный петух. А Тэхён не сможет жить дальше с мыслью о том, что Чонгука убили из-за его же гордости. — Вам все равно не выжить за стеной. Идти туда — добровольная смерть, — размеренным голосом предупредил Чимин, постукивая костяшками по столу.       Тэхён печально выдохнул, с поникшей головой изучал свои штаны, потертые на коленках. Выхода нет. Он все равно не сможет сейчас ничего сделать. Но только сейчас. — Черт с тобой, — прохрипел Тэхён, так и не подняв темных глаз. — Буду я работать, но на одном условии. — И каком же? — словно рассмеявшись, сказал Чимин с таким самодовольным видом, с такой надменностью, что Тэхёна перекосило от столь лживой манерности. — Если я найду замену. Смогу найти человека из мира, способного на тебя работать, то мы уйдем.       Для убедительности Тэхён все же поднял взгляд, всматриваясь в это наглое лицо напротив. Улыбка Чимина спала на мгновение, но лишь на мгновение. А затем лицо его озарила новая, хитрая, не менее коварная ухмылка. — В таком случае, — Чимин жестом руки рассек воздух, тем самым подозвав к себе Марка, явно что-то ему приказал, — мне следует начать сначала. Что-то мы совсем не гостеприимно обошлись с вами. Нехорошо.       Марк подошел к Тэхёну, из кармана рубашки достал тонкий скальпель и искусным, вымеренным движением руки освободил его из плена. — Спасибо, блин, — Тэхён принялся потирать запястья, пытаясь смягчить неприятное жжение. — Не жалуйся. Не заметь я, что это Ты, тебя бы уже прикончили. Мои остолопы любят порезвиться, — рассмеялся Чимин и, увидев, что смешно только ему одному, опустил взгляд на катану. — Тебе она больше не понадобится? — Обижаешь, — отрезал Тэхён, перебрасывая меч через плечо.       Чимин молча ждал его у выхода. Когда же Тэхён вышел из комнаты, он кинул несколько нечитаемых жестов Марку и закрыл дверь снаружи. Тэхёна встретил мрачный коридор, который едва напоминал подвальное помещение. Стоял своеобразный землистый запах с ощутимой сыростью в воздухе. Чимин в новой модной куртке, в стильных джинсах, с ремня которых свисала кобура, в нахальной манере шел впереди Тэхёном, засунув руки в карманы и расправив плечи так, как ведут себя плохие парни. Тэхёну хотелось рассмеяться, ведь в его понимании плохих парней они так себя не ведут. Чимин может казаться, выглядеть, подражать, но никак не являться. Потому что за то время, сколько Тэхён был знаком с ним, Чимин по большей части из себя ничего не представлял. Он вечно гонялся за идеей стать кем-то большим, чем по сути являлся. Принадлежать чему-то большему, чем самому себе. И это так забавляло Тэхёна, как и быстро расстраивало.       «Неужели за считанные месяцы ты, Чимин, тот самый забитый и неуверенный в себе парнишка моих лет, настолько зазнаешься», — невольно подумал про себя Тэхён, следуя за новой занозой в заднице.       Чимин наконец остановился около двери, из которой доносились знакомая ругань и пустые угрозы за все содеянные и еще не претворившие в жизнь грехи. — А вот и твой малый, — обернувшись к Тэ, сказал Чимин и заметил его нерадостное лицо. — Эй, улыбнись для приличия. Тебе ведь придется ему рассказать, почему вы тут задержитесь.       Тэ ничего не сказал, лишь ждал, когда ему откроют дверь. Чимин растерялся, перестав улыбаться, потянул ручку двери на себя. И… — Я что тебе, блядь, сказал, ебаный ты мудак: не смей, нахуй, распускать свои конченные руки! — проорал Чонгук, кинув нож в мужчину. Тот удачно вовремя успел пригнуться, и нож встретился с деревянным косяком двери, остановившись в жалких сантиметрах от лица Тэ.       По всей площади непримечательной комнаты были раскиданы подуставшие мужчины и своеобразного рода орудия самообороны, используемые Чонгуком. Впрочем, стул со столом, точно такие же, что были и в комнате Тэ, были сломаны об этих людей. Чонгук же в полусогнутом состоянии еле держался на ногах, изрядно выдохшись. С каждым вздохом его спина вздымалась и с такой же скоростью опускалась. Запястья его были стерты в кровь — цена за высвобождение из сковывающих веревок. — Надо же, — Чимин переступил через мужчину, что повалился прямо перед входом, оглядывая всю комнату, — ты справился с тремя. Один. Причем с лучшими из бойцов. Мои поздравления тебе.       Чонгуку не понравился тон Чимина. Никому не понравится оказаться связанным в неизвестным месте с тремя мужиками, точащими на тебя зуб. В порыве злости Чонгук подлетел к Чимину, оторвался от земли и в прыжке выкинул ногу вперед, целясь прямо в голову. Неожиданно из-за Чимина выбежал Тэхён, буквально закрывая его собой, перехватил ногу подростка. Чонгук полетел назад, весьма неудачно приземлившись на задницу, с вызовом и большим негодованием воззрился на старшего. — Какого хуя? — Чонгук не ожидал, что Тэ сможет его остановить. На удивление, он был очень быстрым. Но большей неожиданностью стало то, что Тэхён был на стороне у этого недомерка. — Прекращай, Чонгук, — потребовал Тэхён. — Чего? Ты его защищаешь? Они нас похитили! — Чонгук задыхался от возмущения. — Формально да, но у меня есть неплохое предложение, — высунулся из-за спины Тэ Чимин и проговорил таким беззаботным тоном, еще больше раздражая.       А Чонгук и вовсе слетел с катушек. — Да ни за что! — Чонгук отчаянно зарычал, словно молния рванул к Чимину, замахиваясь для нового удара, как Тэхён вновь перегородил ему путь. Он не хотел бить Чонгука, но теперь они вынуждены быть в долгу. Как бы забавно это не звучало, но чтобы защитить Чонгука, ему приходилось защищать от него Чимина.       Тэхён долго не церемонился. Один удар в живот, один по спине — и Чонгук уже лежит. Он подошел к сопящему от боли подростку, присел возле него и терпеливо ждал, когда он поднимет на него свой взгляд. Оторвавшись от грязного пола, Чонгук столкнулся со стальным выражением лица Тэхёна и замер. Тэ подозвал к себе ближе одним движением пальцев, и Чонгук не смел не повиноваться. — Если ты не прекратишь выебываться, они убьют тебя и меня, — очень тихо проговорил Тэхён все с тем же выражением лица, от которого у Чонгука мурашки пошли на телу. Выглядел он настолько убедительно, что вновь возникал вопрос: кто он, черт возьми, на самом деле? Еще с такой силой удара. — Что это вы там шепчетесь? — громко заметил Чимин. Ему не нравилось, что они тихо шептались между собой и ему ничего не говорили.       Тэхён незаметно моргнул правым глазом и лихо поднялся с корточек. — Ничего! Говорю, что некрасиво так себя вести, — уже радостным, фальшивым голосом сказал Тэхён и помог Чонгуку подняться. — Тем более в гостях. Да, Чонгук?       Подросток молча смотрел на фальшивую улыбку Тэхёна, понимал, что не может продолжать строить хмурое лицо дальше. Но внутри него кипела злоба — он был не согласен. Этот парень в кожаной куртке представился Тэхёном, и теперь Чонгук, видя их вместе, не доверял никому из них. Ни Тэхёну, который стоял в сторонке, пока его бойцы глумились над связанным ним и грозились вспороть глотку, ни Тэхёну, что минутой ранее силой проучил его. В глазах Чонгука все выглядело именно так: Тэхён похитил его, а Чимин помог. Ведь Тэхён так и не объяснил, кто он такой и куда они все это время направляются.       Однако слова Тэхёна, сказанные полушепотом, все же заставляли мыслить здраво. И его выражение лица… Он точно не желал зла. Все что угодно, но точно не его.       Позади пришел в себя один из мужчин, с кряхтением вставая, он дрожащей рукой указал на Чонгука. — Лидер, этот мальчишка! Он… — прохрипел, хватаясь другой рукой за правый бок. — Все, что в прошлом, останется в прошлом. Теперь это наши союзники, — с легкостью ответил Чимин, подходя к хрипящему от боли мужчине. — Но он убил Кенсу! А что будет с его?.. — по-прежнему настаивал мужчина. — Я обо всем позабочусь, предоставь это мне, — похлопав его по плечу, Чимин озадаченно перевел взгляд на Тэхёна с Чонгуком. — Мне показалось, или Чонгук хочет что-то сказать?       Чон посмотрел на Тэхёна, и тот одобрительно кивнул, все также улыбаясь одними губами, а глаза его оставались холодными и пустыми как при смерти. Он все понял. Чонгук согнулся в спине, пряча глаза за челкой, извинялся: — Простите! Такого больше не повторится, — Чонгук не поднимал головы до тех пор, пока к нему не обратятся. — Я надеюсь, — с хорошим настроением ответил Чимин и развернулся на носках, подзывая за собой парней. — Пойдемте за мной.       Выпрямившись, Чонгук хотел убедиться, что все сделал правильно, но Тэхён молча последовал за Чимином, так и не посмотрев в его сторону. Все приобрело более странный характер, чем до этого было.       Выйдя на улицу, они столкнулись с вполне оживленной улицей, словно этих людей выдернули из фильма и поместили в царящий хаос вокруг. Люди были без оружия, без страха в глазах, как… обычные люди. Вдоль по узким улочкам располагались жилые домики, представляющие собой загородный район еще до начала апокалипсиса. На первых этажах некоторых из них находились своего рода необходимые помещения, например, медпункт или склад оружия и т.п. Чонгук не мог поверить, что можно жить в такой безопасности, с едой и водой, с медицинской помощью. Здесь люди жили, а не выживали. Он давно отвык от такой жизни и чувствовал себя дикарем.        Однако Тэхён не мог разделить чувств Чонгука. Ему этот город казался местом заточения. Ведь придется работать ему, а не Чонгуку. Сразу за двоих, если не за троих. — У нас все рассчитано: оружие, медикаменты, еда по расписанию. Поэтому лично от меня прошу ничего без спроса не брать. Мы сейчас подходим к пункту с оружием, вон там, — подсказал Чимин, указав на угловое здание возле широких ворот, к которым они направлялись. — Это свалка? — спросил Чонгук, когда они все ближе подходили к трехметровой груде из хлама, старой мебели и вышедших из строя машин. Вся эта груда простиралась по всему периметру поселения. Складывалось ощущение, будто этот забор был построен не из строительных материалов, а из того, что под ногами валялось. Жуткое строение, если так приглядеться. — Да, это наша знаменитая стена. Правда, она не идеальна и не такая устойчивая, как хотелось бы, но с задачей справляется, — объяснил Чимин, хвастаясь постройкой чересчур горделиво. — Это первоначальный вариант, в будущем мы планируем построить настоящую стену. — С какой задачей? — все же решился спросить Чонгук, словив презрительный взгляд Тэхёна. Значит ли это, что он просит молчать? — Никого не впускать и не выпускать, — ухмыльнувшись, ответил Чимин, и Чонгуку совсем не понравился его тон. Он был страннее Тэхёна, намного.       Вскоре они подошли к пункту с оружием, возле которого воинственно стояла женщина в экипировке, вооруженная до зубов. Она неприветливо взглянула на «новобранцев». — Мои люди уже обыскали вас, но если вы имеете что-то еще, то попрошу сдать. Для вашей же безопасности, разумеется, — добавил Чимин, взглянув на Чонгука. — Катану я не отдам, — сказал Тэхён, как бы вступаясь за него. — Можешь оставить себе. Все равно никто из нас не умеет ею владеть. — Вы на меня косите что ли? — возмутился Чонгук, ткнув пальцами в грудь. — Прости, но тебе его доверить мы точно не можем. — Сначала верните то, что по праву принадлежит мне, — нахмурив брови, Чонгук смотрел прямо на Чимина. — Это? — Чимин как из ниоткуда достал отцовский стилет и прокрутил им перед Чонгуком, и тот едва сдерживался от того, чтобы схватить его. — Прости, но пока твоя вещица побудет со мной. — Значит, вы можете тут расхаживать с оружием направо-налево, а меня без моего же ножа оставляете? — Чон бросил взгляд на вооруженную девушку, все больше возмущаясь. — Какие-то проблемы, молокосос? — взвинченно отреагировала та самая девушка, но Чимин успокоил ее одним жестом. — Спокойно, мальчик просто нервничает. Все новенькие немного переживают, верно? — и вновь его доброжелательная улыбка, только Чонгук добра в ней чувствует минимально. — Чонгук переживает, что не сможет постоять за себя в случае чего, — Тэхён снова вступился за него, стараясь также улыбаться. — Сам понимаешь, сейчас нельзя быть безоружным. — Понимаю, но, пока Чонгук не покажет, что ему можно доверять, нож останется у меня, — Чимин передал девушке пистолет, который он успел изъять за время разговора с Чонгуком. — И как, блять, вы будете проверять меня на доверие? Соорудите мостик из ручек и прыгать заставите? — продолжал раздражаться Чонгук, пока не получил толчок от Тэхёна в спину.       Разумеется, Чимин это заметил и был очень доволен. — Для начала будь повежливее. Это касается не только общения со мной, — учтиво разъяснил Чимин. — Это все? — спросил он в конце, многозначительно изогнув бровь. — А вы не видите арматуру за моей спиной? Что за идиотские вопросы? — Придержи язык за зубами, пацан, — фыркнула девушка, вскинув голову кверху. — От пацана слышу, — в ответ огрызнулся Чонгук. — Чо сказал?! — с напором высказала девушка.       Не успела девушка направить винтовку на Чонгука, Тэхён вышел вперед него и направил на нее свою катану. — Скажешь хоть одно слово, и оно станет последним, — предупредил ее Тэхён размеренным голосом, серьезно напугав этим не только девушку, но и других вооруженных людей поблизости, которые как по щелчку пальца достали свое оружие и направили на них.       Ситуация накалялась. — Так, спокойно, — встал между ними Чимин, успокоив девушку. — Ты видел, что этот сорванец сделал? — Опусти винтовку, — настаивал Чимин. — И ты спустишь ему все с рук?! — Мы не обижаем гостей. Тебе ли не знать, — попросил он, исказив понятливую лыбу, и девушка тут же переменилась в лице, отставила оружие, приняв исходное положение. Все же очень странное влияние Чимина имел на всех них.       Тэхён также успокоился, запрягая за спину меч. — Извините, Джихе просто заботится о поселении. — Ага, заняться мне нечем, — отрешенно пробурчала девушка и больше ничего не сказала. — Давайте я отведу вас в вашу комнату, — предложил Чимин, и они беспрекословно последовали за ним, уходя под все те же презрительные взгляды. К ним и так относились с недоверием, а Чонгук их закапывал все больше.       Дорога к новому дому проходила через несколько улиц от хранилища с оружием. И от глаз Чонгука не скрылось достаточное шумное и веселое место в центре поселения. Музыка, смех, беззаботные голоса — все казалось живым и естественным на маленьком пятачке зелени среди погруженных в вечерний полумрак домов. В толпе резвилась девушка с выжженными белой краской волосами. Она кружилась в легком белом платье, а волосы так и раздувались на ветру. Эта улыбка такая же невинная, как и ее белоснежное платьице. Яркие глаза искрились огнями, отражая свет раскинутых по центру факелов. Она танцевала с чувством, с искренностью, не заботясь о завтрашнем дне… И люди вокруг нее также дивились ее небывалой красотой. Но взгляд их был не похотливым, не вожделенным, а умилительным. Среди ласкающих нежную девушку взглядов она мельком глянула в сторону проходящих мимо парней. Чимин не посмотрел на нее, ровно как и Тэхён. Но ее глаза встретились с Чонгуком, и тогда они приковали его к земле. Эта легкая девочка замедлилась всего на секунду, а потом вновь вошла в задорный танец, скрываясь за резвящимися спинами людей. Всего секунда — и улыбка ее заметно изменилась. Чонгук только и мог уследить за сверкающими пяточками, что скрылись во мраке из людских тел. Она была белым пятном среди всех, белым лучиком среди этого грязного мира.       Девушка приглянулась ему с первого взгляда.       Как только Чимин привел их к соответствующему дому, они поднялись на этаж выше. Изнутри дома напоминали собой общежития: у всех общая кухня, общий санузел. и все семьи ютились в одной комнате. Это Тэхён с Чонгуком видели, пока поднимались по лестнице.       Достигнув нужной «квартиры», Чимин провел новых жителей к невзрачной, но просторной комнате с большим окном, вид которого уходил на окрестности за стеной. — Прошу, располагайтесь, — добродушно проговорил Чимин, хлопнув в ладоши. — Стоп. Наша комната? — уточнил Чонгук, шокированный от услышанного. — Что-то не так? — поинтересовался Чимин, улыбнувшись. — То есть, мы тут будем жить? — Да, несмотря на такое знакомство, я вас принимаю в нашу группу. Теперь вы ее члены. — Нормально, — Чонгук раздраженно вздохнул, проходясь по интерьеру оценивающим взглядом. Впрочем, кроме кровати и шкафа в комнате было совсем пусто. — Свет используйте, пожалуйста, разумно. И, если вам что-то понадобится, на первом этаже живет староста. Ее дверь помечена кругом. В случае чего она вам поможет, — разъяснял Чимин правила, которые же сам придумал. — Ах да, душ работает, но с горячей водой какие-то проблемы — она не всегда льется. Может, это из-за перегрузки — я не знаю. Мы пока работаем над этим. — Я так понимаю, душ… — Тэхён показал рукой на выход из их комнаты. — Да, на первом этаже.       Чимин замолк, лишь наблюдал за гостями. Если Чонгук уже сидел на мягкой кровати, то Тэхён совсем не вызывало восторга это место. Ничего не вызывало восторга, только подозрения. Чимин только догадывался, по какой причине Тэхён пребывал в таком состоянии, но понять не мог. А впрочем, не сильно хотел. — А нельзя ли мне дать отдельную, а? Я не хочу с ним жить, — возмутился Чонгук, тем самым рассмешив Чимина. — Вот уж спасибо, — фыркнул Тэхён, подходя к окну все ближе и всматриваясь в одинокие дома за стеной. Они ведь не все огородили этой стеной. Почему? — Не благодари, — огрызнулся и Чонгук и повернулся к Чимину. — Извини, места ограничены. Сейчас все силы уходят на поддержание того, что уже есть. — Да бля… — Чонгук был не сильно расстроен, и все же спать с Тэхёном на одной кровати даже для него чересчур.       Заметив разочарование в глазах подростка, Чимин приблизился к нему и очень тихо, чтобы услышал только Чонгук, проговорил: — Не расстраивайся, может быть, в скором времени чья-та комната освободится. Если ты понимаешь, о чем я.       Отпрянув, Чимин напоследок подмигнул растерянному подростку и, прежде чем скрыться из виду, величавым голосом одарил их следующей новостью: — Добро пожаловать в Девяносто пять. Надеюсь, что вам здесь понравится. И Тэхён, — названный отвлекся от интересующего его окна и перевел взгляд на Чимина, — набирайся сил. Отдохни как следует.